Сказ о том, как принц подвиг совершал

      В далёкой-далёкой стране, где с неба всегда падает снег, а лето так быстротечно, что льды не успевают таять, жил-был король. Король этот возвёл свой дворец на вершине горы, чтобы первым встречать лучи летнего солнца и представать перед народом в ослепительном свете, повергая подданных в священный страх. Сияющего короля все любили и боялись, но иногда, когда на его окутанную светом фигуру было не очень больно смотреть, можно было заметить за его спиной тёмный маленький силуэт, что поначалу казался лишь тенью.       В тени короля, ограждённый от внешнего мира, жил его сын. Год от года юный принц постигал науки, готовясь принять трон своего отца, однако король старался изо всех сил, дабы отсрочить этот момент. – Азана, – говорил он. – Взойти на престол ты всегда успеешь, цени время своей беспечной юности, пока можешь.       Король был мудр. Стремясь избавить сына от тягот реальной жизни, он спрятал под замок все книги, которые не были учебниками или сказками, запретил глашатаям передавать новости, если сын находился рядом, и повелел Азане не общаться ни с кем, кроме своего родителя и учителей. – А где моя мама? – спрашивал маленький Азана, когда ему было одиноко. – Мама живёт далеко, ей холодно в моём королевстве. Нечего спрашивать о пустяках, – отвечал отец. И потом долго смотрел куда-то вдаль, не обращая внимания ни на кого вокруг. – А почему у меня нет друзей? – интересовался подросший принц, когда осмеливался вновь задать отцу вопрос. – Будут тебе друзья, – буркнул в ответ король и на следующий день приказал привезти с равнинных земель множество разных животных, чтобы составили компанию мальчику.       Азана очень обрадовался и целыми днями начал пропадать в зверинце, играя с диковинными птицами, катаясь на пони и наблюдая за яркими рыбами. Пожалуй, больше, чем игры с животными, ему нравилось только празднование Нового Года. Солнце поднималось из-за горы, отчего её вершина казалась большим ослепительным бриллиантом, король выступал перед людьми с поздравлениями, которые мальчик всегда любил слушать, выглядывая из-за спины отца, а после грандиозных гуляний и пира ещё неделю можно было не носить тёплую шапку и лепить скульптуры из подтаявшего снега.       Таким было лето в королевстве, сверкающим и недолгим, и именно поэтому праздник Нового Года проводился всю солнечную неделю, после чего на гору вновь возвращалась зима. На ещё один долгий год.       Азана, как будущий король, обладал способностью просчитывать события. Поэтому грустить об ушедшем лете начинал заранее, сразу после Церемонии Поздравления. Его отец считал это полезным навыком, но видеть слёзы единственного наследника было для него невыносимо. Решение пришло в голову короля довольно быстро, и на четвёртый после рождения Азаны Новый Год, он представил сыну нового знакомого. – Сын мой, познакомься с доктором Презенто, – король вёл за собой высокого худощавого старика, – Он знает отличный рецепт от твоей печали!       Доктор Презенто был очень высок, по мнению маленького принца, но опрятен в одежде и аккуратно причёсан. Он был одет в чёрное твидовое пальто и фетровую шляпу, в руках держал небольшой металлический кейс. В общем, производил впечатление интеллигентного и образованного человека. – Здравствуйте, Ваше Высочество, – приветствовал гость. Не услышав ответа, продолжил: – Вижу, ваша хандра заставила вас позабыть даже правила этикета… Что ж, это легко исправить.       Незнакомец открыл свой кейс и вытащил оттуда деревянные качели-лошадку, о которых Азана мечтал уже целый год. Подумать только! «Должно быть, он волшебник и читает мысли» – подумал тогда мальчик, и с тех пор не мог дождаться новогодних праздников, чтобы снова увидеться с доктором Презенто. Старик, к его чести, потребности принца угадывал безошибочно, а так как с возрастом они были всё больше, то и чемодан доктор привозил всё объёмистее. В прошлом году, когда принцу было девятнадцать, Презенто привёз целый сундук на колёсиках, закрытый на замок с шестизначным кодом.       Вспоминая прошлогодний визит старика, Азана в предвкушении смотрел на толпу из-за спины отца. Два года назад он достиг такого роста, что мог больше не крутить головой, выглядывая сбоку, а просто стоять, где стоит – отец теперь был ровно на голову ниже сына. Обычно король в таких случаях велел Азане пригнуться или встать на корточки – негоже отбрасывать тень на своего владыку, загораживая головой лучи солнца, но сегодня он, видимо, пребывал в растерянности и не обратил на это должного внимания. Поэтому Азана наконец-то увидел полностью не только Церемонию Поздравления, но и лица людей, которые однажды назовут его королём.       После праздничной речи король отвёл Азану в сторону. Обычно он сразу рассказывал, когда и во сколько нужно будет ждать доктора Презенто, но в этот раз отец был намерен огорчить принца. – Сын мой, вынужден тебе сообщить, что доктор Презенто не сможет в этом году почтить нас своим присутствием. – Что? Но… Как? Почему?.. – вскричал было Азана, но отец уже повернулся к нему спиной.       «Вот и всё. Детство кончилось» – подумал принц. Но как наследник престола, он не имел права предаваться унынию, а потому решил действовать. Для начала юноша продумал тактику. Так, как его учили, взяв за образец исторические примеры. Пример нашёлся быстро – если доктор не хочет идти к горе, гора сама пойдёт к доктору. Оставалось только этого самого доктора найти. Но и тут судьба благоволила принцу – в его зверинце уже третий год обитала свора собак-ищеек.       Признаться честно, Азана надеялся на долгое и опасное путешествие, о котором в народе будут слагать легенды. «Его Высочество вырвал доктора Презенто из лап кровожадного дракона и вернул праздник детям горы!» – так бы писали о нём. Но на деле всё вышло куда прозаичнее – собаки обнаружили дом доктора через полчаса поисков, и им даже не пришлось спускаться к подножию горы. Слегка разочарованный, принц толкнул входную дверь. За которой, как оказалось, его ждало ещё большее разочарование.       В тени комнаты одиноко сидел доктор Презенто, только он не был похож на того подтянутого и гладко выбритого доктора, которого привык видеть Азана каждое лето. Его волосы были сальными и немытыми, также выглядела и борода (когда только успел отрастить?), а раньше белоснежная и заправленная в брюки рубашка пожелтела и свисала поверх необъятных полосатых панталон, которые приличные люди носят в качестве нижнего белья. – Простите, доктор Презенто?.. – принц хотел было продолжить и сказать старику то, что собирался, но тот его перебил. – Чего пришёл, Высочество? Я тут это… слегка… не в форме. Меня, кстати, Пальнедо зовут. На самом деле. – «На самом деле»? – Ну да. А ты не знал? Ха-ха, то есть за пятнадцать лет твой батя так и не сказал тебе? – Что не сказал, доктор Пре... – Пальнедо меня зовут! И я не доктор, а обычный актёр. Твой отец нанимал меня каждый год, чтобы я разыгрывал перед тобой этого доктора и вручал подарок. Ты, когда мелкий был, считал меня каким-то волшебником, как я понял.       Никогда ещё Азана не чувствовал себя так неловко. Выходит, что всю его жизнь его обманывали. Нет никаких волшебников, докторов и праздника для каждого ребёнка, всегда был только лишь дешёвый маскарад. – Но… Все другие дети в городе? Вы и к ним ходили дарить подарки? Отец говорил мне, что доктор Презенто несёт праздник в каждый дом… – Естественно, ходил ко всем, кто платил достаточно денег, – рассмеялся Пальнедо. – Мне семью надо кормить. Было. – Было? – А теперь не надо! – голос старика сорвался на фальцет. – Нету семьи больше, понял? Была – а теперь нету!       Пальнедо всхлипнул и достал откуда-то с пола бутылку. Приглядевшись, Азана узнал тот самый маленький кейс, с которым актёр приходил к нему в первый раз. Рядом на полу белело выцветшее фото. Подняв его и рассмотрев, принц увидел самого Пальнедо, держащего на поводке грациозного рыжего оленя, с большими рогами и горящим взглядом. На спине оленя сидела маленькая девочка с красивым бантом на голове и широко улыбалась. – Вот и всё, что осталось, парень, – Пальнедо выхватил из рук принца фотографию. – Увёл он её из дома, понимаешь ли… Будь проклят этот Уро, этот олень! Будь он проклят!       Вовремя или нет, но Азана осознал – вот его шанс, его приключение. Пусть это и не спасение невинной жертвы от злобного дракона, но весьма похоже на то. – Скажите док… Пальнедо. Как это вообще произошло? – Да чего тут рассказывать? Развожу я оленей, чтобы таким как ты по праздникам подарки доставлять, частным извозом с ними подрабатываю иногда… Уро у меня десять лет служил, изрядный срок для любой рогатой скотины. Конечно, стал старым и толстым, не мог больше возить. Ну я и прогнал его с горы, пускай в лес уходит и там век свой доживает. Да только он не один ушёл – прихватил с собой мою внучку, Эришку. Моё сокровище… Такие вот дела.       Изрядно отхлебнув из бутылки, старец уставился невидящим взглядом в фотокарточку. Принц уже знал, как ему должно поступить в данной ситуации, оставалось уточнить лишь маленькую деталь. – Пальнедо, а скажите, где этот лес, куда пошёл Уро? – Уж не собрался ли ты туда, парень? Гиблое дело, в этом лесу, говорят, люди умом трогаются. Я ж почему за ним не пошёл – не хочу к старости психом сделаться, ухаживать то за мной теперь некому… – Я всё равно должен попытаться, Пальнедо. Предлагаю пари – если вернусь оттуда в здравом уме и приведу вашу внучку – будете развозить подарки всем детям города каждый год. Где этот лес?       Пальнедо посмотрел на принца, как будто впервые его увидел. – Ладно, малец. Спустишься с горы – чеши прямо на юго-запад, никуда не сворачивай. На третий день, чай, доберёшься. Но будь осторожен – лихо живёт в этом лесу… Вот, возьми его с собой.       Он выудил из кейса зверька, которого принц видел впервые, при том, что слыл в королевстве знатоком животных. Существо было похоже на шиншиллу, только белого цвета, с длинным хвостом и кисточками на нём и рожками на голове. Существо казалось дружелюбным, но взглядом обладало крайне бестолковым – это принц мог определить сразу, поскольку вырос в окружении разных зверей. – Это нидзи, – пояснил старик. – Нашёл его у входа в лес. Я назвал его Най, можешь тоже его так звать. Покажет тебе дорогу. – Спасибо, Пальнедо, – Азана посадил зверушку на плечо. – Увидимся.       Юноша покинул дом Пальнедо и отправился в своё долгожданное приключение.

