Ты - моя.

- Чёрт! Машина мчится по мокрому шоссе, набирая скорость. Мужчина снова и снова бьет рукой о руль, разрывая тишину салона новыми проклятиями. Какого чёрта он делает? Пульс стучит в висках, вторя каплям дождя, рассыпающимся по лобовому стеклу. Какого чёрта он вообще туда поехал? Ему следовало держаться от неё подальше, как и хотел, как изначально планировал… Если бы только не это роковое влечение. Эта женщина - она сама полное воплощение страсти и желания. Богиня. Сирена. Ему не следовало к ней приближаться! - Чёрт! - на руль обрушивается очередной довольно сильный удар, и Шон, едва не взвыв от боли, понимает, что ударь чуть сильнее, его бы задушила собственная подушка безопасности. У женщины - наваждения есть муж. У неё вполне комфортная жизнь. Ей, видимо, ТАК удобнее. Но что же это тогда было? Временное помутнение рассудка? Слабость? Блажь? Нет, не может быть, чтобы прекрасное слияние тел и душ в пылком танце единения было лишь секундной прихотью! Машина издает пронзительный звук на повороте, на мгновение теряя сопряжение с дорогой. - Твою мать! Так и разбиться не долго. Однако на этот раз он не позволит Лане просто отмахнуться от того, что было между ними! Шон съезжает на обочину и, достав из кармана телефон, отправляет короткое сообщение на давно знакомый номер: "ТЫ - МОЯ" *** Двумя часами ранее... - Так значит, ты в Ванкувере? - послышался в трубке до боли знакомый голос Ланы, вызывая невольную улыбку на лице мужчины, - И даже не позвонил, негодяй! – прозвучало в трубке обиженным тоном. - Только прилетел вообще-то, еще ни с кем не успел связаться. Рад снова слышать тебя, - признался Шон, поправляя полотенце, обернутое вокруг бедер. - А мог бы слышать меня намного чаще, если бы звонил, Магвайер! Тяжело было все эти месяцы находиться в Лос-Анджелесе, за сотни километров от этой удивительной женщины, и не позволять своим мыслям снова и снова возвращаться к ней. Шон действительно соскучился по её тёмно-шоколадным глазам и хитрой улыбке, невесомым прикосновениям и заразительному смеху. Он соскучился по ней. Как же соблазнительно звучал её бархатный голос после долгой разлуки, пусть в нём сейчас и проскакивали нотки напускной обиды. Мужчина был рад, что на нем полотенце, а не стесняющие джинсы. Чёрт бы побрал эту женщину, он никогда не мог устоять перед ней! - Я бы и рад, - усмехнулся он, - но Её Величество почти всё время на съёмках! На другом конце трубки раздался обрывистый вздох. Было ясно, что она взволнована чем-то. Иногда он мог читать её, как открытую книгу, но не в этот раз. Шон, переняв настрой Паррии, начал мерить комнату шагами. - Все нормально, Лана? - Хм? Да, конечно. Ты заглянешь? - На съёмочную площадку? Это вряд ли, ты же знаешь, что меня там не жалуют, - стало слышно, как дыхание женщины участилось. Так, может быть, всё не совсем так, как она говорит. - У тебя точно все хорошо? - Что? Ах, да... И это не правда, что по тебе никто не скучает. Мы все скучаем! Я по тебе скучаю... Ее "я" драматично выделено голосом, и на озадаченном лице Шона вновь заиграла улыбка. - Ох, родная, я тоже очень по вам скучал, - пробормотал он, усаживаясь на кровать и проводя рукой по всё ещё влажным волосам. - Я соскучилась по тебе, Шон. Я хочу тебя увидеть. Приезжай? - ее голос звучал растерянно, с легкой дрожью. И как он может отказать этой женщине?! - Где ты сейчас? - Дома. Заедешь? Местом, где ему не хотелось появляться еще больше, чем на съёмках, был её дом. Совсем не возникало желания встречаться с его обитателями, но, в конце концов, это было ради неё. Это