Кровавая луна

Я проснулась от удушающего запаха гари и дыма. Я на нашей с Дином поляне. Но она была другой. Земля пропитанная кровью, растения вытоптаны, вокруг лежат окровавленные трупы. Их глаза застыли от ужаса, сердца перестали биться. Мои ноздри ласкал теперь уже омерзительный запах крови. «Это сон, это сон» — шептала я себе. — Эмили, Эмили, помоги! — кричал тоненький голосок. Я завертела головой, откуда доноситься этот голос. Я остановила взгляд на маленьком мальчике. Он тянул ко мне ручки и плакал. Я было ринулась к нему на помощь, но вдруг, позади него появилась женщина. Ее темные волосы струились по плечам, изумрудные глаза любовно смотрели на меня. Ее лицо было печально, как будто она хотела подойти ко мне, но не могла. Она была похожа на меня, как две капли воды. Это была моя мама… — Мари, — раздался чуть грубый голос. Ветки деревьев позади них раздвинулись и оттуда вышел отец, держа за руки близнецов. Мое сердце радостно заколотилось. Это не может быть сном, я не хочу чтобы это было сном. Я бросилась к ним, но мне перекрыла путь стена огня. Пламя лизнуло мое лицо, я закричала и отскочила на несколько шагов. От него невозможно было оторвать глаз. Жаждущее пламя с каждой секундой становилось все ближе ко мне, оно охватывало трупы и землю, пожирало все на своем пути, превращая в кучку пепла. Языки пламени, как свора собак, бросились на свою жертву. Но я не двигалась с места. Меня завораживали картины боли и страсти. Я видела в его очертаниях извивающихся от боли жертв, их глаза полные отчаяния и страха, их обгорелые трупы, мольбы и крики. Языки пламя образовывали ужасающие узоры и гипнотизировали, вводя в транс. Я хотела поддаться порыву и броситься в убийственные объятья стихии. Окунуться в кошмарные огненные воды и стать языком пламени, манящим новые жертвы. В моих глазах мерцало пламя, ноги сковало от страха, а сердце ломало ребра, пытаясь вырваться наружу. Дышать было нечем, в легкие попадали лишь раскаленные угли, пожирающие меня изнутри. Огонь, сплошной стеной взметался к высокому потолку, все быстрее и быстрее приближаясь ко мне. Кожу обдавало жаром, оставляя кровавые ожоги. Дышать было нечем, глаза слезились. Но я, не мигая всматривалась в пламя захватившего меня в плен огня. «Эмили, беги!» — раздался знакомый крик. Голос мамы вернул меня на землю. Изумрудные глаза распахнулись от страха, из горла вырвался душераздирающий крик, исходящий откуда-то из живота. Я бросилась бежать, но было поздно. Кровожадный удав обвился вокруг меня и начал душить, смыкая свои кольца вокруг шеи. Бежать некуда, путь к отступлению перекрыт. Я истерически извивалась и кричала. Огонь навис надо мной, предвкушая пытки очередной жертвы. Но я не предоставлю ему такого удовольствия. Там за огненной стеной меня ждет семья. Мне нужно туда добраться, я должна, я не могу потерять их еще раз. Отступив на два шага назад, я зажмурилась и досчитала до трех. Раз…. Два…. Три…. Распахнув черные ресница, мои ноги понесли меня навстречу смерти. Подпрыгнув, я поднялась в воздух. Перед глазами полыхнуло алое пламя и… Я вскрикнула и распахнула ресницы. Я лежала на руках у испуганного Дина. Быстро поднялась и подошла к зеркалу. Там я увидела до смерти испуганную девушку семнадцать лет. Ее белая кожа была мокрой от пота, а руки немного тряслись от страха. Но что-то в ней изменилась. Он не была той воинственной девой, какой была неделю назад перед лицами Вольтури. Она казалась такой маленькой и беззащитной, ее хотелось обнять, согреть и утешить. Вытереть слезу скатившуюся по ее щеке. Это отражение было так непривычно. Что-то в нем изменилось. — Дин! — я повернулась к нему лицом, — что произошло? Он посмотрел на меня любящим испуганным взглядом. — Ты упала в обморок, — обеспокоенного сказал парень.