Глава 2. Хогвартс: философский камень и Тайная Комната
21 января 2017 г., 12:18
В Хогвартс я собирался с огромным удовольствием. За то время, что прожил в этом мире, моя бренная тушка значительно подросла и окрепла, и я даже стал на пару дюймов выше Драко. Так что тот Амулет, который я создал в первые дни, пришлось уничтожить за ненадобностью. Это послужило сигналом к тотальной закупке гардероба, благо ключ от моего детского сейфа теперь был у Люциуса. Ещё я прикупил небольшой, удобный сундучок, нашпигованный чарами. Самое любопытное, что сквозь Сумрак я видел все, чем он был набит, и у других — тоже. Чего только не везли с собой в школу дети!
Последние две недели лета я провел уже в мэноре, точнее в библиотеке, часто забывая о еде, но никогда — о занятиях со Снейпом. О них мне напоминала моя личная эльфийка Лисси.
***
На платформу мы пришли камином. Одетые в отглаженные мантии, гордые и неприступные аристократы. Ну, кроме Дадли. Сундуки были отправлены с эльфами в багажное отделение, совы полетели в школу сами, а с собой в поезд мы взяли с собой только вместительную корзинку с горячим обедом. Сидя в уютном купе, мы наблюдали как мечутся по перрону рыжие Уизли, пытаясь зачем-то найти меня («Мама, его точно нигде не видно? У него должен быть шрам на лбу!»), и одновременно не опоздать на поезд, закинув туда свои вещи и себя. В результате близнецы вскакивали в уже отъезжающий поезд, а Молли перепутала детей и чуть не впихнула в вагон Джинни вместо Рона. Дальше была полная какофония эмоций и впечатлений — на грани сенсорного шока. В замке мне пришлось отгораживать сознание от окружающего мира. Уже в спальне, лежа за цветастым пологом, я пытался проанализировать события дня или, по крайне мере, собрать в кучку разбегающихся, словно мадагаскарские тараканы, мысли и воспоминания. Вот огромный, как гора, весь заросший густыми волосами, Хагрид кличет первокурсников. Вот, сидя в крошечной лодочке в ночной темноте, я вижу громаду озарённого огнями здоровенного магического замка. Вот строгая женщина, лет сорока, ведет нас за собой в Большой зал. Ох, не надо было мне его сразу сквозь Сумрак разглядывать! И, наконец, торжественный крик шляпы над моей головой: «Когтевран!!!».***
А на следующий день начались мои школьные будни. Немного раздражала необходимость общения со сверстниками, но без этого никак. В одной спальне со мной поселили Терри Бута, а у Майкла Корнера и Энтони Голдстейна была другая спальня. Девочек у нас на курсе было три: Мэнди Броклхерст, Падма Патил и Лиза Турпин. Директором Хогвартса неожиданно стал Николас Фламель. Это был высокий пожилой мужчина с седоватой бородой чуть ниже ключиц, тонким крючковатым носом и большими глазами навыкате. И с огромным, ну просто гигантским манником! Ну, еще бы. За шестьсот-то лет сколько магии мимо волшебной палочки прошло! Вчера в своей приветственной речи он сделал предупреждение насчет правой стороны третьего этажа. Он что, действительно собирается там прятать свой философский камень? Неужели безопасней места не нашел за столько-то лет? Преподавателем ЗОТИ стала супруга директора Пернелла Фламель, а Квирелл остался преподавателем магловедения. Про Северуса рассказывали гадости, но не так много, как за столом Гриффиндора. Квирелл через Сумрак смотрелся инферналом, а высоченный смерч, кружащийся над его головой и уходящий вверх к зачарованному потолку Большого зала, не оставлял сомнений в том, что он одержим. Большой зал был просто огромным. Все студенты, присутствующие на трапезах, заполняли его на одну четвертую, если не на одну пятую часть. Куда же столько места? Потолок в точности повторял погоду и небо снаружи, свечи плавали над столами, еда появлялась и исчезала. Всё кругом было слишком волшебным.***
