Мой геройский сборник

Весна – прекрасное время года. Как в работе учителя, так и в повседневной жизни. Деревья цветут, птички щебечут – всё распрекрасно. Полевое испытание в Академии Юуэй шло по плану. Я «страховала» будущих героев из всей параллели 1-х классов. Операция спасения, все такое… Не так, конечно, как в нашу с Катсуки бытность, но… Дай бог этим детям не испытать такое так рано. Быстренько пересчитываю «поголовье». Дети уже разбились на группки по интересам. Так-с. А что за милая черная конопушечка там опять сидит в стороне и прикидывается оригиналом? Ага… Клона подсунул, да? Ох, Ками… Наверняка позабыл, пока удирал, что у меня есть причуда – чутьё крови, которая помогает отслеживать тех, с кем я эту самую кровь разделяю. И, конечно же, удрал погружаться в думные думы в любимое место. Ребенок с причудой – телепорт, это нечто… Разнообразящее будни! - Ты опять сбежал, дорогой мой? – спросила я сына весьма заговорщическим тоном, приземляясь на маленькую плоскую площадку. Вид с самого высокого здания в городе и правда захватывающий. Вот что-что, а реакцию неожиданного испуга старший сын точно у отца взял. Вытянулся, как струнка, прямо там, где сидит, и замер. Подхожу и сажусь рядом. Не слишком близко. Старшенький ценит личное пространство. Это Яги может спокойно подбежать, обнять, сгребая меня в охапку, и побежать дальше. Яги вообще ребенок более энергичный и открытый. Ками же, как и в детстве, более скованный, интроверт с четкими ценностями. - Меня там уже ищут? – спокойно спросил сын. - Нет, совсем нет. Просто я обнаружила не сильно замаскированного клона вместо своего старшего ребёнка. Ками посмотрел на меня своими оранжевыми глазами с янтарными проблесками и пожал плечами. - Если тебя что-то беспокоит – просто скажи мне, - добродушно ответила я, смотря на город под нами. - Угу... – только и отвечает старший из близнецов. Прошло уже 12 лет. Мальчики поступили в старшую школу. В Юуэй, вместе. Не по моему наставлению – сами решили. Ками пошел на геройский факультет, а Яги ограничился обычным обучением. Мальчику с 2-мя причудами не угнаться за братом с мультипричудой. Но в этом всегда есть плюсы. Молчание длилось еще какое-то время. Ками думал о чем-то своём. Я – о предстоящих делах и работе. О том, что нужно сделать приготовления к возвращению кое-кого. - Мам… - наконец-то подал голос юноша, - а каким был дедушка? - Который из них, милый? – спросила я в ответ. Когда дети стали старше, я рассказала им о многом, что укрывалось от детских умов. И о смерти обоих моих отцов, о многих других проблемах, о Лиге Злодеев… О всём том, что приходилось преодолевать нам с Катсуки на нашем пути. Вопрос о Всесильном и ВЗО назревал у Ками очень давно. Но он всегда его подавлял. Я это чувствовала. Может привиделось, и я вбила эту идею уже сама себе в голову? - Дедушка Яги, - ответили мне. - Но ты знаешь, каким он был… - Я помню его очень смутно. Помню, как мы все вместе приходили к нему в больницу. Вы с папой сажали нас к нему в постель, а он пытался с нами играть. Но разные трубки вечно мешались – он едва ли мог обнять каждого из нас. Он был очень худым, говорил тихо, с долгими паузами… Но всегда улыбался. Как бы больно ему не было. А потом… Потом он умер, да, мам? Я помню, как ты плакала в тот день, и как грустил папа. Ты потом еще долгое время ходила, как призрак, а папа хоть как-то пытался тебя расшевелить. Даже дядя Изуку приходил и остальные ваши друзья. - Да, верно. Ваш дедушка... Он был не просто моим родителем и опекуном, он был для меня – всем. И даже больше – гарантом, что всё будет хорошо. А потом его не стало. Его организм постепенно отказывал, уже без желудка, потом – не мог ходить нормально, а далее всё хуже и хуже. Как он мне говорил, он даже ослеп на один глаз там, в больнице. Но вас с Яги он очень любил. Надеюсь, ты это понимаешь, - ответила я с грустью в голосе. Смерть Всесильного тяжело отразилась на нашей семье, да и на всем мире тоже. Пусть он и перестал быть Героем №1, но Символом Мира он продолжал