Точка невозврата

капля стала плакать, что рассталась с морем. море засмеялось над наивным горем.

      POV Eva

ry x – berlin

      16:58       Меня всегда пугало одиночество. Быть отвергнутой всем миром. Выглядеть жалкой. Я построила свой мир на шахматной доске и проиграла свою же партию. Я утонула в придуманной мною любви и сгорела в ней же заживо. Крис ранил меня одной лишь фразой «Я тебе ни чего не обещал». Помню, как стояла и смотрела правде в глаза и не видела ничего из-за слёз. Теперь ненавидеть его так правильно, но в глазах находить спасение. Уже месяц засыпаю под утро, мечтая, чтобы сердце больное зажило. Но все равно через час просыпаюсь от холода и терплю головную боль с ночи до утра. Это нормально? Сумасшествие. Не знаю, как описать мое состояние, но я просто ненавижу себя за свою наивность.       Даже подоконник, на котором я сижу, не настолько холодный, как мое сердце. Запиваю, своё горе горячим зеленым чаем в надежде, что хотя бы так станет чуточку теплее.       В поле моего зрения попадает девушка, которая чуть ли не бежит от машины, которая специально преследует её. Спрыгиваю с подоконника и спешу открыть дверь.       — Ну же, детка. Так сложно дать свой номерок? — сказал парень, выглядывая из приспущенного окна машины.       Парень, видимо, высокого о себе мнения, но он не знает, что именно таких Эбигейл ненавидит. Росс ударяет парня по челюсти и заворачивает к моему дому:       — Твой пикап бесполезен, как и моё знание французского в этой стране.       Удивительная девушка, которая заставляет меня непроизвольно улыбаться.       — Хороший удар, — проговариваю я, пропуская подругу в дом.       Она пропускает смешок и спускается в мою комнату. Как у себя дома.       — Не зря же я ходила на уроки самообороны.       Эбигейл ложится на кровать, утыкаясь носом в подушку, а я сажусь рядом с ней, облокачиваясь на спинку кровати. Минуты три в комнате стояла тишина, прерываемая звуком моего сердцебиения. Я не могу сдерживать свои эмоции и просто снимаю маску радостного человека. Глаза — зеркало души. И кареглазая это знала, поэтому при разговоре со мной она всегда смотрела в мои глаза, в надежде наткнуться не на стекло.       — Ева, ты счастлива? — тихо шепчет Эби, взяв меня за руку. — Или тебе приходится притворяться, чтобы избежать этого вопроса?       Я привыкла говорить своим подругам правду, а тут я даже не знаю, как сказать ей, что я вся в порезах. Не хочу отвечать на этот вопрос, не хочу смотреть на Эбигейл.       — Ты когда-нибудь хотела плакать? — Ощущаю, что до истерики не далеко и закрываю глаза. — Но слёзы не шли, поэтому ты просто сидела и смотрела в пустоту, чувствуя, как твоё сердце разбивается. — Открываю глаза и обращаю свой взор на девушку, которая сжала мою холодную ладонь в своей. — Понимаешь?       Она не понимает, она не была в таком состоянии никогда, она не была брошена, как я. У нее все хорошо с Каем и я рада за нее, но как, же чертовски обидно за себя. Ну же Ева, расскажи, какого быть брошенной. Быть преданной любимым.       — Понимаю, Ева. В моей жизни бывают такие моменты, когда слезы туманят глаза, — спокойно говорит Росс, заглядывая мне в глаза. — Но, Ева, в тысячу раз тяжелее бывает, когда плачет душа, но сухие глаза. Выпусти наружу ту боль, что скопилась у тебя внутри.       И я прислушиваюсь к красивому голосу Эби. Такое ощущение, что я давала по тормозам своим эмоциям, а сейчас я решилась и нажала педаль газа, разрешая слезам проделывать мокрые дорожки по щекам.       — Я не в силах делать вид, что я в порядке. Я не могу больше притворяться. Я безнадежна, беспомощна и я боюсь, что никогда не буду лучше, — я задыхаюсь в нахлынувших меня эмоциях, утыкаясь носом где-то в ключицу подруги.       — Это не так. Ты одна из самых сильных людей, которых я встречала. Я иногда удивляюсь твоей смелости. Ева, не каждый человек может после падения в пропасть встать и жить дальше. Ты настоящий эталон храбрости.       Пачкаю ее зеленый свитер тушью и слезами. Кто, как не она может подставить мне своё плечо, заменяя обычную хлопковую подушку? Еще Нура, которая не отвечает на мои сообщения. Я переживаю. Начинаю еще сильнее рыдать, от чего появляются разводы косметики на моем лице и свитере Эби.       — Ева, пожалуйста, оставайся сильной. Я не верю в себя, но я верю в тебя.       Она сильнее сжимает меня в своих объятиях, и я чувствую разливающееся внутри меня тепло от ее слов. Поднимаю голову, и я впервые вижу её слёзы. Самые настоящие. Вижу в глубине её глаз тоску и обиду, что шокирует меня:       — Что случилось?       Неужели не только в моей жизни всё наперекосяк? Мун, ты такая эгоистка.       — Мы расстались с Каем. Он сказал, что проспорил на меня. Он выиграл Ева, выиграл. И теперь у него есть три ящика виски.       Злость вспыхнула во мне. Но на саму себя. Я помогла Терну «заполучить» Эбигейл. Боже, как же стыдно. Я виновата перед ней.       — Мне жаль.       — Я сама виновата, ведь зареклась никого к себе не подпускать. Но, так или иначе, своим поступком, он разрушил мою жизнь, и это пугает меня. Пугает, что кто-то может иметь столько власти надо мной, просто, будучи самим собой. Я ведь знала, что он такой же, как и Шистад. Я слишком хорошо знаю их обоих.       Кареглазая с тяжелым вздохом опускается на мягкие подушки, а я перевариваю услышанные мною слова:

