На службе сил Зла

18 ДБЯ Очень далеко от «цивилизованного» космоса — «Тинус-Верде», малый фрахтовик «Скользящий» запрашивает разрешение на посадку. — Понял тебя «Скользящий», это башня «Тинус-Верде», передай идентификационный код корабля и цель прибытия. — Передаю номер. Цель визита — ремонт и дозаправка. Индикатор на панеле связи мигнул, подтверждая успешную передачу шестнадцатизначного корабельного идентификатора. Пустая формальность. Суда с честной регистрацией заглядывали в подобные места раз в десять лет. Безымянная система на задворках сектора «Октос» содержала крохотную колонию шахтёров в астероидном поясе и транзитную станцию, которую облюбовали представители не самых честных профессий. — Принял код «Скользящий». Тебе место в ангаре или стыковочного шлюза хватит? — Ангар, — сказал я, в уме подсчитывая переплату. Один из немногих минусов кореллианской серии YT-1930 — отсутствие доступа к двигателям изнутри корабля. Полноценный ремонт можно провести только снаружи. Астромех, конечно, может работать и в вакууме, но один дройд не сможет самостоятельно заменить стокилограммовый стабилизатор ионного потока. — Заходи в восьмой, места с 3 по 6е свободны, — диспетчер перестал изображать даже намёк на формализм. — Оплата, 5 кредитов в стандартный час. Кстати, смотрю, посудина у тебя неплохая. Если нужна работа, на 3м уровне есть транспортная контора Ффона Солдина, загляни туда. — Спасибо, может так и сделаю. Ага, как же. На такие простые подставы перестают вестись в самом начале карьеры частного перевозчика. Если выживают. Аккуратно введя корабль в удивительно чистый, для логова контрабандистов, ангар и пристроившись справа от грузовика неизвестной конструкции, я смог выдохнуть. — Ну что, Е4, и в этот раз удалось смыться? — дройд утвердительно пиликнул. — Купить новый или будем ремонтировать? Астромех знаменитой серии R2 разразился тирадой писков и трелей на бинарном. — Хорошо. Скинь на деку всё самое срочное. Посмотрю, какие тут расценки. Возможно, и правда придётся брать фрахт. Не то, чтобы я разобрал хоть слово среди писков, трелей и миганий индикатора малыша. Понимать бинарный без переводчика, тут нужно быть полиглотом или ОЧЕНЬ сильно уважать технику. Но это было вообще не обязательно. Дройды серии R2 отличались умом, сообразительностью и были идеальными собеседниками. «Всё понимает, но не говорит». По пути к аппарели, взгляд случайно упал на небольшое зеркало, из которого на мир хмуро взирала бледная, небритая физиономия человека, проводящего большую часть жизни внутри корабля. На принадлежность к когорте космических авантюристов указывал и прикид, по последней моде Внешнего Кольца. Тёмно-синий лётный комбез, куртка из синтетической кожи, напяленная поверх него (чтобы всем было понятно — кто капитан), пояс с несколькими кармашками и тяжёлые ботинки на магнитной подошве. Бластер, старый добрый DL-18, вибронож, и ещё пара элементов местного этикета, дабы показать, что ты не лох, которого любой разумный сочтёт за честь развести на деньги. Собственно, так рисковать и зайти в откровенно бандитский порт меня вынудила поломка стабилизатора ионного потока в правом двигателе. Год в бегах — это много. Техника от такого напряжения устаёт не меньше человека… Огромный архив ордена, с полными биометрическими данными всех причастных, начиная с магистров и заканчивая уборщиками, после падения храма целиком достался Империи. Последовавшая за этим чистка прокатилась по галактике паровым катком. Охотники за головами, полиция, СПО, имперская армия, неравнодушные граждане… Земля горела под ногами бывших защитников Республики. Ещё недавно, их воспевали героями и спасителями, хранителями мира. А теперь, законопослушные граждане в ужасе разбегались, мельком заметив предмет, похожий на световой меч. Любовь толпы так переменчива… Некоторые пытались сражаться. Другие бежали. Были оригиналы, пожелавшие покориться судьбе и сдаться. Но за год, большинство тех, кто не погиб в храме или армии — пополнили ряды криминальных сводок голонета. Меня всё это время спасало отсутствие контактов с другими беглецами и, вероятно, тот факт, что рыцаря Квинта Дюана изгнали из ордена решением совета за пару месяцев до окончания клонической войны. Разумеется, если я что и понял за две недолгие жизни — Судьба мстительная, изменчивая сука, и по какой-то причине ей очень нравится превращать жизнь человека в ералаш. Три месяца назад лимит удачи пришел к концу. Или, кто-то в ИСБ просто дошёл до моего имени в длинном списке. От первой