быть до самой своей смерти. Его даже похоронили на особом месте и воздвигли статую в центре города. Каждый раз, когда прихожу – горы цветов на каменной плите. Да и смотритель кладбища хорошо ухаживает за могилой. Хожу я туда одна. Даже Катсуки со мной не ходит – знает, что мне хочется поплакать в уединении. А потом я приду домой, обниму детей и его, и обычный день продолжится со всеми вытекающими. - Младшая же его вообще не застала, да? Нам уже было 4 года, когда она родилась. И дедушка уже был мертв… - Но ей хватает различных газетных вырезок и наших с Катсуки рассказов. - И в этом я ей завидую. Ей этого хватает, чтобы любить его. - А тебе – нет? – с легким удивлением спросила я сына. Один Бог знает, что конкретно творится у него в голове. Да и то похищение. Дети долго приходили в себя. Ками замкнулся совсем. Не говорил до 2-го класса начальной школы. За него говорил Яги, слушая ответы брата телепатически. Так и распределили роли. Яги –оптимистичное связующее звено между остальным миром и своим старшим братом. - Нет... Я… Не совсем это имел ввиду. Она не видела его таким истощенным. Каждый раз, как я вижу записи с ним – таким улыбчивым, сильным и храбрым, перед глазами все равно видится тот скелет с этой неуместной улыбкой и теплыми руками в коконе трубок и аппаратов. - Это нормально, Ками, - мягко отвечаю я, кладя руку на плече сына. Тот поднимает голову и вновь смотрит на меня. С такой тоской… - Просто… Это так странно. Мы будто говорим о разных дедушках… Но я не хочу говорить сестре этой правды. Что он был такой… - Такой бледный? - Да. - Знаешь, милый, когда я тогда, еще в больнице столько лет назад, ждала результатов, со мной вместе был Детектив Тсукаучи… - Он вчера приходил, да? Хороший дяденька. - Он, считай, ваш названный дедушка… Но не совсем об этом речь. Я ждала и не знала, что случится с моим отцом. Рана была серьезной и потом, когда нас уже на следующий день пустили мельком на него посмотреть… Я была в ужасе. Я никогда еще не видела его таким. Он словно стал тенью самого себя. Но я не могла дать слабины. Как-никак, Всесильный был моим папой и всегда им будет. У вас с Эмико просто разные взгляды. Да и она девочка – тоже отпечаток накладывает. - Но ты же тоже… девочка, - неловко добавил сын. - Ха-ха, - улыбнулась я, - Это само собой. Но те условия, в которых мы росли, совершенно разные. Вы втроем растете и живете в безопасности и любви. По крайне мере, я так надеюсь. Ками кивнул. - Я же росла в условиях… Не таких… Не сказать, что неидеальных. У меня было все: вещи, причуды, всё. Но отца не было рядом в некоторых важных моментах. - Символ мира принадлежит… - начал старший. - Не только мне, но и всему миру, - закончила я фразу. - Я хочу быть, как дедушка… Но…Смогу ли? - Хочешь быть №1 или опорой для всего мира? – наводяще спросила я, глядя на размеренную жизнь внизу. - Второе. Точно второе… - подытожил сын, посмотрев в небо. - Без первого тогда точно не обойтись. - А почему ты никогда не стремилась стать №1? - А зачем мне это? Зачем потом бояться за вас с папашкой? Э, нет. Лучше я буду тихо работать и геройствовать, чем набирать славы, которой мне и не нужно было. Я всю юность была героем – хватит. Теперь это дело твоё, мой милый. Повисла тишина. Сын еле заметно улыбнулся и вновь погрузился в свои думы. Прошло еще минут 30, не меньше. Нам бы в академию вернуться… Ну, ладно. Не буду торопить. Хотя… Погодите-ка! - Тсукаучи-сан недавно заходил, верно? Как я и думала. Сын сразу дернулся. - Камииии, - пропела я слегка воинственно. - Я хотел узнать и о другом дедушке. - Милый! Но зачем? - Я просто хочу знать. Вздыхаю. Приплыли… - Ты знаешь, мне довольно трудно говорить о нём. - Но ты все равно его убила, - с явным обвинением в голосе добавил сын и, с присущей их отцу упертостью, посмотрел мне в глаза. - И я не говорю, что это был единственный выход. - Его же содержали в тюрьме, он был скован… - Как можно сковать человека с Нашей способностью, радость моя? Ты вот подумай. На нас работают транквилизаторы? - Нет… Они