— Слишком хорошо знаешь? Ты о чем?       Замечаю немного бегающий взгляд Эбигейл, и мне становится еще любопытнее.       — Ну, Шистад же был твоим парнем и…       — Нет, Эби. Как именно ты его знаешь? Что ты скрываешь от меня?       — Понятия не имею о чем ты, — говорит шатенка, быстро вскакивая с постели, но я хватаю ее за предплечье и выжидающе смотрю на нее.       — Ева, я не могу тебе этого сказать, — смотрит на меня с мольбой и отворачиваясь еле слышно проговаривает:       — Крис меня убьет.       Меня уже начинает раздражать эта ситуация. Не люблю быть в неведении:       — Или ты мне сейчас говоришь о вашем секрете с Крисом или я переезжаю в США.       Что я несу? Что уж греха таить, я ревновала Криса к Эбигейл. Одни их невзрачные взгляды чего стоят. Слишком подозрительно. И к тому же я знаю, что сейчас давлю на больное Эби. Она дорожит нашей дружбой и сделает все, чтобы мы не ссорились.       — Шантажистка, — мило сморщив носик, сказала Росс. — Ладно. Я скажу.       У меня внутри разгорается нетерпение. А надо ли мне это знать? Хочу ли я этого? Хочешь ли ты Ева узнать, что твоя подруга когда-то встречалась с тем человеком, которого ты любишь?       — Он, — Росс закусила нижнюю губу и посмотрела на меня виноватыми глазами, — блин, Ева, из-за этого ты не захочешь со мной разговаривать.       — Не беси меня. — сказала я, вставая с кровати.       Эбигейл посмотрела на меня взглядом а-ля «сама виновата» и сказала:       — Он мой брат.       Что блять?

***

lil peep - its me

      18:46       — Так, постой, то есть Крис твой брат и ты мне ни чего об этом не сказала?       Никак не могла понять логики шатенки.       — А ты бы стала общаться с сестрой мудака-бабника Шистада? И да, он мне не родной брат, а двоюродный.       Росс расхаживает по моей комнате, чем вызывает приступ раздражения. Беру ее за руку и тяну на себя, тем самым заставляя девушку упасть на кровать. Смотрю в окно и вижу лишь темноту. Сколько мы так просидели? Бормотания кареглазой прервал громкий стук в дверь, и я поспешила подняться и открыть дверь. Открыв дверь, я сразу же увидела Вильде, которая нервно переминалась с ноги на ногу:       — У нас проблемы.       Уже сидя в машине, Крис и Вильде нам все рассказали.       — Нура нам не отвечала уже сутки, чем и вызвала наше волнение. Дома ее никто не видел, а в школе она так и не появилась. Сана подключила одного своего знакомого, и мы вычислили, где сейчас Нура.       Я боюсь. Она может сделать непоправимую ошибку. Вылезая из машины, я бегу со всех ног к Сане.       Сатре стоит у высокого обрыва, который по своему виду сообщает нам, что долго он не сможет держать Нуру.       — Я не знаю, что делать. Она просто стоит и плачет, — говорит Сана с волнением в голосе.       — Причина?       На это девочки лишь молчали, с паникой в глазах смотря на блондинку. Нура не та девушка, которая без причины готова броситься с высокого обрыва. Не та.