***

      До леса Азана добрался без особых проблем. Всё-таки картографию он знал неплохо, не зря столько времени тратил на её изучение. Однако трёхдневное путешествие далось ему нелегко – сказывалась непривычка к физическому труду. Нидзи на его плече ни разу не пригодился в качестве проводника, но зато был отличным и весёлым компаньоном и принц привязался к зверьку.       На опушке леса путешественника ждало неожиданное препятствие – деревья до самого горизонта были окружены высоченным забором с колючей проволокой. Проволока висела даже на массивных металлических воротах, из которых торчала огромная голова быка с кольцом в носу. При ближайшем рассмотрении, голова оказалась ненастоящей, а всего лишь чучелом, а кольцо, скорее всего, должно было служить дверным колокольчиком. Азана спрятал Ная на всякий случай в карман и дёрнул кольцо три раза.       Он ожидал чего угодно: ворота отворятся сами собой, исчезнут, кто-то выйдет его встречать, но и тут его ждал сюрприз. Чучело быка открыло глаза и издало громкий протяжный рёв, от которого над лесом взмыли стаи перепуганных птиц. Когда чучело замолчало, вокруг воцарилась звенящая тишина.       Долгих десять минут ворота не открывались, Азана даже сомневался, постучать ещё раз или поискать другой вход, как вдруг с жутким лязгом и скрипом двери начали медленно отворяться.       С другой стороны его ожидала девушка – таких юный принц не видел ни в своём королевстве, ни на картинках в книгах. Пожалуй, больше всего она походила на принцессу из сказки – длинные белокурые волосы, прикрытые охотничьей шапкой, стройная, если не сказать хрупкая, фигура, глаза, словно бездонные омуты. Именно такой он в детстве представлял свою маму, хоть и ни разу её не видел. Девушка обратилась к нему. – Добро пожаловать в заповедник «Циркус». Мы оберегаем животных от неблагоразумных граждан и граждан от неблагоразумных животных. Любая попытка членовредительства с обеих сторон приведёт к последствиям, до которых лучше не доводить. Я – хранитель леса и земли, Цукумо, приветствую вас и готова ответить на все имеющиеся вопросы.       Текст был явно заучен и повторён неоднократно, но Азана всё равно испугался тому, каким равнодушным тоном она говорила про «последствия». – Простите, меня зовут Азана, я ищу здесь кое-кого… Понимаете, мне нужно забрать отсюда… – Исключено. Что находится в «Циркусе» останется в «Циркусе». – Да нет же! Сюда пришла девушка. С горы. Я должен забрать её домой, – принц был нетерпелив, хотелось как можно быстрее прояснить ситуацию и найти себе ночлег. – Знаю, про кого вы говорите. Но мне туда хода нет, один хомяк не желает меня туда пускать, – хранительница слабо улыбнулась. – Переживает за меня. – Тогда… Я сам попробую найти дорогу, ладно? – Азана широко зевнул. – Вы не подскажете, где здесь можно устроиться на привал? – Лес небезопасен ни для кого, кроме его хранителя. Сегодня остановитесь у меня. Впредь передвигайтесь только при свете дня.       Цукумо проследовала в чащу, приглашая принца следовать за собой.       Дом хранительницы леса располагался посреди маленькой полянки. Сложно было даже назвать это полянкой, место выглядело так, как будто именно тут деревья решили расти подальше друг от друга. На этой лесной проплешине даже не росла трава, только яркие разноцветные грибы, прикрытые опадающими листьями. Земля была голой и влажной, ноги увязали в ней по самые щиколотки, неудивительно, что дом Цукумо держался на высоченных сваях. – Каждый год он опускается на ширину ладони, – вздохнула девушка. – Через каких-нибудь полвека придётся снова перестраивать.       Забираясь вверх по столь же высокой, как и сваи, лестнице, Азана задавался вопросом, сколько же лет хранительнице леса. Спросить напрямую было бы крайне неприлично, но она явно была старше, чем выглядела.       Едва Азана ступил на порог, как на него набросилось огромное мохнатое нечто. Нечто громко мяукало и определённо обладало шершавым длинным языком, что позволяло строить некоторые догадки. Когда кот, а это был именно он, наконец, отлепился от принца, можно было с уверенностью сказать, что он обладал редчайшим ярко-жёлтым окрасом и такими же бездонными глазами, как и у его хозяйки. Цукумо бросила коту со стола клубок, который тот немедленно начал перебирать всеми четырьмя лапами, улегшись на спину. Азана заметил между задних лап кота огромный белый пластырь. «Поцарапался, бедняжка» – подумал принц. – Это Ёги. Он так здоровается. Не то, чтобы вы ему сильно понравились, он со всеми так, – девушка перешагнула через кота и начала доставать из шкафа постельные принадлежности. – Спать будете здесь, – она разложила простыню на диване. – Уходите с рассветом, пока в лесу безопасно. – Благодарю вас, госпожа хранительница.       Цукумо в ответ даже не улыбнулась и молча ушла к себе в комнату.

