полезный фолиант...

Очередной день в Асгарде близился к своему финалу. Локи сидел на ограде балкона в своей комнате, с очередным фолиантом о магии, в котором говорилось о создании двойника или двойника противоположного пола. Локи очень заинтересовался, когда нашел эту книгу, ведь он мог узнать в два раза больше, избавить себя от нудных баллов и использовать в бою свою копию. Кто бы отказался от такого? Вот и он не смог. Да, он уже в совершенстве владел иллюзорными копиями, но так, чтобы они были из плоти и крови... с собственной душой и разумом, да и еще и выполняли все твои приказы без единого упрека, недовольства? Нет, такого он не умел и решил во чтобы то ни стало исправить этот недочет. После того как фолиант был детально изучен, он приступил к задуманному. Встав в центре своих покоев, он сосредоточился, откашлялся и начал тихо шептать заклинание. Сначала появилось изумрудное свечение. Из него постепенно начали проявляться очертания силуэта. Когда трикстер закончил плести чары и открыл глаза, перед ним стояло его нагое, женское обличие и ухмылялось, при этом не скрываясь осматривало оригинал. Она была едва ниже самого Локи: такая же молочная кожа, огромные изумрудные глаза, шикарные черные локоны аккуратно прикрывали идеальную грудь девушки. Изящные руки с длинными тонкими пальцами перебирали прядь волос. Тонкая талия, шикарные бедра и упругие ягодицы. Длинные, стройные ноги. Локи оценивающе осмотрел ее с ног до головы и его губы непроизвольно растянулись в обычную ухмылку. - Отлично! Просто замечательно. Рад видеть тебя, я Локи, - начал трикстер и протянул к ней руку. Девушка улыбнулась и вложив свою руку в его начала: - Взаимно и очень приятно, создатель! Мое имя зависит целиком и полностью от вашего желания, господин. Локи поцеловал ее руку и притянув к себе сказал: - Лиотта. Отныне твое имя звучит только так и никак иначе. - Да, господин, - покорно склонила голову девушка. Маг усмехнулся и, выпустив девушку из объятий, стал рассматривать ее со всех сторон. До бала в честь подписания договора со Свартальвхеймом оставалось всего пара часов и Локи решил взять с собой Лиотту, как свою спутницу на вечер. - Не желаешь ли ты сходить со мной на бал? - спросил Локи, изогнув бровь. Он, конечно же, уже знал ответ. - С превеликим удовольствием, но только если вы будете моим кавалером на этот вечер, - ответила дева и, отойдя на шаг, поклонилась. Локи приподнял подбородок, смотря на девушку с высока, и ответил: - Ну конечно, - расплылся в ухмылке парень, - Разве я позволю кому-то дотронуться до себя, пусть это и не мое истинное обличие. - Разумеется, господин, но мне необходимо одеяние для торжества. - Разумеется, - передразнил ее Локи, - Но для начала пойдем в купальни, нужно привести се... тебя в порядок. Когда они зашли, то вода уже была готова для омовения принца, но не для его спутницы. Локи разделся и протянул руку Лиотте. - Прошу, присоединяйся, заодно поможешь мне. Закончив водные процедуры они вернулись в покои, и Локи начал одеваться. Закончив, он посмотрел на свое женское обличие и невольно залюбовался. Она стояла к нему спиной, обнаженная и расчесывала волосы, влажные локоны прилипали к молочной коже и, путаясь змейками на ее влажной спине. Он медленно подошел к ней со спины, положив руку ей на талию, притянул ее к себе и убрал с волосы. Он опалил ее шею своим горячим дыханием и поцеловал в плечо. По ее коже тут же пробежались мурашки, и она прикрыла глаза, отдаваясь во власть своего создателя. Он нежно целовал ее плечи, затем носом провел по шее. Развернув ее к себе лицом, он увидел у нее на щеках румянец, а в глазах желание. Локи начал нежно целовать ее в губы, провел языком по ее зубам, прося впустить его, и она впустила. Он изучал ее с интересом, восторгом и желанием, которое никогда не чувствовал так сильно. Сама мысль о том, что он целует себя пьянила сильнее, чем самое лучшее вино. Их поцелуи становились более страстными, он взял ее за волосы и оттянув их, так чтоб она открыла свою шею. Локи начал целовать её, порой нежно покусывая и зализывая место укуса. Затем перешел на ключицы, плечи, грудь. Он начал ласкать ее соски, одной рукой он нежно мял грудь девушки, другой начал путешествие по телу. Он гладил ее плоский живот, бедра, дразнил прикосновениями. Лиотта уже стонала не стесняясь, и стоны ее были слаще любого меда и вина для принца. Он оторвался от ее груди и посмотрел на нее, и в этом взгляде было столько страсти, желания, похоти и удовольствия, что Локи невольно застонал. Он вновь припал к ее губам и этот поцелуй был яростным, полным желания и сумасшедшей страсти, они пили друг друга, словно жаждали воды веками, а спасительная влага нашлась только сейчас. Оторвавшись от нее он охрипшим от страсти голосом сказал: - Оближи их, - и поднес пальцы к ее губам, сначала нежно провел подушечками по ее губам, затем она обхватила их губами о начала старательно вылизывать их своих влажным и горячим языком. Лиотта ласкала их языком, щедро смачивая слюной. Локи резко выдернул пальцы, из ее рта, задевая жемчужины зубов, и впился в ее губы новым поцелуем. А смоченными пальцами он провел по лобку, задевая мягкие завитки волос, начал стимулировать ее клитор, девушка начала стонать в губы принцу. Он терзал ее нежно, долго и мучительно, приятно и страстно, она выгнулась дугой, закричала и кончила. Локи нежно поцеловал ее и она обмякла в его руках. - Пора собираться, - тихо, в самое ушко, сказал он. Трикстер остался обделен ласками, но он не расстроился. Локи сумел взять себя в руки и доставить удовольствие Лиотте, и ее божественные стоны были высшей наградой для него. - Идти в купальни мы не можем, - сказал он и с помощью заклинания очистил ее, а когда она открыла глаза, то была одета в шикарное платье из зеленого шелка, которое идеально подчеркивало ее грудь и аппетитные ягодицы, на талии красовался тоненький золотой пояс, а волосы были собраны в высокую прическу из которой несколько прядей ложились на открытые плечи. Образ завершали изумрудные перчатки по локоть и черные туфли на каблуке, будто плетеные, из-за которых Лиотта стала одного роста с принцем. Глаза были подведены, из-за чего казались еще больше и зеленее. Локи протянул ей руку, она поклонилась и приняла ее. Путь был в тронный зал.