***
Шистад сидит на подоконнике школы и наблюдает за бесящей его парой. Бровастый парень сидит на скамейке рядом с Евой. Они сюсюкаются, что так бесит Криса. Разве по нему сложно понять, что Ева ему нравится? Шистад хочет, чтобы только он мог так с ней сюсюкаться. Чтобы только он мог накручивать эти волосы на пальцы. Эти рыжие волосы, чтобы только он мог в них зарываться. Крис следит за всеми её движениями, точно изучает её. Он должен знать все о ней.***
—Хорошо, готовься собирать вещи,—Шистад ухмыляется. —Начинай, пока я не передумала. —Ева Квиг Мун, ты тяжело дышишь, когда думаешь о чём-то важном. Ты закусываешь губу, когда сильно волнуешься. Ты закусываешь её прямо до крови. Ева Квиг Мун, ты любишь вязаные вещи и джинсовки. Ты любишь распускать волосы. Ты любишь надевать шапку. Ева Квиг Мун, когда тебе страшно, ты сжимаешь кулаки. Ты не понимаешь с первого раза. Ты считаешь, что называть человека лжецом без доказательств нельзя, но ты называешь. Ты не хочешь рассказывать маме, что поссорилась с Ингрид,—Крис выдохнул, оттягивая последние слова.—А ещё, Ева Квиг Мун, ты до безобразия сильно хочешь впиться в мои губы. И тут Еве хотелось бы соврать, сказать, мол «Ха, неправильно, с чего ты взял это, самовлюбленный придурок». Но это ведь правда. Его губы —неприлично—тянущие—к—себе—прятягивающие—словно—чёрная—дыра— мянят. «Да и к чёрту все это»— думает она и накрывает его губы своими. —Моя,— шепчет Крис и, притянув к себе Мун, закрывает её от этого мира в своих объятиях.