i can't breathe
Хенвон запутался. И Минхек, вроде, тоже. Оба бродят каждый день по саду, но только теперь в разнобой. Будто пытаются что-то найти в бесконечных деревьях, солнечном свете, падающих лепестках цветков. И каждому по своему больно, каждый хочет наконец стать свободным, но что-то в обоих держит и не дает дышать. Хенвон запутался. А Минхек, вроде, нет. Он закрывает когда-то любимое солнце рукой, сплетает свои пальцы и тихо ухмыляется, представляя вместо своей ладони, другую. Ладонь того, кто до сих пор путается в зарослях сада. Колется о шипы цветов, топчет траву и смахивает опавшие лепестки с плеч. Минхек помнит и любит другую ладонь, и больше не ищет новых тропинок, ходит по знакомым и вновь изучает старое, питая любовь к тому, к чему тянулся вначале. Хенвон не может выбраться из путаницы, но видит протянутую руку по ту сторону сада и идет к ней. Минхек задышал с новой силой, словно открылось второе дыхание. Бежит навстречу тому, кто путается во всем, строит свои паутины, душит себя. Минхек ловит своего Хенвона. Своего. Хенвон берет его ладонь в свою и сердце трескается, разрушает застывшые сети вокруг и бьётся. Бьётся бешено рядом с Минхеком, готово лететь словно птица. Минхек улыбается также солнечно, и сад, который готов был вот-вот завять, цветет вновь. Распускает благоухающие бутоны, наполняя легкие свежим, мягким запахом надежды. — Я задыхался без тебя. — шепчет Хенвон юноше прямо в висок и обнимает его в охапку. — Но теперь же все хорошо? — улыбается Минхек и прижимается своей щекой к щеке Хена, расцветая в его руках. — Теперь все всегда будет хорошо.