Первым уроком была Травология. Профессор Спраут устроила нам обзорную экскурсию по теплицам, а потом мы избавляли урожай паддоподов от колючек обыкновенных, проще говоря — пололи грядки. Потом была Трансфигурация. Поразив учеников анимагическим превращением и превратив стол в свинью и обратно, профессор МакГонагалл забубнила скучнейшую лекцию: — Здравствуйте, дорогие ученики! Добро пожаловать! Прежде всего, вы должны узнать и запомнить, что такое трансфигурация. Трансфигурацией называется любое магическое изменение предмета. Трансфигурация предмета с изменением только его внешнего вида и сохранением внутренних характеристик называется Внешней Трансфигурацией. Трансфигурация предметов с изменением только внутренних характеристик является Внутренней Трансфигурацией. Трансфигурация предмета с изменением и тех, и других характеристик называется Совмещенной Трансфигурацией… Ну, и так далее целый час. Я был разочарован — очень хотелось превращать спички в иголки. Однако, кое-что из ряда вон выходящее всё же произошло: читая скучнейшую вводную главу «Руководства по трансфигурации для начинающих», я посмотрел на текст через Сумрак, и — о чудо! — мне стало всё понятно, и я сразу же всё запомнил. Всё-таки здешний Сумрак немного не такой, как в прошлой жизни. Мне захотелось в библиотеку: читать я любил всегда, а вот память у меня была не очень хорошая. Ну вот теперь-то я развернусь! После Трансфигурации был обед, и всё! Дальше мы были предоставлены сами себе. Старосты устроили нам, первокурсникам, экскурсию по школе и ее окрестностям, и надо сказать, что это была чертовски большая территория. После экскурсии ребята обессиленно поплелись в нашу башню, а я отправился побродить ещё. Итак, что мне известно о препятствиях на правой стороне третьего этажа? Сначала надо усыпить трёхголовую собаку, потом прыгнуть в люк на дьявольские силки, потом — Люмос, и еще пара метров до пола. То есть вниз и ещё раз вниз. Окрыленный внезапной догадкой, я пошел исследовать… правый коридор второго этажа. Второй этаж оказался заброшенным и мрачноватым. С потолка свисали клочья паутины, магические факелы горели в полсилы, бросая на пол странные искореженные тени. С одной стороны коридора были заброшенные классы, часто открытые и безо всяких защитных чар. С другой стороны коридора дверей не было. Точнее, они были завешены отличнейшей иллюзией. Через Сумрак я прекрасно видел, что коридор отнюдь не так запущен, как кажется, а со второго уровня мне удалось пробиться Анализатором через стену и рассмотреть все препятствия одно за другим. И вот — шаг через Сумрак, и я стою напротив зеркала «Еиналеж». В отражение зеркала — я, повзрослевший и возмужавший, и Северус. Он мне уже сейчас безумно нравится. Целуемся. Ух, жарко, аж кончики ушей покраснели! Сосредотачиваюсь на камне — здесь плохое место, незащищенное, любой украсть может! — и чувствую приятную тяжесть в кармане. Философский камень у меня. Интрига года за день!***
На следующий день первым уроком была ЗОТИ. Я сидел за партой, закрывшись ментально и надеясь, что Отгораживание Сознания сработает против такой неизвестной величины, как Пернелла Фламель. — Следует выделить определённые характеристики, которые в той или иной степени присущи всем Тёмным Искусствам, — рассказывала она. — Они базируются на темных, негативных качествах и эмоциях человека. В основе каждого элемента Тёмной Магии лежит то или иное негативное качество личности, которое, соединяясь с магией, запускает процесс модифицирования реального мира. Ярким примером является применение заклятия Круциатус. Надо хотеть причинить боль и получать от этого удовольствие, а праведный гнев или желание защитить себя — это слишком слабая подпитка заклинания. Боггарт, меняя своё обличье, инстинктивно угадывает страх, гнездящийся в душе смотрящего на него волшебника. Дементоры хуже всего