Любовь дороже сокровищ. Дьявольский остров

Оливия Грэй, возвращаясь с ярмарки, решила срезать путь через лес. Прохлада после жаркого и палящего солнца приятно бодрила, а спокойствие и умиротворённость леса после шумной, пёстрой и суетной ярмарки радовали. Надо сказать, была бы не так плоха ярмарка, если бы не огромная, вечно рвущаяся то туда, то обратно толпа, в которой легко было потеряться. Потеряться или потерять последние силы - от духоты. В длинном сером, наглухо застёгнутом на горле платье - и это в такую погоду! Подобное было бы делом недолгим; зато долгим делом никак не могло быть пребывание под палящими лучами солнца. Бежавшая рядом Флай утвердительно тявкнула. Оливия улыбнулась. Колли всегда как будто угадывала настроение хозяйки. Девушка могла бы нанять двуколку, притом, что Фридрих постоянно старался усадить её в свою повозку, но Оливии хотелось прогуляться и освежить голову. Словно в ответ на такое желание, её чёрная шляпка зацепилась за ветку, силясь освободить хозяйку, и только крепко завязанные ленты не дали ей слететь с головы. Девушка от неожиданности ойкнула и вышла из задумчивости. Флай, которую она чуть не задела, уже осудительно тявкнула. Оливия прибавила шагу и примирительно погладила собаку по мохнатому боку, но та лишь фыркнула. Негодница знала, что дома, в знак мира, получит большую порцию мяса. Оливия улыбнулась и почесала собаку за ухом, за что Флай ласково лизнула ей руку и засеменила рядом. Идти до дому было почти две мили, и Оливия даже уже начинала жалеть о своём поспешном решении. Ей не хотелось осознавать, что пешком она пошла не только из - за жары, но и по совету доктора Ливси. В последнее время он был обеспокоен её бледностью и посоветовал больше свежего воздуха. Доктор Ливси! Миссис Оливия Ливси! Она качнула головой, нельзя об этом думать. Доктор был её поддержкой и опорой, любовь может лишь всё усложнить, да и скажи она о своих чувствах, он бы наверняка взял её в жёны. Оливия интуитивно чувствовала это. Он слишком себя винил в смерти её матери. А брак, построенный на чувствах сострадания и вины, был бы слишком жесток по отношению к доктору Ливси. Девушка пыталась снять этот груз с него, но он упрямо стоял на своём. И все её доводы не доходили до его сердца. Её мама просто не хотела жить, и тут уже никто помочь не смог бы. Мама... Немного странная она была, если вспомнить. Но в любом случае, очень любящая. И то, что отпустила жизнь с такой неожиданной готовностью, поражало многих. По крайней мере, не знавших... Аманда Грэй очень старалась, чтобы с самого начала дать дочери хорошее образование: «Не хуже, чем у знатных мисс,» - часто любила приговаривать она и возлагала на Оливию большие надежды. Работая швеей у богатых дам, она вбила себе в голову, что та тоже достойна титула. «Почему бы и нет, солнце моё? – любила приговаривать женщина. - Ты умна, и намного красивее многих знатных мисс!» И Оливия действительно составляла им весомую конкуренцию. Густые белокурые волосы с золотистым отливом; светлые серые глаза, обрамлённые длинными светлыми ресницами и словно подёрнутые серебристой дымкой; тонкая, изящная талия – всё это с детства выделяло Оливию Грэй среди её сверстниц. - Прекрасное дитя, – как - то однажды сказала про неё леди Эванс. И миссис Грэй всё больше воодушевлялась, отдавая этому делу всю себя. Как вдруг произошло страшное потрясение для всей их семьи. Отец подался в пираты. Весёлый и добродушный плотник Абрахам Грэй внезапно исчез, без записки и предупреждения. А потом, через полгода, гуляя по парку, они увидели его портрет и внизу приписку о том, что данный человек - пират, и правительство назначает вознаграждение за его голову. Матери стало дурно, и за этим последовал глубокий обморок. Все её усилия пошли крахом, дома знатных господ закрылись не только для её дочери, но и для не неё самой. Уже никто не хотел покупать платья у жены пирата. От потрясения женщина так и не оправилась, всё больше чахла. Под конец она даже уже не могла ходить, оживляясь лишь при словах о муже. Тогда её глаза гневно блестели, а из уст вырывалось проклятье, прерываемое рыданием, после которого Оливия долго не могла её успокоить. Любое упоминание об отце стало запретом в их доме. Поначалу Оливия думала, что это болезнь, вызванная нервным расстройством, и быстро пройдёт, но с каждым днём становилось только хуже. И тогда она бросилась к самым лучшим врачам, предлагая любые деньги за лечение. Врачи отказывали, скрывая презрение за вежливой улыбкой. Слух об их отце просочился во все дома, заполонил изнутри город. Тогда и появился доктор Ливси. Он был последней надеждой. Оливия слышала о Дэвиде Ливси много хорошего, что он брался лечить даже бедняков; но сможет ли он взяться за лечение жены пирата с риском запачкать свою репутацию? Мисс Грей этого не знала и боялась отказа. Но доктор Ливси принял её радушно, сразу откликнулся на её предложение и предпринял все способы для лечения. Только улучшения не было, и вот, в порыве отчаяния, девушка попросила доктора дать обещание, что он сможет вылечить её мать. И получила его. О чём до сих пор жалела. Он не смог его выполнить: мама умерла. Это событие стало самой большой трагедией за все двадцать лет её жизни. Оливия замкнулась в себе, перестала есть и только сидела в своей комнате, вновь и вновь переживая трагедию. Через неделю даже слёз не осталось, она выплакала их все. Пришло полное безразличие, жизнь стала для неё непереносимым бременем. Оливия балансировала между жизнью и смертью. И выжила только благодаря доктору Ливси. Он терпеливо ухаживал за ней, почти следя за каждым её шагом, кормил насильно и разговаривал с ней каждый день. Сначала его слова не достигали её. Но постепенно Оливия стала всё больше и больше тянуться к жизни. И вот в один прекрасный день, когда она вышла из комнаты, Флай, надолго разлученная с хозяйкой, почти набросилась на неё. Сначала Оливия не узнала Флай, как будто впервые увидела. Собака уже скулила от восторга, пытаясь встать на задние лапы и дотянуться до неё. И тут пришло осознание, девушка рухнула на колени, обняла Флай и разрыдалась. Доктор Ливси никогда не признал бы это, но даже у него защипало в глазах от этой сцены.