***

– Мя-а-а-у… Вставай! Мя-а-а-у!!! Миа-а-а-ау!! Подъём, кому говорят!       Голос был незнакомым и явно мужским. К тому же, кто-то очень тяжёлый вдавливал Азану в диван. Надо было срочно открывать глаза и оценить ситуацию. Ситуация была такова – принца разбудил огромный жёлтый кот, который мял своими лапами его грудь и громко мяукал. – Цукумо сказала – завтрак на столе, ещё свёрток еды возьмёшь с собой, – объявил жёлтый кот, зевая во всю пасть.       При виде говорящего кота, вообще говоря, у большинства людей пропадает охота спать, но Пальнедо ведь предупреждал о странностях леса, и Азана решил, что паниковать ещё рано. Внезапно откуда-то из недр плаща принца раздался ещё один голос, и вот тогда юноше стало страшно. Говорящие коты – это ещё ладно, но говорящие плащи? – Не надо пугаться. Я слышу, как ты боишься. Здесь мы можем говорить на человеческом языке, когда светит солнце, – из одежды вытащил голову нидзи. – Спасибо, что вернул меня домой! Ты спас меня!       Вот как, значит. Азане дали Ная, чтобы тот показал дорогу, а зверёк и сам её не знал, он просто-напросто потерялся. Теперь принц лишился проводника. Оставалось только спросить у кота, потому что Цукумо в доме уже не было. – Ёги, ты не знаешь, где я могу найти оленя Уро? – спросил принц со всей учтивостью, насколько мог по отношению к коту. – Неа, не знаю, – беспечно ответил кот. – Но мы можем пойти и вместе спросить у народа, я тут со всеми на короткой лапе. – Азана, спасибо тебе за всё, – сказал Най. – Спасибо, что привёл меня домой!       Потеряв проводника в лице нидзи и получив вместо него крайне общительного кота, Азана отправился на поиски Эришки.

***

      В лесу не оказалось ни одной, даже малюсенькой, тропинки. Только редкие следы на земле. Иногда попадались человеческие, но их было немного и все они вели в разные стороны. Ёги объяснял это тем, что в заповедник нечасто приходят гости, а местные звери, за редким исключением, не такие тяжёлые, чтобы оставлять следы. – Если нужно с кем-то поговорить, можешь смело просить меня, друг. Сейчас я отведу тебя к своей любимой сестрёнке Иве, она-то уж точно знает, как тебе помочь. Давай, пока идём, поиграем с тобой в слова? В салочки? В…       По мнению Азаны, Ёги был чрезмерно общительным котом. К «сестрёнке Иве» они добрались уже на закате, потому что Ёги постоянно просился в туалет и успел пометить по дороге больше половины кустов. К счастью, с наступлением темноты он потерял способность разговаривать. Но и та, к кому кот вёл принца, тоже. Тем не менее, Ёги смело шагал вперёд, и юноше ничего больше не оставалось, кроме как следовать за ним. Они вышли к большому холму, внутрь которого вёл огромный, больше человеческих размеров, лаз.       «Что же у Ёги за сестрёнка такая?» – поразился Азана, и вновь страхи его были напрасны. Тоннель привёл их, очевидно, в медвежью берлогу, но никаких медведей там не оказалось. В берлоге, тихо фырча, спала рыжая лисица, свернувшись клубочком в уголке. Ёги немедленно начал устраиваться рядом и Азана понял, что это сигнал к ночлегу. Оставалось надеяться, что настоящий хозяин норы не появится.       Утро вновь встретило Азану мяуканием кота и маршем лап по грудной клетке, но теперь к этому добавился сердитый женский голос. – Что ты с ним нянчишься, как с девочкой? – возмущалась незнакомка. – Ну-ка, вставай, кому сказала!       В следующий момент лицо принца обожгла острая боль. Он моментально вскочил на ноги. – Понял, как надо будить людей, Ёги? – ухмыльнулась рыжая лиса. – Будешь столько дрыхнуть – всю жизнь проспишь! – Сестрёнка Ива…       Азана вытер кровь с лица рукавом. Царапины на ощупь были глубокими. Хлопотливый Ёги немедленно достал откуда-то несколько пластырей, подобных тем, что носил сам, и быстро, а что самое удивительное, аккуратно, заклеил порезы. – Спасибо, – поблагодарил кота принц. – А… Где медведь? – Какой медведь? – удивился Ёги. – Теперь это мой дом, а не какого-то там медведя, – гордо виляя хвостом ответила Ива. – Так. И чего ты хотел? – А, ну я ищу оленя Уро. Понимаете, он забрал в этот лес внучку одного моего знакомого, ну, не просто знакомого, а… – Значит, Уро, – задумчиво произнесла лиса. – Против него вам не выстоять в битве. Нужна тактика. Я не могу пойти с вами, я должна защищать Цукумо от проделок этого рогатого кобеля. Найдите Хирато, он знает, что делать.       Таким был совет лисицы Ивы, и путникам ничего не оставалось, кроме как искать дальше.

***

– Ёги, а кто такой этот Хирато? – спросил Азана. Кот вёл себя странно – уже два часа обнюхивал землю, изредка ковыряясь лапой в пожухших листьях. – Хирато? А-а, он хомяк. Очень умный. Знает всё и про всех. – А почему тогда мы не идём к нему? И зачем ты роешься в земле? – Понимаешь, Хирато роет норки. Их у него много и все хорошо спрятаны. Никогда не знаешь, в которой из них он окажется, – жёлтый кот зарылся лапой в очередную кучу листьев. – Ага!!! Вот оно!       Внезапно в тишине раздался звук взрывающегося динамита, а Ёги с шипением отскочил в сторону. Азана почувствовал, как в нос ударил жуткий запах, подобный тому, который обычно бывает в сточных канавах. Откуда-то справа из–под еловых ветвей послышался ехидный смех. – Ха-ха, будете знать, как совать нос в мои владения, – на свет вылез зверёк с чёрной шерстью и белыми полосами на спине. – Вы кто такие и чё надо? – Это Гареки, и он – скунс, – шепнул кот. – Как видишь, он не очень любит гостей. – Я А… – Меня зовут Ёги, этот парень со мной, мы ищем Хирато, – перебил принца кот. – Ты не видел его случаем? – Так, ну тебя, жёлтая морда, я, допустим, знаю. В «Циркусе» новичков мало. А тебя, человек, вижу впервые, – Гареки подозрительно взглянул на Азану, а в следующую секунду уже размахивал хвостом у него перед носом. – Говори, что здесь забыл, а то получишь ещё один заряд прямо в голову! – Э-э, послушайте… Я просто пытаюсь спасти девушку от оленя, – запаниковал принц. Воистину, амбре скунса казалось наследнику престола страшным оружием. – Ха-ха-ха, да у нас тут оленей полон лес. Куда ни посмотри – одни олени! А Хирато сюда больше не суётся – напоролся на мою мину, а обезвредить не смог. Тоже мне, эрудит!       Гареки вытащил из еловых веток отвёртку и механизмы и принялся конструировать новый снаряд. Решив не отвлекать скунса от работы, Ёги и Азана пошли дальше.