влияют на людей, переживших тяжёлые потрясения, в то время как счастливый человек впадёт разве что в лёгкую меланхолию. Записывая лекцию, я размышлял. А зачем мне, собственно, философский камень? Что я с ним буду делать? И, в конце концов, решил, что буду делать золото. У меня вон, сейф Рода полупустой стоит. Только надо понять, как. Ну, значит, снова в библиотеку. Потом была история магии, на которой я, заранее припасший самопишущее перо, делал домашнюю работу. На этой лекции были все студенты первокурсники — урок был общим для четырех факультетов. Был там и Рон Уизли. Через Сумрак я отчетливо видел на нем клеймо Предателя Крови. А его магические потоки были грязно-серого цвета, они шевелились, как расползающиеся дождевые черви, и пытались присосаться хоть к чему-нибудь. На стене замка, где прошлось одно из щупалец, осталась скользкая серая слизь (ни за что не поеду в Нору!). Уизли даже не пытался слушать лекцию, он крутился вокруг своей оси на скамье, строил всем рожи и вел себя просто безобразно. Гермиона Грейнджер то и дело пыталась призвать его к порядку, но парень только огрызался. Наконец, он пересел ко мне, причем так, как будто мы с ним уже друзья. Меня невольно передернуло, и я инстинктивно отодвинулся на край. На Уизли это не подействовало. — Эй, Гарри! Дружище, а где твой шрам? — Какой шрам? — Ну, в виде молнии на лбу! — А, мне мои опекуны-маглы говорили, что была у меня на лбу царапина странная, но неужели ты думаешь, что маглы настолько тупы, что царапину залечить не могут? — Гарри, а пойдем, полетаем после уроков? — Нет, я пойду полетать с Драко и Дадли, они ведь мои двоюродные братья. На этом Уизли как-то сник. После обеда по расписанию были зелья — вот их я ждал с нетерпением. Урок был с пуффендуйцами. Мы варили зелье от фурункулов. Меня поставили в пару к Энтони Голдстейну. Устанавливая котел, я задумался, использовать ли мне сумеречные подсказки ингредиентов или послушать совесть и добиться всего самому? Решение пришло само и мгновенно: я должен быть лучшим! Какая совесть: в любви и на войне все средства хороши. Стоп. Как в любви? Наполнив котел водой и разложив ингредиенты, я поднял на него глаза — для вдохновения. Он стоял у кафедры, скрестив руки на груди, и с легкой насмешкой наблюдал за классом. Нет, всё-таки ещё не любовь — просто влюбленность. Я ведь его совершенно не знаю. И потом, вокруг так много симпатичных ребят, особенно старшекурсников. Нет, мне решительно ещё есть над чем подумать! Снейп встретился со мной глазами, и сердце понеслось вскачь. Я тут же потупил взгляд. Казалось бы, рецепт максимально прост, но время приготовления — сорок пять минут, и все это время в котел надо что-то добавлять. Желательно, правильно и вовремя нарезанное. Не все ребята взяли в лабораторных шкафах то, что нужно, и далеко не все разобрались в том, что большинство ингредиентов нужно готовить заранее, пока есть время, а не в последнюю минуту — перед добавлением в котел. К тому же весы одни, а отмерять нужно что-то в унциях, что-то в гранах, что-то в граммах, а кое-что и вовсе в драхмах! Да и заклинание для измерения температуры зелья знали далеко не все. Результат был ожидаем! Я же готовил зелья, используя Анализатор и прислушиваясь к тихому шёпоту ингредиентов, подсказывающих мне, как сильно их размолоть, и с какой интенсивностью помешивать. Когда мы сдавали зелье, Снейп хмыкнул, оглядывая фиалы, но ничего не сказал.***
