Темный маг

Зереф Драгнил, он же многоженец.

Итак если смотреть с самого начала то первыми в списке идет Сона, затем ее сестра Серафал и еще самая старшая сестра Катарея. Как я вообще умудрился решиться женится на них? Пускай я и был под воздействием того пойла Азазеля, но этого ведь не было в моих планах… Следом за Ситри идет Эйлин, а за ней Акено. Кстати где Акено? — Азазель, а где Акено Хамеджима? — В своей комнате на третьем этаже. Она там сейчас со своей матерью. — Хм. Ясно. Нужно будет зайти к ней после моей мамы. Эта пятерка шла почему-то под одним и тем же цветом карандаша, но кроме этого почти большая часть свиты Соны шла вторым эшелоном. Этого я немного не понимал, ведь зачем еще и на них женится? Ведь никакой политической выгоды эти узы не принесут. Кроме них во второй части списка были еще Глория и Грейфия почему-то. Нужно будет и этот момент прояснить при личной встрече. И дальше был третий, но куда меньший список, состоящий из: Сейегвайры Агарес и Зеновии Кватры. Агарес… весьма симпатичная и умная девушка, она интересуется наукой поэтому думаю, из нее будет толк. Хорошо, разберусь с этим немного позже, а сейчас я пойду проверю как там мама. В этот момент к нам в зал телепортировался Хапсиэль в радужном настроении, то есть как всегда в своем обычном. — Азазель-ча-а-а-ан. Как же я рад что мы будем в месте. После той нашей незабываемой ночи… — Я не буду твоей женой! — Азазель пыталась отпихнуть Хапсиэля подальше от себя. Но тот обнял ее железной хваткой и не отпускал, при этом пытался его (ее) поцеловать. Но Азазель не хотелось этого Не знал, что у них все так далеко зашло… — Отец! — обратился он ко мне. — Позволь мне взять эту прекрасную женщину себе в жены? Я сделаю ее самой счастливой в мире… — Какого хрена ты у него спрашиваешь? Он мне не отец! Он только политический лидер! — Шмыг-шмыг… как же быстро растут дети. — я не мог сдержать слезы радости. Никогда не думал, что доживу до того момента, когда мои детища заимеют свое детище… — Хапсиэль, Азазель, властью данной мне, я вас благословляю на брак и желаю, что бы вы родили как можно больше потомков. Можете считать, что это мой приказ! Разумеется побольше. Мне будет весьма интересно исследовать их ДНК. Это будет занятно. — Н-е-е-е-ет! — Подожди Азаазелюшка… не убегай от моей любви-и-и. — и тут же мой «розовый» архидемон погнался за своей любовью Так, а теперь когда они ушли, пора бы мне тоже выдвинуться на поиски матери.