***

      Во второй половине дня Ёги удалось напасть на след. След вывел их на заросли малиновых кустов, среди колючих ветвей которых им предстояло отыскать одного единственного хомяка. Перспектива ободрать шерсть о колючки не прельщала Ёги, точно так же, как и Азана не хотел получить ещё больше порезов на лице. Но выбора у них не было. Обречённо вздохнув, кот начал продираться сквозь кусты, иногда прикладывая ухо к земле и напряженно прислушиваясь. – Ёги, объясни уже, что мы ищем! – потребовал принц после полутора часов возни в малиннике. Его руки были покрыты царапинами, в волосах путались ветки и ягоды, а походный плащ он потерял почти сразу, как залез в кусты. – Хирато – особенный хомяк, и подход к нему нужен особенный. Просто так без приглашения к нему домой не зайдёшь, – объяснил жёлтый кот, выбравшись из плена колючих веток и оказавшись на свободном пятачке земли. Однако должно быть даже коту уже наскучили бесконечные поиски неуловимого хомяка, поэтому он просто набрал побольше воздуха и завопил что есть силы. – Хира-а-а-то!!! Хирато, где ты!!! Поговори с нами! – Может, его здесь нет? – предположил Азана, следом за котом выбираясь из кустарника. – Он точно здесь, вот увидишь… – Как ты узнал? Ты следил за мной? – из-под земли в колючках, где ещё минуту назад стоял Азана, показалась голова грызуна, увенчанная микроскопической шляпой-цилиндром. Присмотревшись, Азана различил ещё и малюсенькие очки, которые удивительным образом шли хомяку. – Хирато, мы вас искали… – начал было принц, но тут хомяк пронзительно взвизгнул. – Зачем?! Я так и думал, вас подослали ко мне! Это всё происки Уро! Живым не дамся! – Об Уро мы и хотели поговорить, – попытался успокоить хомяка Ёги. – Он украл девушку из города на горе, и мы идём её вернуть. – Я знал! Всегда знал, что у него есть наклонности… Но надо предупредить Цукумо… Если Уро похищает девушек, то она точно будет следующей жертвой… Хомяк беспокойно рыл лапками землю и дёргано озирался по сторонам. – Послушайте, Хирато, вы не могли бы нам сказать, как мы можем найти Уро? – Найти Уро? НАЙТИ УРО? – заверещал Хирато. – Ха-ха-ха, поверьте, он сам вас найдёт! Советую вам не дожидаться этого момента, а составить толковый план… А я должен предупредить Цукумо…       С этими словами хомяк исчез под землёй. – А зачем он уходит под землю? Хомяки ведь не роют нор, – удивился Азана. – Но теперь мы всё равно не сможем ничего у него узнать. – Этот – роет, – ответил Ёги. – Он называет это мет-ро-по-ли-те-ном и использует в качестве укрытия. Он вырыл подземные ходы через весь лес, теперь искать его бесполезно. – Тогда нам действительно нужен план, – заявил принц, усаживаясь на землю.       Пришло время серьёзных размышлений.

***

      Азана не знал, сколько времени провёл сидя на траве, размышляя о будущем. Он и не заметил, как задремал, уронив подбородок себе на грудь. Разбудило его громкое шипение Ёги откуда-то издалека и необычное чувство того, как кто-то жуёт его волосы.       Азана поднял глаза и увидел жёлтого кота, шерсть которого встала дыбом, а сам он не отрываясь смотрел на принца и шипел. Ощущение, что Азану едят, усилилось, и он резко покрутил головой. – О, а я думал, ты кус-с-с-тик, – послышался сзади таинственный полушёпот. – На тебе рас-с-с-тёт так много вкус-с-с-ной малины… Не удержатьс-с-с-я.       Азана скосил глаза и увидел перед собой исполинского змея с огромными жёлтыми глазищами. Змей всё ещё жевал клок волос принца, по которым медленно стекали алые капли малинового сока. – Прошу прощ-щ-щ-ения, что перепутал вас-с-с и его, – змей кивнул на малиновый куст неподалёку. – Я – Дзики, приятно познакомитьс-с-с-я. Услышав имя рептилии, Ёги перестал шипеть, и, жалобно мяукнув, скрылся за ближайшей сосной. – Мы не хотели тревожить тебя, о Дзики, Убивающий Взглядом! – послышалось из–за дерева. – Мы просто ищем одного оленя, ничего больше! – Не бойс-с-ся, – усмехнулся змей, – Я с-с-сам придумал ис-с-с-торию про убивающий взгляд, чтобы ко мне не прис-с-с-тавали. Я не питаюс-с-сь мяс-с-сом.       Хоть Дзики и сказал, что не умеет убивать взглядом, верить ему Азана не спешил. К тому же, попытавшись встать, он увидел, что его ноги крепко опутаны длинным чешуйчатым хвостом. – Упс-с-с, – прошипел Дзики, – сейчас-с-с…       Змеиные кольца начали медленно распутываться, а Азане не давала покоя мысль о том, что навряд ли змей все малиновые кусты заключает в такой смертельный капкан. – Вы с-с-казали, что ищ-щ-ете оленя… С-с-егодня вы до него уже не доберётес-с-с-сь, – продолжал монолог змей. – Вот как мы пос-с-ступим. Я предос-с-ставлю вам ночлег и утром покажу дорогу…. Ес-с-сли будете хорошо себя вес-с-сти, – добавил он после небольшой паузы.       Азана призадумался. С одной стороны, Дзики не внушал ему доверия, несмотря на то, что обещал помощь. С другой стороны, составить план принцу так и не удалось, а без помощи ночью в лесу в полном одиночестве им с Ёги не выжить. Юноша взглянул на сосну, за которой прятался Ёги. Кот высунул жёлтую пушистую голову и агрессивно помотал ею. В понимании принца это означало «Не смей идти туда!», но лучшей альтернативы всё равно не было. Поэтому Азана поблагодарил Дзики и согласился провести ночь в его доме.       Дзики гордо развернулся, приглашая кота и человека следовать за ним. Змей был едва различим на фоне земли и опавших листьев, поэтому большую часть времени приходилось следовать на звук кисточки его хвоста. Он вывел гостей к маленькому ручью, на другом берегу которого стоял самый причудливый дом, который Азане доводилось видеть. Основу дома составлял громадный скелет, размером не меньше медведя, крышей служила медвежья шкура, небрежно накинутая поверх позвоночника. Шейные позвонки в скелете отсутствовали, зато на их месте стояла оторванная медвежья голова, закрывая собой, видимо, проход в жилище. Рёбра у скелета кое-где были не прикрыты шкурой, и можно было увидеть змеиную чешую (неужели она принадлежала Дзики?), плотно переплетающуюся с костями. Змей без особых проблем скользнул в открытую медвежью пасть, а вот принцу и коту пришлось изрядно постараться, чтобы сдвинуть голову в сторону. Собственно, Ёги тоже мог бы пролезть вслед за змеем, но он наотрез отказывался пачкать свою чудесную жёлтую шерсть медвежьими внутренностями.       Внутри змеиного дома было уютно, тепло и влажно, хотя человеку показалось, что потолки немного низкие. Дзики компактно свернулся в уголке комнаты, гостеприимно оставляя нежданным визитёрам место для ночлега. – Прикройте дверь, а то будет с-с-сквозняк, – велел Дзики. Азана не без омерзения подвинул обратно голову медведя. – Добро пожаловать в моё с-с-скромное жилищ-щ-ще. Я с-с-сделал здес-сь вс-сё с-с-сам, с-с-с учётом пос-с-с-следних веяний в ис-с-скус-с-стве…       По мере того, как на лес опускалась тьма, речь Дзики всё больше становилась похожей на змеиное шипение. За ужином он успел рассказать, что вплёл между рёбер скелета свою чешую за несколько лет линьки, а в чешуе поселил стаю ночных светлячков. В темноте светлячки мерцали яркими огоньками, обеспечивая в жилище искусственное освещение. Дзики оказался большим знатоком архитектуры, и слушать его было одним удовольствием для хорошо образованного Азаны. Даже Ёги проникся атмосферой модных дизайнерских решений и спокойно свернулся клубочком под боком у принца. Гостей так зачаровали речи хозяина, что они не сразу заметили, как он упоенно обгладывает приличных размеров медвежью лапу. – Дзики, – осторожно начал Азана. – Вы же говорили, что не едите мяса…       Осознание происходящего медленно настигало путешественников, и в их сердцах нарастала паника. Змей лишь улыбнулся и таинственно сообщил: – Ах, этот миш-ш-шка? Он прос-с-сто плохо с-с-себя вёл.       Больше змей не проронил ни слова, поскольку над лесом воцарилась ночь. Ёги, к большому сожалению Азаны, говорить тоже не мог, поэтому выкручиваться принцу снова приходилось самому. Дождавшись, пока Дзики уснёт крепким сном, Азана взял насмерть перепуганного кота под мышку и выскользнул из змеиного логова. Стараясь как можно тише перекатывать медвежью голову, Азана закрыл проход и бросился наутёк. Ёги следовал за ним, с бешеной скоростью перебирая жёлтыми лапами и громко мяукая.

