Ненавижу, а там будет видно

Проснувшись утром, Алексей открыл глаза и увидел перед собой лицо Наденьки. У девушки был грустный взгляд, она лежала, подперев голову ладошкой, рассматривала его лицо. — Прости, я вчера уснула, — печально улыбнулась Надя. — Но если хочешь, мы можем наверстать сейчас, пока ни кто не спустился нас будить. — Знаешь, это была плохая идея. — Лёха махнул рукой в сторону свечей и вина. — Не могу я так, это нечестно по отношению к тебе и к моей семье. Поэтому, ты прости меня. — Да ладно, я даже рада, что ничего не произошло, — мягко улыбнулась девушка. — Лёш, ты очень хороший и нравишься мне, но я бы потом не смогла смотреть тебе в глаза. Они собирали вещи не спеша, каждый думал о своём. Надя о том, как повезло какой-то женщине, о том, что нормальных, не женатых мужчин не осталось, а если и есть, то все геи. Алексей, размышлял над тем, как бы выкрутиться из сложившейся, абсолютно нелепой ситуации. Ну не может же он и в самом деле раздвигать ноги перед каким-то козлом, только потому, что тому так захотелось. Неужели не нашлось кого помоложе, или из их братии. На пляж спустились Серый с Коляном и помогли отнести вещи в вагончик. Лёха пытался избегать взгляда Серого, ему казалось, что тот читает его мысли. На самом деле, было стыдно перед всеми за своё вчерашнее поведение, он чувствовал себя облитым помоями, как можно было опуститься до того, чтобы признать себя подарком. Как проститутка, ей-богу. Отойдя подальше от проснувшегося, собирающегося к завтраку народа, Лёха прислонился к дереву спиной и закурил. Он очень надеялся на то, что его не будут донимать расспросами, как они провели ночь. Мысли всё время возвращались к тому, что делать, как без шума и пыли свалить из этого безумного места так, чтобы не пострадала его репутация. Ну не верил он, что если тихо свалить, его будут преследовать. Навряд ли богатеи станут напрягаться из-за какого-то провинциального мужика, в конце концов, он им ничего плохого не сделал. Ход его мыслей прервал приближающийся бригадир. — Вот, — он протянул обычный, белый конверт. — Ты же вчера зарплату так и не получил, а дома уже наверняка ждут денег. — Спасибо, — Лёха не стал уточнять, что на те деньги, которые он отправил за этот месяц, его жена и сын могут спокойно жить полгода. — А хозяин в курсе, что ты мне деньги отдаёшь? — Слушай, я не знаю, какие у вас там произошли тёрки, но я тебе настоятельно рекомендую эту проблему решить. Дмитрий Анатольевич — мужик непростой, с ним шутки плохи. Просто поверь, если у него к тебе что-то есть, то это очень серьёзно и он просто так не отстанет, — уже отходя от Алексея, мужчина повернулся и добавил, чуть скривившись — Этот конверт, мне дал он, без его ведома я бы не рискнул. Лёха, обалдевший от такого заявления, открыл конверт и впал в ступор, таких деньжищ он никогда в руках не держал. Это уже был перебор, стряхнув оцепенение, он развернулся и быстрым шагом направился к гостевому домику. У дверей, Алексей сделал пару глубоких вздохов и постучал. Уже было, решив, что хозяина нет дома, он хотел идти к бригадиру и вернуть конверт, как дверь открылась, а на пороге стоял Макс. Лёха впервые смог нормально рассмотреть своего обидчика. На парне были только штаны военного кроя, слегка приспущенные так, что видно было резинку брендовых плавок, поэтому можно было оценить великолепный, прокачанный торс сполна. Литые мышцы пресса, груди, рук, притягивали взгляд, и даже довольно подкачанный Лёха слегка позавидовал такой фигуре. Заметив такой интерес к себе, Макс повернулся спиной, показывая свою мускулистую спину и подтянутые ягодицы, затем развернулся и хмыкнул. Только сейчас Алексей понял, что он пялится на тело парня, и быстро поднял взгляд. С красивого, чисто мужского лица на него смотрели пронзительные синие глаза. В купе с короткой военной