Testarossa: 3th Civil War

POV Вольфганг

      Как странно. Вокруг чёрная пустота и ничего более. Я умер?! Нет, этого не может быть. Не мог же я погибнуть в самый не нужный для этого момент. Нет, я точно не мог погибнуть.       Внезапно, спереди меня появляется незнакомый мне силуэт единорога. Кажется я слышу, что он мне что-то говорит: "Сопротивление бесполезно...вы сломаетесь..." Дальше я не могу расслышать речь дальше но одна фраза мне запала надолго: "Проксима Прометей будет повержена!" Незнакомый силуэт пропал и я пошёл дальше. Передо мной появилась каменная скамейка античных времён, а на ней раслабленно лежал Сангвина. Я подошёл к нему и спросил: "Я умер?" На что он открывает глаза и спокойно отвечает: "Да...ты умер.". "Какого?!"- возмутился я и разозлённый сел на скамейку. "Шучу...не умер. Хи-гы-гы. Ой, видел бы ты свою мордашку."- он также садится ко мне, делая ехидно-счастливый оскал. "Ты только что сжёг...больше десяток душ. В этом и заключалась ваша кровная месть? А там были жеребята, старики...и ваши...наши враги"- я предчувствую, что он будет читать мне нотации о совести и тому подобное, но, это не так. "Как давно у меня не было такого плотного ужина". На эту фразу я удивлёно отреагировал, отстранившись от него на несколько сантиметров. "Ты видел силуэт единорога? Он что-то говорил про Проксиму Прометей."- спросил я у жнеца, на что он задумался: "Да...наша королева в опасности. Но династия Тенебрис пока не знает о планах культистов Проксимы Миднайт из Эквестрии". "Опа, а вот здесь поподробнее..."- сказал я, присев к нему поближе". "Династия Тенебрис"- это почти как у вас в Эквестрии шестёрка элементов гармонии. Например я- элемент всеобщей жестокости и кровопролития. Думаю, что на сегодня я тебе достаточно рассказал."- закончив свою лекцию, Сангвина исчез и даже не попрощался. Тут-же я начал слышать знакомые голоса, кажется они зовут меня.       "Вольфганг. Очнись"- проснувшись, я увидел своих друзей, сестру, комиссара и доктора. Все смотрели на меня удивлённо. Я, перевязанный, лежу на больничной койке. Рану на шее закрывает повязка потолще но не сильно туго. "А...почему вы все стоите около меня и сверлите ошеломлённым взглядом?"- спросил я хриплым голосом. "Ты кричал и говорил во сне про какую-то...королеву."- ответила Скарлет и положила своё копыто на мою перебинтованную грудь. "Сколько я пролежал в таком положении?". На что врач подошёл ко мне и ответил: "Пару дней. В левое крыло вонзилось несколько кусочков пуль, так что, ты не сможешь летать на своих двух несколько дней а может и неделю.". "Ты заслуживаешь свой героический отпуск, офицер"- сказал Муравский и сделал со мной копытопожатие.

30 минут спустя

      "Миднайт" значительно ослабли. Одна проблема- они могут в любой момент надрать нам круп.       "Багровая" Луна залегла на дно зализывать старые раны и готовиться к контратаке противника.       А мне нужно продолжать расследование. Наша новая цель- найти и допросить всех, кто знает о проекте "Эклипс" и паранормальных планах "Миднайт". Я подозреваю, что главная цель- силуэт единорога из моего сна, но кто это, не имею малейшего понятия.        Эй, Вольф, я забыла тебе кое-что сказать."- Подошла ко мне Скарлет, пока я лежал в своей комнате и смотрел в потолок. "Я слушаю и вникаю, сестра" "Эмм...сенатор Уайлдфайр ждёт тебя...срочно"- после своей речи, она, кажется, пытается не засмеяться. "Серьёзно? Спасибо, что сообщила."- ответил я, быстро переодеваясь в свою повседневную одежду: чёрную рубашку с серыми продольными полосами и серебрянные часы. "Всё, я побежал, пока, сестрёнка"

Час спустя

Мэйнхэттен

Здание Сената

Кабинет Уайлдфайра

      Перед тем, как зайти в кабинет, я негромко постучал в дверь. На удивление никто не ответил. Я открыл её и осторожно выглянул изо входа. В комнате на диване дремал Ричард. Я аккуратно подошёл к нему и "по-дружески" пару раз бупнул по носу. В ответ он мило замурлыкал и обнял моё копыто, заставив меня сесть. Сенатор точно узнал меня. Своей свободной конечностью я погладил его по голове так, чтобы не разбудить. Так и смотрю я на него, умиляясь и краснея.

15 минут спустя

"Вольфганг? Это ты?"- спрашивает меня Ричард, из его глаз медленно текут слёзы. "Да, это я"- ответил я и копытцем вытер их. Он резко обнял меня и начинает обильно рыдать в мою грудь. "Волновался за меня, бедненький? Не надо плакать, я с тобой." "Пообещай мне *хнык*, что больше никогда не пойдёшь на такое безумство *хнык*" "Ничего обещать не могу по этому поводу, но жить буду....Не бойся, никуда не денусь."- успокаивая его, сам пытаюсь не заплакать"       Несколько минут мы разговаривали о том, какие планы будут на этот раз. Но этот разговор потихоньку переходит не в простой разговор... "Подожди-подожди, ты хочешь сказать, что видел главу "Миднайта" во сне?"- спрашивает Ричард. "Это не точно. Нужно больше доказательств. И лучше начать с его прис..."- на этот момент Ричард резко оборвал мою речь страстным поцелуем, что удивило меня.       Каково это ощущать, когда друг детства по уши влюблён в тебя? Я к этому привык. Я с ним познакомился в школе. Увидел его в раздевалке с какой-то группой старшеклассников. Он лежал на полу, очень испуганный, молил о том, чтобы его не трогали. Один старшеклассник, больше других по росту, был сзади него и насильно заставил его встать в позу раком. Тут я пошёл к нему, отвлёк на себя и копытом ударил ему в нос так, что насильник упал а их носа стремительно полилась кровь. Остальные насильники просто не хотели связываться со мной и убежали со страху. Ричард всё ещё лежал, свернувшись калачиком и плакал. Я тихо подозвал его и подал копыто в знак помощи. Он поднялся и обнял меня, так-же рыдая в грудь.       На протяжении всех школьных дней мы сидели за одной последней партой, а когда учитель уходил, он то и дело всячески меня соблазнял. Но после выпускного наши пути разделились: родители Ричарда отправили в далёкое училище в Мэйнхэттен а меня забрали обратно в аванпост.