Christmas's miracle

— Ты хочешь сделать что?! — Тони даже смог отлипнуть от микро-схемы, чтобы посмотреть на Стива так удивлённо, как он только мог. — Приготовить Рождественский ужин, — повторил Стивен, сохраняя невозмутимость. — Вместе. Старк вздохнул как можно более шумно, дабы без слов показать, насколько… необычной показалась ему идея Кэпа. Тот возник на пороге его лаборатории бесшумно, точно грёбанный дух. Дух американского патриотизма, пошутил бы Тони. Но он всё равно был рад Стиву. Он был рад ему абсолютно всегда, пусть чаще всего это отрицал; тут дело было в другом. Последний раз, когда Тони присутствовал за Рождественским столом в кругу семьи, оказался последним для Говарда и Марии праздником вообще. Неприятно. Очень. И даже если задвинуть на задний план все страхи прошлого, Энтони Старк не собирался так легко рассказывать один из самых постыдных нынешних своих секретов. — Стиииви, — протянул он, пытаясь одновременно состроить грустную мордочку и придумать хорошую причину отказаться, — ты не думаешь, что это немного… старомодно? «Стииииви» демонстративно кашлянул, показывая, что такая отмазка Тони вряд ли поможет. — Разве мы не можем просто купить закусок и смотреть фильмы с самой полуночи и до утра? Или я могу предложить другой вариант времяпровождения… — Старк медленно облизнулся. Стив покраснел, но от комментариев воздержался. — У Питера завтра праздник в школе. Тони, готовый уже выдать что-нибудь ещё, мгновенно замолчал, поджав губы. Питер. Питер Роджерс-Старк. Мальчик, которого они официально усыновили полгода назад, спустя уже примерно двух лет совместной жизни. Мало кто верил, что союз простого парня из Бруклина и одного из богатейших бизнесменов Нью-Йорка, будет настолько идеальным. Стивен и Тони познакомились во время фантастического сражения, когда коллега Тони — Наташа — и друг Стива — Баки — притащили их на пейнтбол. Драка была жаркой и богатой на последствия. Например Баки, после того, как объявили ничью, сделал Наташе предложение и потребовал немедленного согласия и реванша. А Тони и Стив, едва не убив друг друга, решили, что было бы неплохо сходить вместе в кино, а после выпить кофе. Потом было где-то полгода хождений вокруг да около, включая пинки от помолвленных друзей, парочка разгромленных столов в ресторанах, куда они ходили на ужин, несколько синяков, и один прелестный поцелуй на крыше. И вот, спустя уже столько времени, когда Тони думал, что не может быть ничего лучше, чем ежедневные поцелуи по утрам (даже если ты встаёшь в семь), Стивен предложил им усыновить ребёнка. Они долго не решались, обсуждали, спорили, почти никогда не придавая нужного значения тому, что было важно. Проведение настигло их само, приняв не самый радостный вид: Стивену позвонила его подруга Пегги и сообщила, что их хорошие знакомые Бен и Мэй Паркеры скончались из-за несчастного случая. И теперь племянник Бена — Питер, который уже до этого перенёс потерю родителей, — будет вынужден остаться совсем один. Внезапно, абсолютно необдуманно, совершенно забыв о былых спорах, Тони предложил Роджерсу усыновить мальчика. Мальчик долго ходил по башне Старка, точно маленькое приведение, избегал общения с Джарвисом (лучший ИИ, которого вы когда-либо встретите на должности дворецкого), и очень медленно привыкал к самому понятию его новой «семьи». Его не дразнили в школе, не принижали и не давали каких-либо неприятных комментариев, но и Стиву и Тони до сих пор было тяжело слышать довольно натянутое «я дома» каждый раз, когда Питер возвращался к обеду. И вот теперь близилось первое Рождество его сына, и желание Тони отлынивать резко дало задний ход. — Питер вернётся домой ближе к вечеру, там уже будет сочельник, и метаться в приготовлениях будет некогда, — резонно заметил Роджерс, видя, что Старк и так уже был