После занятий, благо уроки были уже сделаны, я решил отправиться в Тайную комнату. А чего теряться-то, а то второй день в школе зря пройдет! Я захватил с собой метлу, свой рюкзачок с чарами расширения пространства, договорился с Лисси о подстраховке и отправился в нерабочий туалет для девочек на третьем этаже. Очень скоро я нашел маленькую змейку под одной из раковин. — Откройся! Откройся! Лисси, это я на английском сейчас, да? — Да, хозяин Гарри, сэр! Итак, крестража во мне нет, а значит, и на парселтанге я говорить не могу. Но я потянулся через Сумрак к змейке Абсолютным Ключом, и стена пришла в движение, открывая широкий лаз, уходящий в никуда. Я не спеша полетел вниз, укрытый Сферой Невнимания, не имея не малейшего понятия, подействует ли на василиска Иная магия или нет. И вот, наконец, я внизу. Тайная Комната впечатлила: высоченный потолок, грубые каменные скульптуры и сеть лабиринта вокруг. Вооружившись мелом, я начал обследовать запутанные пути, отмечая коридоры, где я уже был. Первой я нашел спальню основателя, причем, основатель там тоже был — вряд ли это чей-то посторонний скелет тут лежал. Через некоторое время я нашел и его лабораторию. Все ингредиенты были испорчены, на столе лежали его лабораторные журналы, полностью исписанные мелким убористым почерком на непонятном языке: буквы расплывались, и сосредоточиться на тексте было невозможно. Значит, это парселтанг. Прости, Северус, но мне этого не прочитать! В одном из боковых ходов нашел сброшенную шкуру василиска (или это кожа у него?), красивую и блестящую, с ровными рядами крупной гладкой чешуи. Забирал с собой, конечно, но моя относительно безразмерная сумка сразу оказалась почти полной — шкура была просто огромная. Следующая находка поражала воображение: библиотека! Огромная и, несомненно, бесценная. Наверняка большая часть этих книг была раритетной еще во времена Слизерина. Но как минимум половины книг нет, библиотека разграблена, некоторые стеллажи сломаны, и книги то там, то тут лежат на полу пыльными грудами. Я кидаю Поисковики, чтобы понять, что за книги мне достались, и они отзываются, загораясь в Сумраке цветными огоньками. Вывод очевиден: это книги по светлой магии, книги по темной, скорее всего, забрал Том Реддл почти пятьдесят лет назад. Ну что же, я заберу оставшиеся, почитаю на досуге. Одну книгу, написанную рукой Мерлина, я положил в рюкзак сразу — она единственная отозвалась на Поисковик «Сумеречная магия». Осматриваюсь через Сумрак — со второго уровня можно видеть и сквозь стены — и встречаюсь взглядом с огромными желтыми глазами василиска. О, Мерлин! Он проснулся, я его все-таки разбудил! Через несколько секунд Лисси перенесла меня в туалет Плаксы Миртл. Я тяжело привалился к стене и с трудом перевел дыхание — слава Мерлину, между нами была стена. Что же, заберем книги позже, когда он точно уже будет снова спать. А самая главная книга все равно у меня. Закрыв проход, я на слегка дрожащих конечностях отправился в свое общежитие. А вскоре про школе пронеслась новость: в неработающем женском этаже на третьем этаже случилась протечка, а около огромной лужи воды была найдена Миссис Норрис, кошка завхоза. Она выглядела абсолютно мертвой.***
На следующий день у нас был первый урок у декана. Профессор Флитвик мне очень понравился. После небольшой вводной лекции мы отрабатывали движение палочкой для заклятия Левитации, а потом пытались поднять перо в воздух. Получалось не у всех. Это был урок со Слизерином, и я сидел за партой вместе с Драко. Мы быстро справились с заданием и до конца урока шептались на задней парте. Драко выяснил, что Фламели, осмотрев кошку, сказали, что она жива, но на ней какое-то странное проклятие, но какое — они не знают, и как снять его — тоже. — Довольно жестоко было говорить это Филчу, ты не находишь? — прошептал я. — Почему? — удивился Драко. — Миссис Норрис окаменела. Она проклята и кажется мертвой, и никто не знает, что с этим делать. Это все равно что мертва, разницы никакой. Только, если бы она была правда мертва, Филч бы простился с ней и стал жить дальше, а теперь он так и будет страдать над ней, и надеяться на чудо. Мы помолчали, и я подумал о том, что