Новая магия

      -Ты уверена, что оно работает, что это то самое зелье из списка? – Малфой-младший задумчиво посмотрел на бутылку с оранжевой жидкостью в своих руках.       -Ты сомневаешься в моих способностях? – ухмыляется Бри Эмбер. Девушка с седьмого курса Когтеврана, лучшая студентка факультета, победительница всевозможных конкурсов по зельеварению – сомневаться в ее компетенции не приходилось, но Скорпиус все равно нервничал.       -Не то что бы… Просто мне нужен стопроцентный результат, - вздыхает парень.       -Скорпиус, ты извини меня за бестактность, но я помогаю тебе и хочу знать, что ты точно не используешь это… во вред. Себе или кому-то еще. Объясни, зачем тебе приворотное зелье такой силы и действия?       Парень поднял на нее глаза и ухмыльнулся. Бри поспешила добавить:       -Малфой, я понимаю, что ты не слишком уверен в себе, но поверь, при твоей внешности и должном подходе ты и без всяких элексиров сможешь привлечь любую девушку. Ты понимаешь, что это зелье опасно? Последствий для здоровья оно не оставляет, но память-то не сотрешь, человек будет помнить, что он чувствовал, как себя вел и…       -Бри, хватит меня стращать. Я похож на человека, который будет кого-то привораживать? Я не собираюсь этого делать, любовное зелье нужно мне… для эксперимента.       -Эксперимента, - в голосе девушки прорезался скептис.       -Скажем, я собираюсь создать нечто противоположное. Зелье с обратным действием.       -Зачем? Ты хочешь кого-то разлучить? Малфой, никогда не замечала в тебе такой тяги к отвратительному. А на деле ты – истинный слизеринец.       -Я никогда этого не отрицал, - улыбнулся Скорпиус самой злой улыбкой, на какую только был способен. – Но я не собираюсь разлучать счастливые пары. Если мне удастся создать такое зелье… Что ж, я сделаю все для того, чтоб доступ к нему был открыт только тем, кто докажет, что оно ему действительно нужно.       -И сам себе тоже доказывать будешь? Никому действительно не нужно избавляться от своей любви. Даже тебе. Ты ведь это не из праздного интереса ученого это делаешь?       -Как оно работает? Ты говорила, что его действие опасно. Почему? – попытался тут же перевести тему Малфой. Что ему, впрочем удалось, девушка тут же поспешила рассказать все, что знает:       -У него чертовски сильное действие, Скорп. Но короткосрочное. Если ты отведал его, то примерно два с половиной часа тебя будет не оторвать от объекта, на которого будет обращена сила эликсира. Самое интересное и жуткое, что он не будет находиться в тумане полного обожания, у него будет ощущение, что он влюблен уже очень давно, но осознал это только теперь. Человек остается адекватен, его просто начинает тянуть… непередаваемо.       -О, я представляю! – быстро закивал Скорпиус. – А как оно работает? – поинтересовался он уже для праздного интереса, да и чтобы окончательно отвести тему от его попыток создать отворотное зелье.       -В способе работы его главное преимущество. Только имя – вот что понадобится. Никаких волос или крови, ничего от будущего объекта воздыхания. Первое имя, которое услышит жертва после хотя бы глотка зелья, станет роковым. Говорят, что даже от вдыхания может проявиться эффект. Нюхать не пробовала, а пить – пила. На себе проверила и… оно работает, даже лучше, чем хотелось бы.       -Я восхищен! Ты настоящий ученый! Действительно попробовала? Спасибо, Бри. За помощь.       -Ты знаешь, я не могу отказать тебе, слишком многим обязана.       -Тогда спасибо, что не пытаешься выяснить, почему я иду на столь радикальные меры.       -Тебе кажется, что это неочевидно, Малфой, и требует выяснений. На самом деле все проще некуда. Но только не для тех, кто замешан в этом напрямую, хотя я право удивлена, как он до сих пор все не понял... Я буду молчать, клянусь, - поймав яростный взгляд Скорпиуса, поторопилась сказать девушка. - Не хочу, чтобы ты отравил меня. После того зелья, что ты приготовил для меня на конкурс в прошлом году, я вообще боюсь тебе слово лишнее сказать.       -И не подумал бы добавлять тебе яд в тыквенный сок, - сквозь зубы попытался пошутить Малфой. Его пугала мысль об оголенности его эмоций перед почти посторонними людьми.       -Удачи, Малфой-младший, - Бри подошла поближе и поцеловала парня в щеку. – Будь осторожен и не пожалей потом.       -Я буду. Мне нужно бежать. Сегодня первая игра, я должен готовиться.       -Дерзай, вратарь!       Вратарь – вот какую миссию на него, не игравшего никогда до этих пор в квиддич, возложили. На удивление его самого, Малфой делал успехи и неплохие, иначе он так и остался бы сидеть на скамейке запасных, а не надевал сейчас черно-зеленую форму игрока слизерина.       -Ты опаздываешь! – Альбус делает огромные глаза, пытаясь выразить всю злость на где-то шастающего приятеля.       После ночного разговора две недели назад, отношения между парнями вновь потеплели. Теперь Альбус знал, где пропадает Скорпиус – в неиспользуемых туалетах, заброшенных кладовках и, конечно, в выручай-комнате, которая после пожара во время битвы за Хогвартс самостоятельно восстановилась, но открывалась теперь не всегда, а раз через три. И все время, кроме основной учебы и тренировок квиддича Скорпиус тратит на зельеварение.       Он уже стал лучшим на курсе в этом, но истинной цели своей добиться не мог - лекарство от любви не работало. А Альбус, ставший невольным лаборантом волшебника-химика и радовался этому и разочаровывался. Конечно, ему не хотелось, чтобы Скорпиус себя калечил – а задавливание светлых, пусть даже без ответных чувств зельями, никак иначе он назвать не мог. Однако что-то внутри него назойливо скреблось и жаждало, чтобы Малфой не любил никого так сильно, чтобы смог избавиться от своих чувств. Объяснений таким тайным желанием у самого Альбуса не было. Он говорил себе, что просто боится отношений Скорпиуса с кем-то, ведь тот станет все время проводить со своей половинкой и забудет про него. Но от таких эгоистичных мыслей ему было стыдно, а еще он чувствовал, что уговаривает сам себя так думать.       Кроме всего прочего, Альбус стал буквально преследовать друга в попытках выяснить, кто же является объектом обожаний Скорпиуса. Сам Малфой на все предположения и попытки выяснить отвечал что-то вроде: «Альбус, я вообще-то стараюсь держаться подальше от раздражителя», не уточняя венчаются его старания успехом или нет. На все перечисленные имена он отвечал смехом и качанием головой, только однажды, когда Ал в полном отчаянье назвал имя Пита Брауна, Скорпиус недоуменно вскинул голову со словами: «Он же, блин, парень!» Альбус только пожал плечами. «То есть… ты бы нормально на такое отреагировал?» - уточнил Скорпиус. «Так это Пит!», «Нет, Альбус, даже не близко!» - снова поморщился Малфой. И так продолжалось раз за разом.       В жажде следить за Скорпиусом повсюду, Альбус затесался в помощники организаторов соревнований по квиддичу. И, на удивление, проникся этим. Разбираться в правилах он даже не пытался, да и сама игра была ему совершенно неинтересна, а вот процесс подготовки поля, трибун, создание ярких объявлений, сбор людей – все это оказалось очень занимательным. Жизнь обоих парней стала куда веселее и активнее, их стали признавать и уже мало кто мог бросить в спину презрительное «неудачники», скорее их по этим спинам одобрительно похлопывали.       -Где ты шатаешься? Игра начнется через полчаса! – прорычал Альбус.       -Я встречался в одной девчонкой из Когтеврана. Она помогла мне сделать одно полезное вещество, которое может помочь в… нашем проекте.       -В твоем, я не прикладываю руки к этой гадости, просто слежу, чтобы ты не подорвал себя смешав очередные несовместимые ингредиенты.       -Это вещество могла приготовить только девушка – такова его магия. Оно сверхсильное, но опасное. Достаточно даже просто вдохнуть его запах и все, оно работает, - будто не слыша, что говорит ему Альбус, заворожено продолжал парень. По ходу он стащил с себя мантию и расстегнул рубашку. – Я думаю, почти уверен, что сегодня все получится. Я собрал все ингредиенты. Я буду свободен, понимаешь, стану прежним!       Счастливый, как никогда за эти несколько месяцев, Скорпиус кинулся к Альбусу с объятиями.       -Скорпиус, тебе нужно торопиться, - вздохнул Альбус, но руки автоматически потянулись с ответными объятиями. Сердце замерло и будто пропустило удар. Ал привык, что у Малфоя вечно холодные руки, но он не подозревал, насколько горячими могут быть объятия, когда у человека расстегнута рубашка. Он почувствовал жар обнаженной кожи только сквозь свой тонкий свитер и с трудом скрыл сбившееся в секунду дыхание. Это было более чем странно – это чувство. Ему вдруг захотелось обнять его крепче и не отпускать от себя, ни на секунду не отстраняться от этого тепла. Как только эта мысль в голове сформировалась в осознанную фразу, Поттера будто током ударило. Нет, не может быть такого… Он поспешил отстраниться. Возможно, даже резче, чем стоило. И Скорпиус это заметил:       -Извини, я на эмоциях, - пробормотал он, - волнение из-за игры, я все же впервые участвую в настоящем матче…       -Ты… - голос Альбуса дал хрипотца, пришлось откашляться. Смотреть на Скорпиуса было решительно невозможно, Поттер даже отвернулся, делая вид, что поправляет кубки на полке в раздевалке спортсменов Слизерина. – Ты уверен, что хочешь все-таки использовать на себе… то, что получится.       -Я подумаю об этом еще разок, когда получится, - улыбнулся в ответ Скорпиус. Парень натянул свою спортивную форму и взял метлу. – Я в прекрасном настроении. Сегодня все должно получиться, и на матче, и в выручай-комнате.       -Конечно, - все также сконфуженно ответил Альбус.       -Подержи мою сумку у себя во время игры. Там палочка, я могу доверять только тебе, - протягивая сумку, сказал Малфой.       -Конечно.       Малфой кивнул и быстро побежал к своей команде. Они уже готовились к выходу на поле и приветственному пролету. Людей на трибунах собралось немало, кажется, сюда пришли абсолютно все студенты. Ведь, хоть это и был матч между Слизерином и не самым успешным в квиддиче факультетом Пуффендуй, это была первая игра сезона – болельщики соскучились по самому драйву игр.       Альбус закинул сумку Малфоя на плечо и двинулся к своему месту на трибуне. Подниматься пришлось высоко – он приберег для себя прекрасное место, чтобы видеть триумф (он надеялся) друга с лучшего ракурса.       В проходах между рядами было и без того тесно, но, когда наверх, сбивая с ног все, что попадалось на пути, пронеслась толпа первокурсников, Альбус предпочел посторониться и дать им пробежать мимо. Он быстро отошел с прохода и прижался к стене.       Попутно задевая сумкой Малфоя железное крепление трибун.       Спустя пару секунд в воздухе разился сладкий запах чего-то цветочного и маслянистого, очень приятный, но едва ощутимый. Альбус на секунду застыл на месте, а затем, поняв, что опаздывает и игра вот-вот начнется, побежал вверх на трибуну.       И успел как раз вовремя, диктор только закончил представлять игроков Пуффендуй, и к вылету готовились слизеринцы.       «Поприветствуйте новичка команды Слизерин, талантливый вратарь Скорпиус Малфой!»       Зеленая часть трибун взорвалась аплодисментами, пуффендуйцы ограничились вежливыми хлопками. А Альбус застыл на месте совершенно пораженный. Он будто никогда прежде не видел Скорпиуса. Тот так уверенно держался на метле, пролетел мимо трибуны, даже успев дать «пять» кому-то из первогодок, от чего тот восторженно взвизгнул.       Малфой был поистине прекрасен: яркие глаза на бледном лице, оттененном черно-зеленой спортивной мантией, будто светились. Он улыбался радостно, но взволнованно и источал такую уверенность, что удивительно, как все, на кого он кинул взгляд, не падали тут же без сознания от восторга. В груди Альбуса будто разлилась целая банка меда, стало невероятно тепло, но ноги отчего-то стали подкашиваться.       -Так, возьми, себя в руки, что происходит, Поттер, - выдохнул Альбус, себе под нос и отвернулся от игрового поля. – Что происходит?       Чтобы разобраться и поглубже вдохнуть, Альбус решил уйти прочь с трибун. За действием игры можно следить и издалека – по комментариям диктора, а как Малфой летает Ал и так уже сотню раз видел на тренировках. Но уйти не получилось, все, что удалось Альбусу – это только отойти на несколько метров от шумящих слизеринцев и вжаться в стену, устремив взгляд на поле. Отвести взгляд от Малфоя оказалось делом непростым. Но вместе с тем в голову лезли мысли, которые, казалось, всегда летали где-то совсем рядом, но просто не решались заглянуть в его голову.       Скорпиус влюблен. Серьезно и настолько сильно, что это мешает ему жить. Мысль больно резануло по сердцу. Куда больнее, чем обычно.       