согласен. — Командуй, Капитан, — вздохнул Тони, до сих пор вспоминая, насколько же хороший вышел из Стива стратег, когда они сошлись во втором сражении в пейнтбол, но уже против своих друзей-молодожёнов. — Это будет наше лучшее Рождество, Тони, — улыбнулся Роджерс, глядя, как в высокое окно мастерской проглядывает тонкий лучик бледного лунного света. — Пойдём спать? Надо будет выспаться как следует. Старк устало кивнул, и они медленно удалились в спальню, держась за руки. … Тони ворочался с боку набок и никак не мог успокоиться. Мысли метались в голове роем надоедливых насекомых и неприятно разъедали мозг. Откуда-то из глубины души тянулось тёмное и неприятное чувство липкого, холодного страха. Страха, что у них ничего не получится, что Питер никогда не сможет привыкнуть к ним, что у него, у Питера, у Тони, никогда не будет нормальной семьи. Старк неровно дёрнул плечом. — Ты в порядке? — послышалось за спиной, а на плечо легла тёплая ладонь. — С чего ты решил, что я не смотрю сейчас десятый сон? — фыркнул Старк, рефлекторно двигаясь ближе к объятиям Стива. Тот лишь вздохнул. — Я знаю, как ты елозишь, когда спишь, и как ты дёргаешься, когда долго заснуть не можешь. — Пятёрка за констатацию факта долгого совместного нахождения со мной в одной постели, — съязвил Тони, но получилось как-то болезненно тихо, и он прижался ещё ближе к тёплой груди. — Замёрз? — ласково спросил Роджерс, целуя Тони куда-то в затылок. — Немного, — почувствовав, как рука скользнула по груди к животу, Старк фыркнул. — А разве кое-кто не собирался «как следует выспаться» сегодня? — Ну, я уверен, что ты предложишь мне этот вариант времяпровождения завтра вечером, но поскольку мы оба вымотаемся за готовкой, ни у меня, ни у тебя не появится желание пройти дальше «поцелуя в сочельник». — Продуманно, ничего не скажешь, — мурлыкнул Тони, чувствуя, как ладонь Капитана медленно огладила его бедро. — Кстати, насчёт готовки… Стивен аккуратно накрыл его губы своими, окончательно притягивая к себе, пока Старк наконец не расслабился в его руках, согреваясь в объятиях и подаваясь навстречу ласкам. — Если что, я не умею готовить, — прошептал он уже позже, в тот момент, когда Стивену стало до лампочки абсолютно всё. … Для Тони утро началось чудесно. Разбудил его монотонный бубнёж Джарвиса и запах сладкого кофе с мятой. Бубнёж считался читтерством, так как Роджерс прекрасно знал, что у Тони выработан рефлекс: если Джарвис читает тебе нотацию, а на часах утро, надо немедленно поднимать своё бренное тело с кровати и бегом бежать туда, куда бы там ты ни опаздывал. Стивен насвистывал себе под нос мелодию, которую услышал сегодня на улице, когда ходил в ближайший продуктовый, когда в кухню вползло нечто, что вчера ночью было Тони Старком. Нечто заползло на табурет, облокотилось руками на стол и слабо пробурчало что-то похожее на: — Кофе. Сейчас. Роджерс усмехнулся, поставив перед Тони большую кружку горячего ароматного напитка, отдающего корицей. — Готов? — спросил он через четыре минуты, когда Тони снова поднял голову, показывая, что готов слушать и действовать. — Ты ведь помнишь, что я сказал, что не умею готовить? — Прекрасно помню. — И пользоваться помощью Джарвиса ты не позволишь? — Разумеется. — И ты выбрал сложные блюда, даже учитывая то, что я сказал тебе? — Поразительная проницательность. Мысленно Тони вылил остатки кофе Стиву на голову. — Командуй, Капитан. … Питер вернулся домой раньше, чем планировал. Эм Джей звала его погулять после праздника, говорила, что Нэд раздобудет для них немного Кока-Колы и сладкого зефира: мистер Харрингтон был категорически против газировки, так что за столом младшеклашек сегодня преобладали в основном сок и холодный чай — но он отказался, сказал, что его ждут дома. Только правда ли это или нет, Питер не знал. Сегодня он слышал, как