важно и необходимо ей, и он сможет задвинуть свою неприязнь куда подальше на часок другой. Да и вряд ли бы женщина позвала его к себе, когда всё семейство в сборе. - Лана, я... - Я знаю, что ты только что приехал, - перебила его брюнетка, - но мне очень нужно тебя увидеть. Теперь в её голосе было еще больше отчаяния, и Шон встал, оглядев комнату в поисках своих вещей. - Я одна, - словно прочитав его мысли, добавила Лана. - Хорошо, скоро буду, - не раздумывая пообещал мужчина. *** “Почему он так долго?” Лана нервно заламывала пальцы на руках и неустанно смотрела на часы. Минутная стрелка, словно впала в кому, и не хотела двигаться с места. Женщина не могла понять, почему так нервничает. Нужно было успокоиться. Дыши, Лана, дыши. “Так”, - вдох. “Хорошо”, - выдох. “Это просто Шон”, - еще один вдох. “Нет, это сумасшествие!”, - шумный выдох. “Как я на это решилась?!” “Нет, я определенно свихнулась!” “А что если он не хочет этого?” “Боже, Паррия, перестань себя накручивать!” Поток спутанных мыслей нарушил мелодичный дверной звонок. “Он здесь!” успевает промелькнуть в голове, и ее сердце, совершив кульбит, делает рывок вниз живота. - Эй, привет! – поздоровался Магвайер, одаривая ее одной из своих самых сногсшибательных улыбок с ямочками на щеках. И как, по-вашему, она должна устоять против ТАКОГО?! - Привет, заходи! - Спасибо. Паррия шире приоткрыла дверь, не отступая назад, ноги, словно стали ватными и совсем отказывались слушаться. Мужчина сделал шаг навстречу, прижал ее покрепче к себе, вдыхая тонкий сладковато-терпкий аромат и оставляя легкий поцелуй на волосах. Сердце Ланы застучало настолько часто, что стало трудно дышать. - О, прости, слишком сильно сжал? - заметив напряжение, поспешил извиниться мужчина, разжимая объятия, но, так и не выпуская ее из рук. С того момента, как женщина открыла дверь, он был сражен ее красотой. Легкий макияж на лице, более естественный и гармоничный. Шону нравился яркий макияж Реджины, он даже был не против немного вульгарного макияжа Злой Королевы, но предпочитал видеть Лану без макияжа вообще. С самого раннего утра, когда она еще сонная с кофе в руках появлялась на съемочной площадке. Такой он любил ее больше всего, такой она приходила к нему в мире грез: ранимой, домашней, сама собой. Шон тут же заметил, как сильно она остригла волосы, но предпочел об этом умолчать. Лана, всегда такая податливая в его руках, сегодня была неестественно напряжена. - Все в порядке, я тоже соскучилась. Хочешь чего-нибудь? Вина? - предложила Паррия, выскользнув из его объятий и скрывшись на кухне, в которую плавно переходила открытая гостиная. Лана сто раз успела прокрутить сценарий встречи у себя в голове, пока мужчина ехал к ней, но теперь, когда он был здесь, в нескольких шагах, ее дерзость подло изменила женщине. Она достала два бокала и бутылку красного вина. Шон проследовал следом за хозяйкой дома и теперь стоял прямо позади нее. Еще не повернувшись, она почувствовала его всем своим существом. Это было невыносимо. - Лана? Невероятно, какое воздействие имел на нее этот мелодичный голос с британским акцентом. Он всего навсего произнес имя, а ее трусики уже мокрые. Паррия машинально сжала бедра. - Хочешь вина? - Нет, я не за этим сюда приехал. "Чёрт! Почему это так сексуально звучит?" Лана глубоко вдохнула, ненадолго задерживая воздух, и медленно выдохнула его, пытаясь собраться с мыслями или обзавестись обещанной смелостью. Она повернулась к нему все еще не готовая встретиться взглядом. Он настолько близко, что у нее вновь перехватывает дыхание, в