буду делать, если Ужас Слизерина не ограничится одной вылазкой в поисках нарушителя? Вдруг он решит поползать по замку еще? — Драко, а давай полетаем сегодня после уроков? Пока погода хорошая? — С тобой не интересно летать! Ты как улитка, Поттер! — Но ты можешь нарезать круги вокруг меня! — Ладно, договорились! После чар Драко пошел на уроки полетов (как будто они ему нужны!), а его верная свита, состоящая из трех больших одинаковых фигур, тенью последовала за ним. Интересно, кто лучше летает: Крэбб, Гойл или Дадли? А у меня был урок астрономии, и — ничего волшебного, хочу вам сказать. А после занятий я, как магнитом притянутый, пришел к туалету Плаксы Миртл. Запустил Сканирование Прошлого — просто на всякий случай. Всё, как я и думал. И тут я вспомнил, что философский камень все еще в моем школьном рюкзаке. Куда бы его спрятать? В «Выручай-Комнату», конечно. Там же целый склад спрятанных школьниками вещей. И диадему Кандиды Когтевран заодно заберу оттуда. Вволю полетав с Драко, который не переставая ругал школьные метлы, но при это выглядел совершенно счастливым, я пошел на восьмой этаж. Комната должна была появиться напротив портрета Варнавы Вздрюченного, избиваемого троллями, которых он пытался обучить балету. Картина с троллями на восьмом этаже была одна, и я стал ходить туда-сюда, думая о том, что мне надо кое-что спрятать. И вот я открываю появившуюся дверь, а там простой шкафчик из трех полок. Ну типа, давай, прячь! Ну нет, три полки — это совсем не то. А как же бесконечные стеллажи, которые я рассчитывал увидеть? Тогда я закрыл дверь, дождался пока дверь исчезнет, и стал ходить туда-сюда, думая о том, что мне надо кое-что найти. И вот, открыв дверь, я застыл, оглядывая несметные сокровища школьников, оставленные здесь. Прежде всего, горы учебников и конспектов, наверное, чтобы спрятать от родных — маглов или просто не потерять. Сбоку лежал полный курс лекций профессора Биннса — забрать, что ли? Кинул Поиск на диадему Кандиды Когтевран. Ничего. Потом — на вещи Тома Реддла. Снова ничего нет. Потом — на вещи Лорда Воландеморта. Может, Лорд Мракс? Снова нет? Потом догадался просто осмотреться сквозь Сумрак в поисках проклятого смерча. Нет, ничего такого здесь нет. Я постепенно исследовал комнату в течение двух недель и, конечно, решил оставить себе все полезное и ценное, потому что владельцы большей части вещей уже умерли. Я нашел несколько симпатичных волшебных вещиц, пару интересных артефактов, например, бесконечный блокнот и несколько шикарных костюмов: один эльфийский, потом карнавальный, века этак пятнадцатого, пару совсем уж старинных нарядов примерно тринадцатого века, и шикарное платье эпохи Возрождения. В свое время, конечно, эти одеяния были на пике моды, ну, а мне для маскарада пригодятся. Нашлись по Поиску и деньги, почти триста галлеонов, между прочим. А ещё изумительной красоты клинок в ножнах — в Сумраке под Истинным Зрением он сиял как моргульский меч, которым был ранен Фродо во «Властелине Колец». Зондирование показало, что это гоблинская сталь. Я проверил Поиском комнату на наличие вещей старых родов. К семье Поттеров вернулась серебряная ложка. Проверил и Малфоев — и Сумрак выдал местонахождение весьма неожиданной находки. Практически первое, что я узнал в семье Малфоев — это легенда о семейном амулете. Небольшой дракончик из орихалка — магического металла Атлантиды — в течении нескольких веков давал Малфоям удивительную способность — они могли становиться драконами, и эта необыкновенная особенность возвеличивала их над остальными магическими родами. Золотой дракон становился их анимагической формой. По легенде дракончик был сотворён самими атлантами, и несколько тысяч лет передавался их потомками из поколение в поколение, пока не был передан в семью Малфоев в качестве