Особенный

День Юнги начинался также, как обычно. Отца не было, папа был чем-то расстроен, а Юин, младшая сестра, опять что-то натворила, это Юнги понял по истеричным крикам няни сестры. - Доброе утро, - вяло пробормотал Мин, помахав рукой папе, спускаясь на кухню. - Д-доброе, - чуть всхлипнув, ответил сыну омега и отвернулся. Юнги поджал губы: - В чем дело? Чем ты опять расстроен? - Ничего, Юнги, все в порядке. - Ну, я же вижу, что… - Да что может быть опять не так?!? Конечно же, твой отец! Упертый до чертиков! А то, что из-за него все мы в опасности каждый божий день, его не волнует! Каждое утро я должен просыпаться с мыслями о том, в порядке ли вы и благодарить за то, что я вообще открыл глаза! – Мин мысленно вздохнул: истерики папы уже не в новинку для него. И он его понимал, потому что чем больше взрослел, тем больше ощущал тяжесть груза, взваленного на его отца и всю семью. И, наверное, только сущность альфы не позволяла ему разрыдаться и забиться в уголок. Ему 18 лет, и подбирающаяся ответственность все также давила на него морально. - Как же я устал, Юнги… - протянул папа, подходя ближе к столу и глядя уставшими глазами на сонного сына. – И я, как бы гнусно это не звучало, даже рад, что у тебя нет своего истинного. Он не будет проходить через это, не имея возможности сбежать, - вряд ли папа, в силу своей злости, понимал, насколько это задевало Юнги в глубине души. – Чтобы я не делал, у меня есть вы, и даже вашего отца, несмотря на все это, - обвел взглядом их дом папа: - я все еще люблю. Поэтому я не смогу бросить. Но, как же мне бы хотелось, чтобы ты не шел по стопам своего отца. Мне бы хотелось спокойной жизни для тебя и Юин. - И что мне с этим делать? – Мин чувствовал поступающую горечь вкупе с яростью. Вот значит как? – Так значит, мне лучше не связываться ни с кем и жить, унаследовав отцовскую...отцовский «бизнес»? Говоришь так, словно это проклятие и что никому нельзя об этом узнавать! – Юнги приподнялся, чувствуя обиду на папу за эти слова. - Юнги! Ты и сам должен понимать, на что ты будешь обрекать своего омегу! Посмотри на меня и скажи мне, когда ты в последний раз видел меня и своего отца счастливым!? - папа тоже вскочил, со злостью и с застывшими слезами в глазах смотрел на сына, собиравшегося выйти из кухни. – Эта жизнь еще никогда не приносила никому радости! - Я не знаю, что у вас с отцом, но я своего омегу собираюсь делать счастливым независимо ни от чего! И наша, - губы Юнги перекосила кривая усмешка: - «династия» вообще не отговорка для меня. - Говоришь так…Нашел своего омегу, значит? – спрашивает Кихён. Мин замер, круто обернувшись на лестнице. - Не твое дело. - Юнги, как ты разговариваешь со мной! Немедленно вернись! Но Юнги уже поднялся в свою комнату, громко хлопнув дверью. Там он прислонился к ней и, тяжело дыша, сполз по ней. Обида с яростью волнами подкатывали к горлу, вызывая дикое желание выплюнуть все это вместе с органами и просто перестать. Ощущать. Мин крепко зажмурил глаза: его коробило от слов папы. И самое главное, что это было правдой. Сколько бы Юнги не отрицал, но факт оставался фактом: не каждый омега, да даже истинный, согласился бы на подобную жизнь. Жизнь под вечным прицелом дула пистолета, постоянно окруженный толпой секьюрити, готовых подстрелить любого, кто приблизится к тебе без предупреждения – не будь Юнги человеком, родившимся в такой семье, он бы никогда не подписался на такое. У него нет истинного, и возможно, оно и к лучшему. Меньше нервотрепки и волнения за жизнь постороннего человека. Юнги потянул себя за корни волос и почти зарычал от бессилия. Да ничего оно не к лучшему! У него есть Тэхён и это гораздо, гораздо страшнее, чем его истинный. К истинному у него была бы тяга на основе его родного запаха и взаимность. К Тэхёну же у него неидентифицируемые чувства и вечное желание защищать, даже когда этого не требуется. И иногда это желание защищать сильнее желания целовать. От Тэхёна у него щемит где-то в груди и голову кружит от сладкого запаха. А ещё Тэхён не его истинный и смотрит на него, как на лучшего друга. Френдзона, все дела. - Да ну вас всех нахуй, - громко и четко произносит Юнги, и встает с пола. Хватает школьную форму и идет в ванную. - Ненавижу вас всех, - хмуро говорит альфа своему отражению в зеркале. – Тэхёна в первую очередь, - и тянется за щеткой.