ногах появляется слабость, а мысли сбиваются. Представляя, как мужчина сам делает этот единственный шаг, стирающий расстояние между ними, и двое соединяются в поцелуе, Лана машинально закусила губу. Взгляд Шона мгновенно переключился на ее чувственный рот, а на щеках проступила краска. "Почему все так сложно, ведь они определенно хотят друг друга?" "Спокойно, Паррия, дыши ровнее". "Но разве не за этим она его сюда позвала?" Брюнетка облизала губы и сглотнула. - У тебя все в порядке? - полушепотом уточнил Магвайер, наконец, подойдя к ней вплотную, и провел рукой по темным волосам, разделяя шелковистые пряди. Его нежное плавное движение заставило мурашки пробежаться по ее спине. Слишком интимно, слишком просто, слишком привычно. Словно он делал так каждый день, будто они были парой. Голова женщины машинально подалась в сторону его прикосновения, и ее прохладная щека прильнула к теплой ладони. Взгляды Ланы и Шона встретились, одаривая огнем всепоглощающего желания. - К черту все! - выдохнула женщина в ответ и, схватив его за джемпер, притянула к себе. Губы мгновенно встретились в горячем поцелуе. Брюнетка плохо отдавала отчет своим действиям, она просто хотела этого мужчину. Почувствовать его крепкие руки на своем теле, вдыхать его мускусный запах, ощутить его язык там, где всегда представляла его в своих фантазиях. Через несколько минут они разорвали поцелуй с характерным влажным звуком. - Я хочу тебя, - сорвалось с ее губ. Лана отстранилась от партнера, но лишь настолько, чтобы видеть его лицо. Стало понятно, что Шон ошарашен. Глаза широко открыты, брови нахмурены, однако на губах проступила легкая улыбка. "Так значит, все- таки приятно удивлен, и она не запорола все к чертям!" Паррия облегченно выдохнула. Тем временем Шон все еще молчал, вопросительно глядя на женщину. "Что с ним такое? Неужели он не хочет?" Словно в ответ на невысказанный вопрос Лана ощутила, как крепкие ладони сильнее прижали ее талию к мужскому телу, а затем начали плавное движение вниз и, остановившись на ягодицах, сжали их. Такое простое, но одновременно сексуальное прикосновение Шона еще больше распалило Лану, заставляя кровь быстрее пульсировать в венах. "Он точно не против!" - пронеслось в голове брюнетки, и на ее лице появилась соблазнительная полуулыбка. Недолго думая, Паррия притянула мужчину еще ближе к себе. Жар, исходящий от его тела, и эрекция, упирающаяся в ее бедро, заставили Паррию закусить губу настолько сильно, что во рту появился металлический привкус крови. Руки сами заскользили по твердым мышцам мужской груди, разглаживая несуществующие складочки на джемпере, а после мучительно медленно пробираясь пальцами под него. Шон мгновенно впился в губы женщины неистовым поцелуем. Она откликалась на жадные движения его губ, сама отдавалась в крепкие руки, плавно скользящие по хрупкому телу. Страсть полностью поглотила Шона. Конечно же, он любил эту женщину, испытывал уважение, стремился во всем и всегда защитить ее, но сейчас все это ничего не значило. Целый мир отступил на второй план, предоставив двоим свободу. Уже не имеет значения, что у них есть супруги, обязательства, контракты, неважно, где они находятся и как там оказались. Как же давно он мечтал почувствовать вкус ее манящих алых губ вне съемочной площадки, не по сценарию, без лишнего народа и фанатов. Только они. Вдвоем. Лана выдыхает легкий стон в его приоткрытый рот, и он выбирает именно этот момент, чтобы проникнуть языком в ее приоткрытые губы. Они упиваются друг другом. Их языки сходятся в мучительной схватке. Электрические разряды пробегают по всему телу, отдавая пульсирующим теплом внизу живота. - Спальня?