Из ряда - вон

Любовь — факел, летящий в бездну, и только в это мгновение озаряющий всю глубину её! Эрих Мария Ремарк, «Возвращение» *** — Эри!       Блин! Опять слова в горле застряли! Идиот!       Я ворвался в библиотеку, даже не подумав переодеться после тренировки. И вот он — в своих линялых серых брюках (то ли последняя столичная мода, то ли — недостаток средств, черти меня возьми!), сидит за учебниками, как ни в чем не бывало. Только обувь у него всегда высшего класса, хоть и спортивная. Исключительно — белого цвета, как и волосы… — Эри… — Да, Иран? — спокойный, глубокий голос человека, знающего цену своему времени.        Уже четыре года мы вместе, а я… У меня чуть ли не встаёт на звук его голоса! И на лице все написано, сам знаю. Эори просто усмехается, заправляя за ухо непокорную прядь. Тепло и совершенно не обидно! Такая вот нежная улыбка влюбленного человека. До сих пор поверить не могу в то, что это сероглазое чудо — моё! Только для меня одного… — Позвонили из офиса отца… Такое дело… Ну, я должен уехать на неделю или две. Приказ!        Глаза его сразу потемнели, точно грозовое небо перед бурей, а у меня дыхание спёрло от восхищения эдакой красотой. Губы Эори моментально сжались в нитку, хотя довольно полные сами по себе. Раздражён, сразу видно! Но, Эри, что я могу сделать? — У вас в семье кто-то болен? Почему столь внезапно? — решился уточнить он, одновременно склоняя голову набок.        Все больны, Эри, ежу понятно! Но я уже привык. Странное у меня семейство! У отца, прайм - министра, князя, потомственного правителя, оба ребенка — модификанты! Наводит на подозрения, правда? — Мне не понравился этот приказ, Эори. И я ответил родителю, что выступаю в брак через два дня! А потом только появлюсь дома, уже с супругом!        Как в ледяную воду сиганул с разлета, честное слово! А он так и остался сидеть с открытым ртом. Молча! Я, определенно, талант и галантный кавалер… Произвожу сногсшибательное впечатление на своего парня! — А… С кем — в брак? — наконец выдавил из себя Эри задушенным голосом. — Как, с кем? У меня выбор есть?! — не пойми чему возмутился я. — С тобой, естественно!        Он вдруг покраснел и опустил глаза, воздержавшись от ответа. А меня бросило в холодный пот. Неужели откажется?! Боги, почему? Иран эль’Тарви, лорд Сиграэ’с — разве плохая пара Эори Найлу, простолюдину непонятного происхождения? — Иран… Вообще, по правилам, это я должен предложение тебе сделать, с соблюдением ритуала и на глазах у семьи, как бы, — неуверенно протянул Эри, не поднимая глаз, — говорят, что традициям следовать полезно. — Но ты согласен, говори сразу, стать моим супругом?        Какая вредная зараза! Чтобы все — только на его условиях! Хоть с князем, хоть с самим ректором! — Немного неожиданно, знаешь ли…        Понятно! Разница в положении вот он и комплексует!        И я позволил себе самодовольную улыбку. Эори тель’Тарви Найл! Звучит имя! А что? Я — модификант, детей заводить не нужно. Скорее — невозможно… Значит — волен в выборе супруга! Так отцу и сказал. — Иран! Ты точно уверен или решение было импульсивным?!        Я подошёл к нему ближе, обнял, не стесняясь, на глазах у других студентов, молча погладил по голове. — Я уверен с самого первого дня, Эри! Ни за что не хочу тебя потерять! Выходи за меня! — Но я…        Таким вот — смущенным княжеской щедростью и растерянным, он нравился мне гораздо больше. Греет эго, знаете ли! Вроде это я — ведущий в нашей паре, сильная личность и все такое. А Эри — просто нежный цветок под крылышком у орла (у меня, да!). — Но семья… Я не успею ничего подготовить, Иран!        Эори поднял голову и упёрся мне в глаза возмущенные взглядом. Эри! Я тону в твоих очах! Прекрати… — Давай так поступим! Завтра позовём профессора Вальдара и друга его, доцента Эсперансу. Они и сойдут за семью! И ты мне предложение в их присутствии сделаешь! Или прямо в аудитории, тоже прикольно. Раз таковы ваши обычаи! А ко мне домой — готовыми супругами прибудем. Отцу я не доверяю, знаешь сам! — Ну, правда… А давай найдем Вальдара прямо сейчас! — вдруг обрадовался Эори, хватаясь за телефон. Словно ответственность за свое согласие пытался на него переложить. Минутку! Где оно, это согласие, а?        