***

Они стоят всей компанией около одного из широких окон на втором этаже в школе, и болтают, когда к ним в составе еще трех омег подходит одноклассник Юнги и Джина. - Привет, ребят, - здоровается Анджин и чуть ближе подходит к Юнги: - Юнги-я, слушай, скоро ведь Белый день*, и на бал мы идем с партнерами. Если ты еще не занят…то можешь пойти со мной? Пока Намджун поражается смелости омеги, а Юнги тупо пялит на приглашение в руках одноклассника, Тэхён чувствует тошнотворно-приторный запах инжира, исходящий от незнакомого омеги и не менее мерзкий позыв схватить его за волосы и головой об колено. - Э-э, ну, в принципе, - тянет неопределенно Мин: - я не про… - Он занят! – быстрее выкрикивает Тэхён и раздраженно смотрит на опешившего омегу. Анджин недоуменно хлопает глазами, а потом понятливо кивает и чуть расстроенно улыбается. - А, я не знал, извини, - и ретируется. На мгновение в компании наступает напряженная тишина, в течение которой Чимин настороженно оглядывает всех и задает очень интересующий вопрос: - Тэхён…я, наверное, немного не понял. Зачем? - У него ужасно дурацкий запах. Не понимаю, как такие можно переносить, - отвечает Тэхён и, сглаживая неловкость и пытаясь скрыть краснеющие щеки, хватает за шиворот друга: - идем, мы на урок опаздываем. - И что это было? - тянет Намджун, глядя вслед убегающим младшим. И никто, кроме Хосока не замечает глупую улыбку на лице Юнги. - Я вли-и-п, ЧимЧим, - скулит Тэхён в деревянную поверхность парты: - я вли-и-п! - Я заметил, - пробубнил Пак, протирая доску. Сегодня именно он был дежурным по классу и, ссылаясь на многолетнюю дружбу и грозясь потерей ею, если Тэхён не останется подождать его, он сейчас с удовольствием намыливал учебную доску. – И как тебе угораздило не повезти влюбиться именно в Юнги-хёна? – беспомощный писк, не свойственный Тэхёну на слове «влюбиться» не остановил безжалостного Чимина. - В смысле не повезти? – удивленно воззрился на друга омега. Чимин фыркнул: - Бойфренд из Юнги-хёна так себе, если честно, - за что получил возмущенный взгляд Тэхёна: - поверь мне, я проверял. - Что? – Тэхён даже оторвался от выщипывания на нервной почве из своего пиджака ниточек: - как это проверял? - Мы с ним…э-э, если это можно так назвать…встречались, вот, - смущенно зардевшись, пролепетал Пак и остановился: - он абсолютный не романтик, Тэ. - Когда вы успели, черт возьми?! Я ничего не видел! - А ты никогда ничего не видишь. Если бы ты поменьше пытался налаживать связь со своими инопланетными системами и концентрировался на своих друзьях, то заметил, что почти две недели октября два года назад мы с Юнги-хёном состояли в отношениях. Еще раз оговорюсь, если это можно было бы так назвать, - моментально оправдался омега, отбегая от летящей в него тетрадки по алгебре. И черт знает, что Тэхёна больше задело: слова про инопланетные системы или пройденные мимо него отношения его Юнги-хёна с Чимином. Так, стоп. Какой «его»? - И все-таки, Тэ, я, конечно, не эксперт, - хихикнул Пак: - но Юнги-хён не самый лучший вариант парня. Друг – да, парень – нет. - Вы целовались? – хмуро глянул на друга Ким. Рыжий закатил глаза: - Нет, Ким Тэ. Успокой свои влюбленные чувства, ничего у нас не было. В этом то и дело! - Зачем вы вообще встречались? - Мне нравился Юнги-хён, почти с самого детства, - глупо хихикнул Чимин: - а потом вот эти недоотношения, а затем я стал чувствовать запах Хосока, - омега пожал плечами и вернулся к надраиванию теперь уже подоконника. Тэхён задумчиво сверлил взглядом спину одноклассника и думал. И в первую очередь, как ему теперь без смущения смотреть в глаза и как оправдать свое неадекватное поведение. Не очень бы хотелось, что бы Юнги-хён считал его идиотом и жутко френдзонил из-за дебилизма младшего. Тэхён не собирался портить дружеские отношения…не собирался…не собирался… «Надо не просто запомнить, но и превращать эти мысли в реальность» - обреченно подумал Тэ, когда с собственническим криком чуть не набросился на двух девушек-омег, подбегающих к Юнги и смущенно вручающих розовые конвертики. - …ни, у меня уже есть пара, - услышал краем уха Тэхён, когда с самым что ни на есть независимым видом прошагал мимо хёна с его назойливыми поклонницами к своему шкафчику. Ким демонстративно громко захлопнул дверцу и перед ним оказалось беспардонно довольное лицо Юнги. - У тебя уже есть пара? – с бесстрастным (как казалось Тэхёну) лицом спросил омега, повернувшись всем корпусом к старшему. - Ага, - хмыкнул Мин. - Я должен спросить, кто это? – с мнимым вздохом, полным усталости, продолжил Тэ. - Не обязательно, - пожал плечами хён и рассмеялся, когда в шкафчике младшего что-то жалобно звякнуло и Тэхён испуганно заглянул туда. – Что-то серьезное? - Н-нет, - облегченно выдохнул Тэхён. – Ну, ладно, рад за тебя и твою пару. В общем-то… - Я на твоем месте так не радовался бы. - В смысле? – вопросительно изогнул бровь омега. - Ну, насколько я помню, ты говорил, что не любишь мероприятия, потому что туда надо надевать что-то приличное. А именно этим тебе придется заняться. - В смысле? – в голове Тэхёна что-то перестало укладываться. И похоже, что давно. - Ну, ты же моя пара, так что… - С чего бы я? - Только не говори, что ты не это имел в виду, когда отшил Анджина быстрее меня, - усмехнулся Юнги. - По тебе не было видно, что ты собирался его отшивать, - скрестил руки на груди Тэ, прищуриваясь. - Но именно так я и хотел сделать, - пожал плечами Юнги. – Так зачем отшил мою потенциальную пару? Какое право имел? – со смешинкой в голосе спросил старший. - Я – твой лучший друг, - с явственной претензией ответил Тэ. - И из лучших побуждений… - …избавил от ненужного балласта в виде не самой лучшей кандидатуры на роль твоей пары на вечер, - закончил Ким за хёна и упрямо уставился на него. - Сдаюсь, - рассмеялся вновь Мин, поднимая руки в характерном жесте. - Вот и отлично, - пробурчал Тэхён, чувствуя, как дурацкое томящее чувство вновь рождается в груди, когда Юнги-хён улыбается своей одной из самых теплых улыбок. Ощущение своей особенности, своей значимости увеличивается в несколько раз, когда Ким думает, насколько редко можно увидеть улыбку старшего в их компании. "Перестань уже обманывать себя, Тэхён".