***

И вот потихоньку жизнь пошла своим чередом, доктор Ливси хоть и реже, но с периодичностью раз в неделю заходил к ней. И потом девушка с беспокойством заметила, что ждёт этих дней почти с нетерпением. Ей хотелось видеть его чаще, проводить с ним всё время, встречать рассвет, ужинать, гулять, растить ребёнка, обязательно Питера. Её мать хотела назвать так сына. Сердце опять сжалось. Вряд ли хоть кто - то сможет заменить ей доктора Ливси, но… И она устало прикрыла глаза. Скоро долгожданная пятница, и опять придёт мистер Ливси, принося ей радость и печаль одновременно. Но наедине с тяжёлыми мыслями её, видно, оставлять не собирались. Где - то рядом вдруг резко взлетели птицы, Оливия испуганно обернулась. Флай зарычала, ощетинившись и оскаля острые клыки, подарив девушке ещё больше поводов для волнения. "Наверное, сквайр Лоренс вышел на охоту, только и всего... Они с Флай друг друга недолюбливают," - попыталась было себя успокоить Оливия. Но беспокойство не проходило, лес стал казаться гуще, темнее и страшнее. Девушка уже готова была бежать. Она подхватила юбку, а другой рукой потянула Флай за ошейник, пытаясь сдвинуть её; но та застыла в боевой позе. И тут послышались голоса, громкие, грубые, явно не принадлежащие джентльменам. Нет! Только не идите сюда. Господи, пожалуйста, спаси. Она тихо начала шептать молитву, таща за ошейник упирающуюся Флай, которая всё больше распалялась. - А я говорю Фрэнк, сукин сын, что ты окончательно оглох! – громкий смех, последовавший за этими словами, заставил Флай прийти в бешенство, она вырывалась, лая, готовая защищать хозяйку. Мужчина, который почти вывалился на дорогу, отплёвываясь и матерясь, с удивлением посмотрел на них. Оливия от страха чувствовала, как коленки дрожат. - Парни, смотрите, что я нашёл! – с восторгом гаркнул он. Из леса выскочили ещё двое мужчин: - Брайн, сволочь, опять страшная бабёнка подвернулась, – крикнул один, пытаясь оторвать от штанины колючки. - Ох, тысяча чертей, что за красотка! – присвистнул третий, его неряшливые длинные волосы были все в сучьях, но он даже не обратил внимания. - Вот это сюрприз, не будь я пиратом, если она не уйдёт за тысячу стерлингов! Девушке казалось, что сейчас она упадёт в обморок. Пираты! Но здесь так далеко от моря. Её дыхание сбилось, а из горла вышел слабый хрип. Один из них, невысокий, полный, медленно начал приближаться к ней. Флай уже просто дрожала от мелкой злобы, всё больше обнажая клыки. Оливия сделала несколько мелких шажков назад и отпустила собаку. Та, почувствовав свободу, рванула на обидчика, гневно лая. Тот отвесил такое выражение, которого Оливия не слышала ни разу, даже от торговцев на рынке, а те не стеснялись в выражениях, и выхватил нож. Всё произошло быстро, нож блеснул, зубы впились в руку, раздался вопль и отборный мат. Флай с визгом улетела в кусты, отброшенная мощным ударом, захватив с собой часть рукава и кусок мяса от руки пирата. Раздался хохот, самый высокий и пожилой пират залился гомерическим смехом, второй лишь усмехнулся. - Брайн, я отправлю тебя на дно, кормить рыб, – зло процедил укушенный пират, пытаясь закрыть рану, из которой ручьём лилась кровь, рукой из которой он так и не выпустил нож. - Хватит палить из всех пушек, Фрэнк бери девчонку и снимаем якорь, – добродушно сказал он, вытирая слёзы от смеха. Но Оливии уже не было. Пока пираты спорили, девушка убежала в лес, она пыталась бежать изо всех сил, надо было срочно позвать на помощь. Внезапно она услышала за спиной чьи - то шаги. Обернувшись, девушка увидела, что за ней несётся тот самый пират, которого ранила Флай. Оливия кинулась бежать ещё быстрее, но запнулась о ветку и с криком повалилась на траву. Опомниться ей не дали. Пират моментально налетел на неё, и не успела Оливия крикнуть, как почувствовала сильный удар под рёбра. Злобно оскалившись, пират вытащил окровавленный нож из её тела, и, довольный своей местью, вернулся к сообщникам. Но перед этим он склонился к Оливии и прошипел ей на ухо: - Встретимся с тобой через неделю, крошка. Если же откажешься, твой дружок, доктор Ливси, умрёт смертью храбрых, или как там у вас говорят. Итак, через неделю! После того, как пират ушёл, Оливия попыталась подняться, но перед глазами всё плыло и кружилось, лишая опоры даже на земле. Как сквозь сон Оливия услышала топот копыт, ржание лошади, а потом мир погрузился во мрак.