учительница химии разговаривала с мистером Харринтоном. Они говорили про его семью, и хоть разговор был спокойным, но каждый раз, когда Питер слышал «мистер и… мистер Старк-Роджерс», ему казалось, что кто-то очень больно бьёт его по затылку. Снег падал неторопливо, крупными хлопьями; ветра не было, и Питер почти не мёрз. Только немного болела голова, и смех Эм Джей и Нэда звенел в голове, точно не замолкающий колокольчик. — Добрый день, Питер, — раздалось над его головой, когда он зашёл в лифт, направляясь в жилой комплекс, находящийся на верхних этажах башни Старк Индестриз. — З-здравствуй, Джарвис, — негромко ответил Питер, глядя себе под ноги, точно дворецкий стоял рядом с ним и неприкрыто осматривал на предмет наличия снега на куртке и ботинках. Стараниями Тони голос Джарвиса был максимально мягок и приближен к человеческому; создавалось даже впечатление, что у него был характер. Питер знал, что любой из его друзей мечтал хотя бы раз поболтать с настоящими роботом. Однако, ни Эм Джей, ни Нэд ни разу не просились к нему в гости, так как, видимо, понимали, что Питер сначала сам должен был перестать чувствовать себя чужим в своём доме. — Как прошло мероприятие? — продолжал Джарвис. — Рождественская песня, которую я порекомендовал, надеюсь, оказалась подходящей? — Да, Джарвис, — Питер сглотнул. — Спасибо большое… — Рад быть полезным, сэр, — это звучало так официально, что Питер вздрогнул, напоминая себе, что дворецкий он и есть дворецкий, даже если является настоящим чудом техники. Просто, у дяди Бэна и тёти Мэй никогда не было даже обычного дворецкого. Воспоминания о них заставили Питера окончательно стушеваться. Что он тут делает? В одном из самых красивых, высоких и тех-но-ло-гич-ных зданий Нью-Йорка, беседует с роботом-дворецким, пока наверху его ждут его «отец-миллионер», сошедший с обложки крутого журнала, и «отец-идеал», вышедший из какого-нибудь старого шоу. Ему тут не место — этого всего просто не могло случиться с кем-то вроде него, мальчишкой, у которого вчера старшеклассники едва не отобрали рождественскую открытку. Питер мог бы и дальше поедать себя без сырного соуса, когда к нему снова обратился Джарвис. — Мистер Роджерс-Старк предлагает вам посетить игровую комнату, пока они заняты подготовкой рождественского сюрприза, о котором я справедливо не должен был сообщать. — Рождественский сюрприз? — буркнул Питер. — Моя первая банковская карта? — Вы явно недооцениваете отцовские способности мистера Старка, — голос Джарвиса звучал по-настоящему укоризненно, и Питеру мгновенно стало вдвойне стыдно. Однако, у ИИ, похоже, был какой-то свой план на этот счёт. — Почему бы вам не провести время в своей комнате и пропустить подготовку сюрприза? — Ещё чего! — моментально возмутился Питер. — Рассказал о сюрпризе ты, а расстроить хочешь меня? Мы едем наверх, Джарвис, ясно?! — Предельно ясно, сэр, — если бы у голоса было лицо, оно бы сейчас довольно ухмыльнулось. … — Так, а теперь добавляй муку. — К яйцам или к начинке? — Тони, ты серьёзно? — Я предупреждал тебя, чтоб ты помнил, что последнее, что я готовил, взорвалось в моей тарелке, когда я воткнул в это вилку. — Как ты вообще жил до меня? — Ты явно себя переоцениваешь. — Тони? -…катался по ресторанам, заказывал пиццу, умолял Пеппер, и плакал ночами в подушку, так лучше? — А мне ещё Тор жаловался, что Локи не оставляет попытки его отравить… — Но-но! Я, по крайней мере, делаю это не намеренно! — Справедливо, от моей смерти ты получил бы только […] — Кто тебя таким словам научил, Капитан?! — Тони, мне тридцать. Питер зажал рот рукой, чтобы успокоиться — его буквально распирало от смеха. Он вышел из лифта бесшумно, и, видимо, Джарвис действительно что-то задумал, раз не сообщил горе-кулинарам, что их сын прибыл. Так что спрятавшись за огромным диваном, у