Достойный наследник

— Иди, дитя, Создатель отпускает тебе все грехи, — кардинал Сильвестр осенил священным знаком фигуру за перегородкой и с облегчением услышал оттуда шуршание и удаляющиеся шаги. Принимать исповеди было ужасно скучным делом. Надсадный шепот, экзальтированные рыдания и заламывания рук наскучили ему еще в молодости, а в последние годы обо всех грехах кающихся аристократов ему докладывали информаторы, причем куда подробнее и без всяких завываний. Ску-у-ука. А сколько времени отнимает… Он уже собирался выходить из своей кабинки, когда за перегородкой поскреблись и вроде бы даже заскулили. — Создатель слушает тебя, дитя мое. Покайся в своих грехах, — прозвучала ритуальная фраза. С той стороны засопели, видимо, усиленно вспоминая. Минута, еще одна — тишина. Только где-то вдалеке слышны робкие шаги. — Давно ли в последний раз тебе доводилось быть на исповеди? — спросил кардинал, чтобы расшевелить молчуна. Ну сколько можно, право слово. Священники тоже люди, они тоже хотят шадди и вздремнуть перед обедом! — Дитя мое? Но никто ему так и не ответил. — Дитя мое, хорошо ли ты себя чувствуешь? Снова ничего. Посидев еще немного для приличия, Сильвестр поднялся и потянулся к дверной ручке. Все, хватит! Кардинал он или где — терпеть такое отношение! В следующий миг снаружи рявкнули: — А ну стоять, шавка королевская, я тебя вижу! Кардинал так удивился, что даже растерялся. И сел обратно на скамью. — Ищу тебя, ищу, а ты вот где zanikalsya! Plodojorka ты sadovaya! Иждивенец государственный! Шаги всё приближались, и голос, что раньше эхом гремел над сводами, становился тоньше и человечнее. Теперь стало понятно, что принадлежит он юной эрэа. Задохнувшись от возмущения, Сильвестр даже не сразу нашелся, что ответить грубиянке. — Ох, если б не королева, я б тебе уши б пооборвала! Любит она тебя, зараза плешивая. За что — не понятно. Пользы ж от тебя никакой. Что? Кардинал аж поперхнулся. Его много в чем упрекали, но еще никогда в том, что эрэа Катарина питает к нему тёплые чувства. И как это пользы от него никакой?! Это от девиц придворных пользы нет, а он очень даже полезный. — Да у нас в Надоре тебя б уже давно на гуляш ободрали бы! А вот в этом Его Высокопреосвещенство нисколько не сомневался! Но получить подтверждение было приятно. Решено, тройные налоги с правинции не снимать еще года два, надо воспитывать лояльность. — Ходишь тут хозяином жизни, то в комнату чужую залезешь, то нажрешься чего и подыхаешь, глаза навыкате. Это пусть королева всем доказывает, что сердце у тебя слабое, я-то знаю, что ты просто животом маешься! Ну, это уже вообще за гранью добра и зла! — Да что вы себе позволяете! — рыкнул кардинал, распахивая дверцу. И как назло сердце закололо… Прав Агний, надо поаккуратнее с шадди. Сильвестр огляделся, готовый ко всему на свете, но ругаться не стал. В паре шагов от него, подбоченившись, стояла девица Окделл. Встрепанная и раскрасневшаяся. И смотрела она не на него, а внутрь второй кабинки. — Здравствуйте, Ваше Высокоопреосвещенство, — кивнула девушка, бросив на него короткий взгляд, и продолжила, словно ничего не случилось: — Иди сюда, скотина блохастая! — Позвольте. Сильвестр оттеснил эту сумасшедшую в сторону и заглянул внутрь. Там на мягкой скамеечке возлежал любимый королевской четой пудель. Известный обжора и пакостник. — Девица Окделл, вы не углядели за собакой и позволили ей забежать в церковь? — грозно спросил кардинал. Та покачала головой. — Нет, разумеется. Это графиня Рокслей его упустила, а я только ищу, — она озорно улыбнулась. — Уже нашла. Его подвело религиозное рвение. Кардинал Сильвестр был старый сухарь без чувства юмора, но почему-то не смог сдержаться и не улыбнуться ей в ответ. — Да уж. Пес оказался религиознее вас, эрэа. Не видел вас на исповеди ни разу с тех пор, как вы прибыли ко двору. Уж не тайная ли вы эсператистка? — Хуже, — еще хитрее улыбнулась Айрис. — Я тайная абвениатка! Приверженка секты второго пришествия абвениев. Мы устраиваем шабаши, оргии и ритуальные поедания королевских пуделей. — Никогда не слышал о такой секте, но если вы съедите одного конкретного королевского любимца, буду только рад, — признался Сильвестр. - Он как-то погрыз мои перчатки. — Если хотите, я быстренько приму вас в наши ряды, и мы придушим его вместе. Кардинал развел руками: — Боюсь, мой сан мне этого не позволит. Хотя, видит Создатель, предложение было заманчивым! — Жаль, — сказала Айрис, будто он отказался от какого-то увлекательного приключения. — Ну ладно. Так на чем я остановилась? А, ну да! Живо иди сюда, гадость! Айрис и Сильвестр одновременно шагнули вперед и протянули руки, намериваясь поймать пса, но тот взвизгнул, будто его всерьез хотят съесть, рванулся вперед и проскользнул у ловцов меж ногами. — Ах ты ж… Девушка грозно сжала кулачки и поспешила вслед жа беглецом, но ее догнал смешливый оклик. — Оставьте его, эрэа Окделл. Я найду, кого можно послать за этой вредной скотиной. Идемте лучше, расскажете мне про вашу секту. Верования, надеюсь, не запрещают вам пить шадди?