Маленький Эльф

В этом городе праздновали Большой Зимний Праздник. На окнах купеческих лавок горели красивые свечи, из любой пекарни доносился пряный запах корицы, вывески перед магазинчиками были украшены вечнозелеными растениями, а на улицах, и особенно на площади, пестрели праздничными товарами прилавки и палатки. Везде царило оживление: люди, эльфы, оборотни и прочие разумные сновали туда сюда. Больше всего, конечно, было людей — это было их поселение. Орчонок первый раз был в таком месте, орки, в большинстве своем, привыкли кочевать, их поселения всегда были готовы сняться с места. Зеленокожий мальчишка с удивлением смотрел на каменные и деревянные здания, которые, наверное, и целое племя не смогло бы перенести на другое место. Папа говорил, в этом городе раньше жила мама, но Грын никак не мог представить свою маму — вольную и сильную женщину — запертой в такой вот недвижимой коробочке. Мама орчонка была человеком, но судьба свела её с орком. Конечно, не все было так просто, но в итоге женщина осталась в племени кочевников, вышла замуж и родила Грына. Кочевая жизнь шла ей — она любила путешествия, умела постоять за себя, не чуралась тяжёлого труда, который неизменно сопровождал жизнь в орчьем стане. Однако сейчас силы вдруг стали покидать её, орчонок видел, что работа стала больше её выматывать, а иногда она могла ни с того ни с сего упасть в обморок. Грын переживал за свою матушку, он очень её любил. Отец говорил, что с ней всё будет хорошо, что маме лишь нужно пообщаться с человеческим лекарем. Именно поэтому незадолго до праздника племя обосновалось неподалеку от города. Семейство отправилось к лекарю, оставив сынишку снаружи, родители зашли в дом целителя. Они очень просили Грына никуда не уходить и просто немного их подождать, после чего они обязательно вернутся в центр и вместе походят по ярмарке. Мальчик правда собирался так и поступить, он уже в таком юном возрасте знал, что несет на себе ответственность, ведь он сын вождя. Он сел на ступеньку крыльца, не заботясь о том, что камень был слишком холодным — орк мог спать в сугробе и ничего с ним бы не сталось, так чего было волноваться о каменных ступенях? Грын посмотрел в ту сторону, откуда они с родителями пришли: далеко в конце узкой улочки маячила площадь, но до сюда едва долетал радостный гомон толпы, собравшейся на ярмарке. Откуда-то сбоку раздались мальчишеские крики, мимо пробежали несколько маленьких эльфов. Конечно, орчонок догадывался, что малыши едва ли младше его, но эльфы, которых он видел не так часто, казались такими маленькими по сравнению с орками. Несмотря на своё происхождение, Грын не перенял человеческих черт матери и, поставь их кто-нибудь рядом, Грын был бы чуть ли не на три головы выше пробегавших эльфят. Вообще, раньше мальчик не видел маленьких эльфов, взрослые представители этой расы как-то прибывали к отцу на переговоры, а вот детей маленький орк видел впервые. Орчонку стало интересно — а какие они? Судя по тому, что ребятня бежала за самым маленьким эльфом и задорно что-то кричала — они играли в какую-то незнакомую Грыну игру. Может, если вежливо попросить, они и его примут поиграть? Мальчик решил, что родители не будут сердится, если он попробует завести тут друзей. Он кинул взгляд на дверь, но родители не спешили. Решение было принято. Грын отправился искать убежавших мальчишек. Нашёл он их очень скоро — за одним из поворотов, в какой-то неприятно пахнущей подворотне. Как можно играть в таком месте юный орк не понимал, обострённое обоняние требовало уходить поскорее, но он не спешил. Спрятавшись за углом, он понаблюдал за эльфятами, те ногами пинали большую мусорную бочку, из бочки жалобно донеслось: — Отстаньте от меня, я ничего вам не сделал! — Папа говорит, от тебя одни проблемы! — выкрикнул один из темноволосый мальчишек. — Ты белая ворона! — пискнула такая же темноволосая девчушка. — Бастард, — с презрением, не присущим ребенку, сказал самый старший из ребятни, и все такой же темноволосый. Только сейчас орк заметил, что маленького эльфенка со светлыми волосами, того, самого младшего из всех пробежавших мимо него, среди хулиганящих нет. Догадаться, где он, было не сложно. — Ну и сиди там! В помойке тебе самое место, — снова сказал старший и плюнул на бочку. Внутрь ему было не заглянуть, бочка была