Питера открылся удивительный обзор на творящееся на кухне. А именно — двоих, на первый взгляд, взрослых мужчин, которые в итоге своей перебранки начали бросаться друг в друга мукой. — Мда, а это ведь даже не десерт. — На десерт я могу предложить себя. — Умоляю, только не ляпни такого при Питере. — У него пятёрка по биологии и круглосуточный доступ в интернет, ты действительно думаешь, что он хоть чего-то не понимает в происходящем? — Тони, ему десять. — Вполне неплохой возраст. Он не крепкое вино, а юный виноградик. -… — Ладно, прости, я понял. Мне сложно понять, как с ним общаться, вот я и несу всякий бред. — Как твой отец общался с тобой, когда тебе было десять? В этот момент Тони повернулся к Питеру спиной, и мальчик, сам не зная, почему, придвинулся чуть ближе, стараясь услышать внезапно такой непривычно тихий голос. — Он со мной не общался. Он отдавал мне заводную машинку, учебник по физике за первый курс и отправлял к Джарвису, — в этот момент у Питера что-то очень больно кольнуло в груди. — Ох, Тони, — Стив подошёл к нему, кладя всё ещё испачканную в муке руку на его плечо. Он не сказал «мне очень жаль», но Питер слышал эту фразу так отчётливо, словно это он только что сказал это почти беззвучно. — Я… — Тони откинул голову и посмотрел на Стива потерянно и печально, — я просто хочу, чтобы у Питера было то, чего не было у меня. Я… я хотел бы… Я надеялся… Они обнялись, замерев посреди кухни, точно посреди огромного танцпола. Питер видел, как задрожали руки Тони, когда тот вцепился пальцами в рубашку Роджерса. Внутри продолжало болеть. — Ты хороший отец, — сказал Стив негромко и весомо. — Дайте друг другу время. Ты нужен ему так же, как он тебе. — Спасибо, — глухо ответил Тони. Они отпустили друг друга, и ещё минуту в кухне висела странная тишина. — Джарвис, — обратился вдруг Старк, — где там Питер, кстати? Мы успеваем? — Юный сэр сейчас в лифте, — отозвался дворецкий, словно это была чистая правда. — У вас есть ещё примерно две минуты. Под ругань Тони на все часовые пояса этого мира, Питер вернулся к лифту; времени хватило, чтобы стянуть шапку и широко и искренне улыбнулся. На его стороне настоящий робот — чёрт возьми, офигенно! — Я дома! — крикнул Питер, начиная уже в открытую смеяться, глядя на измазанного в тесте Тони и напоминающего завёрнутый в американский флаг маффин Стива. — Нас атаковали мишки Барни или типа того? — Мы просто пытались быть образцовой семьёй, — вздохнул Стив, вынимая из волос коктейльную трубочку. — Получилось не очень. — А мне и так нравится! — заявил Питер, чувствуя, словно у него впервые за долгие месяцы прорезался голос, с удовольствием глядя на появляющееся на лицах удивление. В самом деле, почему бы не позвать в гости Эм Джей и Нэда? Папа наверняка поставит им в игровой какой-нибудь виртуальный теннис, так что скучно не будет! В итоге, сделанного своими руками ужина у них не вышло, к счастью, планом бэ была пицца и валяние на диване. Они вместе нарядили купленную по дружеской скидке от Тора ёлку, и Питер даже не постеснялся забраться на плечи Стива, чтобы нацепить на верхушку довольно забавную, сделанную лично Тони звезду. Пеппер, встретившая курьера с пиццей, отчитала Тони за безалаберное отношение к своему желудку, и оставила для Питера подарок под ёлкой. Часов в восемь завалились Наташа и Баки, последний не постеснялся покачать Питера за ноги, когда обнаружил, что тот наконец был настроен на настоящие игры. В итоге они оба едва не опрокинули журнальный столик, и досталось им уже от Наташи. Питер мельком порадовался, что хотя бы в его семье никто не был рыжим. Эм Джей не в счёт. В одиннадцать часов они втроём устроились на диване, и, кажется, у Тони что-то сломалось внутри, когда Питер устроился между ним и Стивом, греясь и сопя. В это Рождество у каждого из них была семья.