В твоих глазах звёздная пыль

— Что случилось? Почему ты такая расстроенная? — спросил Джиён у сестры, когда они вышли на задний двор, но она не ответила, кусая вместо этого ногти. Он положил руки на её плечи, заставив посмотреть на себя. — Я спросил, что случилось? Не заставляй меня думать о плохом! Просто скажи мне уже! — Ну… Мне позвонила мама Джихуна… Она сказала, что он попал в аварию и тяжело ранен… — обеспокоенно объяснила Дами. — О, Господи! — Он сейчас в Японии… Он уехал, прежде чем я собиралась рассказать ему о Сынхёне… Так что он попросил меня приехать… Он хочет поговорить со мной, прежде чем… он умрёт… — проговорила она, уже не в состоянии сдержать слёзы. Задрожав, она закрыла лицо руками. Джиён обнял её, чтобы успокоить, но она расплакалась ещё сильнее. — Хорошо! Нуна, тебе надо с ним встретиться! Я отвезу тебя в аэропорт и забронирую билет на самолёт в Японию! Просто перестань плакать, пожалуйста! — А как же Сынхён? — А что Сынхён? Я просто скажу ему, что ты отправилась на встречу с друзьями или что-то такое. — Нет, я имею в виду… Дело в том, что завтра у нас важное свидание. Он готовился к нему две недели, — Джиён сразу же понял, на что она намекала. — И, конечно же, ты хочешь, чтобы я пошёл вместо тебя! Не так ли? — она беспардонно кивнула. — Ты, наверное, сошла с ума! НЕТ, Я НЕ ПОЙДУ! НЕТ, НЕТ И НЕТ! — Джиён-а, пожалуйста! — сказала она умоляющим голосом. «О, Боже, за что мне это? Я пытался его избегать, насколько это возможно. Но вместо этого, мне придётся провести с ним целый день… И, к тому же, не как друзья… Это будет свидание… И не просто свидание. Ведь он планировал его несколько недель. Бог знает, что он подготовил и что будет, — ему стало не по себе, когда в голову стали лезть мысли о том, что может произойти. — Н.Е.Т! — закричал Джиён. — Я делал это уже несколько раз. И больше не собираюсь! — Как ты и сказал… Ты уже делал это несколько раз, так в чём проблема, чтобы сделать это снова? Только в этот раз, пожалуйста! — проговорила Дами, жалобно глядя на брата щенячьими глазами. Это как раз то, что он ненавидит больше всего. — Нет! Я не хочу снова оказаться с ним в ночном клубе в Сеуле! — Не делай вид, что тебе не понравилось, — Джиён убийственно на неё посмотрел. — Ну… Я обещаю, что это будет в последний раз. Пожалуйста, Сынхён очень расстроится, если придётся отменить это свидание, которое он планировал ещё за две недели! Пожалуйста, Джиён-а, один раз. Я умоляю тебя! Просто сходи вместо меня ещё один раз! — Ооох… Ладно, хорошо! Довольна? — Джиён всё же сдался. Он знал лучше, чем кто-либо ещё, что не было никакого смысла спорить с ней, потому что в конечном итоге она бы по-любому убедила его. Вернувшись в столовую, они обнаружили сидящего в одиночестве Сынхёна с сигаретой в руке. Он попытался натянуто улыбнуться, что у него плоховато вышло. Со стороны было видно, что он явно расстроен. «Это из-за того, что ушла ХеЮн? И куда она вообще ушла?» — спрашивал себя Джиён. — О, вы пришли! Я уже начал беспокоиться. Всё ли в порядке? — Прости, что так долго. Дело в том, что друг Джиёна попал в аварию в Японии, и ему не могли дозвониться, поэтому попросили меня передать ему. Он должен его увидеть, поэтому сейчас он поедет в аэропорт, — без зазрения совести лгала Дами, смотря на него своими щенячьими глазами. — Доброй ночи тебе, оппа! — она поцеловала его в щёку и направилась к входной двери, потащив брата за собой. «Мне придётся тоже поцеловать его, когда мы встретимся и когда будем прощаться? ВАУ, ПОТРЯСАЮЩЕ!» — мысль об этом вызвала у Джиёна лишь отвращение. Сынхён проводил их до двери и попрощался. — Я не буду целовать его! Ааа, ОТВРАТИТЕЛЬНО! — непоколебимо сказал Джиён, когда они ехали в аэропорт. На самом деле, он не хотел целовать его, потому что боялся, что потом не сможет остановиться. — Джиён-а, пожалуйста! Просто