Praeclarus Anguis

Глава 7. Вальпургиевы рыцари

      Том Риддл имел весьма скудную «почтовую жизнь». Гарри не видел свою любимую Хедвиг уже несколько недель, поэтому он несказанно шокирован, когда увидел, что птица плавно спикирует вниз вместе с другими (тем более, что никто кроме МакГонагалл и Дамблдора не знал о ее существовании в общем). Письмо оказалось от постепенно расцветающего Темного Лорда.       Гарри Джеймсу Поттеру от Вальпургиевых рыцарей.       Что? Рыцари Вальпурги? Видимо, все же было время, когда последователи Тома имели вполне себе достойное название.       Приходи на седьмой этаж в коридор по левую сторону, сегодня в шесть часов вечера. Я встречу тебя там и могу проникнуть внутрь.       Волдеморт.       PS: Как только представиться возможность — сожги письмо.       А ведь и в правду, только Том любил все настолько драматизировать.       На данный момент молодой человек сидел на кровати, по-турецки скрестив ноги, на которых смиренно покоилась бутылочка зелья удачи, и внимательно вглядывался в стрелки часов, вызванные темпусом. Волшебник предпочел ждать до самой встречи, дабы таким образом показать свое невольное влияние.       Пять сорок пять.       Одним взмахом палочки Гарри заставил часы исчезнуть, а затем вытащил пробку и залпом опрокинул в себя содержимое колбы. У него есть ровно пятнадцать минут для того, чтобы добраться до необходимого этажа и встретить там Тома. Если он выйдет сейчас, то доберется до условного места вовремя.       Наверное, куда более практичным и эффективным планом было бы подняться на кухню и прихватить с собой бутылку огневиски. И даже не одну.       Что-то тихо подсказало Гарри, что Том будет не особо против его опоздания. Он наверняка решит, что предшественник Филча с миссис Норис удумал совершить повторный обход школы. Поттер аккуратно прокрался к картине через Хаффлпаффское крыло и пощекотал грушу. Оказавшись на кухне, он практически сразу наткнулся на домового эльфа, который едва ли доставал ему до колен.       Крошечные писклявые существа мгновенно обступили юношу со всех сторон, глядя на него большими глазами и хлопая широкими длинными ушами. Их вид заставил мага невольно улыбнуться и на автомате потереть некогда сломанную бладжером руку.       — Здравствуйте, сэр! Чем мы можем Вам помочь?       — Пару бутылок огневиски, пожалуйста. Если они, конечно, у вас есть.       — У нас есть парочка, однако мы храним их только для учителей. Если Вы подходите по возрасту?..       — Я? Нет-нет, однако нескольким моим товарищам уже исполнилось семнадцать, — по крайней мере, Гарри искренне надеялся на это. — Хотим проводить время от времени небольшие бунты, но я буду говорить, что это для старших. Плюс ко всему, у меня есть особые обстоятельства.       — Особые обстоятельства? — переспросил один из эльфов и с неким интересом подался вперед.       — Никаких скандалов, — хотя, вероятнее всего, его предполагаемая жертва будет думать в совершенно ином ключе. — У меня есть товарищ, который, думаю, вполне может позволить себе неплохо отдохнуть. Риддлу действительно нужно брать перерывы; ну, я и посчитал, что стаканчик-другой поможет ему в этом.       — Мистер Риддл, сэр? — домовик взволнованно пискнул и начал по привычке заламывать себе руки. — Мы знакомы с мистером Риддлом, сэр. И мы считаем, что Вы совершенно правы на его счет, — увы, он не мог помочь ученику, однако не переставал хихикать. — Мы можем сделать огневиски, сэр. Ждите здесь, — эльф куда-то выскочил, но уже через минуту вернулся с двумя большими бутылками с янтарным пойлом. — Теперь идите. И будьте осторожны.       — Благодарю, — кивнул Поттер и выскочил из кухни. Далее он поднялся на седьмой этаж, ловко избегая магических разломов в поле, которые были призваны ловить зазевавшихся студентов, и добрался до нужного места как раз тогда, когда Том вышел из Выручай-Комнаты, чтобы забрать Гарри.       — Извини, Гарри. Я назначил встречу на шесть часов и она уже идет пять минут, но я должен был… закончить спор, — будущий темный маг послал убийственный взгляд через плечо в приоткрытую дверь. Когда слизеринец окинул товарища новым взглядом, он замер на бутылках и вопрошающе приподнял брови.       — Что это?       — Огневиски.       — Что?       — Огненный виски.       — Да, я знаю. Я имел ввиду… неважно. Много времени было потрачено в пустую, так что давай, проходи, — Риддл многозначно проигнорировал высказывание парня об алкоголе и пропустил его в помещение, из которого вышел секундой назад. — Добро пожаловать в Выручай-Комнату. Она была специально создана и зачарована самими основателями для того, чтобы помогать. Здесь могут находиться чистящие средства. Помещение может стать кладезем для ценных вещей, которые необходимо укрыть от чужих глаз. Или…       — Стать комнатой, полной ночных горшков?       Юноша, явно застигнутый врасплох сей великолепной фразой, не смог вовремя взять себя в руки и совсем не аристократично фыркнул.       — Не вижу ничего сложного, — выдохнул волшебник, на мгновение прикрыв глаза. — Тебе нужен один?       — Нет, — ухмыльнулся Гарри, — просто я вспомнил одну забавную историю, которую я слышал пару лет назад.       — Ясно, — сказал парень с таким видом , будто ни разу не поверил россказням молодого человека, и повернулся к самой комнате, позволяя Поттеру тем самым рассмотреть интерьер.       В последний раз волшебник был здесь, когда использовал комнату в качестве штаб-квартиры и места для тренировок «отряда Дамблдора». Вплоть до его четвертого года обучения в Хогвартсе эта комната пустовала. Теперь же она напоминала гостиную одного из шикарных аристократических домов, почти такая, какой Гарри мог ее видеть в воспоминаниях Волдеморта.       Пол был выстлан широкими панелями из темного дерева, поверх него раскинулся пушистый венецианский ковер, на котором, свернувшись калачиком, лежала Нагайна. Позади, в камине тихо потрескивал огонь.Стены также были отдалены в мрачноватых тонах — на совершенно черном фоне расположились изумрудно-зеленые узоры; с потолка свисали различные украшения, отдаленно напоминающие человеческие черепа со змеями.       По периметру длинного деревянного стола сидели семь мальчишек, удобно расположившись в креслах, отдаленно напоминающие те, что стояли в них в Общей комнате.       — Это Вальпургиевы рыцари — небольшой клуб, своего рода. Мой внутренний круг. Поверь мне, как только мы покинем стены школы, название ордена сменится на более приемлемое, — маг позволил себе насмешливо фыркнуть, прежде чем продолжить говорить. — Не считай, что ты входишь в него лишь потому, что получил приглашение. Оно было чем-то вроде проверки. Если этим вечером ты будешь вести себя достойно, то, возможно, я и позволю тебе войти в наш круг.       — А если нет? — губы Риддла искривила улыбка в стиле ведьмы-Амбридж. — Хорошо, что я захватил их по пути.       Все семь пар глаз резко впялились в бутылки, стоило только юноше опустить их на стол. Причем они смотрели так, будто никогда не видели этот напиток раньше. Спустя несколько мгновений томительной тишины, Лестрейндж потянулся за одной из них и принялся рассматривать.       — «Draken Feur», — прочитал волшебник алую этикетку, продолжая рассеянно крутить бутылку в руках. — Мерлин, это же «Черная метка» — лучшее огневиски. Его можно купить только на рынках Германии. Где ты его взял?       — На кухне, — Гарри невозмутимо пожал плечами.       — Ты стащил его из заначки учителей? — вопрос прозвучал весьма небрежно. Поттер не знал говорившего человека, однако, судя по светлым прядям, им оказался никто иной как Малфой. — Зачем?       — Я посчитал, что мы могли бы поиграть в игру.       — Две правды и ложь?       — О черт, да!       — Скорее, кто-то должен считать очки! Давайте начнем!       Прежде чем кто-либо успел отреагировать, бутылки резко взмыли в воздух и плавно опустились в руки Тома.       — Это место для встреч, если вы не забыли! — прошипел Риддл, аки змея, которой отдавили хвост. — Я староста, а вы все — несовершеннолетние!       — Да ладно тебе, Том, — махнул рукой Эйвери. — Ты будешь учить нас таким заклинаниям, за использование которых нам заказан билет в Азкабан, но ты не сделаешь ничего, чтобы задержать нас, верно?       — Я думаю, он больше переживает, что мы выставим его дураком. Все мы знаем, что с него ни разу не снимали баллов, — хихикнул Гойл.       — Вероятно, Том мало весит*, — добавил Крэбб.       — Ой, да ладно вам! Он как никто другой будет помнить события этого вечера завтра утром, — высказался Лестрейндж.       Гарри глянул на будущего Темного Лорда; на его шее бешено пульсировала вена. Этим своим состоянием лучший ученик школы невольно напомнил Поттеру дядю Вернона.       — Подключайся. Давайте играть на желание, — предложил Поттер, и все внимание тут же переключилось на него. — Если сможете выиграть, я выполню любую вещь.       — Любую?       — Любую.       Юноша азартно облизал губы — множество голодных, блестящих от нетерпения взглядов впились в его обманчиво хрупкую фигурку, заинтригованные данным обещанием. Почему-то Гарри был очень уверен, что он победит, даже несмотря на то, что никогда не пил прежде. Юноша неплохо знал правила игры. Плюс ко всему, маг всегда был хорош в сочинении сказок, независимо от того, какими витиеватыми и реалистичными они не были. Но было что-то сдерживающее его от того, чтобы заглотить наживку, как голодный дракон.       — А если выиграешь ты? — голос Тома звучал плавно и мягко, почти доверчиво.       — Я просто хочу поиграть.       На несколько мгновений, которые показались целой вечностью, Том сидел молча, вытянувшись по струнке. Он рассчитывал. Переворачивал фразу Гарри и мысленно проговаривал с разной интонацией, пытаясь найти в ней скрытый намек. Он бы ничего не нашел.       Там ничего не было.       Риддл был очень талантливым легилиментом и считался великолепным мастером лжи. Его способности врать мог бы позавидовать сам Дьявол. Неважно насколько он легкий, пригубить пойло придется.       Гарри, полный уверенности из-за «Феликса», думал совершенно иначе.       — Штраф, — наконец сдался юноша. — Сразу после встречи. Кстати говоря, ты начинаешь, Гарри, — еще один стул материализовался прямо из ниоткуда, как раз между Малфоем и Ноттом, точнехонько напротив Тома, во главе стола. Идеальное положение, чтобы смотреть в глаза. Что же, игра началась. — Садись.       Поттер плавно приземлился на свое место, и на его плечо упала тяжелая рука широко улыбающегося Нотта.       — Кажется, я недооценил тебя. Думаю, ты достаточно смел, если обчистил полку учителей.       — Э… Спасибо.       — Я надеюсь, ты понимаешь, во что вляпался, — саркастически выплюнул Малфой, опасно сверкнув серебристыми глазами, точь-в-точь такими же, как у Драко. — Если Том победит, а он победит, то скоро поймет, что ты не сможешь сдержать своего слова. Ты не дал каких-либо ограничений.       — Что, знаешь, что он хочет?       — Могу только предполагать, судя по тому, как он обхаживает тебя. И как он глянул, когда ты упомянул о пари.       — И? — надавил Гарри.       — Скажем так… Я надеюсь, ты не единственный, кто ценит свою девственность, ибо для победы нужно настоящее чудо.       — Я склонен к чудесам, так что все в порядке, — спокойно сообщил Поттер. — Подожди-ка… Откуда тебе знать, что я девственник?       — Ну… Любой, кто имеет хоть какой-то опыт, не реагирует настолько сильно на флирт Тома, — фыркнул Нотт и весьма ощутимо ткнул волшебника локтем в бок.       Если бы Поттера спросили, чего он ожидал, идя на эту встречу, то он бы с уверенностью описал смерть от рук людоеда, пыточную в подземелье или какое-нибудь другое магическое место наподобие Стоунхенджа или Бермудского треугольника; наверняка бы было крушение интерьера, танцы вокруг костра и разговоры на змеином языке. Однако в жизни это больше походило на собрание американского конгресса, разве что все были подростками, терпеливо ожидающими начала игры.       Девять стаканов и ведро со льдом появились перед участниками игры — еще один подарок Выручай-Комнаты. Оставалось только объяснить правила — выбор пал на Лестрейнджа.       — Если кто-то забыл или не знал, вам нужно назвать три факта — две истины и одну ложь. Позже мы выберем человека, с которого начнется соревнование, а потом пойдем против часовой стрелки. Так вот, работа остальных — угадать, что есть что. Если мы не угадываем, то выпиваем стакан. Игра заканчивается, когда кто-то падает в обморок или у нас заканчивается огневиски.       — Какая радость, — скептически проворчал Том, словно Нагайна, которая, к слову, подползла к креслу своего хозяина.       — Итак, — неожиданно весело начал Гарри, якобы бросая всем остальным вызов. — Кто первый?       — Ты принес выпивку, приятель.       — Да, почему бы тебе не начать? Приятно видеть новые лица в знакомой игре.       — Я живу с тетей и дядей. Впервые использовал волшебство в одиннадцать лет. У меня нет домашних животных.       Просто и нейтрально, для начала.       Все проскакивали между первым и вторым ответом, пока очередь не дошла до Тома, который тут же едко отметил: «У него есть сова, идиоты».       Гарри послушно опустошил стакан и почувствовал, как приятное тепло разливается по телу. Он не особо сильно обращал внимания на ответы, которые выдавливали из себя другие участники — он уже выпил необходимое зелье, чтобы лицезреть их невменяемыми. Единственное, что Поттер уловил — Том принялся говорить.       — Я и моя мать связаны с основателем нашего факультета, — деликатно обронил юноша. — Когда мне было девять избалованный маггловский ребенок столкнул меня с лестницы и я сломал шею. Два моих имени и фамилия взяты от моего отца.       Многие считали, что второй вариант оказался ложью.       — Имя «Марволо» не похоже не маггловское, — выдавил Гарри. — Первое имя и фамилия взяты от отца, а второе — нет.       Том посмотрел на свой стакан так, будто ему только что предложили выпить жидкий помет Докси, и вылил алкоголь в себя. Риддл согнулся, слегка шокированный новыми ощущениями, и закашлялся на потеху остальных.       — Дома у меня всего двое близких друзей. Мой крестный хотел избежать Азкабана из-за того, что он кого-то взорвал. Мой боггарт принимает форму Дементора, — волшебник пытался смотреть на лоб оппонента, лишь бы не встречаться с ним взглядами.       — Судя по тому, как ты популярен здесь, у тебя просто не может быть два друга.       — Я сказал — два близких друга. Мой Боггарт — это действительно Дементор. Ложь заключалась в том, что моего крестного отца ошибочно обвинили. Выпей, Том, — с чуточку злорадной усмешкой отметил парень.       Многие из компании уже выпили по три стакана. Кто-то пил просто так. Гарри и Том тоже зависли на трех. Сейчас должен был начаться четвертый раунд. Огневиски был крепким и у Тома было не больше шансов, чем у Гарри. Шея и щеки Риддла уже успели покрыться красными пятнами.       — Я боюсь голубей. Старуху, в приют которой я должен возвращаться, зовут миссис Коул. Я никогда не убивал никого на прямую.       Ага, только косвенно, с помощью василиска.       — Боязнь голубей? Что-то я не замечал.       — Вкрадчивая сволочь, — Том нахмурился и едва не выронил из рук бутылку из-за нарушенной координации движений. — Как у тебя получается?       — Везение, — ангельски улыбнулся молодой человек. Оппонент попытался впиться в него глазами, но взгляд нагло отказывался фокусироваться. — Я — змееуст. Мой любимый цвет — зеленый, а мой домовик не единожды пытался меня убить.       — Хорошая попытка, но я еще не настолько пьян. Ты не змееуст. Ты не можешь им быть, это невозможно, — юноша подтолкнул бутылку к Гарри, но Нагайна неожиданно обвила ее горлышко хвостом и наклонила в сторону стакана своего хозяина.       — Не угадал, — прошипел Гарри с заведомо довольной и, в какой-то мере, жутковатой улыбкой. — Спасибо, Нагайна.       Поттер не был до конца уверен, но, кажется, змея игриво подмигнула ему.       — Как?       — Долгая история. Не думаю, что сейчас есть смысл ее рассказывать. Все равно на утро ее никто не вспомнит. Ну что? Последний раунд в эту ночь?       — Мой любимый цвет — черный. Я чуть не утопил двоих маггловских детей в озере. У меня аллергия на мятные леденцы.       Гарри заранее знал, что произнесет неверный ответ. Все равно перевес был в его сторону, так что, пожалуй, можно и уступить Тому для приличия. Погоды это не сделает.       — Аллергия — это ложь.       — Неверно. Пей, — слизеринец едва слышно икнул. — Это одна из причин, почему я не ем сладости.       — А есть другие?       — Твоя очередь.       Оставшиеся семь игроков уже вовсю клевали носом, но еще не отрубились до конца.       — Я случайно вызвал автобус «Ночной рыцарь», когда пытался сбежать из дома. Шторы моей тетки постоянно напоминают мне Дементоров. Я смог вызвать телесного патронуса в тринадцать лет.       — Ты бы оказался рекордсменом, если бы это была правда.       — Ты прав, я действительно рекордсмен. В настоящее время являюсь самым молодым магом Британии, способных сотворить его. Похоже, ты проиграл, Том, — волшебник подтолкнул бутылку.       Выпив, Риддл поставил стакан на стол с такой силой, что привел всех участников игры в сознание.       — Так что, ты собираешься сейчас сделать это или попозже? — невнятно пробормотал Эйвери.       — Ничего он не собирается делать. Он продул.       — Том проиграл? — Лестрейндж переспросил настолько громко, что многие поморщились от неприятных ощущений. — Он проиграл или я что-то пропустил?       — Да, Гарри выиграл. Игра и собрание окончены. Всем вернуться в гостиную! — раздражение едва ли не мгновенно выветрило весь алкоголь из организма юноши. — Вон! Пошли все вон!       Студенты быстро отставили свою мужскую гордость в сторону — связаться с прогневанным Риддлом себе дороже. В конце концов Поттер остался с будущим лордом один на один.       — После окончания Хогвартса я хочу попробовать себя в роли преподавателя «Защиты от Темных искусств». Меррифот уже в возрасте и скоро должна выйти на пенсию, плюс ко всему, мне приятна мысль о преподавании. Дети всегда очень впечатлительны, — хмыкнул юноша.       — Думаю, ты получишь эту должность без проблем.       Том медленно распрямился во весь свой рост и неожиданно напрыгнул на Гарри.       — У меня нет шансов получить ее, если я не могу вызвать патронуса. Я тренировался по несколько часов подряд, читал книги и изучал теорию. И ничего. Ничего! Не было даже серебряного дыма. А ты говоришь, что можешь?! С тринадцати лет?!       — Да.       Хватка мага слегка ослабла, а самому юноше пришлось облокотиться на спинку стула, чтобы не упасть. Темные глаза Тома блистали:       — Покажи мне.       Гарри улыбнулся, чувствуя, как неожиданное чувство восторга заполняет его. Без капли стеснения парень поднял палочку и с легкостью прокрутил в голове одно из своих самых счастливых воспоминаний.       — Экспекто Патронум!