***

      Принц не знал, сколько времени они бежали от коварной рептилии, он даже не помнил, как проскочил сквозь тот самый колючий малинник, где они встретили Хирато. Опомнился Азана только тогда, когда врезался с ходу во что-то белое и пушистое. – Эй, аккуратнее там! – возмутилось белое и пушистое, немедленно отвесив принцу оплеуху. – Ты ещё кто такой?       Оказывается, Азана врезался в очень редкого зверя – самку белого песца, которая теперь брезгливо разглаживала шерсть на хвосте. Очевидно, она была прекрасно осведомлена о собственной уникальности. – Прошу прощения, я не хотел, – пролепетал принц, у которого от красоты редкого зверя захватило дух. – Мы с котом по имени Ёги ищем одного оленя. Он похитил с горы кое-кого важного. – Пф, ну раз тебя ведёт Ёги, то всё понятно, – фыркнул песец. – Я Киичи, и если хочешь позвать на помощь, лучше всегда зови меня, а не этого жёлтого кастратика.       Вот оно что! А принц всё гадал, почему у Ёги пластырь между задних лапок! Бедная киса… Кстати, а куда это он подевался? Азана осмотрелся вокруг, но кота не заметил. Только он собрался позвать пушистого проводника, как ему на плечо запрыгнуло не меньше десяти килограмм мурлычащей шерсти. – Потер-р-рял меня, сладкий? – мурлыкнул принцу на ухо знакомый голос. – Ты бегал от меня так быстро, что захотелось тебя догнать! Поигр-раем, мур-р-р?       Азана испугался. Хоть его проводник и был донельзя общительным котом, но место своё знал, и никогда не позволял себе таких вольностей в отношении наследника трона. С трудом оторвав от себя кота, Азана обнаружил в нём значительные перемены.       Во-первых, Ёги очевидно сошёл с ума. Азана слышал, конечно, про весеннее обострение у котов, но никогда не видел его собственными глазами. Тот факт, что сейчас далеко не весна, конкретно этого кота волновал в наименьшей степени.       Во-вторых, кот поменял окраску. Раньше он был заметен издалека благодаря ярко-жёлтой шерсти. Теперь же Ёги был дымчато-серым, благодаря чему практически сливался с окружающей обстановкой. «Вот почему я потерял его из виду» – догадался Азана.       Но самая очевидная перемена выражалась в том, что на коте больше не было пластыря, прикрывавшего отрезанные яички. На его месте репродуктивные органы выросли снова, немедленно придав обладателю излишнее мужество и редкую наглость. – Не хочешь поигр-рать? – обиделся на принца серый кот. – Ну тогда я поигр-раю с малышкой Киичи.       Ёги резво подскочил к Киичи и недвусмысленно потёрся головой об её белоснежную шерсть. – ОТ-ВА-ЛИ, – прорычала разъярённая самка, схватив кота зубами за шкирку. В следующий момент Ёги летел головой вперёд в неизвестном направлении, не забывая истошно орать.       Песец обиженно заурчала и снова принялась приводить в порядок шерсть. Азане ничего не оставалось, кроме как принести извинения за обнаглевшего компаньона и отправиться на его поиски.

***

      Азана шёл долго. Он уже успел усомниться в том, правильную ли дорогу выбрал (он пошёл туда, куда Киичи забросила Ёги), но сомнения развеялись с осознанием того, что все предметы, по законам физики, летают из точки А в точку Б по прямой линии, если только Киичи не ас кручёной подачи. После принц удивлялся, какой силой мог обладать такой маленький песец, что швырнул почти равного по размерам кота настолько далеко. И когда уже смеркалось, а Азана так и не нашёл кота, принц переключился на мысли о том, как зря он покинул свой дворец.       Что до Ёги, приземление у него выдалось неудачным. Если быть точнее, он влетел в очень высокое и очень твёрдое дерево. Больно ударившись об ствол и отскочив от него на одну из веток, кот обиженно засопел. Сопел он до тех пор, пока снизу не донёсся такой же звук, который поначалу показался Ёги его собственным эхом. Замолчав, Ёги обнаружил, что это вовсе не эхо, он даже различил в сопении нотки гнева. К тому же, таинственный разъярённый звук приближался. Приготовившись встретиться с кем-то большим и очень злым, кот вскочил на лапы и ощетинился. Но вместо огромного монстра, часто перебирая своими маленькими лапками, на ветку взобралась белка. Её хвост был угрожающе поднят, а глаза застилала пелена праведного гнева. – ВЫ ЧТО, СОВСЕМ УЖЕ СТРАХ ПОТЕРЯЛИ?!! – заорала белка густым басом, – Приходят, когда им вздумается, сбрасывают меня с веток, никакого вообще почтения!!!       Закончив гневную тираду, белка наконец увидела своего гостя. Он всё ещё шипел, а его серебристая шерсть стояла дыбом. – Ёги, – устало выдохнула белка, – ты опять потерял пластырь. Сколько раз тебе надо повторять, что нельзя этого делать, ты, пушистый идиот?!!       Ёги от такого обращения даже забыл, что нужно шипеть и щетиниться. Он удивлённо выпучил глаза на белку. – Ух-ты! Доктор-р-р Акар-р-ри. Как удачно я к вам пр-р-рилетел, – кот безумно улыбнулся, – Давайте с вами поигр-р-раем? – И думать забудь, глупый комок шерсти! А ну иди сюда! – Акари вооружился шприцем и аптечкой и двинулся к коту.       Ёги испуганно взвизгнул и дал дёру. Он надеялся, что его превосходящие размеры позволят ему с лёгкостью убежать от доктора-белки, но Акари не просто следовал по пятам, он догонял кота.       Именно это и увидел Азана, выйдя на поляну, посреди которой стояло одинокое большое дерево. Вернее, увидел он только финал погони – Акари ловко метнул в кота шприц, и Ёги тут же погрузился в искусственный сон.       Собственно, спать было пора уже давно, потому что небо было сплошь покрыто звёздами. С поляны их было так хорошо видно, что можно было изучать астрономию безо всякого телескопа. Ни кот, ни белка, говорить уже не могли, но за Акари всё говорил его взгляд, недовольный и укоризненный. Растянув кота на траве животом вверх, Акари отработанным движением вдавил яички внутрь тела, быстро наложил швы, а поверх швов наклеил пластырь. Оставив Ёги лежать на земле, Акари взобрался на дерево, привязал себя лианой к ветке и моментально заснул.       Решив последовать его примеру, Азана взял вновь пожелтевшего кота за шкирку, отнёс его к подножию дерева и опустился рядом. Прислонившись спиной к стволу, принц закрыл глаза. – Привет! Доброе утро! – раздался голос. – Уже ночь, – устало ответил принц. Он уже перестал удивляться таинственным голосам в этом лесу. – О-о-о, собеседник! – обрадовался голос, – Со мной никто уже давно не разговаривал. Давай дружить! – Ну ладно, – поняв, что поспать сегодня не выйдет, принц решил поговорить с дружелюбным созданием, – Меня зовут Азана, а как твоё имя? – А я – Токитацу, самое большое дерево в мире, – будто в доказательство его слов, раздался шелест листьев. – Прям-таки самое большое, – усомнился Азана. – Конечно, и ветки у меня самые длинные.       А вот это уже было вопиющей ложью. Азана не был экспертом по растениям, однако даже те редкие иссохшие деревья на его родной горе выглядели ничуть не меньше Токитацу. Принц даже не поленился встать и обойти дерево кругом – чтобы убедиться, что и ветки у него самой обыкновенной длины. Сообщать об этом дереву явно не стоило, поэтому Азана решил подыграть. – О да, теперь вижу, твои ветви настолько длинные, что легко бы опутали весь лес! – Ну, сейчас, конечно, нет, – смутился Токитацу, – Но это всё потому, что сейчас ночь и я замёрз! Слышишь, как от холода шелестят мои листья?       «М-да, кажется, он любит приукрасить действительность» – подумал Азана. Но решил продолжить общение с деревом и выведать у него всё, что можно, про Уро и Эришку.       Токитацу оказался весьма разговорчив. И информации дал предостаточно. В частности, он рассказал, что с Уро надо быть осторожным, потому что он предпочитает пить кровь людей и животных, а не питаться травой, как и положено оленю. Рассказал, что Эришка, скорее всего, пошла за ним, поддавшись оленьему гипнозу, и держит её Уро при себе, как источник пищи. А также поведал множество других пугающих историй про оленя, его свиту, да и вообще весь лес. Под утро Азана уже был до смерти напуган предстоящей встречей с оленем-вампиром, а у Токитацу закончился запас страшилок. Не зная, чему из всего этого верить, а чему – нет, принц решил разбудить Ёги и спросить у него. Тем более, что солнце уже встало, и Токитацу (наконец-то!) замолчал.       Разбудить кота оказалось непросто – наркоз Акари использовал качественный. Услышав рассказ Азаны, кот громко рассмеялся. – Да ты что, это же Токитацу – известный врун! Он так любит быть в центре внимания, что расскажет что угодно, лишь бы его слушали. Хорошо, что он говорит только ночью, а не днём, как мы. А ещё когда он врёт, у него растёт одна-единственная ветка. Вот, полюбуйся, – кот указал на длиннющую ветвь, простирающуюся через всю поляну далеко в лес, – Вот сколько «правды» он тебе сказал.       Раздосадованный, Азана решил поговорить с Акари – единственным здравомыслящим существом на этой поляне. Не найдя белки поблизости, юноша с ужасом осознал, что Акари устроился на ночлег именно на той ветке, конец которой теперь был скрыт за деревьями.