облавы на Рандоне, ушёл благодаря неряшливости исполнителей. Идти на полного рыцаря вчетвером — это почти оскорбление. Вторая, оказалась чуть более изобретательной. Именно после неё, я перестал задерживаться на обитаемых планетах дольше стандартной недели. Домом стал корабль. По «Трубе Тракса», долетел до Дейсуна. Затем перебрался к Нантʼри. Летел без цели. Без плана. Просто бежал, меняя ID и названия корабля как перчатки. Иногда останавливался, подрабатывая контрабандой и наёмными мускулами. Где-то там хранились приличные деньги, которые, один «умный» джедай, собирал на чёрный день. Чёрный день наступил, и внезапно оказалось, что в ИСБ работают не только фанатики и садисты. Все счета, хоть как-то относившиеся к ордену, в одночасье оказались под плотным колпаком. Оставалось только сетовать, что не догадался перевести хоть часть средств в банки корпоративного сектора или ещё какие-нибудь «овшоры». Разглядывая карту во время одного из долгих гиперпереходов, взгляд упал на пространство Хаттов. Там разумные пропадали легко, несмотря ни на какие награды за их головы. План созрел сам-собой. Пресловутое «Веление Силы», которое я не ощущал ни разу за всю местную жизнь. Не повезло попасться уже по пути… Игра в кошки-мышки со Службой Безопасности и новообразованной Имперской Инквизицией закончилась на Деноне. Встречающий комитет возглавлял чуть ли не батальон клонов-коммандос и целый «Венатор». Сила все еще благоволила бывшему джедаю, но вот корабль, давно не получавший нормального обслуживания, запросил ремонта. Безымянная «торговая станция» оказалась ближайшим портом. Впрочем, я рисковал не больше, чем при заходе в легальную гавань. Правило: «Не лезь в чужой бизнес» было железным для таких мест. Есть какие-то дела на станции — вперёд. Ни о чём спрашивать не будут, пока сам не мешаешь другим. Азартные игры, спайс, оружие, угнанные корабли, услуги ледорубов, рабы — есть всё. А если хочешь предъявить кому-то претензии, будь добр получи разрешение у «Администрации». Поэтому охотники за головами такие станции не сильно жаловали. Кланы хаттов, крышевавшие все транзитные порты в этой части галактики, требовали поддержания относительного порядка. Не малую часть посетителей и бизнесменов составляли разумные в розыске, а если позволить охотникам стрелять во всё, что движется, то о бизнесе можно было забыть. Разумеется, никаких стопроцентных гарантий. В конце концов, слово честный в языке хаттов не зря приравнено к оскорблению. За пределами внешней обороны, корабли могли творить что душе угодно. Да и сами слизняки не откажутся от приза, узнав мою личность. Но, хоть специально искать не будут. Лучший вариант для беглеца. Поиск запчастей начался и завершился прямо в ангаре, треть которого оккупировал даг. Там, в разобранном состоянии, стояла пара фрахтовиков, а прямо на полу лежали сотни разномастных деталей. Говор торговца вызвал, казалось бы, давно задушенную ностальгию: — Подходи не стесняйся! Что нужно? На кореллианца? Оригинал, не оригинал? Всё есть! Сам ставить будешь? Уверен? На работу моих дройдов даю гарантию месяц! Стабилизатор ионного потока, для двигателя CE-12 Exelcior в сборе, обошёлся в 900 кредитов. Плюс замена части проводки, элементов системы охлаждения и дозаправка рабочим телом. В итоге полторы тысячи сменили владельца. Плохо. Теперь точно придётся брать работу. С такими мыслями я отправился в кантину уровнем выше. Пока Е4, в компании пятёрки дройдов торговца, проведёт ремонт, можно выпить и подумать по поводу найма. По традиции, на периферии такие дела начинались с полутёмного столика в углу, пары стаканов выпивки и хриплого словечка брошенного мимоходом: «Приятель, не хочешь подзаработать». Ещё один элемент романтики космоса, который только вначале кажется таким интригующим. Пришлым летунам не стоит даже мечтать о хороших предложениях. Непроверенному капитану, в лучшем случае, дадут или что-то нудное и малоприбыльное, либо откровенный криминал с возможностью пожизненно загреметь на рудники Кесселя. С худшими сценариями я уже сталкивался в начале карьеры. Ведь каждый жадный мошенник, которыми безусловно являются все торговцы рискнувшие работать в злачных местах, только и мечтает кинуть наивного капитана с оплатой. А возможно и имущество отжать. Хорошо, в моём случае никто не ожидает, что кэп умеет быстро бегать, метко стрелять и двигать предметы силой мысли. — Выглядишь так себе. Держу пари, пара часов в обществе прекрасной женщины пойдут тебе на пользу, — пробасил тучный забрак, беспардонно