- разрывая поцелуй, задыхаясь, хрипит он. - Я..хочу тебя... здесь... и... сейчас, - хватая ртом воздух, настойчиво шепчет Паррия. Одна из бровей мужчины вопросительно взлетает вверх, но он вновь припадает к ее пухлым губам, наслаждаясь их вкусом. Легкое движение его рук, и вот брюнетка уже сидит на столе, еще одно - и все, что стояло на нем, со звоном летит вниз. Магвайер проводит языком по ее губам, уделяя особое внимание маленькому шрамику над верхней губой. Ответом Ланы становится невероятно сексуальный стон. - Я скучал, - шепчет он в самое ухо. Его зубы захватывают и оттягивают мочку, принося сладкую боль. Плавно переключаясь на ее шею, Шон оставляет на коже горячие поцелуи, слегка прикусывая пульсирующую венку. - Я тоже, - вторит ему Лана, и оказывается на спине, а Шон нависает над ней, пожирая взглядом тело, скрытое домашней одеждой. Его взгляд настолько интенсивный и голодный, что она может просто кончить лишь от этого. - Поцелуй меня, Шо... Его губы не дают закончить фразу, захватывая ее, увлекая за собой в танец двух тел, двух душ и сердец, которые так часто бьются в унисон. Не разрывая поцелуй, Лана попыталась избавить Шона от одежды, которая вдруг стала лишней, преградой между ней и его совершенным телом. Слава богу, он догадался надеть футболку, а не рубашку. Она первой и полетела на пол следом за джемпером, однако джинсы так просто сдаваться не хотели. - Чёрт бы их побрал! - не в силах сдержать разочарование, выпалила Паррия. Она все еще возилась с поясом. - Позволь, я сам, - улыбнувшись, пробормотал мужчина, накрывая ее пальцы своими. Касаясь губами ее алых губ, - вот, все просто. Из груди Ланы вырывается непроизвольный смех, который быстро переходит в отрывистый вздох, когда Шон стягивает с нее легкую кофту. Поношенные джинсы летят на пол вслед за ней, оставляя женщину в одном нижнем белье. - Богиня, - не сдержался мужчина. Его голос вдруг стал на октаву ниже и приобрел предательски хриплый звук, выдавая сильное желание, которому он не смог бы противостоять в данный момент, даже если бы захотел. Он помогает бретелькам бюстгальтера спуститься вниз с ее плеч. Проводит тыльной стороной ладони по груди, скрытой за тонкой тканью белья, и ребрам Ланы, заставляя ее прогнуться и податься вперед, еще ближе к нему. Его ловкие руки мгновенно справились с застежкой на спине, освободив аккуратную грудь женщины. Она в свою очередь тоже не бездействовала, помогая ему избавиться от боксеров и высвободить приличных размеров член. Само предвкушение грядущего удовольствия заставляет ее нетерпеливо выпустить призывный вздох. Губы Магвайера тут же припадают к ее ключице, спускаются ниже к ложбинке груди, совершая сладостные посасывающие движения, еще больше возбуждая брюнетку, и заставляя кровь сильнее пульсировать между ее бедер. Звуки, которые издает Паррия, ласкают слух Шона, очень быстро сменяясь отчаянными стонами мольбы. Не в силах больше сдерживаться мужчина резким движением разрывает последнюю преграду между ним и тем, чего он желал больше всего, освобождая Лану от остатков нижнего белья. "Подарок Фреда"- успевает мелькнуть в ее голове, но эту мысль тут же замещает "Да!", когда она чувствует пульсирующую плоть Шона в миллиметрах от себя. Лана задыхается от страсти, когда его горячий, твердый член проникает в ее лоно. Шон впивается в ее губы, чтобы заглушить стон, рвущийся из груди брюнетки. Она готова для него. Голос разума отходит на второй план под напором чувств, захвативших