сделай это ради меня! Пожалуйста! Ведь это не первый раз, когда тебе приходится его поцеловать! Пожааааалуйста, пожалуйста, пожалуйста! — она упрашивала брата, сжимая его руку. — Я подумаю об этом позже! А теперь отпусти мою руку. Или тоже хочешь в аварию попасть? — Спасибо Джиён-а! После того, как высадишь меня в аэропорту, заезжай ко мне домой. Там ты найдёшь всё, что может тебе понадобиться. И ещё, Сынхён оппа приедет за тобой к десяти утра! Не заставляй его долго ждать! Я разбужу тебя в 7, чтобы ты успел подготовиться! — она ухмыльнулась. — Джиён-ши… почему ты заставлял меня ждать так долго? — произнёс ласковым голосом Сынхён, крепко сжав в объятиях Джиёна. — Ты должен был не мешкая признаваться мне в своих чувствах! Ты не представляешь, сколько я страдал, думая, что это невзаимная любовь. Джиён обнял его в ответ, медленно поднял голову и посмотрел в чужие прекрасные глаза, тепло улыбнувшись. — Я точно так же думал, Хённи. И я боялся, что ты мог отвергнуть меня. Я рад, что теперь ты знаешь о моих чувствах! — Я люблю тебя, Джиён-а. — Я тоже тебя люблю, Хённи! — поднявшись на носочки, он прижался губами к губам Сынхёна, который опустил голову и жарко выдохнул на чужие губы, неспешно углубляя поцелуй. — ПРОСНИИИИИИИИИИСЬ! ПРОСНИСЬ-ПРОСНИСЬ-ПРОСНИСЬ! ПОРА! Вставай! Вставай-вставай-вставай-вставай! ЧЕРЕЗ ТРИ ЧАСА у тебя свидание с Сынхёном! Просыпайся! — Джиён подскочил испуганно из-за оглушительного голоса Дами. Он сразу сбросил вызов и откинул телефон, схватившись за голову. — Как я смогу вести себя естественно на этом свидании из-за запутанных чувств, глупого сна, и этих оглушительных криков, от которых у меня теперь болит голова? — он беспомощно простонал. Затем он принял душ, надел платье, которое Дами купила специально для этого дня, нанёс макияж, похожий на тот, что Дами делает ежедневно, надел парик и туфли на высоких каблуках. Джиён заканчивал надевать украшения, когда услышал звонок в дверь. «ОН ПРИШЁЛ!» — раздался голос в его голове. Джиён открыл дверь с натянутой улыбкой на лице. «Я должен действовать как обычно» — напомнил он себе. — Оппа, ты пришёл! — он быстро коснулся губами его щеки, а затем отвернулся, чтобы он не заметил нервозности на его лице. — Заходи! Я хочу надеть ожерелье, которое ты купил для меня, — он улыбнулся своей «невесте» и проследовал за ней в спальню. — Давай, я помогу тебе! — сказал он, стоя за спиной «Дами». В комнате был беспорядок, и одежда Джиёна валялась на кровати. Надеясь, что он не заметит её, Джиён поднял волосы и протянул Сынхёну ожерелье. — Спасибо, оппа! Сынхён застегнул ожерелье на шее «Дами» и оставил поцелуй на её обнаженной коже. Из-за этого поцелуя Джиён почувствовал дрожь по всему телу. — Моя невеста настолько красива, что я самый счастливый человек. — Ты меня смущаешь! — ответил застенчиво Джиён. — Мне тоже повезло, что ты у меня такой красивый и заботливый, оппа. Не пора ли нам идти? — он кивнул, взял чужую руку в свою, и они направились к машине. Вскоре они приехали в прекрасное место на вершине морской скалы, где находился огромный красивый дом, окруженный клумбами и деревьями. Это место было похоже на частичку рая. В саду стоял накрытый стол, где влюблённые немного поговорили о планах на «их» будущее. Из-за подобных разговоров Джиён чувствовал себя безумно неловко. Затем Сынхён предложил посмотреть «хороший» фильм, который Джиёну не понравился вообще, так как было много романтических сцен, поэтому к концу фильма они оба чувствовали себя неудобно. Но Джиён не понимал, почему он чувствовал эту неловкость, ведь он парень, а не какая-нибудь девчонка. Позже, к вечеру, они вышли на улицу, чтобы насладиться закатом. Это было так красиво, Джиён никогда не видел подобного. «Как он смог найти такое удивительное место? Мне бы потребовалось несколько лет, а ему