- И… твои волосы… они. Я резко обернулась к зеркалу, оборвав речь Дина. Теперь я поняла, что во мне изменилась. Мои волосы цвета темного шоколада, стали абсолютно белыми. Цвета слоновой кости или молока. Но изменилось еще кое-что. Мои глаза. Изумительные изумрудные глаза смотрели на новое отражение их под белоснежных ресниц. Я обернулась медленными дерганными движениями. — Вампиры когда-нибудь падали в обморок? — мой голос дрожал от подступающих слез. Дин сорвался с места и крепко обнял меня. Я перестала себя контролировать и бросилась в его объятья. — Что с тобой? Моя маленькая, тише… Ты не выходила из комнаты уже три дня. Надо сказать Карлайлу. Тебе плохо. — Нет, не надо никому говорить, — сказала я сквозь рыдания. Я взяла дрожащими руками лицо Дина.- Пожалуйста не надо. Он убрал мои руки и отвернулся. — Через три дня прейдут Вольтури. Ты должна будешь выйти. Других они не послушают, — его голос был наполнен болью. — Я выйду, доверься мне, — я подошла к нему и положила руку на его плечо. Он быстро развернулся, стряхнув мою руку. — Ты больна, Эмили! Разве ты сама этого не видишь? То что с тобой происходит это не нормально! Я не могу больше смотреть на то, что с тобой происходит! Ты знаешь хоть одного вампира с котором происходило такое? Ты меняешься Эмили, твои силы растут с каждым днем! Этот дар поедает тебя изнутри! Что если, ты не выживешь?.. -Дин! ДИН! Тише! Прошу тебя! — из мои глаз струились слезы. Я обняла его лицо.- Вот смотри! Со мной все хорошо! Мы не знаем, что со мной происходит, но если у меня будет больше сил, то мне будет легче победить Хаос. — Очнись, Эмили! — он схватил меня за плечи и с силой потряс меня.- Перестань видеть в этом что-то хорошее. Ты не можешь идти на поле боя! Тебе даже ходить тяжело! У тебя человеческие глаза, ты постоянно падаешь в обморок! Это плохо! Ты умираешь и я не могу на это просто смотреть! — Если мне предстоит умереть, то только после того, как буду уверенна, что вы в безопасности. — НО ЕСЛИ ТЫ УМРЕШЬ, ТО И Я ТОЖЕ! — НЕТ, пообещай мне, что постараешься выжить. Ты нужен им, ты нужен Эйприл. Пожалуйста, ради меня! — Но я не могу! — Ты можешь, Дин! Я же смогла! Знаешь, что я вижу каждый раз, падая в обморок? Мою семью. В том, что со мной происходит, виноваты не мои растущие силы. Это лишь побочный эффект. -А почему е тогда это с тобой происходит? — крикнул Дин. Я не могла ему сказать. Мне видимо было суждено умереть. Я посмотрела на него извиняющимся взглядом. — Я… — Не надо! Можешь не объяснять. — Но Дин, — крикнула я, но в ответ я услышала только шум за хлопнувшейся двери. *** Через две недели я сидела в полном облачение в моей комнате. Белое платье по щиколотку, белые волосы заплетенные в косу и перевязанные белой лентой, на плечах белая накидка. Рядом сидела Ренесми. Она, не считая Дина, единственная, кто видел меня после боя. И то не по моей воле. В тайне от всех она пробралась ко мне через окно, но обещала молчать. Дин ушел, ему было больно смотреть на меня. Но как ему объяснить, что со мной происходит? Несси тоже не знала, что происходит, но пыталась меня отвлечь. Мое состояние было довольно плачевным. Мне больно, сердце разрывается и боль заполняет каждую вену, руки опускаются от бессилия, разум отказывается от безысходности, и нет ни страха ни гордости, Когда тонешь в этих чувствах, сердце скучат, себя ломая, опережая мысли, весь мир опережая, никого не замечая, а время словно лёд, так медленно тает. Мысли не дают покоя, всю ночь мелькают. Рассудок с ними бьётся, чувства выключая. Ничего