подсаживаясь рядом. — Я Виго, и могу предоставить развлечения на любой вкус! Нет, постой, не говори. Сам догадаюсь. Ты выглядишь как парень, которому нравятся твиʼлечки. — А кому они не нравятся? — Ну попробовать стоило! — мужик фамильярно хлопнул по правому плечу. — А если серьёзно, у меня очень широкий ассортимент. Девочки чистые и послушные, цены — умеренные. Давай, не стесняйся. — Я сюда не отдыхать прилетел, — короткой фразы хватило, чтобы забрак мгновенно растерял весь шутливый настрой. — Обожди минутку, — бросил сутенёр. Через половину бокала тёмного эля, к стойке подошёл человек. — Зовут Барки. Работу ищешь? — Ищу. Квинт, — мы пожали руки. Парень прошелся по мне обманчиво расслабленным взглядом и присел на соседний стул, предварительно ободряюще кивнув. Оранжевый комбинезон (я же говорю, комбез — хит этого сезона), ежик коротких волос, простенький комлинк на запястье и компактная пушка на бедре. Обычная портовая шестерка. Его задача оценить соискателя и, если залетный подходит, организовать встречу с боссом или одним из старших, для предметного обсуждения будущей работы. — Корабль? — Кореллианец, YT-1930. Модифицированный. — Защита от широкополосного скана есть? — Частичная. Таможенный корвет обману, но вот с тяжелыми кораблями и стационарными сенсорными массивами фокус не выйдет. — Пойдёт. Надо глянуть твою посудину. Если понравится, утрясем детали с Патроном и можно отчаливать. — Что, вот-так просто? — ой чует подкорка дельце попахивает. — Да не боись. Груз висит. Капитан, которого ждали, попался законникам на Ланнике. — Рабов или запрещённое оружие не повезу! — Не не не брат. Никакой чернухи. Спайс, в экранированных контейнерах, 500 кило. Погрузка здесь, отгрузка на Аттахоксе. Для вида, ещё 10 тонн всякого барахла кинем. Тебе, как перевозчику, 2 штуки сейчас, ещё 5 по доставке. Только если договоритесь, лететь надо уже сегодня. — Сопровождение? — Я и ещё пара охранников. Сам понимаешь, для гарантии. — Мне стабилизатор меняют. Наверно, часа три ещё. Как раз хватит загрузиться. Потом можно вылетать. — О! Наш человек, ну я пойду тогда предупрежу парней и пойдём смотреть корабль. Странный шум на входе, прервал бритого блондинчика. — Что за… — Имперцы! — заорал кто-то с той стороны. В коридоре нарастал гул. Что-то ощутимо грохнуло по обшивке. — Эй, какого ситха?! Станция затряслась. Пару раз мигнул свет. В отдалении заиграла сирена тревоги. — Какие, в задницу имперцы?! А потом, бармен включил что-то вроде станционного интеркома. — Венатор с парой корветов! — почти кричал неизвестный. — Истребители давят оборону… Остаток фразы тонул в статике и скрежете. Надо ли пояснять, за кем пришёл корабль? — Вот же хаттов сын! — бывший собеседник подскочил и резво припустил в сторону выхода. В своих стремлениях, он был не одинок. Кантина представляла собой компактное ответвление коридора и не отличалась большими объёмами. На выходе образовалась давка. Пропустив вперёд бармена, я ломанулся вместе с толпой. В центральной хорде главного уровня уже было не протолкнуться. Народ спешил по своим кораблям и комнатам. Кто-то орал про произвол. Кто-то грязно ругался. Все торопились сбежать или спрятаться. Впрочем, были и те, кто, судя по отсутствующему выражению лица, просто бежал за компанию. Дерьмо, дерьмо дерьмо!!! Чтобы попасть к «Скользящему», надо спуститься на лифте уровнем ниже. А лифт, то что блокируют первым делом. Задержавшись возле настенной схемы, я нашёл два ангара на этом уровне. VIP стоянки, надеюсь, там есть корабли. Минуты через 3, когда в числе группы разумных, мы оказались на пути к полётным палубам, впереди громыхнула парочка взрывов. Основной свет погас. Толпа пронеслась ещё несколько десятков метров по инерции, прежде чем упереться в заслон из штурмовиков. Приехали… — Назад ублюдки! Их командир явно не станет переживать по поводу сопутствующих потерь. Но это может быть на руку. В красном свете аварийных ламп коридор приобрёл зловещий вид. — Я сказал назад банта-пудо! Или откроем огонь. Разумные замерли в нерешительности. Из третьего ряда, было хорошо видно перегораживающую проход группу. Всего десять — отделение, против 30-40 перепуганных гражданских. Поправка, не обычных гражданских. У большинства грешки за душой и оружие на поясе. Они прилетели на станцию, чтобы отдохнуть, поторговать и расслабиться, а получили полноценную облаву. Не нужно быть одарённым, дабы почувствовать напряжение. Дай искру — получишь пожар. — Оружие бросить! Всем на пол быстро!!! В толпе, человеком