Круги на воде

- Каааааамиииии! - жалобный, придушенный полукрик Натана, Камиэль услышал аж из кухни, и не на шутку перепугался, какого черта уже случилось с этим несносным ребенком?! К слову сказать, ребенку было уже слегка за двадцать, но он не переставал вести себя как восьмилетний, постоянно повторяя, что человеку столько лет, насколько он сам себя ощущает. Естественно, Камиель бросил не дочищенную картофелину прямо в раковину, и, на ходу вытирая руки о висящее на плече полотенце, помчался в кабинет. В кабинет он влетал, предчувствуя реки крови, сломанные конечности или, как минимум, дымящийся компьютер, что несомненно, было бы для Натти намного страшнее, чем все перечисленное ранее. Но после судорожного, беглого осмотра слабо шевелящегося худенького тела, свернувшегося калачиком на компьютерном кресле, и окрестностей этого самого кресла, никаких угроз жизни и здоровью обнаружено не было, как и каких-либо других причин страдальческих воплей. - Натан! - рявкнул Ками, в сердцах бросая полотенце на рабочий стол, усыпанный бумагами, эскизами, записками и прочим рабочим мусором. - Я же тысячу раз просил не орать на всю квартиру! Я тебе не прислуга по вызову, хочешь что-то сказать, подойди и скажи! - Но... я... не... могу... - все так же, не поднимая головы прошептал Натаниель из-под отросшей челки, полностью закрывавшей его глаза, когда он наклонял голову. Ками развернул кресло к себе от стола и присел перед ним на корточки. - Что случилось, котёнок? Что-то болит? - ну не мог он долго сердиться на это искреннее, маленькое чудо, с недавних пор поселившееся в его холостяцкой берлоге. - Я... я кууушать хочу, - шмыгнул носом Натан. - Даже сил встать нету. - Я как раз ужином занимался, пока ты меня не прервал. - Что на ужин? - Жареная картошка с луком и грибами, салат со сметаной и томатный сок. - Томатный... - облизнулся Натан. - Сметана... я очень, очень голоден! К концу фразы Натаниель почти рычал, откуда только силы взялись. Не успел Ками сообразить что его разыграли, как Нат уже повалил его на ковер, впиваясь губами в шею любовника, кусая и зализывая укусы. Это было жутко щекотно и невероятно приятно, Ками, сколько мог, притворялся поверженным, постанывая от прикосновений языка Натана к своей шее и, то и дело, срываясь на хохот, когда доходило до щекотных покусываний. - Ну всё, Нат, ха ха.. я серьезно, перестань уже, хвааааатит, хи хи... - Ууу, я напился, вкусно. Теперь сметанка, - Натан улучил момент, быстро чмокнул любимого в улыбающиеся губы и полез вниз, задирая футболку Ками и пытаясь стащить с него штаны. - Стой, Нат, перестань! Охох... не... надо! Куда?! Ты... ах... Приготовление ужина задержалось примерно на час. Картошку дочищали и жарили вместе, салат заправлял Натаниель, поскольку Ками все еще сгибался пополам при слове "сметана" в приступах немного нервного смеха. Более смущенным и счастливым, чем рядом с этим большим ребенком, он никогда себя не чувствовал. Стоит потерпеть иногда так не любимые Камиэлем розыгрыши, если наградой за беспокойство и терпение была довольная, улыбающаяся моська его мальчика.