Запах сирени

Апрель пролетел почти незаметно. Природа оживилась, стала наполняться изумрудной травой, на деревьях появились первые листочки. Погода была настолько тёплой, что выходя утром в курточке, днём можно было её не надевать. Дарья пользовалась отличной погодой и ездила на фотосессии, пару раз выезжала фотографировать природу, а потом до утра сидела и обрабатывала снимки. Было отличное настроение. Хотелось больше гулять. Джинсы она сменила на платье с длинным подолом, поверх надевала любимую джинсовку. Роман часто сталкивался с ней у подъезда, видел, как она снова отстраняется, старается ускользнуть, чтобы не ехать с ним в одном лифте. Иногда он долго стоял на лестнице, ждал, мечтая увидеть любимую фигурку. — Ваня, вот что я не так сделал? Что? Почему она убегает? — спросил он однажды брата. В тот день хотелось хоть с кем-то поговорить, излить душу. Посидев у компьютера и повертев в руках телефон, Роман решил, что лучше поехать к брату, он поймет его, как никто другой. — Что случилось? — Иван сел рядом, заглянул ему в глаза. Выслушав сбивчивый рассказ брата, хмыкнул. — Рома, ты идиот. Ты зачем целоваться лез? — Ты знаешь, она казалась такой беззащитной, хотелось обнять её, согреть. И не удержался. Ромка прикрыл глаза, вспоминая легкий запах сирени, шедший от волос любимой женщины, вспоминая, как она на мгновение ответила и тут же оттолкнула, выбежав из лифта. Чертов лифт, не мог застрять! — Ром, не торопись, а то будет только хуже. Я так понял, она боится мужчин. Дай понять ей, что ты не грубый, что будешь защищать, будешь рядом в трудную минуту. — Вань, я думаю, что она не любит меня, — Гурьев-младший и рад бы был сейчас выпить, снова потонуть хоть в пиве, но брат разве даст. Любовь и боль шли друг за другом, не стесняясь отвешивать ему удар за ударом. Отчего было паршиво. — Не думаю. Она принимает твои ухаживания, но при этом не говорит тебе «нет», — Иван покачал головой. Вечно брат торопится, делает ошибки, словно подросток. — Понимаешь, даже если женщина чего-то боится, но при этом не любит, она найдет способ сказать, что ты ей просто-напросто не нужен. — Ты думаешь? — в глазах Романа мелькнула надежда. — Ром, мы не знаем, что с ней было до вашей встречи. Били, насиловали, издевались? — сам того не зная, Ваня попал в цель, говоря о прошлом Дарьи. — Ей, кажется, сложно поверить, что мужчина не поднимет на неё руку. — Да, наверное, ты прав. Роман пробыл в гостях у брата до вечера. Доехав до родной станции метро, он вышел и пошел не в сторону дома, а в ближайший магазин. Купив бутылку виски и не думая покупать закуску, гитарист вышел на улицу. Найдя неподалеку от дома кусты, сел и задумался, попутно заливая грустные мысли горячительным. Когда небо раскрасила первая молния, и почти сразу же раздался гром, Миталыч вздрогнул, в пьяной голове промелькнуло, что пора домой. Пока допивал остатки виски, пока несколько раз пытался подняться с земли, начался ливень. *** В прихожей раздался странный звук. Дарья вздрогнула, постаралась как можно тише встать с дивана. Снова оставила открытой дверь? Черт, когда же она избавиться от этой дурной привычки? Женщина вздохнула. Раньше она не закрывала дверь, потому, что боялась сожителя, считала, что незапертая дверь спасёт её от побоев, ведь не нужно возиться с замком, открыл и беги по лестнице на улицу хоть куда глаза глядят. Взяв, что попалось под руку, а именно утюг, она прижалась к стене. Какого же было её удивление, когда в комнату, фактически вполз пьяный и промокший до нитки Гурьев. — Придурок, — ругнулась женщина, порадовавшись, что не успела опустить на его голову прибор для глажки белья. Роман тем временем с трудом, но дошел до дивана, сначала сел на него, привычно вытащил из кармана смартфон, положил его на стол, как мог, разделся, еще и прошел на балкон, повесил одежду сушиться, и попросту лег спать. Даша пару минут стояла молча. Потом достала плед и накрыла им нежданного гостя. — Чудо ты пьяное, — сев на диван, она отвела с его лица прядь мокрых волос, осторожно погладила по щеке. Разглядывая его, задумалась. Что делать, чем занять себя? Спать негде, Ромка занял единственное спальное место в её квартире. А рядом с ним она не ляжет, мало ли что. Взгляд зацепился за ноутбук. Что ж, пойдет обрабатывать оставшиеся фотографии с последней поездки на природу. *** — Рома! Подъём! Ау! — кто-то не сильно бил его по щекам. Роман что-то проворчал в ответ, завозился, натянул плед на голову и повернулся к стене. Вставать не хотелось. Да и зачем? Репетиция вечером. — Гурьев! — внезапно на голову вылили стакан холодной воды. Миталыч резко вскочил. Фыркнул. Словно кот, попавший под дождь, затряс головой. — Где это я? — он, наконец, открыл глаза, осмотрелся. По обоям понял, что ночевал отнюдь не дома. Стало нехорошо. Ромка медленно повернул голову и увидел Дарью. Ну, всё, допился. Хотя… как он попал в её квартиру? Замки одинаковые или Даша его впустила сама? В голове вместо ответа на вопрос, гудело. Гурьев тяжело встал с дивана. Глянул на себя в зеркало шкафа и обалдел. Ёлки зелёные! Лицо вспыхнуло, он на мгновение зажмурился, потом резко схватил плед и прикрылся. Только тут гитарист заметил, что вся одежда аккуратно сложена на стуле, а хозяйка квартиры отошла к двери. — Даш, ты это… выйди, пожалуйста… — Я на кухне, — Дарья как-то странно улыбнулась и покинула комнату, оставив своего гостя в глубоких раздумьях.