***

Я нашел ее там где мне и подсказали, на верхнем этаже особняка Гремори. Но как только я подошел к дубовой огромной двери, то сразу же услышал стоны и разговоры двух особ моей мамы и почему-то Глории. — Глория-чан, но я же замужем… Ах… — Ваше Величество, вы прекраснейшая женщина, что достойна лучшего. Разумеется я не ваш муж. Но поскольку его здесь нет, то я просто обязана заменить его, на столько насколько это возможно. Я семейная горничная дома Хёдо, и это моя обязаность удолетворять запросы Ваши, Ваших Великих детей и Вашего супруга. Так как он весьма сильно любит жанр юри, то такая ситуация, о котором мы позже ему расскажем и покажем съемку, что я веду с той установленной камеры, что на поддоконике поможет нам сильнее ражжечь интерес к вам. — Нуу-у… ах-м-м. Не знаю… ты уверена Глория-чан? — Разумеется! Доверьтесь мне моя госпожа. Я все сделаю в лучшем виде. Я был немного шокирован. Конечно я и в поезде кое-что такое заметил с ее стороны. Но вот, чтобы так соблазнять мою маму? Этого я не ожидал. Впрочем это не мое дело, какие у родителей предпочтения. Правда поскольку Глория почему-то наметила себя в мои жены этот поступок меня заставляет задумать, что за ним скрыто? Может у нее бисексуальная природа? Или же она испытывает ко мне чувства, что являются зеркальным отражением ее чувств к моем матери? Слишком много слагаемых. Я так и до сих пор и не могу понять работу человеческих эмоций, да и демонических тоже. А тут еще и женские эмоции и поступки… Это слишком сложно для меня. — Повелитель. — рядом со мной стала Калаварнер в милом наряде горничной и поклонилась. — Могу ли я вам чем-то служить? — Нет. Хотя… проводи меня до комнаты Акено. Хочу с ней поговорить. — Слушаюсь. Через минуту мы были уже у комнаты Химеджимы, и я вновь не поверил своим ушам, а затем глазам. — Ух… нет… я тебя ненавижу… ты… это все ты… — Доченька… прошу… прости меня… Я сделаю все для того, чтобы ты была счастлива… Верь мне я тебя не обману. — Ах! Мамочка… — Мой ангелочек… я теперь буду всегда рядом с тобой. Дверь была не заперта и я открыл ее. И вынужден признать, эта красота была удивительна. Эти два обнаженных тела заставили даже меня тяжело дышать. Тело Баракиэль хоть и было местами отмечено небольшими шрамами, но они были не таким уже ужасными, ее грудь была лишь на лишку больше чем у ее дочери. Их лица очень похожи. Можно сказать идентичны, с поправкой на возраст. Бара находилась сверху, над своей дочерью, прижимая одной рукой руки своей дочери к кровати, а второй рукой она орудовала в ее промежности. Акено по началу пыталась сдвинуть ноги, но этого ей не позволяя Баракиэль, которая в свою очередь специально легла на свою дочь и поставила свои ноги меж ее. В итоге, Акено только усугубляла свою позицию, ведь из-за ее резких движений трение только увеличивалось. Через минуту ласк своей матери она смирилась с неизбежным и уже сама начала подмахивать бедрами на встречу умелым пальцам Баракиэль. Я почувствовал на своем члене мягкие и уже знакомые ранее губки. Это была Калавернер. Она смотрела на меня своими янтарными глазами снизу вверх и продолжала работать активно головой. При этом у нее почему-то был такой невинный вид, что я и возразить не мог против ее действий. Это словно отобрать леденец у ребенка. Затем, она вцепилась своими пальцами за мои штаны, и стала активно махать головой туда-сюда. Я чувствовал, что развязка близко и намотав ее волосы на руку, стал углублять ее движения. Еще немного, и я излился ей в рот. Она тут же все жадно проглотила. — Мой хозяин… Я поднял ее за подмышки и развернул к себе задом немного прогнув ее вперед. Она облокотилась руками об стену и тяжело вздыхала. Мне было все равно, что нас могли услышать Акено и ее мать. В данный момент я хотел Падшую. — Ух! Хм-м-м. — застонала она когда я вошел в нее резко и полностью. Я сделал новый толчок, на этот раз приятный, долгий, с оттяжкой. Стараясь подарить девушке правильные ощущения, я старательно и с наслаждением вводил член. Попутно гладил и ласкал её бёдра, бока, спину, задрал платье ещё выше и расстегнул застежку бюстгальтера на спине. Когда я на несколько секунд остановился, Калаварнер выпрямилась и стащила с себя платье через голову. Я воспользовался этим, чтобы обнять её покрепче и приласкать её грудь. Она оказались такой же пышной, как и у Эйлин. Приятная тяжесть горячих женских полушарий легла мне в ладони, мои пальцы сами нащупали соски и сжали их так, что Падшая запрокинула голову назад. Я уткнулся ей в волосы, стал целовать её, её шейку, плечи. Она не поворачивалась. Я снова начал движения бёдрами, держа девушку вертикально — член давил на переднюю стенку её влагалища и тёрся об узкий вход, даря ей дополнительные ощущения. Мои руки ласкали её тело, она явно таяла от этих ласк, и я снова дал ей нагнуться и опереться об стену. Позиция мне очень нравилась. Она не давал ей отстраняться от моих толчков, хотя та бы и не захотела думаю. Чувствительные стеночки её влагалища стискивали мой ствол всё крепче, охватывая его приятным упругим колечком. Вдруг вздохи Калаварнер сменились стонами, она стала извиваться у меня в руках, насаживаясь на член всем телом, и затем вскрикнула. Я понял, что она наконец-то кончила. Остановился, дал ей сколько-то времени отдышаться, перевернул её и крепко поцеловал в губы. Она ответила таким нежным поцелуем, что у меня замерло дыхание. Почти таким же как и Эйлин. Кажется кое-кто ее обучал… Еще через мгновений я излился в нее. — Повелитель? — дверь в комнату Акено отворилась, за ней стояла Баракиэль. — Быть может вы не будете стоять в проходе? — у нее весьма милая улыбка. — Может быть, вы зайдете и присоединитесь к нам? Акено хотела, чтобы именно вы стали ее первым мужчиной…

Где-то в космосе, неподалеку Земли.

Темная фигура укрытая в черный балахон вышла из фиолетовой воронки. Ее балахон был рваным и даже казалось, что он только-только вышел из боя. Но это было не так. Истинная смерть всегда выглядела так. Так ей нравилось и так было ею принято. Если она что-то решала, то это будет осуществлено так или иначе. Так всегда было и так всегда будет. — Я уже близко Зереф Драгнил. — оскалился голый череп из-под капюшона. — Я иду за тобой! Продолжение следует…