всю ее без остатка. - Шон, - его имя с ее губ срывается подобно приглашению к действию, пока мужчина совершает плавные движения внутри нее. - Да! Быстрее, я.. я хочу... Но женщина не успевает продолжить, так как партнер, осознав намек, ускоряет темп толчков, в то время как она лишь сильнее сжимает его торс ногами. Его губы скользят по телу, припадая к груди и обводя шершавым языком темный ореол, жадно захватывая сосок губами. - Боже, это... - выдыхает Лана. - Знаю, - вторит ей Шон, захлебываясь собственными ощущениями и переключаясь на вторую грудь. Страсть, подобно лавине, накрывает двоих, вырывая из реальности. Заставляя забыть обо всем, кроме движения ласкающих рук, влажных касаний языка, слияния разгоряченных тел. Разрядка наступает почти одновременно, обрушив на любовников волну наслаждения. Еще какое-то время после их тела содрогаются, словно под разрядами тока, распространяя необъяснимое блаженство. Шон все еще прижимает ее тело к своему, настолько близко, насколько возможно, одновременно ощущая конец их близости и желая отдалить этот момент. Его поцелуям нет конца, но теперь от жадных и рваных они постепенно перешли к медленным и упоительным. На некоторое время они стали одним целым, и какая разница, что ждет там за пределами их маленького хрупкого мира, созданного из тайных желаний, скрытых чувств и непреодолимой любви друг к другу. И пусть тела покрыты потом, но их души, наконец, наполнены друг другом. Шон замечает, что все еще инстинктивно продолжает двигаться внутри нее, однако это уже не приносит того удовольствия, что несколько секунд назад. Он отстраняется, оставляя неминуемое ощущение пустоты в ее сердце. - Не уходи, - умоляюще выдыхает брюнетка. Она еще не готова отпустить его, и Шон, улыбнувшись ей в ответ, начинает покрывать влажное тело новыми поцелуями. Они настолько нежные и легкие, что невольно остается впечатление, будто это лишь его призрак, который и так всегда незримо присутствует рядом с ней. От поцелуев становится еще больнее на душе, поэтому Лана останавливает партнера, сжимая в своих ладонях его лицо. Она хочет сказать ему так много, но не находит в себе сил даже выдержать горящий взгляд его синих глаз, а потому просто целует в губы. Каждый из них понимает, что это последний поцелуй, но ни один из них все еще не готов отпустить другого. Она зарывается лицом в ложбинку между его шеей и плечом, вдыхая не только насыщенный мужской аромат, присущий Шону, но и запах соития. Любовники не успевают насладиться трогательным моментом такой неприкрытой, но чистой и откровенной интимности, как их уединение прерывает дверной звонок. Как гром посреди ясного неба разрушает трагично-упоительную идиллию, заставляя каждого спешно подняться и броситься на поиски одежды. - Чёрт! - Кто это? - недоумевает Шон, безуспешно пытаясь натянуть боксеры, и джинсы. - Чёрт, чёрт, чёрт, - Лана натягивает кофту и джинсы, не обращая внимания на валяющееся неподалеку нижнее белье. - Я - полная идиотка! Это Джули. Я.. я совсем забыла о нашей встрече сегодня. Шон лишь растерянно смотрит на нее. "Это разочарование в его взгляде или злость?" - Скорее, в ванную! - командует женщина, поднимая с пола мужскую футболку и джемпер, слегка подталкивая Шона в спину в упомянутом направлении. - Она просто так не уйдет, поверь мне, я знаю. - Но что ты прикажешь мне делать?