владеет стадный инстинкт. До ближайшего ангара осталось метров пятнадцать, там можно найти корабль. А для уверенности — у меня есть армия. Её нужно только подтолкнуть в правильном направлении… — Скайрим для нордов! — выстрел лёг точно в переносицу шлема сержанта штурмовиков. И началась бойня. Десантников было мало, но все при броне и автоматических бластерах, кроме того, они быстро получили подкрепление. Толпа была вооружена пистолетами, ножами и станнерами, но в три-четыре раза больше. Коридор шириной чуть больше двух метров превратился в огненную ловушку. Визжали карабины солдат, ухали бластеры. Вспышки всех цветов радуги раскрасили пространство. Родианец, оправдывая славу своего вида, умудрился добраться до линии обороны и сцепиться с кем-то врукопашную. Человек, в широкополой шляпе, садил с двух монструозных бластеров. Крики, гарь, неразбериха и смерть… Война. Как обычно, в глубине души шевельнулся чёрный комочек азарта. Клоны, слаженно отступая били очередями, разумные метались в поисках укрытия. Кто-то кинулся вперёд, некоторые — назад, но все нашли смерть меньше чем через минуту. Все, кроме одинокого человека заранее прикрывшегося трупом мохнатого гуманоида. Хорошая новость — штурмовики потеряли десятерых. Плохая новость — их все ещё шесть, в узком помещении. Плохая новость для них — я бывший джедай, прошедший всю клоническую. Наверняка, под визорами, их взгляд выражал крайнюю степень удивления, когда три мёртвых тела полетели в их сторону со скоростью хорошо брошенного камня. Прыжок к врагу и два выстрела. Пригнулся. Прицел — шея, где нет брони. Для многих открытие, что с помощью Силы, можно стрелять поразительно точно, а бластер, в случае неодарённых противников, гораздо полезнее меча. Ближайшая пара валится с ног. Третий не успевает среагировать на импровизированные снаряды и оказывается погребён под завалом из трупов. Силой дергаю из рук ещё двоих оружие, одновременно прицеливаясь в самого дальнего. Дерьмо, он успевает упасть, и выстрел не пробивает налобник шлема. Волна Силы бьёт вперёд, обезоруженные сталкиваются в полёте. Прицелится, добить дальнего. Теперь ножом неудачника под трупами. Вибролезвие режет плоть и кость так же легко как тканевую броню на шее. Ещё двое — подтянуть невидимой рукой, потом два выстрела почти в упор. Всё. — Ещё 56 жизней к твоему счёту. Сколько всего уже? Полмиллиона? Больше? Поначалу, ты хотя-бы считал… Или не все?! — Не стоит мастер Дюан. Оба ангара на этой палубе заняты. В них уже по отряду штурмовиков. Через несколько минут, пойдёт вторая волна и их станет в два раза больше. Корабли выведены из строя. Возможно, вам удастся убить меня, захватить судно и взлететь, но авиагруппа «Судьи» готова к перехвату. Ни один джедай не выиграет бой против сотни истребителей. Заставить себя спокойно перевести взгляд на человека сзади, было нелегко. Молодой мужчина невозмутимо шёл между трупами, смотрел с сочувствующей улыбкой и совершенно, мать его, не ощущался в Силе! Поздравляю Квинт, тебя только что поимел какой-то сопляк. — Прошу вас, прежде чем предпринимать что-либо — выслушайте. Приняв молчание за согласие, человек остановился в нескольких метрах. — Мой коллега на Деноне, поступил опрометчиво. Он слишком буквально интерпретирует приказы. Позвольте представиться — Окар Довварт, некогда, падаван ордена джедаев, ныне — Имперская Инквизиция. Моим заданием было найти вас, генерал Дюан. — Живым или мертвым? Итак, он явно форсюзер и, раз умеет закрываться не самый слабый, а значит трёп про падаванство скорее всего не блеф. Перебежчик? Ведёт себя уверенно, считает, что ситуация под его полным контролем. Надо тянуть время и думать, но время работает и против меня. — Нет, — инквизитор рассмеялся. — Вы зря демонизируете Империю. Моё руководство хотело-бы видеть знаменитого «Антастарского Палача» живым и здоровым. Верьте или нет, но ваши решительные действия в ходе того инцидента привлекли внимание многих. — Особенно журналистов и сената… — Ну ну, вам не на что жаловаться. Комиссия в итоге одобрила приказы как единственно верные. Это магистры усмотрели в них признаки Тёмной Стороны и бла бла бла… Хотя, возможно, напротив, стоит рассматривать их действия как услугу? Такая удача, что вы не встретили рождение Империи на передовой. Не правда ли? — Теперь Довварт озорно подмигнул. — Вы — разумный человек. Я предлагаю вот что: мы подождём шаттла, перейдём на корабль и сможем поговорить в более приятной и спокойной обстановке. — Предполагается, нам есть о чем