Я не знала, что ты монстр!

***

Pov Румати де Рагиней       Неужели Адриан Агрест это тот самый опасный преступник? Я был в полном шоке! Вроде такой деловой мужчина, а… а оказалось что он серийный маньяк и убийца. Как? Как такое возможно? Это обязательно должны узнать все! Я не буду молчать! Я не трус! Он получит ещё своё. Я посажу его за решётку! Во что бы мне то не стоило… Конец Pov Румати де Рагиней       Машина богатой марки подъехала к улице «Рамзесс». — Мистрер Агрест! Вы здесь? — открыв окно автомобиля, спросил Карл. Сам если честно он ничего не понял. Как Адриан мог оказаться именно здесь, если он был в престижном ресторане? Этот вопрос крутился у Куина в голове, после звонка босса. — Здесь мы, Карл! Со мной моя Королева! — с ухмылкой проговорил Адриан, выходя из тёмного переулка. За ним гордо шла Маринетт. При людях она показывала себя жёсткой стервой, каковой на самом деле не считалась. Сделав самовлюблённый взгляд, она села в машину рядом с Адрианом. Автомобиль тронулся.

***

       Через минут десять Адриан и Маринетт зашли в огромный особняк. Адриан кинул ключи на тумбочку, стоящую рядом с дверью. Он сразу обхватил Маринетт в свои крепкие объятия, попутно целуя девушку в ключицу и шею. Он шаг за шагом оставлял красные следы от засосов. Руки нетерпеливо начинали блуждать по нежному и хрупкому телу. Маринетт выгибалась навстречу. Она закусила нижнюю губу, сильнее возбуждая Адриана. Сам же он начал тяжело дышать. — Стой! Мне… надо сходить в душ. — резко остановила его действия Маринетт. Адриан одобрительно кивнул. После чего поднялся к ним в спальню. А Маринетт, тяжело вздохнув, пошла в ванную комнату. Pov Адриан Агрест       Когда я зашёл в спальню, то сразу же плюхнулся на огромную кровать. Маринетт… неужели я тебя всё-таки нашёл? Судьба нас по любому связывает, видишь? Чёрт! Я сам с собой разговариваю! Что же ты со мной делаешь? Вот Чертовка…       Когда мы встретились, я всего лишь хотел её тело, а сейчас… сейчас мне нужна она вся. Полностью. Я её никому не отдам. Глотку перегрызу любому, кто посмеет тронуть её пальцем! Я буду тебя беречь… любимая!       Но когда Мари сказала, что не хочет видеть мою рожу, у меня кольнуло в груди. Это наверное второй раз за всю жизнь, когда мне было больно от таких слов. Первая боль появилась когда моя мать умерла. Было ужасно больно! Но я пробовал терпеть, а выходило не очень…       Да! Безусловно я виноват сам! И я сейчас плачу за это большую сумму. Нет, не деньгами. А своим и так измученным до боли сердцем. Я хотел и до сих пор хочу изменится, но… убийства и кровь — это мой героин, мой наркотик. Без него, я просто помру.       Пока я думал, Маринетт уже вышла из душа и зашла ко мне в комнату. Она медленно закрыла дверь и повернулась ко мне. И только сейчас я заметил, что на ней было только одно полотенце. Я закусил губу, когда увидел её стройные ножки, когда увидел как вода, с тёмно-синих как ночь, волос капала на голые, хрупкие плечи. Конец Pov Адриан Агрест       Как только Маринетт зашла в большую, просторную комнату, в глаза бросился силуэт блондина, который нервно и возбуждённо закусывал губу. Маринетт, видя это зрелище, не могла не улыбнуться. Она медленно подошла к Адриану и села около него, на край мягкой кровати.       Адриан терпеть не мог. В брюках стало тесно. Он резко кинул девушку на кровать, сам после чего навис сверху. Наклонившись, он поцеловал её, жадно, страстно, сминая ее губы и проталкивая в жаркий плен ее рта язык. Он крепко прижал ее к кровати, не позволяя выбраться или оттолкнуть его. — Может не так быстро? — еле отдышавшись, спросила Маринетт, когда мужчина разорвал поцелуй и, спустившись дорожкой легких прикосновений-поцелуев, отодвинул зубами край полотенца, чтобы потереться носом о мягкое полушарие груди, вдыхая такой манящий и сладкий запах ее кожи.       Лицо девушки раскраснелось, губы припухли, а в глазах зажигались огоньки страсти и желания, она уже и забыла, что хотела убежать от него. Но сейчас, когда он провел языком между ее грудей и стал подниматься выше, к шее, к так сильно бьющейся жилке, которую он, опалив своим дыханием, легонько укусил, у нее вырвался полу-всхлип полу-вздох, она хотела теперь только его. — Если я буду делать медленно, ты будешь мучиться. А ты хочешь этого? — спросил Адриан, ухмыльнувшись. В ответ получил лишь отрицательное качание головы. Он снова впился в губы девушки, жадным поцелуем.       Адриан осторожно покусывал губы, упиваясь их мягкостью и потдатливостью, переплетал в страстном танце языки, ласкал нёбо и дёсны, он пил ее, наслаждаясь каждым неровным вздохом и тихим стоном. Не разрывая поцелуя, мужчина аккуратно стянул с Мари полотенце, обнажая её грудь, вздымающуюся с каждым вдохом плоский животик, вздрагивающий от его прикосновений округлые бедра, которые ему хотелось скорее смять, раздвинуть, открывая доступ к сокровенному, и погрузиться в теплую глубину ее тела.        