стрижкой на русых, выгоревших на солнце волосах, создавалось ощущение, что смотришь на какого-нибудь морского пехотинца из Американских боевиков. — Так и будешь меня разглядывать? Я думал, ты извиняться пришёл, — хоть взгляд и интонации в голосе, говорили о непринуждённости, Лёха не обманывался, он знал уже, на что способен Макс. Тот просто излучал опасность. — Что сделать, чтобы ты отвис? — Вот, это мне не нужно, — мужчина протянул злосчастный конверт. — Мне нужна моя зарплата, я уезжаю завтра, и не собираюсь участвовать в ваших играх. Найдите более подходящую кандидатуру. — Значит, он решил тебя купить, что же, ему виднее, но я-то точно знаю, как тебя нужно уламывать. — Макс протянул руку за конвертом и заглянул в него. Его лицо не выражало ничего. Парень так быстро заломал Лёху, что тот даже не понял, как он оказался в гостиной, стоящим на коленях и уткнувшимся в пах Макса. Руки были свободны, но мужчину крепко держали за волосы. Алексей понимал, что сопротивляться бесполезно, но гордость не позволяла всё так просто принять. Он попытался отцепить руки насильника и встать, но куда там, это оказалось в его положении совершенно не возможно. Лёха решил, будь что будет, он закрыл глаза и расслабился. — Открой глаза, — Макс присел перед мужчиной на корточки. — Хочу, чтобы ты всё видел и понимал. Иначе, я тебя свяжу, вставлю в рот расширитель, но всё равно поимею как сам того захочу. Потом в таком виде выкину на улицу, и пока из всех твоих дыр будет вытекать моя сперма, я буду сидеть, курить, и ждать, кто же первый на тебя наткнётся. Алексей с ужасом осознал, что этот урод не шутит, и сейчас, лучше всего, соглашаться на всё. Он распахнул глаза, в которых читался страх и согласие. — Тамерлан, меня не обмануть, — ласково прошептал Макс и протянул руку к паху мужчины. Тот дёрнулся, как от разряда тока, и с обречением осознал, что он возбуждён. Дальше всё происходило как в замедленной съёмке, вот парень встаёт и расстёгивает ширинку, вот приспускает штаны вместе с плавками и достаёт полностью возбуждённый член. Лёха смотрел на размер Максового достоинства и понял, что тогда в поезде он был с ним действительно нежен, иначе ходить бы ему тогда с разорванной задницей. Мужчина судорожно вздохнул и открыл рот пошире. *** Алексей брёл по тропинке парка, низко опустив голову. Возвращаться к бригаде не было ни малейшего желания. Сейчас хотелось спокойно лечь и умереть, но так просто сдаваться мужчина не собирался. Дойдя до обросшей кустарником, так полюбившейся ему лавочки, Лёха присел и достал из кармана джинс пачку сигарет. Достав одну, поморщился, губы жутко болели и припухли, казалось, каждый, кто посмотрит на него сразу поймёт, что с ним делали. Как грубо его трахали в рот, не давая вдохнуть. Каждый раз, когда он задевал член зубами, Макс отдёргивал мужчину за волосы и бил по губам, а затем снова начинал вбиваться по гланды так, что ему нечем было дышать. Парень кончил бурно, прям в горло Лехи и ему пришлось всё проглотить, он думал, что его будет тошнить, но к огромному удивлению ничего такого не произошло. Зато пришло чувство жуткого унижения, когда Макс, застегнув ширинку, потрепал его по волосам и приказал, чтобы Тамерлан, не вставая с колен, кончил для него. Алексей, сгорая от стыда, расстегнул джинсы и в пару движений руки довёл себя до оглушительного оргазма. Минуты две понадобилось мужчине, чтобы прийти в себя. Он поднял взгляд на Макса и с ужасом осознал, что тот всё это время наблюдал за ним, и, судя по хищной улыбке на красивых губах, ему нравилось то, что он видел. Всё же закурив, Лёха посмотрел на проклятый конверт, который Макс всунул ему в руку, когда он, приведя себя в порядок, выходил из дома. — Не отказывайся от денег, подумай о сыне и его будущем, — с этими словами, он захлопнул дверь, прям перед носом мужчины.