Мартин. Здесь и сейчас

Коридоры были пусты и тихи. Мартин шел под звук эха собственных шагов. Очень хотелось спать, но еще больше хотелось есть. Конечно, первым делом ноги привели его на кухню. Он не стал ждать, пока появятся слуги и начнут сервировать стол – не барин, сам справится. Пошарив в закромах, отыскал кусок хлеба, отрезал сыр, кусок вяленого мяса и луковицу. Для ужина вполне подходяще. Но надо ведь было отыскать Мерлина, и мальчик, соорудив себе большой бутерброд, отправился на поиски. В кабинете волшебника не было. Хм, ну и где он, спрашивается? Опять по всему замку шататься? К счастью, за Мартином увязался его проводник – зеленый шарик. Обычно он исчезал, когда Мартин возвращался в дом, но сейчас бегал за мальчиком, как привязанный. Мартин даже начал подозревать, что он живой и скучает… - Ну, веди, - сказал ему Мартин. – Ты уж точно отыщешь Мерлина быстрее меня. И правда, шарик помчался вперед, мальчишка едва поспевал за ним. - А, явился? – встретил его Мерлин в одной из небольших комнатушек. - Вот и молодец, что не пошел с этим гоблином. - Я хотел… Но времени совершенно не было, - вздохнул Мартин. – А что вы делаете? Мерлин сидел за столом, перед ним был какой-то ящичек. - Талисман, - ответил Мерлин. – Я ведь тебе обещал. Вернись на кухню и выбери там самый большой грецкий орех. А лучше два, про запас. И жди в моем кабинете, я скоро туда подойду. Конечно, было интересно, что именно проделывал Мерлин, но мальчишка не решился остаться. А то вдруг передумает?! И живи тогда дальше без магии… Уложившись в несколько минут, Мартин пришел в кабинет мага, положил орехи на стол. И, конечно, принялся разглядывать всякие интересные вещи, пока хозяин не пришел. В кабинете было полно разных интересностей – таинственные приборы с непонятным предназначением, книги, свитки, деревянные дощечки с вырезанными письменами. Металлические кубки и чаши, заполненные какими-то разноцветными порошками. Шкатулки всевозможных размеров… Но Мартин, наученный горьким опытом, уже не рисковал ничего трогать. Разве что осторожно пощупал магический шар – он был сейчас прозрачный. И почему-то очень холодный на ощупь, будто сделан из цельного куска льда. Потом мальчишка чинно сел в кресло и стал ждать, медленно дожевывая свой нехитрый ужин. - Принес орех? Мартин вздрогнул и ошалело вскинул голову. Уфф, задремал, кажется… - Принес, - сквозь зевоту, проговорил мальчик. - Бери нож и приготовься расколоть его, - сказал волшебник и выставил на стол большие песочные часы. – Следи внимательно. Когда песок пересыплется, сразу начинай. Не прозевай, надо это проделать ровно в полночь. В тишине кабинета казалось, что можно было расслышать шелест песчинок. Мартин напряженно сжимал костяную ручку большого ножа, вставив лезвие между створок ореха. Конечно, он переживал, а справится ли? К счастью, всё прошло с первого раза, и второй орех не понадобился. Едва последняя песчинка упала в нижнюю колбу, раздался щелчок, и орех распался. - Прекрасно, - удовлетворенно сказал Мерлин. – Выскобли его. Ядро можешь съесть, а скорлупу давай сюда. Пока Мартин лакомился сладкими ядрышками, чародей аккуратно вложил внутрь ореха свернутую тряпицу. Потом закрыл скорлупу и стал капать на нее свечой. И напоследок, приладил к ней шелковый шнурок. Подождав, пока воск затвердеет, Мерлин сказал: - Надень на шею. Ну, Мартин, настал твой час. Пойдем… Судя по его тону, предстояло очень важное и очень опасное действо. Конечно, у Мартина тут же всё внутри затрепетало. За уже знакомой, печально знакомой синей дверью всё было без изменений – тот же столик, и тот же радужно переливающийся «уничтожитель маны». Но теперь его красота не могла обмануть мальчишку. - Мартин, слушай внимательно, - сказал Мерлин. – Ты должен выполнить всё в точности, как я скажу. Сейчас ты подойдешь к столу и возложишь ладонь на «уничтожитель». Сразу начнется высвобождение маны, а ты станешь её впитывать. То есть, вы как бы обменяетесь местами. Понял? Теперь ты превратишься в губку, а он будет отдавать. Это будет больно… Это будет очень больно. Помнишь, как я ставил печать на твой лоб? Сейчас будет десятикратная боль. Но если ты не выдержишь и хоть на миг отнимешь ладонь – всё придется начинать заново! Надеюсь, ты меня понял? - Да… - пролепетал побледневший мальчик. – Я… постараюсь. Мерлин отошел в сторону, открывая