***

      Поиски Акари затянулись на весь день. Хорошо, что надо было всего лишь идти по ветке Токитацу. Она уже казалась Азане бесконечной, и он подумал, что скорее лес закончится, чем эта ветка, как вдруг лес действительно закончился, и перед ними раскинулось озеро с огромными кувшинками. Ветка на этом месте обрывалась, а самый её конец одиноко валялся на земле. На самой большой кувшинке посреди озера сидел Акари с ещё одним грызуном и жаловался. – Подумать только, просто налетел на меня! До сих пор помню, как Хирато его ко мне привёл. «Ты же белка, эксперт по орехам» – говорил он. Отлично, его «орехи» всему лесу спать не давали, а разбираться с этим мне! – Ну-ну, не грусти, – подбодрил белку собеседник, – Давай лучше выпьем! – Нет уж, с тобой я пить не бу… А хотя давай, – едва завидев Ёги и Азану, передумал Акари. Другой грызун радостно достал бутылку и стаканы.       Пока кот и человек размышляли над тем, как им оказаться посреди озера, их заметил собеседник Акари. Он резво вскочил на задние лапы и несколькими мощными прыжками преодолел всё озеро, оказавшись на берегу. У зверька были очень большие задние лапы и длинный хвост с кисточкой на конце, и Азана понял, что перед ним тушканчик – грызун, славящийся повышенной прыгучестью. – Здорóво! Давайте к нам, – тушканчик радостно помахал хвостом, – Я Цукитачи, а вас как звать?       Путешественники неуверенно представились. Цукитачи прыгал на месте, как будто не мог стоять спокойно ни секунды. – Короче, эти кувшинки легко вас выдержат, но между ними придётся прыгать. Следуйте за мной!       Тушканчик резво проскакал от одной кувшинки к другой, оказавшись рядом с Акари. У Ёги и Азаны перемещение заняло куда больше времени, кот вообще был предельно осторожен, кидая брезгливые взгляды на водную гладь. Наконец, они добрались до центральной кувшинки, где Цукитачи уже приготовил для них стаканы и наполнил их. – Ну, за знакомство! – произнес тост тушканчик.       Акари, Ёги и Азана неохотно повторили за ним. Неприлично было бы отказываться в такой ситуации. – Доктор Акари, я хотел бы извиниться за своё поведение, – пролепетал Ёги. – Да чего уж там, мне не впервой, – пробурчал Акари, – просто не забывай менять пластырь.       Повисла неловкая пауза. – Доктор… Меня зовут Азана, и я бы хотел поговорить с вами по поводу Уро. Ваш сосед Токитацу… –… Конкретная скотина, – сердито закончил за него Акари, – Дай угадаю, он наврал тебе с три короба? Впрочем… Я сам виноват… – Зачем же вы тогда живёте с ним? – удивился Азана.       Тут Акари внезапно понурился, взял бутылку и отхлебнул прямо из горлышка. – Когда я только пришёл в этот лес, я был ещё молодой и неопытной белкой. Мои познания в медицине были удручающе неполноценны, и даже в самой смелой своей фантазии я не мог вообразить разумное дерево. Поэтому, только увидев Токитацу, я решил, что это самый обычный дуб, и сделал в нём себе дупло. Гораздо позже я осознал, что ненароком прогрыз ему один из отделов мозга. Я старался, как мог, исправить свою ошибку, но хоть теперь к нему и вернулся разум, он всё равно остался паталогическим лжецом, и виноват в этом я один…       Расстроенный доктор вновь приложился к бутылке, допивая её до конца, Цукитачи взглянул на него с уважением. – Так вы, ребята, ищете Уро? – поинтересовался тушканчик, – Ко мне сегодня ночью прибудут от него курьеры, с утра можете уйти по их следам. Лучше вам с ними не пересекаться, а то они немного буйные. – Курьеры? – переспросил Азана. – Ну да, он у нас очень депрессивный товарищ, – ухмыльнулся Цукитачи, – Не знаю, что у него за жизнь такая, но он исправно поставляет мне сырьё, а я делаю из него винишко, коньячок и всё такое. Часть идёт ему, часть мне, и ещё остаётся на экспорт… Взаимовыгодное сотрудничество, вот что это!       Вопросов у Азаны больше не было, поэтому они с Ёги вежливо извинились и отправились спать на соседнюю кувшинку. Последовать их примеру Акари не позволили, и он вынужден был остаться с Цукитачи в качестве собутыльника.

***

– Нет!.. Ик… Я должен пойти с ними! – Куда тебе, бельчонок! Даже пить и то не умеешь!       Утро встретило Азану и Ёги радостным смехом Цукитачи и пьяной руганью Акари. Похоже, грызуны просидели на кувшинке до утра. – О, утречка! – поздоровался Цукитачи, – Во-о-н туда вам надо, – он указал хвостом на две широких колеи в земле, уходящих в лес.       Акари ринулся было за ними, но был ловко опрокинут на спину всё тем же длинным хвостом. – Не-не-не, ты остаёшься со мной! – улыбался тушканчик, доставая очередную бутыль.       Азана разбудил жёлтого кота, и они отправились в путь. Прыгали по кувшинкам вновь с большой осторожностью – на одной из них Ёги врезался в самогонный аппарат, пока, наконец, не вышли на указанную тропу. Тропа была очень широкая и вела в лес строго по прямой, так что заблудиться было негде. Спустя примерно час ходьбы, путешественники набрели на импровизированную арку, сделанную из двух гладких брёвен и оленьих рогов. По краям рогов сидели большие голубые птицы, в которых Азана признал попугаев-аро. У одного попугая клюв был заклеен серебристой изолентой. – Зачем вы пришли во владения Уро? – вопросил один из попугаев, клюв которого был свободен. – Уважаемый Кароку, хочу заверить, что мы пришли с добрыми намерениями, – ответил Ёги прежде, чем Азана успел открыть рот. – Уро не любит гостей, – сказал попугай, – Вам следует идти обратно. – Мы не из праздного любопытства, мы хотим предложить деловое соглашение, – заявил кот. – Тогда поторопитесь, скоро здесь будут Кагири и Кихару, а они не терпят конкурентов.       Ёги вежливо поблагодарил попугая и быстрым шагом прошёл через арку. Азана едва поспевал за ним, но всё же решил спросить: – А почему у второго попугая заклеен клюв? – Это – Кароку, – объяснил Ёги, – они братья-близнецы. Тот, с которым я говорил – младшенький, вполне себе адекватная птица, но вот старший открывает рот исключительно для того, чтобы с кем-нибудь поругаться. Твоё счастье, что ты с ним не говорил, поверь мне, таких слов ты ещё никогда не слыхивал.