Но это чуть позже, а пока он, сдержав порыв сейчас же овладеть девушкой, наклонился и лизнул набухший сосок, потом, дразня, обвёл кончиком языка и, лишь услышав судорожный вздох, обхватил его губами и вобрал в рот, играя им и легонько покусывая. Руками же он изучал каждый изгиб ее тела, оглаживая, сминая его, желая оставить как можно больше меток на ней, чтобы все знали — она его и больше ничья, но, в то же время, он не хотел причинить ей боль. Маринетт уже буквально билась под ним, выгибалась и подставляла свое тело под его жадные ласки и поцелуи, желая быть ближе, ощущать его больше, быть его. Комнату стали наполнять страстные вздохи, становилось жарко и нечем было дышать, а мужчина и забыл открыть окно.       Девушка судорожно всхлипнула и не сдержала стон удовольствия, когда рука Адриан опустилась вниз, огладила внутреннюю сторону бедра, пробираясь выше, царапая и оставляя на нежной коже девушки красные метки, пока не добралась до сокровенного, и пальцы, раздвинув плоть, принялись массировать её клитор. Вскрикнув, девушка инстинктивно стала поддаваться навстречу ласке, поднимая и опуская бедра в такт, и сминая в порыве страсти простынь под собой, раздвигать шире ноги, прося, нет, буквально умоляя о большем. Это неимоверно возбуждало мужчину, и он захотел немного иного сейчас обладания.       Остановившись и дождавшись вздоха разочарования, Адриан погрузил один палец в глубину ее тела, потом второй. Маринетт застонала ещё громче, чувствуя, как волна возбуждения резко окатила её, и стала сама насаживаться на его пальцы, вбирая и сжимая их своей плотью. Но этой ласки вскоре девушке уже было мало. Она хотела почувствовать Адриана внутри себя, почувствовать, как член будет приятно тереться о стенки влагалища… Но он будто не замечал ее немых просьб, продолжая эту сладкую муку.       Не дождавшись желаемого, она, оттолкнув парня от себя и перевернув того на спину, оседлала его бедра. В промежность девушки тут же уперлась твердая пульсирующая от желания плоть мужчины, скрытая пока за чёрными, классическими брюками, которые Мари довольно быстро и ловко сняла с него.       Теперь уже Адриан не удержал стона, когда ладошка девушки накрыла его член и прошлась по всей длине. Мари это понравилось — быть хозяйкой положения и, решив не спешить, теперь она дразнила его, растирая пальцами сочащуюся смазку по всей головке члена, оттягивая осторожно крайнюю плоть и нежно массируя уздечку, вырывая у него стоны, но не делая того, что так желало его тело. Однако такое положение дел мужчину не устраивало, поэтому Агрест, подхватив Маринетт под бедра и притянув к себе, смял ее губы, терзая и покусывая их в поцелуе-наказании.       Но решив, что этого будет недостаточно, и она сама напросилась, приставил член к ее дырочке и резко опустил Маринетт на свою плоть, погружаясь в жаркую глубину ее тела с тихим рыком, чувствуя, как она сжимает его. Войдя в нее до конца, резко вышел, а затем вновь погрузился до основания, вырывая у девушки уже не стоны, а всхлипы удовольствия. А потом ещё, и ещё… терзая, наказывая, подчиняя.       Но и этого ему было мало, и мужчина, сев, облокотился о стенку кровати, подтягивая девушку за собой. Он устроился так, чтобы губами дотянуться до таких манящих раскрытых губ девушки, чтобы целовать, аккуратно покусывая нежную кожу шеи, чтобы наслаждаться не только видом ее упругой груди, но и вкусом тоже, чтобы обхватить губами сосок и прикусить его зубами, слушая при этом ее громкие вскрики наслаждения.       Руками же он крепко сжимал ее бёдра, задавая ему нужный темп и не разрешая ей самой его выбрать. Маринетт бесстыдно стонала, наслаждаясь восхитительными ощущениями. Она крепко обняла мужа за шею, прижимаясь к нему всей грудью. Ещё чуть-чуть… ещё немного… Они кончили одновременно, с громким вскриком и стоном. Она — дрожа и чуть ли не теряя сознание, он — забыв обо всем на свете, впиваясь пальцами в ее бедра и изливаясь в нее.       Не выпуская девушку из объятий, Адриан упал на бок, судорожно глотая ртом воздух и переводя дыхание. Такого у него давно не было… — Доволен? — тяжело дыша, спросила Маринетт. Ей понравилось. Даже очень! Ведь секса не было у неё давно. И она ужасно по нему соскучилась! — Вполне! — судорожно ответил Агрест. Маринетт начала вставать с кровати, но Адриан притянул её к себе. Он нежно обнял её. — Останься! Уже поздно. На улице ночь, а тебе некуда идти! — с милой моськой спросил Адриан. Вот же хитрюга! — Так уж и быть! — ответила Маринетт и удобно пристроившись в объятиях мужа, провалилась в мир Морфея.