Моё (раб.)

— Кея, — раздалось в одно время со стуком в дверь. Девочка открыла глаза, тут же привставая на локте. — Входи, — разрешила она. Села, полностью нагнулась к ногам, разминаясь. Вроде бы, десяти часов еще не прошло. Что случилось? — Тебя хочет видеть Рю-сама. Скорее одевайся и идем в главный корпус. Постарайся проснуться, — приоткрыв дверь, сообщил полукровка Хибари, почти сразу закрывая за собой и выходя в коридор. — Я жду тебя за дверью. Брюнетка, до сих пор сильно смахивавшая на мальчика, быстро зевнула и встала с постели, подхватывая направленную чистую одежду и надевая ее на себя. Пару раз провела по коротким волосам расческой и вышла из комнаты, замечая наставника справа от себя со сложенными на груди руками. Глаза открылись — фиолетовые огни зажглись в темноте, отчего по спине старшей пробежали мурашки. Она никогда не видела Тетсую таким. Пожалуй, можно было сказать, что он в ярости. Без слов блондин выпрямился, идя вперед и ведя за собой ученицу. Она не хотела думать, зачем вдруг понадобилась отцу — было понятно, что он будет снова проверять ее, как тогда, когда старшая только попала в этот мир, но что будет потом? Глава сильнейшего в Японии мафиозного Клана не мог не знать о ее успехах. Разве что переждал несколько лет, чтобы беспрепятственно повысить нагрузку. А Тетсуя злится из-за того, что отец лишь спустя пять лет вспомнил о дочери? Вполне возможно, но, что-то подсказывает старшей, сомнительно. Она с этим чем-то даже соглашалась — вряд ли обладатель смешанного пламени Солнца и Облака злился бы на подобное. Он уже пережил это. Должно быть что-то по-серьезнее. Они вышли из особняка, и Кея еле сдержалась, чтобы не поежиться — утром на улице было неприятно холодно. Они довольно быстро минули территорию, предоставленную им как жилье и одновременно с тем полигон для тренировок, попав во внутренний круг при главном доме — доме Босса и его семьи. В этом круге проживали слуги, работающие в особняке, ученики Главы Клана и советники с их семьями. То, что Кея не жила в главном доме, также свидетельствовало о том, что ее не принимают как наследницу — она как бы изгнана вместе с позорящим Семью полукровкой. Во внутреннем круге на улицах уже кишели люди — все шли откуда-то и куда-то. Непризнанная наследница с немым интересом оглядывалась — давно же она столько людей в одном месте не видела, а с настолько похожей внешностью и вовсе никогда. Некоторые так называмые соклановцы оглядывались и перешептывались немного сзади странной парочки. Нашептывания дразнили слух девочки — ее раздражали столь чужеродные звуки за спиной. В волосы вплелись теплые пальцы — она подняла голову, видя над собой успокаивающий взгляд учителя. Тому тоже не по нраву были тихие обсуждения, шипящие как будто над самым ухом, бьющиеся о затылок. Самая что ни на есть чистокровная Хибари опустила холодный, даже несколько леденящий взгляд на толпу, серьезно и твердо кивая — она выдержит. И еще не такое покажет этому Клану, в котором так ею пренебрегали. У дома Главы их никто не встретил, хотя чье-то внимание определенно присутствовало — но Тетсуя продолжал идти, внешне ни на что не обращая внимания — Кея решила, что так и должно быть, просто следуя за ним, решая узнать все, когда представится возможность. В особняке, казалось, никого не было — на их пути еще не встретился ни один слуга или кто-либо другой. Позже старший из них Хибари объяснит, что в этой части особняка вообще редко кто бывает в такое время — даже для уборки было рановато. Почему, впрочем, их и вызвали в такую рань. — Рю-сама, — войдя в додзе при Главном доме, первым делом сказал Тетсуя, поклонившись статному черноволосому мужчине средних лет. Кея согнулась в поклоне следом за наставником. Хибари Рю кинул взглядом двоих изгоев собственного клана, долго глядя в затылок дочери. Почувствовав жутковатое внимание, старшая подняла от пола серебристые глаза — Глава Клана хмыкнул, кивая и позволяя детям — в его понимании — выпрямиться. Девочка и ее наставник не заставили себя ждать. Взгляд Кеи был оценивающим, внимательным, даже хищным. Это был отец прежней владелицы тела — человек, что воспитал ребенка как раба, который довел родную кровь до такого состояния, что смерть явилась наградой и даже легла на бледные губы робкой, неумелой улыбкой. Свет, исходящий от серебряного цвета глаз ребенка, казался колючим, колким, отдавал льдом и холодом по отношению к человеку, стоящему перед ней. Отец был бы безразличен ей, если бы она не так сильно хотела доказать ближайшему по родству человеку свою силу и право жить. Старшая была склонна думать, что это желание досталось от прежней Кеи, выплыв из далекого подсознания, когда первая хозяйка тела отошла в пустоту. В общем-то, она не была против лишнего стимула пожить подольше, и воспринимала подобное как некий бонус. — Я хотел бы обойтись без лирики и сразу перейти к делу, — невозмутимо сказал Босс Хибари. — Кея здесь для того, чтобы пройти очередную проверку способностей. Ее итог повлияет на то, чем она будет заниматься последующие