хватило всего пары недель» Когда солнце село, поднялся ветер, и стало прохладно. Сынхён, чувствуя, что его невеста замёрзла, обнял её со спины и взял её руки в свои, чтобы согреть. Он чувствовал, что «она» была напряжена и ей не было комфортно в его объятиях. Думая об этом, он заметил, что в этот день Дами вела себя так же, как и в первый день их встречи. В тот самый день, когда он понял, что способен полюбить девушку… а не только парней. В тот день Дами заставила его поверить, что он может стать нормальным парнем, который не оставит свою семью, сбежав со своим возлюбленным, как сделал его отец. Но, к сожалению, он был неправ… Он нисколько не изменился, его по-прежнему привлекали парни. Тогда он понял, почему продолжал смотреть на Джиёна, а не на Дами, когда они были вместе. Он осознавал, что это было ужасно, поэтому глубоко внутри надеялся, что сейчас с ним была Дами, а не Джиён. Запах Джиёна и его гладкая кожа молочного цвета были неотразимы, поэтому Сынхён не смог остановить себя и оставил влажный поцелуй на шее возле уха, из-за чего по спине Квона пробежала дрожь. Он оторвался от «своей невесты», пока ещё мог контролировать себя. — Пойдем в дом! Я кое-что приготовил для тебя, — Джиён кивнул в ответ и последовал за высоким мужчиной. Он заметно занервничал, не понимая, чем это «кое-что» может быть. Что, если у него какие-то грязные планы? Что делать, если он всё узнает? Эти вопросы не давали Джиёну покоя. Сынхён открыл дверь и Джиёну открылся вид на море свечей на полу, ведущих в другую часть комнаты. Это было безумно красиво. Посмотрев в другой конец комнаты, Джиён обнаружил там пианино. Он в очередной раз напомнил себе, что ему пора избавляться от плохой привычки постоянно преувеличивать всё и переживать из-за этого. Сынхён сел за пианино и взял Джи за руку, заставляя сесть рядом. Его волшебные пальцы начали блуждать по клавишам и, неожиданно, он запел своим удивительным и очаровательным голосом… Это было что-то. The very thought of you Makes my heart sing, Like an April breeze On the wings of spring And you will be in all your splendor My one and only love The shadowʼs fall and spread Their mystique charms in the hush of night, While Iʼm in your arms I feel your lips, so warm and tender My one and only love The touch of your hand, is like heaven A heaven that Iʼve never known And the blush on your cheek Whenever I speak Tells me that you are my own You fill my eager heart With such desire Every kiss you give Sets my soul on fire I give myself in sweet surrender My one and only love* После того, как Сынхён закончил петь, он повернулся лицом к Дами, глаза которой наполнялись слезами. «Ей, должно быть, понравилась моя песня. И судя по реакции, кажется, это действительно Дами, а не Джиён. Может быть, тогда я ослышался, раз в конечном итоге приходит она сама? Я не должен злиться на такую красавицу как она, и спешить с выводами, пока у меня нет доказательств» Он взял её за подбородок двумя пальцами, и она застенчиво опустила взгляд. — Я написал эту песню, думая о тебе, — сказал Сынхён, а затем наклонился к Дами, пока их губы не разделялы считанные сантиметры. — Я люблю тебя, Дами-ши, — с нежной улыбкой признался он, а затем сократил расстояние между ними и впился в губы страстным поцелуем, от которого у Джиёна, кажется, остановилось сердце. После того, как они отстранились друг от друга, «Дами» опустила голову, прошептав: — Я… Я тоже тебя люблю, Хённи! — а потом встала и выбежала из комнаты. «Она такая стеснительная» — подумал Сынхён. — «Хённи»… Мне так нравится, что она так мило меня называет, мне нравится, как она произносит это, мне нравится, что она такая робкая… Мне нравится всё, что связано с ней. Она моя единственная любовь, — прошептал Сынхён, по-прежнему пытаясь восстановить дыхание и успокоить учащённое сердцебиение.