по плечо Грыну, а уж над эльфятами и вовсе возвышалась, как младшенький туда попал, оставалось загадкой. — А ну прекратите! — орчонок выпрыгнул из-за угла, когда мелюзга начала с новыми силами пинать бочку. Девочка, увидев зеленого мальчишку с едва торчащими, но всё же заметными, клыками, испуганно вскрикнула, двое мальчишек воинственно сжали кулаки, но глаза их становились тем шире, чем ближе подходил орк. Когда Грын оказался совсем рядом, и эльфы смогли оценить разницу в росте, они попятились, а стоило орчонку на них угрожающе топнуть, так их и след простыл, так быстро эти трое рванули подальше от «страшного орка». Из бочки донесся сдавленный всхлип, Грын подошёл ближе и заглянул внутрь. На дне, в куче каких-то овощных очистков, сидел, обняв себя за колени и спрятав лицо, светловолосый эльфёнок. Даже из такого положения было видно, что он был меньше своих недавних обидчиков. Длинные смешные ушки дрожали, выдавая страх малыша, а тело вздрагивало, когда ребенок пытался унять слёзы. — Эй, — позвал растерянный орчонок, он никогда не был в подобных ситуациях и не был уверен, как стоит себя вести. — Привет, не бойся, я тебя не обижу. Недоверчивый взгляд заплаканных глаз был ему ответом. — Там, наверное, неудобно, не хочешь выбраться? Эти задиры уже ушли. — Я не могу, — шмыгнул носом мальчишка. — Не дотягиваюсь… — Я помогу, подожди, найду на что встать, — Грын быстро подволок к бочке полуразломанный ящик, валявшийся неподалеку, и залез на него. — Давай руку, я тебя вытащу. Эльфёнок долго думал, но всё же принял помощь. Опускать его на землю орку пришлось на руках. — Те ребята, они твои знакомые? — спросил орчонок, когда поставил мальчишку на землю. — Нет, это мои братья и сестра, — эльфёнок снова всхлипнул, так и не успев успокоиться. — Ого, так много? — у орков всегда было мало детей, потому зеленокожий мальчишка был удивлён. — А из-за чего вы так поссорились? — Они старшие, а у меня волосы светлые… А папа… И другой… А они меня винят… И… И… — из-за слёз и всхлипов было не разобрать, что пытается сказать мальчик. Под конец он и вовсе разревелся в голос. Грын немного испугался, эльфёнок был таким маленьким и таким расстроенным, а он не знал что делать. Потому он просто обнял малыша и погладил по голове — мама всегда так делала, когда Грын был расстроен. Эльф уткнулся носом ему в живот и всё никак не мог успокоится. Когда слёзы чуть стихли, но эльфёнок так и не отлип от него, продолжая вздрагивать, орк кое-что придумал. Он пошарил в кармане и нашёл самодельный амулет, он сделал его из полосок кожи, красивого зелёного камня и хотел, чтобы сегодня родители купили ему шнурок, чтобы из амулета можно было сделать подвеску. Конечно, никакой силы влить сам в камень орчонок еще не мог, но каждый орк должен был уметь с детства собрать простенький амулетик из подручных средств. — Вот, держи — это амулет от слёз! — слукавил Грын, вручая эльфёнку поделку, а тот аж рот раскрыл от удивления, он ведь первый раз и орка-то видел, а тот ему амулет даёт! — Правда? Настоящий? — мальчонка быстро оторвался от самого орка и схватился за необычный предмет. — Правда. Ты ведь уже не плачешь, значит сработало, — улыбнулся маленький орк. — А если он не поможет сразу, нужно немного потереть камень, загадав или вспомнив что-то приятное, и слезы пройдут. — Здорово, спасибо! — малыш прижал амулет к себе как самое дорогое. Он хотел что-то еще спросить, но тут часы на площади пробили полдень. Их было едва слышно, но с таким слухом как у эльфа и орка, звук было заметить несложно. — Ой, — пискнул эльфёнок. — Отец меня выпорет, если я опять опоздаю! Спасибо, что… За всё! Мне нужно бежать! И, коротко обняв орка на прощанье, эльф рванул в сторону противоположную главной площади. Орчонок проводил его взглядом и побрёл обратно к лекарскому дому, когда он до него добрался, родители только выходили от целителя. Грын рассказал о встреченных эльфах родителям, пока они все вместе закупались на ярмарке, однако дальнейшие годы стерли из памяти этот эпизод до поры до времени, но подсознательное недоверие к темноволосым эльфам и симпатия к светловолосым сохранились. Что сыграло еще свою роль в дальнейшей судьбе юного орка. А пока он счастливый и довольный познавательным днём брел обратно к племени, держа маму за руку и внимательно слушая поучения отца.