разговаривать? — думай, думай, никто не может предусмотреть всё. — Разумеется, я более чем уверен, у нас найдётся множество тем. Но, в основном, мы будем беседовать о вашей будущей блестящей карьере в рядах Инквизиции. — С чего вы взяли, что мне захочется с вами говорить? — шаттлы! Их собственные шаттлы снабжены ответчиком свой-чужой. В истребителях стоит блокировка дружественного огня, пилотам потребуется время, чтобы её отключить. Может выгадать несколько мгновений. — С того, что неимоверно печально, когда боевой генерал перебивается мелкой контрабандой и наёмничеством. Вы сами никогда не считали, что заслуживаете большего? А Новый Порядок предоставляет официальное трудоустройство, хорошее жалование и полный социальный пакет. Возможно, вы даже встретите старых друзей… — Прямо рай на земле. Может ещё и отпуск регламентирован? — Не надо сарказма, — притворно обиделся инквизитор. — И почему все бывшие джедаи поначалу воспринимают новые идеи так отрицательно? — Вероятно, они не хотят становиться предателями, или идти на службу ситху — убийце тысяч их товарищей. — Я так понимаю, мастер Дюан, вы отказываетесь? Подумайте, это перспективная перспектива. — Да пошёл ты, — за спиной инквизитора, несколько мелких вещей поднялись в воздух. Но резкая боль уже в моей спине и последовавшее за ней забытье, прервали дерзкую попытку побега. Действительно, если конкретно этот инквизитор мог закрываться в Силе, почему я ожидал, что он будет один? Два — ноль, Империя ведёт после первого тайма… *** …История учит нас, что любая интеграция невозможна при наличии нескольких полюсов силы. Поэтому, своеобразная кристаллизация начнётся лишь вокруг одного из них. Учитывая огромные размеры галактики, многообразие видов и культур, единый полюс силы не мог сложиться на протяжении тысяч лет. Зачем, к примеру, Кореллии добровольно усиливать своего извечного конкурента Куат? Хорошо, допустим даже возникновение некоего общегалактического союза. Но о равноправии в нём не могло бы идти и речи. С одной стороны одни из первых экономик мира — Куат, Корусант, Балморра… А что с другой? Болото Внешнего кольца и Региона экспансии, чья участь была бы стать либо дотационными регионами, либо новым прочтением колоний, снабжающих метрополию. В столь дорогостоящий энтузиазм ведущих планет всё же верится с трудом. Тратить миллиарды кредитов на отстающих без каких-либо перспектив… Точнее, с весьма сомнительными перспективами… И здесь мы подходим к Республике, как к единственно возможной форме правления в галактике. Торгово-техническое сотрудничество в рамках общего правового поля. Общая валюта, общие силы безопасности и некоторое количество общих законов. Как показали две Великие Галактические Войны, такое образование способно адекватно реагировать на внешние угрозы и вполне успешно обороняться. Более того, периодические конфликты древности, сначала с империей Ксима Деспота, потом с Хаттами, многочисленные войны с государствами Ситхов, благотворно влияли на климат внутри самой Республики. Большая война, раз в пять сотен лет способствовала мобилизации общества, подстёгивала прогресс. Но, как раз в этом крылась наибольшая опасность. Система, созданная и отточенная в ответ на внешние угрозы, без этих самых угроз погрязла в разложении. С окончательным разгромом ситхов при Руусане, единственной силой в галактике способной противостоять Республики остались Хатты. Однако, в отличии от ситхов, они не горели желанием вступать в открытый конфликт, довольствуясь своим положением и предпочтя битвы на финансовом поле. Но давайте вернёмся на девятьсот лет назад. Республика отпраздновала окончательную победу. Её члены сосредоточились на восстановлении и развитии, которое плавно перетекло в конкуренцию. Динамично растущие Неймодия, Геонозис, Дак, Муунилист и прочие «Нексу Внутреннего Кольца», столкнулись со старыми китами Ядра. Раньше, до момента нарастания критической массы противоречий всегда находился внешний враг. Кто-то, позволявший плавильному котлу видов и культур под названием Республика, вовремя выпустить пар. К сожалению, на этот раз, ситхи не явили свои армии и флоты дабы спасти Республику, а у мандалорцев не нашлось сильного лидера для нового Крестового Похода… В момент, когда Торговая Федерация нашла в себе силы ввести блокаду Набу, Республика была уже обречена.

Кира Эрантэ «Пробуждение Левиафана»