***

      Внезапно тишину разорвал протяжный вой. Издалека послышался чей-то топот, на дороге поднимались клубы пыли, а у Азаны и Ёги от страха душа ушла в пятки. Кот пришёл в себя первым и немедленно затолкал паникующего Азану в придорожные кусты. Жуткий вой и топот нарастали, пыль поднималась всё выше, пока, наконец, из-за горизонта не показались два койота, запряжённые в сани. Койоты тяжело дышали, высунув языки, их шерсть свалялась и была заляпана грязью – видно было, что животные провели много времени в дороге. Койоты волочили за собой тяжёлую ношу. Сани были нагружены ящиками с вином и коньяком под завязку, за ними на тропе оставался глубокий след от полозьев. Послышался громкий треск, а потом истошный визг – постромки, не выдержав натуги, разорвались, а сани наехали одному из койотов на задние лапы. Тот обиженно заскулил, а его друг ободряюще погладил его лапой. Попугаи меланхолично созерцали эту картину с высоты оленьих рогов – видно было, что такое происходит не в первый раз. – Вы задержались на двенадцать часов, – невозмутимо сказал Кароку. Второй попугай только приглушённо злорадно хихикал. – Уро снова будет недоволен. – Кагири, вставай! – испуганно вскрикнул один из койотов. – Хорош валяться, нам Уро опять копытом между глаз вломит! – И зачем я только… Делаю всё это, – проскулил Кагири. – Ну что я в итоге получу? – Если сейчас не встанешь, точно получишь! – отозвался его друг. – Давай, быстро, Уро ждёт! – Умеешь ты подбодрить, Кихару, – пробурчал койот, поднимаясь на лапы. – Как мы теперь сани-то дотащим? Постромки же порвались. – Чёрт, точно. Всё, вот теперь нам однозначно конец, – у Кихару поникли уши. Его напарник опустился обратно на землю, обречённо вздохнув.       Азана, с детства содержавший в своём питомнике собак, не выдержал такого печального зрелища и выбрался из кустов. – Не волнуйтесь! – объявил принц. – Если мы не можем тащить сани, то мы будем их толкать! Ёги, где ты? Иди сюда!       Азана вытащил из кустов яростно сопротивляющегося кота. – Вчетвером справимся, давайте! – позвал Азана. – Втроём, – поправил Кихару. – Кагири ранен.       Но Кагири так обрадовался тому, что не придётся лишний раз получать нагоняй от Уро, что тут же вскочил на все четыре лапы и бодро отправился к саням. Таким образом, Азана и Ёги избежали проблем не только с поиском дороги к Уро, но и с не терпящими конкурентов курьерами, о которых говорил Цукитачи.

