Сплетение судеб

На секунду повисла пауза, а потом… Потом началась настоящая суматоха. Мобильник выпал у девушки из ослабевших рук, рядом обеспокоенно вертелась Оля, задавая какие-то вопросы. Но Кира ее не слышала. Она словно выпала из реальности в тот момент, когда услышала слова неизвестного. Медленно оседая на пол, схватившись за голову, Кира безмолвно кричала. Точнее, думала, что кричит. Наяву же не могла издать ни звука. «Этого не может быть. Просто не может быть!» — в голове крутилось только одно. Казалось, это все просто чья-то злая шутка. Столпившиеся вокруг гости махали руками, что-то бурно обсуждая, но через пару мгновений пелена слез размыла их очертания. Кира мысленно взывала к Роме, однако юноша не отзывался. На сердце тяжелым грузом повисла дичайшая тоска. Чувство опустошенности расползалось слишком быстро. Когда девушка ощутила резкую боль внизу живота, даже не придала ей особого значения, полностью погрузившись в себя. Но несколько сильных толчков мгновенно отрезвили ее. Вцепившись в руку подруги, Кира тихонько прошипела: «Я рожаю». Оля ошарашенно уставилась на девчонку, совершенно оцепенев. — Вашу мать, помогите мне! Сейчас ей необходимо сосредоточиться на малыше, независимо от обстоятельств. Возможно единственное напоминание о возлюбленном она не могла потерять. Когда рядом оказался отец, Кира глянула на него и покачала головой: — Прости, пап, мне надо в деревню, к родителям Ромы. Довези, прошу тебя. Я знаю, насколько безумным все это выглядит, но объяснять некогда…- она вскрикнула, чуть скрючившись, схватки начались, — мне нельзя в простую больницу! — Но Кира, тебе нужна квалифицированная помощь!.. — Нет, поверь, я лучше знаю. Помоги! Пару секунд мужчина колебался, но ему ничего не оставалось, кроме как согласиться. Самые долгие полтора часа он вез Киру в селение. Та уже подумала, что раньше родит, нежели доедет, однако судьбой было заложено иначе. Когда боль становилась невыносимой, девушка закрывала глаза и заставляла свой ослабевший организм терпеть. Ради ребенка. Добравшись до места, отец вынес адски кричавшую дочь из машины, и передал подоспевшей старухе-целительнице. Та кивнула, заверила трясущегося Григория Михайловича в правильности его поступка и увела наконец Киру в какую-то полуразвалившуюся лачугу. Несколькими днями ранее Рома предупреждал, что в случае родов, Кире придется уехать к целительнице его племени, жила пресловутая старушка чуть ближе самого селения в старой избушке, но лишь она, одна-единственная, могла оказать посильную помощь при возникновении каких-либо сложностей. Следующие двадцать часов превратились для Киры в настоящую агонию. Тело казалось совершенно чужим. Спазмы и боль настолько вымотали девушку, что она уже готова была сдаться. Да вот бабулька не позволяла, настойчиво вертелась рядом и постоянно подбадривала, мол, почти всё уже. Только это самое «всё» продлилось слишком долго. Даже для оборотня, молодой и сильной волчицы, испытание оказалось невыносимым. Дыхание сбилось, Кира в буквальном смысле вынуждала собственное сердце биться. На общем состоянии сказалась и произошедшая ситуация с возлюбленным. Каждый раз, закрывая глаза, она видела его, чувствовала дыхание на коже, ощущала касания теплых пальцев, слышала родной голос… Как же жить дальше? Как жить, потеряв себя? Любое неосторожное движение отзывалось ломотой костей и неприятным покалыванием. Когда боль отпустила, девушка позволила себе расслабиться и выдохнуть, однако целительница восторженно завопила, оповещая тем самым роженицу о долгожданном появлении на свет новой жизни. Какая закономерность… для одной души двери в этот мир закрылись навсегда, но открылись для другой. У Киры родилось двое очаровательных малышей — мальчик и девочка. Практически сразу после рождения их тела приняли естественную животную форму, что сильно осложняло ситуацию. Безусловно волчата выглядели очень мило, особенно когда лежали в люльке, свернувшись клубочками и размеренно посапывая. Но к людям их не допустишь до тех пор, пока не обернутся в человеческую