*** Чтобы дойти до точки, потребовалось восемь дней заключения в тесной камере. Первые четыре я провёл лежа без движения. Что-то в голове мешало думать. Попытки ухватить конкретную мысль заканчивались противной, навязчивой болью, а движение — проблемами вестибулярного аппарата. Не существует наркотиков блокирующих Силу, но зачем они нужны, если можно затуманить разум? В видениях, я куда-то бежал, кого-то рубил и говорил с кем-то, безумно похожим на Лорен. Странно, она ведь уже давно мертва… Обрывки яви сменялись обрывками бреда. Мозг лишь смутно отмечал шипение гидравлики, звуки шагов и тихие разговоры. Меня навещали? Возможно. Жажда дала о себе знать через четыре дня. Вывалившись из сна, в котором я вновь вёл свой первый корабль в полёт, обнаружил поднос с едой перед входом. Встать не получилось, поэтому до стакана добрался ползком. Обычная вода показалась лучшим в мире напитком, и пришлось изо всех сил сдерживаться, чтобы не выглотать всё разом. Обратный путь к кушетке занял чуть меньше времени, а колокол в голове, как будто, стал звучать немного тише. В конце концов, устроившись почти удобно, смог задуматься о перспективах — которые не радовали. Год назад, я дочиста вычистил все носители информации. Данные, касающиеся ордена скрыл под видом записей судового журнала с ненастоящими метками времени. Информацию, слишком секретную для компьютера — уничтожил. Не то чтобы после изгнания у меня её много оставалось, но всё же что-то наверняка должно было заинтересовать инквизиторов и разведку. Дни тянулись медленно. Я больше не уходил в наркотический транс и скучая, придумывал варианты лжи и полуправды — ничего этого не понадобилось. Никто не приходил вести допрос, не спрашивал о контактах с выжившими джедаями, кодах шифрования связи и убежищах. Семь дней, по моим внутренним часам, вообще никто не беспокоил. Только открывалось маленькое окошко рядом с дверью, откуда раз в сутки подавалась еда. Это окошко, сама дверь и даже стены камеры, к концу недели оказались тщательно изучены, осмотрены и признаны неприступными в текущем состоянии. Даже в лучшие годы я не славился мощью, чтобы движением брови сминать стальные конструкции. Теперь-же, не поддавался даже пластиковый поднос. На крупном корабле, если исправны компенсаторы, не почувствовать ускорение. Вибрации двигателей и реактора затухают в килотоннах дюрастила. Невозможно понять — двигается судно или дрейфует. Однако, моменты перехода в гиперпространство, ощущаются характерным рывком достаточно хорошо. Я насчитал десять таких рывков, до момента, когда дверь камеры наконец-то открылась. — Добрый день, или всё-таки вечер? Будь здесь вариант меня пятилетней давности, он бы не раздумывая накинулся на вошедшего инквизитора. Но за прошедшие годы, в жизни одного конкретного бывшего джедая произошло столько изменений, что тот я, сперва захотел бы хорошенько двинуть в челюсть мне нынешнему и только потом подумал о побеге. — Сейчас 5:38 по Центру Империи. Как прошло путешествие, мастер Дюан? Вас обеспечили всем возможным? — съязвил Довварт — Вполне и даже сверх того. — Не обижайтесь, а лучше скажите спасибо моему напарнику. Он подоспел как раз вовремя. Ведь вы явно собирались сделать глупость. Если бы она удалась, маловероятно, что мы бы с вами сейчас разговаривали. Пройдёмте. — Инквизитор любезно указал на выход. Прогулка до лётной палубы выявила нехороший момент — я всё ещё чертовски слаб. Вновь появились головокружение и тошнота. Они быстро убедили в тщетности мыслей о побеге. Кроме того, солдаты расположились грамотно, перекрывая коридоры на всём пути следования и стараясь всё время находится вне досягаемости. Ещё одним действующим лицом, оказался второй инквизитор, с головы до ног закутанный во что-то вроде мантии. Под ней угадывались очертания брони. Всю дорогу, он не проронил ни звука. Ангар венатора, мы покинули в новеньком, с иголочки, лямбда-шаттле. Даже не подозревал, что их уже пустили в серию. Дальше последовал быстрый спуск в атмосферу, посадка. По приземлении, один из клонов, совершенно некуртуазно, пальнул в меня из парализатора, поэтому, транспортировка до следующего места заключения запомнилась плохо. *** Новая камера оказалась на порядок комфортнее корабельной. Небольшой зал, спальня, столовая с автоповаром и главное — полноценная ванная комната. Комфортное, функциональное помещение — но та же тюрьма. Одна большая психологическая игра. Сигнал для заключённого, что он в относительной безопасности и открытый вызов не нужен. Попытка перевести столкновение тюремщика и жертвы в цивилизованное русло. На корабле, побегу мешало «опьянение». Сейчас, чем бы ни был наркотик, давать его перестали, или, по