- шепчет Магвайер. По выражению его лица она все еще не может понять, то ли он сейчас выйдет из себя, то ли готов выкинуть еще большую глупость и раскрыть их обоих. - Ванная! - твердо заявляет Паррия, и мужчине ничего не остается, как подчиниться этой сумасшедшей женщине. - Безумие, - наконец, выдыхает он, а Лана захлопывает дверь ванной комнаты. Паррия пытается приветливо улыбаться Джули, впуская ее в свой дом, но улыбка все же вышла больше натянутой и неестественной, что не могло ускользнуть от прозорливого агента. - Я ничему не помешала? - поинтересовалась вошедшая женщина. Она обняла Лану, которая тут же ощутила всю глупость этой ситуации, а также отсутствие белья и проступающую влагу между своих бедер - доказательство недавнего секса. " Чёртов Магвайер!" - Нет, ничуть, - солгала она, - я просто забегалась тут с домашними делами и не успела принять душ. "Неужели ее жизнь теперь превратится в череду одной лжи, старательно покрывающей другую?" - Лана, ты должна попросить Фреда нанять вам горничную, или что-то вроде того. Не пристало тебе быть золушкой, ты - актриса! - Я не против дел по дому, - отмахнулась от подруги женщина, - просто иногда остается мало времени на себя. Располагайся, - она снова предприняла попытку непринужденно улыбнуться, но одержала поражение. - Ты не против? - Лана быстрым движением указала на ванную комнату, - я быстро! - Конечно. - Подождешь меня в кабинете на втором этаже? Мы там в прошлый раз были, помнишь? Вина хочешь? - Лана чувствовала, что начала тараторить из-за нервов, но никак не могла придумать, чем себя успокоить. Гостья направилась в сторону лестницы на второй этаж, мимоходом окинув взглядом гостиную и кухню. - Боже мой! Да что тут у тебя произошло? Глаза Ланы проследили за проницательным взглядом агента, и она мгновенно вспомнила о разбитой ранее посуде. Белья, как ни странно, нигде не было видно "Слава богу!" - Ничего, просто неожиданный звонок друга. Прости, совсем вылетело из головы, я сейчас уберу. - Шон? При звуке его имени из уст Джули, Лана чуть не потеряла сознание. Она машинально оглянулась, боясь увидеть его посреди гостиной. - Что? - еле слышно выдохнула она в ответ. - Шон, говорю, звонил?- в глазах ее подруги блестел огонек догадки или даже больше, словно она уже знала их тайну, но это НЕВОЗМОЖНО! Лана нервно заправила непослушные пряди за уши, но слишком короткие они мгновенно выбились, закрывая часть ее лица, на котором проступал ощутимый румянец. - Да, он уже в Ванкувере, - решив поделиться частью правды, пробормотала актриса. Она все еще надеялась, что Джули не догадывается о том, что мужчина в данный момент гораздо ближе, чем просто в Ванкувере и заперт в ее собственной ванне. - Ты знала? - Догадывалась, он упоминал о приезде, когда мы списывались. Только не говори мне, что вы не договорились о встрече?- улыбаясь во весь рот, продолжила гостья. Паррия чуть не поперхнулась водой, которую только что отхлебнула из стакана, оставленного ей самой на журнальном столике. Джули покачала головой. - Только не натворите глупостей, и уж тем более не устраивайте публичных рандеву. Если вас заметят папарацци, мы потом целый год будем эту кашу расхлебывать. Фанаты и так никак не заткнутся о вашем якобы романе после того, что вы вытворяли в Париже. Пиар такой ценой нам точно не нужен, - заявила ее агент уже более официальным тоном. И тут же хитро, по-приятельски поинтересовалась, - так зачем он звонил? - Поднимайся наверх, я скоро, - ловко ушла от дальнейших расспросов Лана. - Мы поболтаем, когда я вернусь. Бросив на Лану многозначительный взгляд, Джули, наконец-то, проследовала вверх по лестнице в кабинет, который официально принадлежал Фреду, но мужчина им практически не пользовался. Уже через минуту Лана вбежала в ванную, плотно заперев за собой дверь. Шон, сидевший на краю ванны, опустив голову на руки, даже не шелохнулся. - Вставай, тебе пора уходить, - поторопила его брюнетка, потянув за руку. - Что ты со мной делаешь?