не понимая, сама не знаешь счастлива ли ты, или ты сгораешь хочешь жить так или ненавидишь то, что происходит, то, что каждый день видишь. Вроде бы так плохо, так трудно дышишь, то, что тебе говорят, совсем не слышишь. То, что надо понимать — не понимаешь. И сама не замечаешь, как себя теряешь, свою жизнь ломаешь. Понимаешь, что себя уничтожаешь. В то же время это чувство так цепляет. заставляет улыбаться, плакать заставляет. Терзает, мотает, манит, дурманит. И ты видишь, что оно с твоей душой играет. Всё же окрыляет и уже необходимо, как наркотик, к которому привыкла сильно неизлечимо, оно в моей крови застыло. И на осколки скоро разлетится мое сердце и по венам волны в сотни килогерц. Как свет для младенца, режет больно с непривычки глаз разрез. Я вижу, как больно Дину, как больно Несси. Я знаю, что меня ждет Эйприл, но лучше не показываться ей на глаза. Все что я могу для нее сделать это отправлять ей покушать. Я должна верить в лучшее, но не могу. У меня нет не единого шанса, я не вижу лазейки. Только темноту. — Несси, — мой голос был слаб, — позови, пожалуйста, Беллу. Девушка посмотрела на мен с большой неуверенностью, я кивнула, чтобы дать ей понять, что я уверенна. Та скрылась за белой полированной дверью. Через несколько секунд ко мне в комнату постучали. — Входи, Белла, — сказала я, се так же смотря в пространство. Вампирша элегантно вошла в комнату, закрыв за собой дверь. Я встала, что бы встретить ее, но реакция матери моей подруги отпугнул меня. Женщина отшатнулась и оскалилась, но почти в это же мгновение расслабилась. Я поджала губы. — Милая, что с тобой случилось? — спросила Белла и аккуратно посадила меня на диван. — Я не могу сказать, — прохрипела я. — Знаешь, тебе идет, — искренне сказала она.- Теперь ты выглядишь, как богиня. Мне всегда казалась, что светлячки должны быть светленькими, а ты выбивалась из этого образа. Она ласкова улыбнулась и потрепала меня по плечу. — Спасибо, Белла, — сказала я. — Зачем ты меня позвала? — спросила она. — Помнишь наш уговор? Скорей всего, тот план, который вы сегодня расскажите Вольтури мне не понравиться, поэтому я надеюсь на твою помощь. — Да, тебе он не понравиться. Я помогу тебе, раз уж обещала, но не жди, что мне это понравиться. Я не буду рисковать твоей жизнью. — Спасибо! — сказала я.- И у меня есть еще одна просьба. — Какая? — Белла насторожилась. — После битвы, если все будет хорошо, ты можешь позаботиться от Эйприл? Ей нужна будет пища и мать. Вампирша ахнула. К ее глазам подступили слезы. — Если будет все хорошо? — спросила она. — Если нет, то мы умрем все, — женщина расплакалась и обняла меня.- Неужели нельзя по другому? — Мне бы очень хотелось, но я могу только спасти вас.- я сделала один глубокий вдох.- Ладно, Вольтури уже внизу. Я поднялась, белое платье тихо зашуршало. Я скрыла свои чувства и смыла с лица траур. — Улыбнись, — сказала Белла.- У тебя очень красивая улыбка, говорят, смех лечит. Я скажу, что ты сейчас спустишься, выходи, как будешь готова. Женщина скрылась. А я сделала три глубоких вдоха, распахнула изумрудные глаза, обрамленные белыми ресницами, вздернула подбородок и воинственно улыбнулась. Голые ступни бесшумно касались деревянного пола, а я плыла, как белый лебедь, по речной глади. Множество вампирских глаз пожирали меня глазами. Я искала из реакцию. Кто-то ахнул, где-то послышались шепоточки. Трое Вольтури стояли у подножья лестницы. — Мы очень рады нашей встречи. Войска скоро будут здесь. — Прекрасно, — кивнула я, — Карлайл, не могли бы вы рассказать нам свой план. Мой второй отец посмотрел на меня: — Хорошо. У нас такой план. Ты- наше главное оружие, которое мы не хотим открывать с самого начала, — я так и думала, они что-то придумали. Я глянула на Беллу, та кивнула. — Поэтому Дин предложил одну идею.