крайней мере, сильно уменьшили дозу. Чувствительность к Силе постепенно возвращалась. Однако, если бы кто-то предложил пари на побег, то я бы не посоветовал ставить на себя. Клетка изначально проектировалась для содержания одарённого. Я мог открыть нормальную дверь нормальной камеры. Подвинуть замок, сломать что-нибудь в механизме. Несколько раз видел как магистры рвали толстенные гермодвери целиком… Но здесь все по-другому. В двери вообще не было запирающих устройств, только автоматизированный стержневой механизм, чтобы открыть, когда ничто не препятствует ее движению. Скорее всего, я находился в комнате внутри комнаты. Из внешнего пространства откачивался воздух, и давление само запечатывало двери. Одну дверь — от коридора, другую от этой камеры. При желании их можно взломать, но, не зная объёмов безвоздушного пространства, это попахивало самоубийством. А если там несколько десятков кубометров? Потерянный в мыслях я сидел в зале, уставившись в копию какого-то известного батального полотна. Единственной имеющейся сменной одеждой, оказалась полувоенная тёмно-серая униформа без знаков различия. Покрой и цвет отличались от привычной республиканской, но не вызывали отторжения. Простота и функциональность как и в самом помещении. Следя за изменениями в центральных регионах, хорошо были видны визуальные посылы Империи. Всё, начиная от новой военной формы и архитектуры, заканчивая новой поэзией, несло в себе эту нарочитую простоту, функциональность, надёжность. Палпатин хотел дать знать всей галактике, что Империя здесь всерьёз и надолго. Учитывая общую неуверенность, культивируемые страхи перед преступностью и терроризмом, усталость от войны — неудивительно, что население приняло новую власть с распростёртыми объятьями. Немногочисленные несогласные быстро затыкались обществом, а слухи, о начавшихся репрессиях в политическом и армейском аппарате, безжалостно отметались. Первый император Палпатин — на пике популярности. Он предложил галактике стабильность, безопасность, мир и развитие. Остаётся только понять, что делать, когда я откажусь от всего этого перед лицом его инквизиторов. Напускная вежливость и обходительность персонала — не обманывала. Что-то обитало здесь. Тёмное, сильное, скрытное, почти живое. Оно нависало в ночи и давило при ярком свете. Шептало из-за спины. Совершенно не похожее ни на что-либо виденное ранее. Присутствие Довварта, когда он не закрывался, ощущалось тусклой искрой подавленных эмоций. Его напарник, имя которого так и не удалось узнать, был сгустком спутанных тёмных намерений. Но эта тень скользила, искривлялась, обволакивала. Одновременно и массивная, и неосязаемая — бесконечно опасная. Как незримое давление воды, или давящая тишина перед грозой. Это место было средоточием Тёмной Стороны. Что я должен сделать? Что могу сделать? Звук открывающийся тяжёлой двери вытащил меня из задумчивости. В комнату вошёл, одетый в такой-же как у меня мундир, мужчина с внимательными серыми глазами. Чуть резковатые черты придавали лицу острые грани. Вслед появились несколько дройдов и принялись споро сервировать стол. Уже через минуту на нём красовались два комплекта посуды, несколько незнакомых блюд и бутылка вина. Похоже, пожаловал «добрый полицейский». — Мастер Дюан, — произнёс инквизитор на идеальном корусканти. Широким жестом, мужчина пригласил к столу. На секунду, я замер в нерешительности, сомневаясь как поступить. Сразу дать понять, что разговора не будет? Но учитель, в своих многочисленных наставлениях, всегда советовал мудро выбирать битвы, потому, помедлив ещё немного для проформы, я уселся с противоположного конца. Ничего не значащая уступка. — Оставьте нас. Дройды вышли, ненадолго открывая коридор снаружи. Значит всё-таки комната в комнате. Разум обострился, обрабатывая возможности и концентрируя крохи имеющийся Силы. Невидимая рука потянулась вперёд. Шесть охранников стояло у противоположной стены коридора, с поднятым в направлении открытой двери оружием — но чувства говорили о намного большем количестве. Они должны быть и с обеих сторон дверей. Инквизитор открыто улыбнулся: — Десять, — и, в ответ на мой хмурый взгляд, пояснил. — Десять охранников полный состав. Дальше по коридору ещё четырнадцать. Они клоны из пятого поколения спецназа. Меняются каждые шесть часов и полностью осведомлены о возможностях джедаев. Ни один не будет колебаться при необходимости. Он давал эту информацию, как награду за принятие игры. В ней было немного пользы, просто сведения, насколько