ипостась. Кира провела в доме целительницы несколько дней, позволяя телу восстановиться, а деткам окрепнуть. Позднее старушка настоятельно рекомендовала ей тоже обернуться зверем, уйти с малышами в лес и дать волю чувствам. Ведь там она могла не скрываться. Волчица была искренне благодарна за понимание и помощь, но ей до одури хотелось увидеть родного Рому, проводить его в последний путь. — Дорогуша, в селении никого не осталось, стая ушла. Те, кто выжил. Ты же понимаешь. Началась война… на моём веку то уже вторая!.. — кряхтела женщина, попутно наливая своей подопечной горячий травяной чай, — Падшие всегда вели себя распущенно, да только некому их на место поставить. Клан-то большой! Глядишь, скоро истинных оборотней и не останется совсем, перебьют всех. Будут только эти выродки красноглазые… — Бабуль, я всё понимаю, но Рома — моя пара, я до сих пор чувствую его, мне нужно… Нет! Мне необходимо проститься с ним, — Кира раздраженно дернула плечами, наблюдая за волчатами, увлеченно грызущими какую-то палочку, — прошу, дай день, я успею сбегать и вернусь за детками, после сразу уйдем, как ты и говорила! Старуха недовольно нахмурилась и поджала губы. С минуту, показавшуюся целой вечностью, она молчала, что-то напряженно обдумывая. — Тебе надобно на север идти, найди выживших, авось успеешь до прощального обряда с умершими. Недалече ушли-то думаю, но поториться стоит, поэтому ступай сейчас, но чтоб завтра к вечеру тута была, а я, так и быть, за мелкими присмотрю пока. Поняла? — она с такой любовью и теплом глянула на малышей, что Кире даже немного полегчало. Значит, детки её не одни и они уже любимы. Девушка согласно кивнула и спешно выбежала на улицу. Прохладный ветерок приятно холодил кожу, а запах лесной хвои мгновенно пробрался в легкие. Кругом царила такая непринужденная атмосфера, словно и не было никакой волчьей войны, кровопролития и потока невинных смертей. Лес хранит множество секретов. Глянув на избу в последний раз, Кира резко рванула в гущу деревьев, на ходу оборачиваясь прекрасной белой волчицей. Она бежала так быстро, насколько могла, подключала всевозможные рецепторы, позволяющие найти соплеменников среди тысяч разнообразных запахов и, напав наконец на нужный след, торжествующе взвыла, в надежде быть услышанной. Однако никто не отозвался. Спустя долгих три часа практически непрерывного бега, волчица выдохлась. Судя по ароматам — стая была совсем близко, оставалось совсем чуть-чуть и она нагонит их. Высунув язык и тяжело ступая, белая направилась дальше. Сейчас не время сдаваться. Кира шла и с каждым шагом представляла, как увидит его. Сможет ли она справиться с эмоциями, отпустить? Можно ли вообще простить убийство любимого человека? Сердце сжималось при мысли о том, что это их последняя встреча. За этот крошечный промежуток времени Рома успел стать для нее Вселенной, воздухом, всем. Без него не хотелось дышать. Вот только Кира теперь не одна, дети — отдушина. Они помогут справиться с болью. Возможно рана на сердце не заживет никогда, но малыши помогут ей хотя бы затянуться, чтобы не кровоточила постоянно. Волки, как известно, однолюбы. Кире будет тяжело держаться, будет одиноко и страшно порой, оставшись без поддержки пары она оказалась ответственной за всё. Не только за собственную жизнь, но и за жизни крошек. Как только вспыхнувшая война закончится, она заберет их и сделает всё возможное, чтобы волчата ни в чем не нуждались, окружит заботой и вниманием. После смерти Ромы центром Вселенной станут двое маленьких лопоухих волчат. А пока… Пока нужно вернуться в реальность и обратить внимание на подозрительное колыхание кустов напротив. Кира остановилась, опустила голову и оскалилась, прижимая уши. Запах не был ей знаком. Глаза незнакомого волка сверкнули в полумраке, но они были такими же изумрудными, как и её собственные, только казались стеклянными, пустыми. Зверь не прятался, он охотился. Припав к земле, волчица угрожающе зарычала и медленно двинулась навстречу зверю. Как ни странно, волк вышел из укрытия совершенно