- руки легли на ее бедра, и Шон с силой притянул Лану к себе, утыкаясь лицом в живот, распространяя тепло, которое ощущалось даже через ткань кофты. Женщина почувствовала, как колени вновь предательски подводят, а кровь в венах закипает от страсти, словно мощный поток, передающийся от ее мужчины. Он мгновенно поднялся и прижал женщину к двери, припав к шее поцелуем. - Шон, - произносит она с мольбой в голосе, сама не осознавая, о чем конкретно молит. То ли о том, чтобы он перестал и отпустил ее, то ли о том, чтобы никогда не останавливался. - Шон, - еще раз повторяет Лана еле слышно. Вероятно мужчина истолковывает ее обращение, как просьбу остановиться, и, оставив на губах легкий поцелуй, отстраняется от нее. Они не готовы посмотреть в глаза друг другу, ведь ни один из них не может подобрать подходящих слов. Они как два великих грешника, которые вкусили запретный плод, и тут же осознали всю безысходность собственного поступка. - Тебе пора идти, - бормочет Лана, и чувствует, как этими словами втыкает нож в его сердце, да и в свое тоже. - Лана. - Нет, уходи, - женщина чувствует себя убийцей, но нет, она – хирург и должна сама оборвать эти болезненные мгновения без колебаний. - Прости, - его голос такой нежный, он похож на шёпот моря, он просто разрывает ее на части изнутри. - Уходи, - резко бросив одно лишь слово в ответ, Лана выходит в гостиную. Он следует за ней, лишь на мгновение прижимая женщину к себе еще раз, обняв со спины, оставляет горький поцелуй на волосах и исчезает через заднюю дверь. Когда Лана слышит стук закрывшейся двери, она обнимает себя руками. Вокруг нее пустота, внутри тоже. Не в силах сдержать слез, она позволяет им свободно катиться по щекам. Женщина собирает с пола осколки, осколки любви, осколки своей души, которые равнодушно впиваются в пальцы, где выступают капельки крови. Она знает, что им больше нельзя видеться, да и мужчина вряд ли захочет теперь. Лана не успевает подумать о чем-то еще, как хлопает парадная дверь и по тяжелым шагам она узнает своего мужа. С жутким звенящим звуком Фред бросает ключи от дома и машины на стеклянный журнальный столик у входа. Женщина мгновенно отворачивается в сторону лестницы, торопясь смахнуть слёзы. - Да, конечно, завтра. Да, я перезвоню позже, только добрался домой,- муж разговаривает по телефону, и это дает ей пару мгновений привести себя в порядок. "Хорошо, что он не пришел на несколько минут раньше". - Привет, - бросает она по привычке, когда мужчина попадает в поле зрения. - Да, МакФирсона обязательно нужно поставить в известность, - продолжает Фред по телефону, совершая лишь приветственный жест в сторону жены и показывая дать ему еще минуту. Женщина кивает, достает новую бутылку вина, два стакана и идет наверх. Похоже, что этот телефонный разговор надолго. Спустя некоторое время Фред откладывает телефон в сторону и, наконец, замечает женские голоса, доносящиеся сверху. Один из них принадлежит его жене, другой он распознает, как голос ее агента и тут же успокаивается. Джули желанный гость в их доме, они не раз планировали, как лучше подать Лану и устроить дополнительный доход вне съемок вместе. Проходя на кухню, он обнаруживает на полу осколки стекла и ее телефон, который начинает вибрировать в руке, как только мужчина поднимает его. Одно входящее сообщение. На экране высвечивается имя: Шон Магвайер.