мальчишке путь. И Мартин, набрав воздуха в грудь, подошел к радужному артефакту. Не сразу он решился – несколько раз тянул руку и тут же отдергивал. Волшебник терпеливо ждал, не подстегивая испуганного мальчика, давая ему сосредоточиться. Наконец, зажмурившись и затаив дыхание, Мартин положил ладонь на холодную твердую поверхность. В тот же миг радужная окраска потемнела, и «уничтожитель» стал черным, без единого цветного пятнышка. Его поверхность сперва стала чуть тёплой, потом всё нагревалась и нагревалась, будто включенный в сеть утюг. Мартин держался, крепко сцепив челюсти. Он не ожидал, что будет НАСТОЛЬКО больно! Но Мерлин оказался прав, эта пытка была запредельной, и что удерживало мальчишку на месте, совершенно не понятно. Пританцовывая, шипя, скрежеща зубами и стирая их друг о друга, он упрямо стискивал рукой черный «бублик», намертво ухватившись другой рукой в край стола. - Всё… Всё закончилось, отпусти его, - проговорил Мерлин, вырастая за спиной мальчишки. – У тебя всё получилось. Ты выдержал. Мартин всхлипнул, с трудом оторвал руку, артефакт вновь засиял всеми цветами радуги. Он вновь был готов поймать какого-нибудь колдуна. Или глупого, нерадивого, любопытного мальчишку. - Болит… - проскулил он и посмотрел на свою руку, ожидая, что она обгорела до кости. Но, к своему удивлению, не заметил даже покраснения. Боль была, а ожога не было. - Скоро пройдет, - сказал Мерлин. – Ступай в свою комнату и ложись спать. Завтра ты будешь полдня восстанавливаться, пока магия не вольется в тебя и не уляжется, как ил на речном дне. Ноги, словно деревянные… С трудом отрывая их от пола, Мартин делал крошечные шаги. Тело, будто налилось свинцом… И боль в руке не проходила, никак не проходила. - Ты хорошо держался, - добавил Мерлин ему в след, и в голосе впервые появились оттенки тепла. Но, может, это просто померещилось Мартину, который уже был в полубреду-полусне. До своей постели он добрался, только благодаря зеленому «колобку», показавшему путь в лабиринте коридоров. * * * Всю ночь в голове Мартина сон перемешивался с воспоминаниями. Будто кто-то хотел заново рассказать мальчишке, как прошло его подзабытое детство. Вот ему года три или четыре… Он гуляет с родителями в парке и, как любой непоседливый ребенок, лезет, куда ни попадя. Его голова застряла в прутьях беседки, Мартин орёт на весь парк, заливаясь слезами. Кто-то осторожно вызволяет его. Это папа… И тут же принимается успокаивать мама. Светлым потоком на мальчика льется любовь… Теперь он постарше, и ему лет восемь. Он уже школьник, сидит за партой. Рядом какая-то девчонка со светлыми волосами. Как же её зовут? Не вспоминается. На перемене мальчишки лезут на козырек пристройки, и прыгают с высоты. Всем весело, и Мартин не удерживается от соблазна, лезет следом. Прыжок, неудачно подвернутая рука… Машина «скорой помощи». К счастью, перелома нет, но рядом снова родители, и снова – любовь окружает заплаканного мальчишку. Но вот ему уже тринадцать. Какие-то люди увозят его, и впервые родители не с ним. Жуткая обида захлестывает Мартина, когда он понимает, что его предали. А как это можно назвать иначе? Отдали людям в белых халатах, которые начали проводить странные и непонятные эксперименты, и мальчишка всё чаще стал плакать по ночам. Иногда было неприятно, а иногда просто больно! А потом настала тишина – Мартин провалился в беспамятство, и очнулся только, увидев лицо Костика. Сперва Мартин ему не поверил. Это ведь надо же было придумать: оказывается, Мартин больше года бегал голышом, грыз мебель и рычал на людей. Чушь какая-то. Увы, всё оказалось правдой… Зато во всей этой жуткой истории был прекрасный бонус – появление сверхспособностей, которые в прошлом времени назывались магией. Очнулся Мартин с тяжелой головой, но рука уже не болела. Он даже несколько раз сжал кулак, проверяя, не отдастся ли новое движение жгучим огнем. И вдруг, из указательного пальца вырвалась фиолетовая дуга. Она ударилась в стену напротив и угасла. Не поверив своим глазам, мальчик сел, опершись на подушку, и потер виски, пытаясь проснуться. - Неужели получилось? – пробормотал он. Ответом был сверкающий шар-молния весёлого голубого цвета, появившийся из его собственной ладони. - Ура-а-а! – завопил Мартин и запрыгал на кровати, пока не свалился на пол. Но даже это не могло унять его радости. Магия вернулась.