не пробьют уплотняющий покров, но и он спадет… - И? - Ему на смену придет другая причуда уплотнения кожи… - выдохнул старшенький. - Верно. Далее, Фиксация. Связанный? Обычная смирительная рубашечка. Без каких-либо изменений. Закатали бы в цемент или еще куда. Но – нет. Мы положимся на человеческий фактор смотрителей. Пойми, я не говорю, что поступила хорошо. Это решение преследует меня до сих пор. Но я считаю, что для таких, как он, это был единственный шанс. - Ты говоришь так, будто… - Будто что, Ками? Пощадить его? У меня нет к нему милосердия. Он свел вашу родную бабушку с ума, пытался убить Всесильного, испоганил жизнь Томуре и промывал мозги еще куче людей. Его не заботил никто, кроме своего ученика и меня. И то – хороши встречи. Тут похитил, там я к нему в тюрьму зашла. - Но зашла же, - с укором ответили мне. Протяжно вздыхаю. - Я… Милый, я была наивной и глупой. Всё еще верила в добро в некоторых людях. Даже в нём. Но… Во мне не нашлось сил понять и простить. - Лишь убить его, да? Мам, но это неправильно! - Я понимаю, Ками! Думаешь, я не корила себя за это? Думаешь, это было так легко? Я потом еще месяц сидела дома одна и не говорила даже с вашим отцом. А потом и вовсе в полицию сдаваться пошла… - выпалила я и осеклась. Вдох. До 4-х. Выдох. Кладу руку на плече сына снова. - Я не хочу такой судьбы ни для кого из вас. Но это был мой выбор и мне с этим жить. Мне жаль, что мой образ в твоих глазах пошатнулся. Но это – правда моей жизни. Я буду жить с болью от смерти 3-х людей, которые были со мною связаны. Вновь тишина. Легкий ветер колышет кроны деревьев и играет с моими волосами. Черт… Мне теперь очень тоскливо. Я вновь начинаю винить себя. - И-извини, мам. Я не хотел тебя расстроить… Просто пытаюсь всё понять, - пожал плечами старший из близнецов. Слегка растерянный, Ками выглядел больше похожим на меня, чем на отца, чью внешность он унаследовал. - Как я говорила, милый мой, этот путь избрала я сама, мне с ним и жить. Не волнуйся, я на тебя не сержусь. Не тот возраст уже, - усмехнулась я. Мда, в свои… 36… У, божечки, как летит время… - Пора возвращаться в академию, да? - Да, мой юный герой, пора! – и мы вместе прошли в открытые нами телепорты. Дома обстановка была уже попроще. Все вернулись домой и хлопотали над ужином. - Думаешь, они смогли выиграть? – спросил Яги, бегающий вокруг стола и расставляя приборы. - Еще б они проиграли – убил бы, - бурчал Катсуки, помогая мне нарезать овощи для салата. - Ты вечно бурчишь, но стоит нашей принцессе вернуться и улыбнуться – папа сразу тает, - подмигнула я мужу, переворачивая отбивные на сковороде. - Эй, прекрати! – шикнул на меня возлюбленный. Ох, с годами он не меняется… - Я больше, чем уверен – они победили, - добавил Ками, расставляя уже готовые блюда. На часах 19:00. Поезд уже прибыл, и детей из театральной труппы младшей школы Санко «Путеводная звезда» развозят по домам. Наше семейство из 4-х человек ожидает прибытия звезды вечера. Все замерли. Катсуки в привычном нервном виде поглядывал на часы и тихо бурчал себе под нос ругательства. Ками с Яги рубились в шахматы. Любят они это дело. А я, напряженная как пружинка, сидела между всеми ними, прикрыв глаза. И тут… Ручка входной двери крутанулась, замок щелкнул. Вот оно! - Я дома! – возвестил громкий девичий голос. В дом вошла миниатюрная, вся в меня, девушка с пшеничными волосами, свернутыми в пучок на затылке. Золотистые глаза сияли… - Кто-то победил? – догадалась я, когда мы все вышли встречать младшенькую. - Еще бы! Первое место! – с улыбкой добавила дочь, доставая большое совместное фото всей труппы с большой наградой – крылатой нимфой из стекла. - Поздравляем! – хором заорали мужчины. Катсуки бросился тискать дочку за особые успехи, Яги тоже. А Ками услужливо пошел убирать вещи. Мда, жизнь в семействе Бакугоу просто не может быть тихой, каким бы взрывным характером не обладал каждый его представитель. - Тогда, прошу к столу! – перебила я всю эту радостную ватагу. И мирная жизнь продолжила набирать обороты.