— Может она поссорилась с Вильямом?       Голос Эбигейл был, как гром среди ясного неба.       — Твой братец сговорился со своими друзьями?       Было слишком резко с моей стороны говорить такое Росс, но черт, как же я устала от этой жизни. Устала бороться за своё счастье и своих родных. У самой появляются мысли о суициде.       Эбигейл посмотрела на меня, и мне стало как-то не по себе. Она отвела свой печальный взгляд на Вильде, которая осторожно подходила с Сатре.       — Нура, не делай этого. Подумай о нас. Кто, как не ты будет освещать нам дорогу одной лишь улыбкой?       Ее хрупкие плечи мелко дрожат, вызывая желание обнять и поделиться физическим теплом.       — Кто, как не ты будет для меня опорой и поддержкой?       Эби подошла к блондинкам, аккуратно беря за руку Нуру.       Тем временем Сана смотрела на открывающийся вид с обрыва, так же подходя к девочкам:       — Кто, как не ты сможет дать ответ на вопрос: «Зачем нам дана жизнь?»       Крис не могла сказать и слова, поэтому просто последовала примеру остальных.       Я тихо ступаю по холодной земле, собираясь с мыслями. Беру блондинку за руку, вглядываясь в уже ставшие мне родными, черты лица. По ее щекам бегут чистые, как дождевая капля, слезы, оставляя после себя соленые следы. Ее волосы цвета шампанского ласкает тихий ветер, а она, зажмурившись, слушала каждое наше слово.       Она такая хрупкая.       — Ты самое родное, что у меня есть. Если ты решила уйти из этого мира, то мы уйдем с тобой.       И это подействовало. Нура падает на землю и начинает рыдать. Я опускаюсь рядом с ней на холодную поверхность, обнимая ее за трясущиеся плечи.       — Я беременна, девочки.       Что, блять?

***

      POV Chris

lil peep - suck my blood

      07:37       «Через 20 минут у дома Евы.»       Сообщение Эбигейл немного ввело меня в ступор. Она никогда не писала мне просто так. Только, если случилось что-то серьёзное. Поэтому, не теряя ни минуты, я выехал в назначенное место, по которому не буду скрывать, скучал. Припарковавшись у уютного домика, я выключил радио и вышел из машины. Эби стояла около входной двери, нервно стуча ноготками по стене.       — Вот надо же тебе не спать в такую рань.       От моих слов девушка чуть вздрогнула, переводя свой взгляд на меня:       — Ранняя пташка, как и ты впрочем, — мило улыбнувшись, она обняла меня. — Но сейчас не об этом. Дело в том, что вчера вечером, мы с девочками поехали в больницу. Но Ева ушла, со словами, что её мама вернулась в Осло и поэтому она приедет к нам через час. Но она не появилась не через час не через два и не три. Её телефон выключен, а её мама сказала, что в ближайшее время не собиралась прилетать сюда. Дом закрыт, а ключи есть только у тебя, братец.       — А ты не думала, что девочка просто захотела побыть одна?       Нет, ну серьезно. Это же логично.       — Если это и так, то ей нельзя оставаться одной, Крис.       Какая забота. Хотелось развернуться и уйти от тех воспоминаний, что хранил этот дом, но один только жалобный взгляд Росс заставил меня повернуть ключ, впуская шатенку вперёд.       То, что я увидел, заставило меня сделать шаг вперёд, тем самым закрывая сестру своей спиной. Вся гостиная была разрушена. Следы борьбы были видны невооруженным глазом. Разбитые стеклянные вазы и столик. На телевизоре был оставлен свежий отпечаток окровавленной руки. Сердце пропустило три удара. Кислорода было катастрофически мало. Страх овладел разумом, закрывая доступ к контролю. Только не это.       — Эби, пожалуйста, будь здесь.       Я не смотрел на нее, я смотрел на следы крови, ведущие в комнату Евы. Спускаюсь в темноте по лестнице вниз, сдерживая дрожь во всем теле. Сзади послышался скрип половицы, что заставило меня обернуться.       — Женщины.       Это все, что мне оставалось сказать, отворачиваясь от Эбигейл. Беру за ручку двери и чувствую, что пачкаюсь о что-то горячее и тягучее. Боже.       — Крис?       Голос Евы по ту сторону двери отрезвляет меня, и я со всей силы выбиваю дверь. Бегаю глазами по разрушенной комнате, в надежде увидеть любимое лицо. Никого.       — Выключи камеру, Крис.       Оборачиваюсь на голос, и меня полностью заполняет разочарование и боль. На ноутбуке прокручивается видео, которое я снимал, где-то месяца два назад. Кадры меняются быстро, а родной мне человек заливисто смеется, пританцовывая около плиты. Это было самое теплое утро в моей жизни. Потому что в то утро со мной рядом была она.       Я не могу сдержать дрожь в руках, и Эби сильно сжимает их, пытаясь успокоить меня.       Резко видео выключается и на его место появляется другое. В этой комнате сидит Мун. Связанная Мун. На ее лице красуется рана и синяк на скуле. Бедная моя девочка. Около неё становится парень в белой маске и берет девушку за ее рыжие волосы:       — Я говорил, что все твои близкие пострадают? За свои ошибки нужно расплачиваться, Шистад.       И смех, который въелся в его сознание. Я узнаю этот голос из тысячи.       Я оттолкнул Еву от себя, думая, что этим поступком берегу её. Но теперь я понял, что она была в безопасности со мной. А сейчас она у этого ублюдка. Как же я ненавижу себя.       Я могу потерять все, но не ее. Боже только не ее. Она мой мир.