В новом свете

Как истинный мужчина, старший член команды Аватара и вообще мозг группы, Сокка поклялся во что бы то ни стало добыть на ужин мяса. Пока остальные обустраивали лагерь и жарили на костре свежепойманного тунца, он гордо заявил, что не пристало воину питаться рыбой, которую поймала женщина. — Добытчик, тоже мне, — вздохнула Катара, наблюдая, как брат носится по лагерю очертя голову и прижав к глазам ладони. Дело было в том, что Сокка, не подумав, заглянул в нору жабы-скунса. Он не знал, что слюна этого аппетитного зверя могла ослепить человека на несколько часов. — Давай я полечу твои глаза? — снизошла Катара, извлекая целебную жидкость из своей фляги. — Стой! Слюну жаба-скунса нельзя мочить! — поспешил предупредить Аанг, но опоздал. — Эмм, поясни? — попросил Сокка, вытирая мокрое лицо о рукав сестры. Аанг пояснил. Рассказал о способности зверя и свойствах его слюны, которая при намокании лишь закрепляет свой эффект. — …до трех дней. Но есть противоядие. Я могу слетать за ним в ближайшую деревню. Надеюсь, оно там будет. — Восхитительно, — ответил Сокка, но ничего даже отдаленно напоминающего восхищение в его голосе никто не услышал. — И что мне делать? — Можешь сесть у костра и насладиться рыбой, которую поймала женщина, — хихикнула Тоф. — Ты думаешь, это смешно? — вскинулся тот, выбросил вперед руку, пригрозив бумерангом. — Посмотрел бы я на тебя… — Ну так посмотри, ха-ха. — Сокка, — в который раз вздохнула Катара, пока Тоф каталась от смеха, — ты тычешь бумерангом в дерево. Аанг и я отправимся на поиски лекарства. Тоф, ты присмотришь за Соккой. — Почему я? — Бойцу не нужна нянька! — Бойцу, может быть, и не нужна, но ты сейчас… ты немного… — Бесполезный и беспомощный, — подсказала Тоф. — Так уж и быть, посижу с ним. — Я не беспомощный! У меня отлично развиты слух, обоняние и интуиция! Вот увидите, я… — Катара и Аанг уже улетели. — Оу… — И еще… ты стоишь в муравейнике. — А? Аааа! Сокка запрыгал на одной ноге, споткнулся о камень и едва не свалился с обрыва, но влепился в выставленную Тоф каменную преграду. — Отныне во всем слушаешь меня, — услышал он серьезный, раздраженный голос. — Если сорвешься в воду, я не смогу тебя вытащить. — Прости, — он улыбнулся, но так и не понял реакции Тоф, — ты меня прощаешь? — Да, да, а теперь сядь и жди, пока мамочка и папочка привезут тебе противоядие. Сидеть, вслушиваясь в щебет птиц, шорох листвы и плеск волн о скалы, и не иметь возможности любоваться пейзажем оказалось невыносимо. Поднявшись, Сокка сделал два неуверенных шага, выставил вперед руки, но тут же упал, споткнувшись о собственный спальный мешок. Проигнорировал едкий смешок, встал, отряхнулся и вновь распластался на земле. — На ровной поверхности, — протяжно зевнула Тоф после очередного падения. — Ты безнадежен. — Я учусь на своих ошибках. Подувший со стороны реки ветер коснулся кожи, всколыхнув одежду и хвост на макушке. Вдохнув поглубже, Сокка прислушался к звукам, сконцентрировался на своих ощущениях, вспомнил, чему его учил отец. — Птицы притихли, — сказал он, поворачиваясь к единственному на возвышенности дереву, — воздух потяжелел, стал более влажным. Раз я не чувствую тепла, значит, солнце село… и, — уловив тихий смешок со стороны, Сокка усмехнулся, — ты справа от меня. Ниже шороха листвы. Сидишь под дубом. — Ладно, признаю, ты не полный бездарь, — ответила