Я величественно опустился на одно колено и положил свою руку на руку Эри собственническим жестом. Что сказать? Те из присутствующих, кто ещё сидел — встали! А некоторые и на столы забрались с ногами, не задумываясь о реакции сотрудников библиотеки! Чтобы лучше видеть нас с Эори, естественно. — Эори Найл! Прошу оказать мне честь и не далее, как завтра, сделать предложение по всей, принятой на вашей родине, форме! Ибо я намерен вступить в брак с Вами согласно Уложения Империи о гражданских союзах. Клянусь в чистоте намерений! — Дебил, Иран! — заорал кто-то. — А где цветы? — Конфеты! Сладкое дарить надо! — наперебой загадали наши девчонки.        Каждому — свое, естественно. — Выпить, ребята! За брачный союз! — раздавались крики со всех сторон.        Друзья и просто знакомые аплодировали нам, галдели вокруг, давая советы, хлопали по плечам в запале чувств. А он молча сидел, краснея и бледнея попеременно! А потом принял окончательное решение, судя по всему. Собрался, лицо его осветилось самой искренней улыбкой, какую я только видел за четыре прошедших года, и громко ответил — так, чтобы у присутствующих не осталось сомнений: — Согласен! Завтра предложить Вам руку, Иран эль’Тарви, лорд Сиграэ’с, князь Сихара! Ибо сердце мое и так бьётся исключительно ради вас! Пусть помолвка совершится в присутствии положенных свидетелей и профессора Ариана Вальдара! — Свидетельствуем намерения сторон! — орали довольные предстоящим кутежом студиозы. Даже суровый библиотекарь, лорд эль' Сварон, улыбался, утирая салфеткой невольные слезы умиления.        А Эори сидел, жёстко выпрямив спину, словно…        Хотя вот здесь я уже нечестен сам с собою. Так же он сидел в зале суда, прямой, словно вмерзший в глыбу со льдом — держал спину и лицо, сжав губы в тонкую синюшную нитку. И оба события — начало и конец, теперь наслаиваются в моей памяти одно на другое.       Отражения в зеркале чувств…        Тупо уверенный в своем высокородном превосходстве, я вообще не задумался о том, в какое положение поставил его перед Семьёй! Я — князь и МНЕ надо именно сейчас! Ритуал?! Делай, как знаешь! Семейство Найл не существовало для Ирана эль’Тарви априори.        И ни разу за десять супружеских лет не поинтересовался даже фактом их существования! Подумаешь, быдло какое-то… Да, именно таким я и был человеком, признаю. Гордился собственным величием и, одновременно, тупил почём зря.        А в тот счастливый, ничем не замутненный день, за окнами библиотеки бушевала снежная буря. Белый — белый снег, осевший кристаллами чистоты на мои волосы. И я подумал, что хоть на одну секунду стал похожим на любимого — эта невероятная белизна волос, словно отголоски вечной зимы в человеке…        И такое горячее сердце! — Вы — прямо стальной рыцарь, лорд Капитан! — сказал сенатор эль’Нарусим, с усмешкой обозревая распластавшихся по полу коллег. — Никакого страха перед смертью!        Смерть… Как может бояться смерти человек, убивший единственную любовь собственными руками? Наивный…        Алекс, естественно, прочитал меня на раз. Улыбнулся грустно, а потом неожиданно поднял большой палец правой руки вверх! Жест одобрения и поддержки, господа.        Да! Именно сегодня мы всё вернули на круги своя! И я снова опустился на колено, вручая ему сердце и жизнь — навечно! Даже если смерть… Ничего! Я знаю, как возвращаться с той стороны, Александр фон Кири!        И всегда буду возвращаться к тебе… *** Я не прошу — не смею, не решаюсь… А только жду, когда поднимешь взор. Из вечности к тебе я возвращаюсь… Чрез тьму, сомнения, бесчестье и позор. Кто я тебе? Скажи! Позволь остаться! И волосы ласкать, прижав к своим губам. Хочу летать, а не во тьме метаться… У птицы — два крыла! И сердце — пополам! ***        Эти его мысли — Ирана…        Заставляют кровь приливать к щекам. А внизу живота отчетливо тянет. Место какое неподходящее, Ири! Или, все же, Валентин фон Вендердорф? Желаете спровоцировать меня на любовь под пулями, точно?        Ага! Как рецидив нашего с тобою хмельного безумия из далекого прошлого…        Ладно… Чёрт с ним, со здравым смыслом вообще! Хочу тебя всего!        Полностью, Ири! Совсем, как ТОГДА!        Выпить — до самой последней капли!