- Карлайл замолчал. Ему не очень то и хотелось рассказывать этот план. — Я обращусь в Эмили и буду говорить от ее лица. Хаос не знает, как выглядит Светлячок и что вообще из себя представляет. Поэтому противника будет обмануть просто. — Нет, — взвизгнула я. Эта идея меня поразила, ошарашила и убила.- Дин, нет! Ты можешь умереть! — В том то и заключается идея нашего плана. Если они решат убить тебя сразу, то промахнуться. А тебя можно спрятать в рядах Вольтури, если они конечно не пожалеют для тебя свой плащ на один бой! Слова Дина были тверды. Он уже очень давно придумал это план и знал, что будет делать. Он хочет стать живой мишенью. Но у него ничего не получиться. — НЕТ! Это глупо! Они сразу поймут подмену и убьют тебя просто так. Дин, пожалуйста! — Мы считаем, что это хороший план. Дин не обязательно должен умереть, но на случай боя, это поможет нам выиграть, — сказал Аро — А если не будет боя! — крикнула я — Его не будет только если Дин сможет с ними договориться, — сказал Джаспер. — А почему я не могу договориться? — Потому что ты не будешь с ним говорить, — отрезал Дин. — Не указывай мне! Это Я Создание, так же, как и он. Скорей всего это Меня послушает Хаос. — Ну не знаю, — сказал Аро.- Не забывай, что он идет сюда, что бы тебя убить. — Ну, пусть убьет и уйдет себе спокойно, — сорвалась я.- Хотя бы вы в живых останетесь. — Именно поэтому ты и не пойдешь на переговоры, — грубо оборвал меня Дин. Я со злостью осмотрела на него, потом гордо развернулась к Вольтури и произнесла, — мне нужен плащ. Аро обворожительно улыбнулся и кивнул. Я не удостоила никого взглядом, развернулась и вышла на улицу. Я села на поваленное дерево и подставила лицо весеннему солнышку. Голые ноги ласкала трава, мокрая от росы. Мои уши услышали тихие шаги, и я увидела маленькую фигурку Джейн мелькающую между деревьев. — Ты пришла меня убить? — спросила я. Она фыркнула: — Я хотела поговорить… — У тебя стало намного лучше получаться контролировать мысли, — ухмыльнулась я. Я опьянела от горя. — Да, я немного тренировалась. Но я хотела обсудить другое. — Тогда спрашивай, — ухмыльнулась я. — Тебе больно? — спросила она. Я засмеялась. Никогда еще не была пьяной. Тем более без алкоголя. Не думала, что это возможно. — Всегда, — сказала я.- девять лет назад умерла моя семья. Вся моя семья. А я их очень любила. С тех пор мне было больно всегда. — Так зачем ты это терпишь? — Я обещала быть сильной. Своей маме, когда видела ее в последний раз. — А что она еще сказала? — Она сказала… сказала, что мне нужно лишь потерпеть. Сказала, что меня ждет счастливая жизнь, но видимо она ошиблась. — А что если нет? — глаза Джейн горели алым огнем.- Ты столько всего пережила, ты прошла огромный пути и теперь готова сдаться? Готова так просто расстаться со своим счастьем, готова просто умереть? Я не знаю, что с тобой сейчас происходит, но не ужели нет никакой возможности все исправить? Неужели Создательница и Целительница в одном теле не найдет способа спасти свое войска и защитить его. Смерть… Пфф… умереть может каждый. А вот выжить… За тобой идет вся твоя семья, сильнейшие вампиры Земли, за тобой пошли даже Вольтури, а ты ведешь себя, как плаксивая девчонка, возомнившая, что ее жертва сможет спасти, то, что она такими усилиями копила. Не обманывай себя. Твоя смерть приведет только к большим бедам. Хаос не остановиться на тебе. Он убьет всех и каждого, сначала тех кто против него, потом, под страхом быть свергнутым и своих. Он уничтожит все! Подумай об этом, Эмили Уайт…