***

      Толкать сани пришлось всю ночь. Ёги и Кагири дорога далась труднее всего, и под утро им разрешили немного поспать на санях. Солнце поднималось из-за верхушек деревьев, и Кихару снова обрёл способность говорить. – Слышь, человек, – прошептал он, поскольку Кагири и Ёги ещё спали. – А чего это вы вдруг нам помогаете?       «Удивительно, что он сообразил об этом только сейчас» – подумал принц, а вслух сказал: – Просто у нас в стране принято помогать застрявшим на дороге путешественникам.       Койот этим объяснением удовлетворился, и дальше они шли в тишине, сопровождаемые лишь мерным сопением двоих зверей на санях. Вскоре пейзаж вокруг них сменился – взамен густого леса тропу окружал виноградник, простирающийся вокруг насколько хватало глаз. Вокруг, весело жужжа, летали крупные пчёлы. Выкатив сани к огромному бревенчатому сараю, путники, наконец, смогли остановиться и перевести дух. Долгожданный покой был прерван сердитым криком из сарая. – КАГИРИ! КИХАРУ! Вас за смертью посылать! – дверь в сарай отворилась, являя миру разъярённого и очень большого оленя.       «Так вот какой этот Уро» – восхищённо думал Азана. Удивительно, но олень не выглядел старым и толстым, как отзывался о нём Пальнедо. Напротив, этот олень был статным и грациозным, с горящим взглядом и большими рогами. Великолепный образец ездового зверя. – Вы ещё кто? – глаза оленя сузились, когда он заметил принца. – А хотя не важно, идите все вон.       Громко хлопнув дверью в сарай, олень удалился.       Уже проснувшийся Кагири, округлив глаза, смотрел на Кихару. – Ну… Хотя бы не получили, – сказал он. С этим заявлением было трудно поспорить, а потому Кихару молча, опасаясь очередной вспышки ярости Уро, принялся разгружать сани. Кагири немедленно присоединился к нему.       Ёги и Азана, у которых не было никаких обязанностей перед Уро, решили пойти осмотреться. Обойдя сарай кругом, они увидели небольшую полянку, оборудованную под тренировочную площадку – искусственная полоса препятствий, барьеры из досок и брёвен и поилка в углу. На площадке резвились три молодых оленя, ещё почти безрогие, а в уголке сидела девушка с розовыми волосами и хлопала в ладоши. Азана понял, что перед ним Эришка – её-то он и искал всё это время. Девушка заметила путешественников и встрепенулась. – Ой, Ваше Высочество! – вскричала она. – Что вы делаете в этом лесу? Или действительно здесь люди с ума сходят, как говорят на горе? У меня галлюцинации, да? – Нет, Эришка, уверяю вас, я вполне настоящий, – поспешил разубедить её принц. – Я пришёл сюда по просьбе вашего деда. Он безумно скучал, поэтому я решил вырвать вас из лап чудовища и вернуть домой! – Чудовища? Какого чудовища? – изумилась Эришка. – И не пойду я домой, мне и тут хорошо! – Не пойдёте? – теперь пришла очередь Азаны удивляться. – Разве Уро не увёл вас силой? – Дедушка поступил с Уро очень дурно, поэтому я сама ушла с ним! – Эришка гордо вздёрнула нос. – Уро до сих пор уговаривает меня идти домой, но я не могу! Как он тут без меня?       Азана и Ёги синхронно почесали в затылках. Ситуация становилась всё более запутанной. Затянувшуюся паузу нарушил сам Уро, вышедший на поляну. – Детям давно пора обедать, – сказал он. – Единственное, что я у вас попросил за всё это время – проследить за ними, но вы и с этой задачей не справляетесь. Вам определённо лучше вернуться домой… И вам тоже, – добавил олень, бросив взгляд на Азану и Ёги.       Принц посмотрел на кота. С тех пор, как они прибыли во владения Уро, вся его общительность куда-то делась. Надо было выкручиваться самому. Уро уже поворачивался к ним спиной, когда Азана, наконец, решился. – Простите, Уро, – окликнул он. – Вы же знаете, что мы пришли забрать Эришку домой? – Пожалуйста, – отозвался олень. – Причём тут я? – То есть вы не против, – на всякий случай уточнил Азана. Олень в полуденном свете выглядел весьма устрашающим. – По мне похоже, что я люблю человеческую компанию? – раздражённо ответил Уро. – Эта девчонка – живое напоминание о прошлом, об этой горе и обо всех этих… людях, – последнее слово было произнесено с нескрываемым омерзением.       Азана не верил своим ушам – олень не только не утаскивал Эришку силой (и не пил её кровь, что бы не говорил Токитацу), он даже дал добро на то, чтобы увести её домой! Будь Азана обычным человеком, вроде тех, что любят себя превыше остальных, он был бы полностью удовлетворён подобным заявлением. Но Азана был очень большим любителем животных, а потому заметил и слёзы в глазах, и горечь в словах Уро. Вид печального зверя был с детства невыносим для принца, но какие слова могли утешить оленя, Азана не знал. Желая хоть как-то оказать поддержку, человек легко прикоснулся к оленьим рогам и погладил их. – Я не нуждаюсь в утешении, – Уро попытался скрыть печаль за надменностью. – Берите девушку и уходите.       И внезапно до Азаны дошло. Уро не любил компанию, а значит, не мог ни с кем поговорить о том, что с ним произошло. И как бы олень не упирался, но поговорить об этом было необходимо. – Я хочу послушать твою историю, – решительно заявил Азана.       Мгновенная радость в глазах зверя полностью убедила принца в правильности принятого решения. Поспешив снова спрятать эмоции за маской пренебрежения, Уро велел Азане следовать за ним. Ёги, подумав, решил остаться с Эришкой – для пущей безопасности.       Уро привёл Азану в сарай. Вернее, сараем это помещение было лишь снаружи. На самом деле внутри была хитроумная лаборатория, половины предметов в которой Азана не видел даже на картинках. А ведь он был принцем и имел лучшее образование в стране!       Уро усадил гостя на высокий табурет и начал свой рассказ. – Двенадцать лет назад я жил в этом самом доме с моими родителями. В этом лесу издавна рождались звери с выдающимися интеллектуальными способностями, но мои мама и папа выделялись даже среди них. Они были учёными, а это была их лаборатория. В тот день они ставили серьёзный эксперимент. Они хотели развить свой разум до человеческого уровня, и создали сыворотку. Однако пропорции были неверны, и произошла авария. Родители погибли на месте. Над лесом распылился токсичный газ, оставляя осадок на деревьях и на земле. Под действие этого газа попали и животные. Вот почему здесь звери могут разговаривать при свете дня. Один из побочных эффектов. Они восприняли это, как угрозу. Для здешних зверей ничего хуже и представить было нельзя. С этого момента каждая мать учила своего детёныша, что за пределы леса выходить запрещено, потому что люди ни за что бы не смогли принять говорящих животных. Они обвинили моих родителей в намеренном отравлении леса, а меня изгнали. Я пришёл на гору и устроился работать к Пальнедо. Я был вынужден скрывать свою способность говорить на протяжении десяти лет. Но, в стремлении исправить ошибку родителей, я продолжил их дело. Я стал учёным. А потом я, подобно им, потерпел неудачу. Я хотел лишить себя возможности говорить на человеческом языке, но произошло неожиданное. Я начал набирать вес. Пальнедо списывал это на мою старость и негодность, так думал и я, поэтому, не колеблясь, покинул его, когда он велел. Возвращаться в лес было опасно, но больше мне некуда было пойти. Эришка увязалась за мной. Я решил, что моя репутация сделает всё за меня. Так и вышло. Никто не осмелился выгнать меня отсюда, а присутствие человека только усиливало мой образ негодяя. Эришка помогала мне разбирать завалы в лаборатории – больше по своей инициативе, чем по причине необходимости, когда это случилось. Оказалось, я не просто набирал вес. Я был беременным. Беременный самец – неплохо, а? Те три оленя, которых ты видел – мои дети. Они не могут говорить по-человечески. Могу ли я всё же считать свой эксперимент удачным? Не знаю. Но до тех пор, пока они не вырастут, есть риск, что они научатся. Поэтому я не могу покинуть это место. Я объяснял это Эришке много раз, но она отказывается уходить. Может быть, у тебя получится лучше.       Уро закончил повествование, но Азана всё ещё пытался осмыслить сказанное. В данный момент он был как никогда близок к тому, чтобы действительно сойти с ума в этом лесу. Одно было ясно – Эришку надо забирать домой. Такое он дал обещание, и он его выполнит, не будь он принцем!       Не успел потрясенный Азана выйти из сарая, как его глазам предстала причудливая процессия. Впереди, зажав в зубах виноградную лозу, шли Киичи и Ива, другие концы лиан находились в руках Цукумо, а на её плече сидел хомяк Хирато в неизменном цилиндре и очках. Цукумо была очень бледной, руки её дрожали. А ещё она почему-то шла с закрытыми глазами. – Всё уже, Цукумо, – сказал Хирато, – Можешь открывать глаза, их тут нет.       Девушка испуганно заозиралась по сторонам. – Цукумо боится пчёл, – объяснила Ива, выплёвавая из пасти лозу. – Бззз, – прожужжала рядом Киичи, хихикая. Хирато запустил в неё своей шляпкой. – Теперь понятно, почему Хирато меня сюда не пускал, – потрясённо произнесла Цукумо. Хомяк довольно улыбнулся – ему нравилось, когда девушка его хвалила.       Из сарая вышел Уро, оглядел организовавшуюся компанию. По немедленно захлопнувшейся за оленем двери Азана догадался, что объяснять всё придётся ему одному.       Под конец его рассказа подоспели Ёги и Эришка, последняя несла в руках фотографию. Кот, не дожидаясь, когда Азана договорит, перебил. – Да, да, да, беременный олень это очень интересно, но у нас тут новости похлеще! – Я нашла это месяц назад на тропе к Цукитачи, – сказала Эришка, демонстрируя фото.       На карточке были изображены четверо – молодой король горы (ещё даже бороду не отрастил), его супруга (редкой красоты женщина со сверкающей диадемой в волосах) и двое маленьких детей – улыбающийся Азана и малышка на руках у матери с большими фиалковыми глазами.       Цукумо выхватила снимок из рук Эришки, покраснев. – Подожди… Но тогда получается, что ты моя сестра? – удивляться дальше, казалось, было некуда. – И ты знала? Почему не сказала мне, как только я пришёл в лес? – Мама говорила мне не болтать об этом, – ответила всё ещё пунцовая Цукумо. – Она сказала, что я должна следовать тому пути, который она для меня выбрала. Так вышло, что это было её последнее поручение, поэтому я должна была его выполнить.       Спросить, что же случилось, Азана посчитал верхом бестактности, но проницательный Хирато объяснил. – Медведи. Двое. С одним разобралась Ива, с другим – Дзики. Наше первое совместное задание.       Как ни старался хомяк скрыть в голосе неуместную гордость, получилось плохо. – Ничего, – слабо улыбнулась хранительница леса. – Ты имеешь полное право собой гордиться, Хирато. Я рада, что вы у меня есть, но всегда мечтала о том, чтобы познакомиться с родной семьёй. – Тогда я знаю, что нам делать! – воскликнул Азана. – Хирато, нам нужен план.

***

      План Хирато был продуман и прост. Совместными усилиями Эришку уговорили вернуться домой. Уро дал ей в дорогу целый ящик вина, хоть его и пытались отговорить («Целых четырнадцать лет, я в этом возрасте уже родил!»). Зато это вино пришлось по вкусу королю, и позже он даже распорядился наладить торговлю.       Хирато также составил план по созданию тоннеля к горе. Просто на всякий случай.       Пальнедо выполнил своё обещание, и теперь каждый год развозил детям подарки. Эришка помогала их упаковывать.       Цукитачи и Уро наладили транспортное сообщение – курьерами теперь работают не только Кагири и Кихару, но и три молодых оленя.       Токитацу стал гораздо меньше врать, потому что Цукитачи объявил, что учится гнать самогон из дубовых желудей.       Киичи приняла решение покинуть лес. На горе в зоопарке она всегда находится в центре внимания, а разговаривать по-человечески ей совершенно ни к чему – желания самого редкого зверя всегда угадываются без слов.       Ива оберегает Гареки и Ная от Дзики – ну и что, что он сказал, что не ест мясо.       Азана и Цукумо прибыли во дворец вместе, и король долго плакал, обнимая обоих своих детей. Позже Цукумо осталась во дворце – восполнять пробелы в образовании, а Азана решил вернуться в лес на должность хранителя – определённо, с животными он находит язык быстрее и лучше, чем с людьми.       Ёги остался в лесу с Азаной, но свободно ходил на гору к Цукумо когда ему вздумается. Тем не менее, Акари велел запирать его на период весеннего обострения.       Звери в лесу быстро приняли нового хранителя, а позже даже стали выезжать с ним повидать Цукумо. Особенно зачастил с визитами на гору Акари – сказал, что в жизни не видел такого количества пациентов.       Станет ли Цукумо королевой горы – время покажет, но времени потребуется много, ибо король никогда ещё не был так здоров и счастлив.