Мандарины

POV Алекс Когда мы отстранились друг от друга, когда он сильнее сжал мою ладонь, даже тогда, когда я прокралась в свою комнату – до меня все равно не дошел смысл произошедшего. В голове было пусто, я не думала ни о чем, кроме того, как бесшумно пролезть в дом. Только когда я разделась и легла в кровать, я решила подумать о том, что произошло. Так мгновенно, что я не успела ничего сказать или подумать. В тот момент все казалось таким нормальным и правильным. Я не думала ни об отце, ни о полицейских. Казалось, что я просто улетела подальше от всех своих проблем, мы только вдвоём, и никто никогда нам не помешает. Все таки, я была счастлива в тот момент. Не испугана, а просто счастлива, впервые за столько недель. Я смотрела на окно, в котором час назад показалась фигура Майка. Еще раз просмотрев в голове всё наше ночное приключение, я хихикнула и уткнулась в подушку. Во рту я все еще чувствовала привкус табака, горьковатую нотку какого-то алкоголя. Неужели он был пьян? Эта мысль еще больше развеселила меня и я начала смеяться, уткнувшись в подушку. Чувствую себя нормальным подростком, не беспокоящимся ни о каких проблемах. Но беспокоиться стоило, и эту истину нельзя игнорировать. - Что же делать с отцом?.. – прошептала я в темноту. Нельзя допустить, чтобы он узнал о том, что я по ночи бегала с Майком по городу, а потом еще и… От внезапной радости не осталось ни следа. Сжавшись, словно утенок от холода, я начала лихорадочно придумывать выход из ситуации. Перебрав кучу вариантов, я остановилась на том, чтобы сдать его в полицию. Но мне могут не поверить, ведь на людях он ведет себя, как добрейший человек. Тогда, нужно зафиксировать побои… А может, позвонить маме? - Нет, - твердо произнесла я, испугавшись громкости голоса. Нельзя, чтобы он проснулся… Мама ничем не поможет. Даже будучи рядом, она ни разу не пыталась меня защитить. «Ненавижу ее» - пронеслось в голове, и я тут же осознала, что это не так. Еще раз продумав всевозможные выходы из ситуации, я поняла, что почти ничего не могу сделать. От этой мысли лицо исказилось в гримасе, в глазах образовались слезы. Что бы я не делала, я всегда буду продумывать все так, чтобы этот урод не узнал. Все мои действия зависят от него. Во мне зародилось бешенство. Поэтому я не могу быть с Майком. Даже видеться, ибо отец следит за мной. Моя ярость утихла и ей на смену пришла грусть и боль от беспомощности. Я хочу проводить время с теми, кого люблю, я хочу делать то, что хочу, потому что, мать вашу, я достойна быть счастливой! Я проплакала пару минут, свернувшись калачиком, глуша рыдания об толстое одеяло. Вот так было всегда, и будет. Заснуть я не смогла, как позже и думать о чем-либо. Я устала от своих угнетающих мыслей, разъедающих мне мозг, истощающих мое внутреннее состояние. Лежа на боку, дыша заложенным носом, опухшими глазами я смотрела на настенные часы, очищая бардак в своей голове. Семь десять. Солнце всходило еще с четырех утра, и это был первый рассвет, который я встретила. Я сходила в ванную, оделась и пошла вниз. Есть совсем не хотелось, но я заставила себя съесть вчерашние макароны. Хороший вкус и мягкость не потерялись, неужели, я умею нормально готовить? Закинув на плечо рюкзак, я пошла в гостиную. Отец спал, спокойно посапывая. В такие моменты я хотела его убить. Я пришла в школу, и только у главных дверей вспомнила о фотографии и всеобщий хохот, когда я зашла в класс. Я глубоко вздохнула, в надежде, что пост Дилана увидели все. Подойдя к классу, ничего подозрительного я не услышала. Неуверенно приоткрыла дверь и вошла. Все взгляды были обращены на меня. Я молча села на свое место, как вдруг ко мне почти что хором все обратились: - Похоже, Дилан, или как его там… Реально мудак. Извини за то, что ржали. Тебе, наверное, было неприятно? «Да ладно!» - чуть не вскричала я, но ограничилась лишь кивком головы. Некоторые похлопывали меня по плечу, кто-то говорил лишь пару слов, кто-то просто молчал. В любом случае, для меня была победа. Невероятно, но мне стало намного легче. Появилось такое ощущение, будто они поддержали меня во всем, даже в том, о чем не знали. Учебный день прошел отлично. Я подошла к завучу и объяснила причины своих прогулов. - Ты очень часто болеешь, может, обраться к врачу? – обеспокоенно спросила она. Я нервно сглотнула. «Я могу сделать это сейчас, рассказать ей все, все, все…» - пронеслось в голове. - Не думаю, - произнесла я, мысленно коря себя за скрытность. – Мама тоже часто болеет. – Я выдавила из себя улыбку. - Ну, ладно, - тоже улыбнулась она. Если бы секунду назад я сказала правду… - Я могу идти? – спросила я. Она молча кивнула. Я пошла по коридору к кабинету психолога. На стуле у кабинета сидел Майк. Ноги подкосились. - Привет, - улыбнулся он. - Привет…- сказала я, избегая его взгляда. Ночью мы целовались, а я ему в глаза не могу посмотреть. Странно, но объяснимо. - Перед тобой извинялись? – спросил он. Я решилась и посмотрела на него. - Да, - я поглубже вздохнула, - Стало намного легче… Он кивнул, торжествующе улыбаясь. Это заставило меня развеселиться. - Отец не заметил? – спросил он осторожно. - Нет, он спал. - А ты, похоже, нет. Я опустила голову и начала разглядывать свои колени. - Расскажи мне, что между вами происходит? – почти шепотом спросил Майк. Я со страхом посмотрела на него. Я могу ему доверять, могу, конечно, могу… - Давай я расскажу попозже? – неуверенно проговорила я. Опять эта долбанная скрытность, как же надоело… - Просто скажи мне, если надо будет тебе помочь, или переночевать… - сказал он, сжав мою ладонь. Прямо, как ночью. - Ладно… Дверь открылась и на нас выглянула голова мистера Джонса, он позвал меня. - Еще увидимся, - сказал мне в спину Майк. Внезапно я почувствовала себя ужасной. Ведь он старается меня приободрить, он помог мне с Диланом, он хочет быть в курсе всех проблем, а я никак не реагирую. Ну почему так? Почему я не могу быть просто благодарной и отвечать взаимностью? - Да, конечно, - улыбнулась я. Он по-доброму подмигнул. Я зашла в кабинет, захлопнула дверь и села на кресло. Мистер Джонс улыбнулся, и я почувствовала, что не одна.