семь или более лет. Тетсуя едва сдерживался, чтобы смолчать и не сказать лишнего. Ему все еще было в определенной степени жаль свою ученицу, он недолюбивал главу клана Хибари, но и поделать с этим ничего не мог. — Тетсуя, иди ко мне. Кея, — морозящий взгляд глаз цвета расплавленного металла мазнул по девочке, — даю несколько минут на разминку. Икари, позови Тоширо, — раздал указания Рю. Кея сразу начала разогреваться, тянуть мышцы, попутно думая одно — нескольких минут по сравнению с ее обычной тренировкой было мало. Но она старалась не слишком зацикливаться на этом, подкидывая мысли об ожидании противника. Это был черноволосый мальчик с серо-зелеными глазами, невероятно красивыми. Когда-то, в далеком детстве, Кея застывала, увидев подобное чудо, и не могла отвести взгляд — необычные цвета всегда завораживали ее. Старшая в какой-то мере поступала похожим образом — почти никогда ее не привлекали глаза, однако необычного оттенка волосы или кожа редко оставались незамеченными. Мальчишка был невысок, не слишком мускулист и с нормальным цветом кожи — не то что у нее, Кеи. Проходя мимо, лишь мазнул заинтересованным взглядом, оперативно замаскированным под безразличный, серый и такой… невыразительный! Хибари бы выпучила глаза, если бы не самоконтроль — такой финт с ее стороны смотрелся бы глупо. Но она все же своеобразно выразила и свой интерес к оппоненту — наклоняясь к ноге, осторожно и мелко кивнула, надеясь, что паренек не глуп и заметит. Ребенок-подросток с серо-зелеными глазами также, уже поворачивая голову в сторону босса, кивнул — тихо и почти незаметно. Если бы могла, старшая бы даже улыбнулась — непонятно, правда, из-за чего. Глава Хибари говорил совсем тихо, а мальчишка во время переговоров то и дело бросал на нее взгляды из-за плеча — очевидно, Рю рассказывал о ее роли в семье. Хибари тихо, хрипло хмыкнула, очень скоро поднимаясь с пола, видя приближение своего, видимо, противника с ее же отцом. — Кея, это Тоширо, — отец показывал на мальчишку прямой ладонью, держа ту на уровне своего живота. Брюнет поспешно кивнул, и старшая удивлялась, почему это вдруг с него слетело все это напускное спокойствие. Хотелось думать, это из-за близости главы, но странно все, очень странно, — мой ученик — все, что тебе нужно знать. Заставишь его сдаться — чтобы он хотя бы губами это проговорил, прохрипел, — и ты победила. Условия обоюдны. Деритесь. Он отошел в сторону, к Тетсуе, который неясным взглядом наблюдал за еще не начавшимся поединком. Кея, кивнув учителю, привычно поклонилась оппоненту, вставая в стойку. Она понятия не имеет, как это будет. — Ну что ж, я доволен твоими успехами, — говорил мужчина уже после поединка. Тетсую прикопали, чтобы он вправил кость Тоширо и обработал маленькие ранки на его лбу — не зря Кея так много практиковалась — уже по привычке несколько раз ударила паренька головой об колено. Поздно опомнилась, но успела смягчить урон, банально повалив противника на пол и прижав щекой к мату, держа руки сцепленными за спиной да давя сверху. И сейчас она была рада просто от того, что ничего Тоширо не сломала, и что мальчишка не глядит на нее с ненавистью. Ей казалось, он даже стал более заинтересован в ней. — Тетсуя, ты закончил? — осведомился босс якудза, сидя прямо, повернув голову в сторону медика. Хибари краем газа отметила, что полукровка с несколько угрюмым выражением лица кивнул, после чего уже через минуту оказался по правую руку от нее — такой высокий и сильный, словно страж. Кея почти расслабилась рядом с ним, чувствуя исцеляющее пламя Солнца. — Итак. В самом начале я упоминал, что от итога этой небольшой проверки зависит будущая деятельность Кеи. Я говорил о том, что отправлю тебя в Намимори — маленький городок на севере. Некоторые жалуются, что там начали скапливаться преступники и беглецы мафии — непонятно, по какой причине, но мы все же обязаны зачистить этот район от всякой черни. К этой миссии ты будешь готовиться шесть месяцев — изучать карты и файлы по семьям-договорникам, которые обитают там с нашего разрешения и людях, которых там быть не должно — из тех, о которых нам уже докладывали. В том городе тебе также придется учиться в школе, по понятным причинам. А Тоширо на эти шесть месяцев поселяется у вас — Тетсуя, ты должен будешь обучать его, и когда Кея уедет — он станет твоим полноправным учеником. Они с моей дочерью должны быть по крайней мере равны. Можете расходиться. Властный тон и твердый голос, позволяющий заметно выделять определенные частицы озвучиваемых фраз, запоминались и въедались в мозг — Кея это остро ощущала. Рю был непрост — далеко не так прост, как первоначально могла подумать Хибари. Он поступал так или иначе по определенной причине, по уже давно заведенному алгоритму — она это видела, просто видела — и все. А уже через секунду, когда речи закончились, на девочку навалилась усталость. Ей стало все равно едва ли не на все. Было единственное желание — доспать положенные ей несколько часов. Тетсуя по дороге молчал, очевидно, прекрасно видя состояние подопечной.