сложен будет побег. — Два батальона в самом комплексе, шесть рассредоточены на прилегающей территории. С нижних уровней ведёт только один лифт, который контролируется из центрального поста. Мужчина замолчал, а я не чувствовал необходимости нарушать установившуюся тишину. Откинулся на спинку кресла и смотрел на бутылку с вином. Этикетка отсутствовала. Интересно, насколько имперцы не поскупились для разговора? — Алдераанское полусухое, — заметив мой интерес, просветил инквизитор. — Но его стоит употреблять вместе со стейком. Поешьте, мастер Дюан. — Благодарю, не голоден. — Вы же были солдатом, не так ли? Всегда считал, что солдат ест и спит, когда может, потому как неизвестно, когда такая возможность представится в следующий раз. Я промолчал, отказываясь втягиваться в спор. Еда пахла замечательно, а выглядела ещё лучше. Но никто не гарантировал отсутствие того наркотика. Мысли об эскалации конфликта пока не оставляли меня. Тем более — противник в комнате всего один. Можно попробовать напасть или устроить побег. Желательно и то и другое. Но факт, что инквизитор лично организовал такую ситуацию, означало, что-либо он идиот, либо совершенно меня не опасается. Первое — маловероятно. И если уж быть совершенно откровенным, я сомневался в возможности своим ходом добраться хотя бы до конца коридора. Физическое состояние не пришло в норму. Когда инквизитор увидел, что я проработал и отказался от силового варианта, он вновь улыбнулся, поудобнее устраиваясь на стуле: — Мне не лгали. Вы действительно удивительно здравомыслящий для джедая, — он достал из внутреннего пространства мундира компактную деку, положил на стол и начал читать. — Квинт Дюан. Человек. Коренной корускантец. В возрасте пяти лет, обнаружен рыцарем-джедаем Улакс, взят на обучение в храм. Учился… нареканий нет… уровень мидихлориан… таак, ну это не интересно… ага. В 13 стал падаваном, учитель — рыцарь-джедай Сен Аруллу. Несколько дипломатических миссий по урегулированию внутренних конфликтов. Опять-же, никаких выдающихся деяний. Рыцарь к 20 годам. Неожиданно, с началом Войны Клонов, проявил талант в тактике. Командовал 117-й сводной оперативной бригадой в составе 4-й секторальной армии. Провел несколько операций оцененных командованием как «крайне успешные». Получить повышение не успел. В 16GrS участвовал в подавлении восстания сепаратистов на Антастаре, — немигающий взгляд упёрся прямо мне в глаза. — Лично санкционировал орбитальную бомбардировку мест скопления мятежников, городских арсеналов и военного космодрома. Сопутствующие жертвы — около пятидесяти тысяч. В СМИ получил прозвище — Антастарский Палач. Исключён из ордена решением совета. Впоследствии занялся частными грузоперевозками, контрабандой, наёмничеством. Задержан, инквизитором Окаром Доввартом. — Исчерпывающе. Не желаете ли, теперь, сами представится. — Ладдинар Торбин, старший инквизитор к вашим услугам. Я продолжал безразлично сидеть, ожидая продолжения разговора. Однако Торбин казалось, потерял всякий интерес к моей персоне. Подвинув тарелку и налив вина, мужчина принялся за ужин. Отрезая кусочки хорошо прожаренного мяса и запивая вином, инквизитор периодически поглядывал в мою сторону, но продолжал сохранять молчание. На долгое время повисла тягостная тишина. — Что вы хотите? — разорвал тишину я. Учитель часто говаривал: «Терпение, добродетель, которой тебе очень не хватает Квинт» — Есть пара картин одного каамасского мастера… А так, у меня есть всё, чего я хочу. Преимущества принадлежности к доминирующей силе в галактике, знаете ли, — многозначительно улыбнулся Торбин. Кажется у меня дёрнулась щека. Терпеть не могу разговоры о погоде, словесное кружево и прочее дипломатическое дерьмо. Хотелось, чтобы инквизитор поскорее озвучил своё предложение, а я бы отказался. Отсрочки и ожидание — бесполезная трата времени. — Тогда, возможно, есть что-то, что бы вы хотели сказать мне? — Нет, — просто ответил Торбин. — Я пришёл с вами познакомиться и поужинать. Время, для моего предложения ещё не наступило. Попробуйте стейк — он великолепен. Улыбаясь, инквизитор допил вино, промакнул рот салфеточкой, поднялся и вышел из камеры. Было поднявшуюся ярость получилось погасить в зародыше. Совершенно ясно, что Торбин намеренно выбрал столь ненавистную мне манеру общения. Пытается разозлить, выбить из равновесия, а потом… И правда, что потом? Он ведь так и не озвучил, зачем меня тащили через половину галактики. А и хатт с ним — расскажет потом. В любом случае, не стоит упрощать ему работу.