Не удивительно, теперь Альбус легко идентифицировал сам для себя это чувство. Ревность – жгучая и всепроникающая, полная ненависти и зависти к тому человеку, который, сам того не зная, держит в руках сердце Малфоя. Это чувство причиняло боль, но в противовес ему в груди сидело новое, будто только что вылупившееся из яйца чувство невероятной нежности. Оно было там всегда: желание защищать, страх обидеть, благодарность за поддержку и жажда всегда отвечать на внезапные объятия – все это было всегда. Но теперь эмоции будто распустились в настоящий бутон. Конечно, как Альбус мог не осознавать того, что любит Скорпиуса. Безмерно и очень давно. Ведь все, что нужно было для осознания, это признаться самому себе…       А тут этот матч и это громкое имя на весь стадион – и будто сорвало какой-то клапан, чувства заполнили внутреннюю пустоту и больше никогда не уйдут. Вот толкьо, кажется, нет ничего радостного в этом, никакого продолжения и шансов на выживания у этих эмоций быть не может, ведь Скорпиус без ума от… Стоп! «Я не хочу вестись на поводу у эмоций. Не в этом случае. Это будет стоить слишком многого. В том числе и тебя, возможно.» «Если ты хорошенько подумаешь, то поймешь, Альбус. Это не взаимно, я бы уже понял, будь это так… И я никогда не признаюсь…» - конечно, он не понимал, ведь и сам Альбус до этого дошел только сейчас. Ну конечно! «Я скучал, без тебя мне одиноко…»       Горло вдруг перехватило повторно от осознания. Прямо сейчас, когда Альбус сам оказался в положении парня, влюбленного в своего лучшего друга, он, наконец, понял. Да, он бы повел себя так же: не признавался, отстранялся и пытался избавиться от непрошенной любви. Все действия и слова Скорпиуса вдруг сложились в ровный и прекрасный пазл, в котором просто не хватала элемента – понимания Альбуса.       Тут и сомнений быть не может! У них с самого детства была какая-то странная дружба, им всегда была тяжело друг без друга, куда тяжелее, чем обычным друзьям. А время разлук порождало такую скользкую и холодную боль в груди, будто сердце разрывалось на кусочки.       И… если все так – а все так! - значит…       По лицу расползлась улыбка. Альбуса отчего-то совершенно не пугали собственные чувства, они были легкими, как сладкая вата и мягкими, будто им не страшны никакие невзгоды. Кажется, его делало абсолютно счастливым ощущение этого бесконечного чувства радости от влюбленности. Но затем он представил, как встретит после матча злополучного Малфоя и наконец-то расскажет ему, что нет нужды ни в каком лекарстве от любви, что чувства взаимны. Как разойдется по лицу Скорпиуса удивленная, а затем счастливая улыбка, как он обнимет его…       Поттер настолько погрузился в собственные раздумья, что совершенно отвлекся от игры. А тем временем Малфой мастерски отбивал вражеские мячи и так и не подпустил их ни к одному из трех колец. Игра закончилась победоносно и красиво после того как талантливый ловец-второкурсник Слизерина поймал снитч у самой будки комментатора. Трибуны разразились овациями, а Альбус, с нетерпением ринулся вниз – ближе к раздевалкам игроков, чтобы успеть выловить Скорпиуса как можно раньше.       В конце коридора раздался шум, и с поля, спрыгивая с метел, высыпалась команда слизерина полным составом. Впереди у них встреча с факультетом, общие овации и обожание, потому команда, счастливая от собственного победного выступления на первом матче, находилась еще и в безумном предвкушении.       Скорпиус держался чуть особняком. Он разделял общую радость и был, конечно, счастлив. Но ему нетерпелось, пока удача с ним, отправиться в выручай-комнату к заветным пробиркам. Добавить последний элексир и вдохнуть запах свободы от… В бочке меда сплошного счастья от этих раздумий была своя ложка дегтя: Малфой боялся, что не решиться выпить зелье. Как бы его не мучили собственные чувства,парень не мог не признать хотя бы для самого себя, что они были чем-то внеземным, чем-то прекрасным. И Скорпиус лучше всего знал, о чем говорит Альбус, когда просит его передумать. Да, избавиться от этого захватывающего дух и будоражащего тело чувства будет непросто. И Скорпиус даже предпочел бы страдать и мучиться от безответности, лишь бы оставить любовь при себе, как драгоценный талисман. И только страх того, что он все же дойдет до истины со своими вечными предположениями и отвернется навсегда, гнал Малфоя к болезненной, но желанной цели.       Малфой уже повесил метлу на свой крюк у раздевалок и готовился последовать за командой во внутрь, чтобы переодеться и мчаться в замок на праздничный пир в честь начала сезона, когда увидел Альбуса, будто испуганного и жмущегося у двери.       -Эй, Поттер, меня ждешь? – шутливо фуркнул Скорп, подходя к другу.       -Да, Скорпиус, нам нужно поговорить. Срочно.