***

Тэхён с Чимином идут домой до Тэ, когда на улице приятно пахнет весенней свежестью и солнце еще не село, и Пак уже перестает пилить омегу своими нотациями. Старше всего на ничего, а ведет себя так, словно уже всю жизнь увидел. Они находятся в паре кварталов от дома тети Минчжи, когда Тэхён первым замечает мелькнувшую и появившуюся на их дороге здоровую фигуру какого-то парня. Омеги не сворачивают со своего пути и идут дальше, потому что ну мало ли. У них район, конечно, пустынный, но домой люди все же возвращаются. И когда они подходят ближе к незнакомому человеку, Тэхён узнает в нем Юндже. Тот, к сожалению, тоже узнает Тэхёна. - ТэТэ! – наигранно восклицает альфа, хотя Ким больше, чем на 99% уверен, что тот специально поджидал его. Только, видимо, не ожидал, что омега будет не один. - Нахрен - это туда, - парирует Тэхён в надежде, что Юндже пройдет дальше. Чимин недоуменно сжимал в своей руке телефон, в котором только что ковырялся, обновляя социальные сети. - А это кто с тобой? – близоруко щурясь, пробурчал Юндже, чуть наклоняясь к омеге: - ууу, еще одна омежка, - он, не церемонясь, схватил рыжего за руку и потянул к себе. Но Тэхён, не растерявшись, перехватил у запястья друга и дернул на себя, прижимая его к груди, а затем отодвигая по-быстрому назад. И не медля, бьет кулаком по скуле, чуть шипя от подзабытой боли. Пак охает, и хватает за лямки рюкзака друга: - Тэ, прекрати! – из-за мгновенной скованности Тэхёну прилетает прямо под дых и тот сгибается, тут же чувствуя удар по челюсти. Чимин испуганно выпускает рюкзак, осознавая свою оплошность. Юндже хватает Тэхёна за воротник пиджака и валит на землю, усаживаясь на живот и вновь нанося удары по лицу. Ким рычит и, насколько позволяет рука, бьет в нос, и понимает, что попал в цель, когда чувствует на щеке теплые капли откуда-то сверху. Альфа со злостью бьет в висок и это выбивает Тэхёна из колеи. Он уже не ощущает почти ничего, и Юндже вновь ударяет контрольно в глаз, сдавливая другой рукой горло Киму. Тэхён щурится, пытаясь сфокусировать зрение и освободить руки, фиксированные ногами альфы, но недостаток кислорода и сил сказывается и он может лишь стараться увернуться от ударов, сыпящихся беспрерывно, но это оказывается почти невозможным, поэтому Тэхён дышит через раз и только пытается отплевываться от крови, заполняющей рот и нос. Юндже бьет куда-то опять в висок, отзывающейся тупой болью в голове и появлением пятен перед глазами. Последнее, что он помнит, так это необъяснимую легкость и сиплый голос, разрывающий пухнущее от боли сознание. И темнота.