приданого. Амулет всегда был на шее Лорда. Но около пяти сотен лет назад во время очередной магической войны Лорд был убит, и тело вернулось в мэнор без амулета — очевидно, вещь из золотистого метала привлекла какого-то мародёра, и тот снял его прямо с трупа. Амулет не мог носить никто чужой, сама магия позаботилась об этом — он очень жегся. И вот побрякушка, которую нельзя надеть, не получив ожога, оказалась на этой свалке. А о стариннейшем и ценнейшем амулете осталась лишь напоминание — на гербе рода два темных силуэта дракона по бокам витиеватой буквы «М» и самая обширная в Европе библиотека о драконах. Что же, этот дракончик — самое ценное, что я обнаружил тут. Хотя жаль, что я не нашел диадему. Где же мне ее искать?***
Учился я великолепно, преподаватели меня хвалили, ну, кроме профессора Снейпа, конечно. Но он относился ко мне вполне нейтрально, не орал и не унижал. Мне доставалось ровно столько же яда и сарказма, сколько всем остальным. Должно быть, та «поттеро-ненавистная» роль каноничного Снейпа была обусловлена его «шпионско-пожирательскими» обязанностями. После уроков (а их по-прежнему было немного) я до автоматизма разучивал магические заклинания — конечно, того, что мы проходили, мне было мало, но старшеклассники нередко показывали мне что-нибудь, или я сам подглядывал за их тренировками. Я старался использовать только собственную магию, почти ежедневно вырабатывая свой весьма скромный ресурс полностью, до нуля. Иногда я пользовался разработанной еще в первые дни системой двух потоков: соединяя свою собственную местную магию и Сумеречную Силу, я мог значительно экономить ресурсы тела. И ещё я отрабатывал все новые заклинания в невербальной беспалочковой форме, правда, без магии Сумрака меня по-прежнему хватало на два-три заклятья. В «Выручай-Комнату» я приходил регулярно, причем вместе с ребятами-когтевранцами с моего курса и Драко — мы «заказывали» бассейн и плавали в нем. Я исследовал замок, и благодаря Сумеречному зрению, он начал раскрывать мне свои секреты. Взор Сердца, Ясный Взгляд и Истинное Зрение стали в то время моими любимыми заклинаниями. Я нашел ход за зеркалом на четвертом этаже — он раздваивался: один вел в кабинет директора, а другой на аппарационную площадку, скрытую в сердце замка; затем ход через статую Одноглазой Горгульи в «Сладкое Королевство», два хода в подземелье — один вел в Запретный лес, другой — к гроту, из которого можно было выплыть в Черное озеро, и еще несколько ходов, которые позволяли «срезать» путь при перемещении по замку. Надо сказать, что ещё первого сентября, подплывая к замку на лодочке по Черному озеру, я заметил — что здешний замок Хогвартс лишь отдаленно напоминает тот, киношный. Прежде всего, тут было шесть крупных башен: Восточная (или башня Гриффиндора) была самой большой, Северная башня (отведена под кабинет Прорицаний и Совятню) — была чуть меньше. Также имелись Западная башня (или башня Когтеврана), а также ранее неизвестные мне Южная башня, Часовая, Громовая и Круглые башни — что размещалось в последних четырех — никто не знал. А еще здесь были и маленькие башенки: одну из них полностью занимал директор, другая носила название Кладовой — очевидно, это была вотчина домовых эльфов, Малая Четырехугольная башня и Средняя башни торчали откуда-то из середины замка. Малая четырехугольная башня мне очень нравилась — у неё были высокие стрельчатые окна. Астрономическая же башня была самой высокой, и при этом самой узкой — у неё внутри была лишь винтовая лестница наверх. Сам замок казался выше, в нем действительно было восемь этажей, но его внутренняя структура оказалось плотнее и практичнее, чем я ожидал. Волшебных движущихся лестниц внутри не было, как и огромных холлов. Какого же было мое удивление, когда, исследуя второй этаж восточного крыла (как