Тоф, лениво аплодируя. — А теперь попробуй повторить мои движения… Ну? — Что «ну»? — Сделай шаг влево, — скомандовала она. — Не так далеко влево, правее. Шаг на меня. Так не пойдет, протяни руки. Сокка подчинился, коснулся ладоней Тоф и, сжав их, не узнал прикосновение. Миниатюрные и узкие, с тонкими пальчиками, нежной и гладкой кожей, они утонули в его — широких и шершавых. Сокка представил элегантную аристократку, которую увидел в их первую встречу. — Еще шаг на меня, — услышал он мелодичный голос, усиливший впечатление. Мягкая поступь, грациозные движения. Тоф в одно мгновенье разрушила образ величайшего мага земли, явив кроткую девушку, нуждающуюся в защите и заботе. «Напоминает танец», — подумал Сокка и осознал — «слепой бандит» остался в прошлом, и даже привычные пинки и издевки этого не изменят. — Осторожно! В голосе Тоф послышалась тревога, словно она уже догадалась, что произойдет. Сокка не увидел, не понял, не смог просчитать. Зацепившись подошвой сапога за каменный выступ, скользнув на мелких камнях, он потерял опору и полетел вниз, ощущая пустоту под собой, свист холодного ветра в ушах и страх за ту, чьи ладони так и не успел отпустить. Звенящий крик смолк, оставив за собой короткое эхо. Ударившись спиной, Сокка заскользил по пологому склону, крепче прижимая к себе Тоф. Земля, усыпанная камнями и мелкими ветками, проникла под ворот одежды, царапая, оставляя синяки и ссадины. — Остановись! — Я пытаюсь! Сокка выкинул вперед руку, стараясь нащупать корень дерева, за который можно было ухватиться, но лишь ободрал кожу. Плечо пронзила тупая боль, тело подкинуло в воздух, и рука, удерживающая Тоф, разжалась. Пролетев пару метров кувырком, Сокка врезался в широкий ствол дерева, рухнув на колени. — Тоф? Ты в порядке? — Сокка пополз вперед в темноте, шаря руками по земле и выкрикивая имя, но ответа не последовало. Сырая почва попала на раны, обжигая новой болью, грязная одежда прилипла к телу, сковывая движения. — Это твой метод обучения, да? — попытался пошутить он, хотя знал: для этого не время и не место. — Где ты, Тоф? Ободранные пальцы прошлись по насыпи и коснулись чужого плеча. У Тоф были холодная кожа, слабое дыханье, растрепанные волосы и липкое пятно на виске. Запах крови напугал до тошноты, вызвав приступ головокружения. Взвалив Тоф на спину, Сокка вслепую полез наверх, загребая ногтями землю, проклиная себя за случившееся. Взобравшись наверх, он нащупал ствол дерева, того самого дуба, и устроил Тоф под ним. Осторожно ощупал руки и лодыжки и, не обнаружив переломов, наклонился к виску, касаясь кончиком носа ее волос. — Что ты делаешь? — сконфуженный шепот Тоф защекотал ухо. — Ты в порядке? — Конечно, в порядке! — выкрикнула та, толкнув Сокку в плечо. — Но запах крови? — Это от тебя, — Тоф принюхалась. — Что за слизь у меня на голове? Над головами раздался рык Аппы, бизон приземлился в нескольких метрах от дерева. — Мы добыли противоядие, — сообщила Катара, судя по голосу, приближаясь в спешке. — Сокка, на тебе живого места нет! Что у вас стряслось? — Ничего особенного, — хохотнул тот, почесав затылок, — Тоф учила меня магии земли. Противоядие подействовало: перед глазами предстала луна, осветившая водную гладь, лагерный костер, улыбающегося Аанга, сетующую Катару. И Тоф — величайшего мага земли и одновременно ранимую девушку, разглядеть которую он смог только ослепнув.