спокойно, не таясь, и даже игриво помахивая пушистым хвостом. Шерсть чужака отливала синевой, что очень удивило Киру. Принюхавшись, волчица признала в звере самку, она тоже оборотень, но другой. Что-то с ней не так… Как только самка обернулась в человеческий облик, всё стало ещё запутаннее. Оля. Кира, удивленно распахнув зелёные глаза, резко подскочила и растерянно огляделась. «Это что, розыгрыш какой-то?» — Нет, Кир, не розыгрыш. Я принадлежу к старейшему роду оборотней, высшей элите, наша кровь — кровь, которая течет в жилах всех истинных волков. Мы прародители рода волчьего. И лишь нам решать, какие кланы сохранять в живых, а какие следует наказать… Ты удивлена? — Оля говорила отрешенно, словно была не здесь вовсе и разговор с белой ей совершенно неинтересен, — По глазам вижу, что да. Знаешь, у твоего супруга хорошие волки и много истинных, но все они упрямы и совершенно не сговорчивы. А я хотела предложить вам интересный, выгодный вариант. Увы, но выжила лишь малая часть стаи, ты их Альфа и, полагаю, тебя послушают. Прояви благоразумие! «Альфа? Я?!» — проносится бешеная мысль, вгоняя волчицу в еще больший ступор. Говорившая усмехнулась и вновь обернулась крупным зверем. Усевшись напротив собеседницы, Старейшина нетерпеливо пошевелила ушками и тихонько требовательно рыкнула. «Если тебе так проще общаться, то я согласна. У нашего рода много врагов. Оборотни теряют силы и способности с каждым новорожденным грязнокровкой. Истинные исчезают, так быть не должно! Поэтому клан Небесных принял решение — пора вводить новые правила. Эпоха людей заканчивается. Союзы человека и волка отныне будут запрещены. Истинные оборотни должны будут объединиться и истребить всех обращенных, а затем уйти подальше от чужих земель, в леса, и продолжить жить как наши далекие предки, не нарушая естественного порядка вещей. Понимаешь? Твоя задача в том, чтобы убедить свою стаю сделать это, тогда мы пощадим тебя, ты вернешься в свой мир и детей с собой заберешь, мы о вас никогда не вспомним. В случае твоего отказа и неповиновения подчиненных, Небесный клан будет вынужден уничтожить ваше племя. Полностью. Вместе с тобой и крошками волчатами. Что думаешь?» «Предлагаешь убить невинных? Ведь среди обращенных есть маленькие дети, женщины и пожилые волки. В чем они виноваты? У некоторых из них даже не было выбора! За что их убивать? Ну же, поясни!» — взбешенно подсознательно кричит Кира на старую приятельницу. Её уже не заботило, почему она так поступила, почему все время скрывалась и вела себя, как ни в чем не бывало. В этом мире скоро нечему будет удивляться. Киру больше выбесило совершенно сумасшедшее предложение, которое выдвигали Старейшины Небесных волков. С какой стати запретить союзы с людьми? Зачем истреблять грязнокровок? «Ты слишком юна и многого не понимаешь, наши решения не обсуждаются. Собираешься помогать или примешь смерть прямо здесь и сейчас? Можем устроить! Я была послана к тебе, чтобы разведать ситуацию, оценить силы твоей стаи и проверить количество грязных оборотней. Для этого пришлось втереться в доверие, строить из себя глупого, наивного человека… Ты повелась. Странно, видимо история с Ирой ничему не научила. Но тем не менее. Выводы неутешительные, Падших слишком много, если не начать действовать сейчас, то всех чистых уничтожат. Поэтому скрываться смысла нет, мы начинаем зачистку. Твое решение, Кира? Хочешь проститься с Ромой?» Упоминание о погибшем любимом распалило в груди огонь ненависти. И правда, ведь любовь всей её жизни убили Падшие, без сомнений! А значит… Она имеет полное право отомстить, ответно пустив кровь. «Я поговорю с волками. А теперь, прошу, не стой на моём пути.» Старейшина, гневно сверкнув глазами, оскалилась, но отступила. «Встретимся завтра на этом же месте. Доложишь, сколькие согласились. И не смей упоминать обо мне!» — раздалось вслед уносящей лапы Кире. Альфа была полна решимости и готова к встрече со стаей. В такое тяжелое время волки нуждались в ней, как никогда. Тем более, их вожак знает, как правильно поступить.