раз под гостиной Гриффиндора), я нашел ещё одно студенческое общежитие. Сумрак даже выдал мне пароль к нему — «Deversorium quinque». Потом я исследовал башню Когтеврана, и там тоже нашлось второе общежитие, меня потряс потолок его общей гостиной — он был зачарован так же, как потолок Большого зала. Была ясная ночь, и я долго лежал на полу и, раскинув руки и ноги, любовался звёздным небом. В Малой Четырехугольной башне оказались два огромных заброшенных спортзала. Один явно предназначался для фехтования, на стене ещё висела пара рапир и огромный меч, всё остальное растащили. Деревянный пол везде сгнил, кое-где торчали обломки досок. На них не было никаких паролей. Про них просто все забыли. В Южной башне тоже оказались общежитие: вся башня изнутри оказалась полая, она была как плющом увита маленькими лестницами, сплетавшими многочленные анфилады залов, студенческих комнат и балкончиков, шедших вдоль стен башни, в хаотичную паутину. Следовало отдать должное архитекторам: наружу башни шло шесть выходов, то есть студенты могли бы выбирать, на каком этаже замка им выходить. Здесь было около ста пятидесяти личных комнат для студентов — и никаких тебе общих спален! Громовая и Круглая башни тоже были жилыми. В одной из них был гигантский водопад, под чарами стазиса он смотрелся скованным льдом. В другой башне было волшебное окно во всю стену — фактически вся башня была прозрачной изнутри — оттуда открывался великолепный вид на озеро и Запретный лес. Всего найденных общежитий было двенадцать, во всех них под чарами консервации была великолепная мебель — не чета той, что сейчас. Все они были хорошо спрятаны, даже слишком хорошо, можно сказать. Но ведь и вход в гостиную Когтеврана и Грифиндора просто так не найдешь — нужно знать, куда идти. Думаю, Основатели предвидели, что магов со временем будет больше. Почему же они не оставили никаких намеков потомкам, где искать скрытые ими помещения школы? И список паролей тоже бы пригодился! Дольше всего не сдавалась мне Средняя башня, уж я искал-искал вход туда. И нашел, наконец. Туда вела длинная открытая галерея, проходящая над очаровательным внутренним двориком, эта галерея начиналась в одном из пустующих помещений в центральной части замка. Было немного странно переходить из одной части замка в другую, фактически по улице. Но оно того стоило — в помещении башни был бассейн. Он был квадратным — примерно сто шестьдесят на сто шестьдесят футов и глубиной пять с половиной футов. Ничего так, плавать можно. Если бы там ещё вода была. Но воды не было, плитки кое-где отваливались, некоторые трубы на дне проржавели. О своих открытиях я решил пока никому не рассказывать.***
Мы с Драко продолжали частные занятия с профессором Снейпом. Почему он занимался с Драко мне было понятно, он его крестник. Но со мной-то? Как-то на уроке они обсуждали конференцию по зельям, которая должна была скоро состояться в Далласе. На неё каждый зельевар должен был привезти что-нибудь этакое, на продажу или просто продемонстрировать. У профессора ничего этакого не было, и он запланировал вылазку в Запретный лес. Но его не пускал Хагрид — кто-то в лесу убивал единорогов. Через час после занятий я притащил ему шкуру василиска — в подарок. Она была больше пятидесяти футов длиной, и, мягко скажем, подходила для конференции. Северус был ошарашен: — Мистер Поттер, вы хотя бы примерно представляете, сколько она может стоить? Вы в своем уме? — Не представляю, сэр. И не хочу представлять. Это подарок вам — в благодарность. Вы ведь со мной занимаетесь, тратите свое личное время. Потом я быстро (чтобы не передумать) подошел к нему и обнял. Прижался к нему на пару секунд, вдохнул совершенно невозможный и какой-то очень родной запах и сбежал. Вот так вот, сэр, хотите подарки — придется терпеть обнимашки!
