- Я покажу тебе белые ночи

Зима в этом году началась довольно сырой. Снег заменял частый дождь. На улице было слякотно, и не было и проблеска солнечного света. По оконным рамам громко барабанил дождь. Вся эта атмосфера сильно угнетала питерчан. «Где его носит? Я жду уже 20 минут! Деда ему даже пирожков приготовил! Так, если он не придет в течение пяти минут, я сам их съем.» — Плисецкий сидел за столом в своей съемной квартире и нервно барабанил пальцами по деревянной поверхности. Наконец, долгожданный стук в дверь и блондин несется встречать своего друга, с которым он не виделся с самого финала Гран-При.  — Здравствуй, Юрий, — Алтын, с его вечно непроницаемым выражением лица, немного опешил от кинувшегося на него Юру.  — Бека! Давно не виделись, — улыбается во все 32 блондин. — Ну, и где тебя черти носят? Я жду тебя уже битый час!  — Вылет задержали, — все так же бесчувственно говорит брюнет и достает из рюкзака плюшевого тигра. — Это тебе.  — Что это? Игрушка? Я, что, похож на 6-ти летнюю девоч… Это что, тигр?! Спасибо огромное! — подросток с радостью выхватывает и начинает тискать новую игрушку. Парни сели за стол и Юра начал рассказывать, что изменилось в его жизни после золота на финале. Они часто общались по интернету, но у них не было возможности поговорить в живую, и вот, они смогли найти свободное от тренировок время. Отабеку было интересно слушать о жизни его друга, но он думал совершенно о другом. «Вот он, сидит перед тобой. Возьми себя в руки, и признайся уже! Хватит быть тряпкой, Алтын. Скажи все, что хотел сказать еще тогда в Барселоне.» — в голове казаха клубилась куча мыслей, и все об одном.  — Юра, я хотел тебе сказать, — Алтын решительно встал из-за стола и серьезно посмотрел на друга. — Я… Я люблю тебя. Еще с того момента, как первый раз увидел тебя, и твой настрой к победе.  — Ты… Меня любишь?.. — ошарашенно переспросил русский. Наступило минутное молчание, которое никто не отважился нарушить. И тогда на «героя Казахстана» нашло беспокойство, и он начал сожалеть о своем поступке.  — Прости, не хотел ставить тебя в неловкое положение. Просто думал, тебе стоит знать, — брюнет говорил, не сводя глаз с Плисецкого, и теребил рукав куртки, которую он так и не утрудился снять. — Наверное, мне стоит уйти, — не дождавшись ответа, парень вылетел в дверь, оставив ошарашенного Юрия наедине с мыслями. «Что это было? Отабек признался мне в любви? Но он же парень… Почему тогда мне не противно? Что происходит? Внезапно я почувствовал некую боль в животе... Но боль превратилась во что-то приятное... Мне всегда нравился Бека. Он отличный друг, и я не собирался что-то менять. Но это признание… Что мне делать? Я первый раз в жизни сталкиваюсь с подобным. Если я отвергну его, наша дружба будет разрушена.» — Юрий смотрел на плюшевого тигра, подаренного Алтыном, и обдумывал происходящее. «У него было такое лицо… Первый раз его таким вижу. Такой беззащитный, ранимый… Как маленький бездомный котенок, оставленный на растерзание безжалостному миру. О чем это я? Сравниваю Отабека с котенком? Ха. Забавно…» Блондин провел в раздумьях почти час, и опомнившись, что Алтын давно ушел, а с учетом того, что ему некуда идти в такую погоду, Юра запереживал еще больше.

***

 — Давай же ты, отвечай! — промокший фигурист, в надежде обыскавший все закоулки, что были в их районе, набирает уже, казалось бы, в сотый раз номер казаха и слышит короткие гудки. Звук открывающейся двери и блондин бежит к ней, в надежде увидеть друга.  — Отабек! А, это ты, деда, — расстроенно произносит Плисецкий  — Впервые, ты не рад меня видеть. Ты не заболел? — дедушка вешает куртку, идет в гостиную и включает телевизор. — Ты чего сырой весь? А где друг твой? Ушел? «Неужели, решил снять номер в отеле или, вообще, улететь первым рейсом, дабы как можно дольше не видеть меня?» — зеленоглазый проигнорировал вопросы деда и продолжил строить догадки, касательные местоположения друга.  — Сегодня, в 20:30 по московскому времени, пассажирский самолет, выполнявший рейс из Санкт-Питербурга в Астану, разбился при взлете, — услышав новостное сообщение, парень стремглав метнулся к телевизору. — В качестве возможной причины крушения рассматриваются затрудненные погодные условия. Специалисты сообщают, что шансы выжить, при столь сильном взрыве, ничтожно малы…  — Д-деда, мне с-срочно нужна твоя машина. — дрожащим голосом произнес парень.  — Юра, я знаю, что ты сидишь за рулем еще с 14-ти лет, но до получения прав тебе еще далеко, — спокойно сказал дед.  — М-мне правда очень надо, — блондин поворачивается, и из его глаз ручьем текут слезы.  — Что с тобо… — и тут все складывается, и дед понимающе кивает головой и дает ключи. — Будь осторожен. Как только ключи касаются руки Юры, он стремглав несется к двери, по лестнице вниз, и достигает цели.

***

«Зачем я это сделал? Я же догадывался, что он не примет это. Не примет мою любовь. Я разрушил нашу дружбу…» — Алтын идет по дороге, в неизвестном направлении и, внезапно, чувствует вибрацию из заднего кармана джинсов. Казах достает телефон и тут же выключает звук. — Так, когда там ближайший рейс?

***

«Нет. Он не может так просто бросить меня. Просто не может!» — Блондин едет уже около 30-ти минут, и тщетно пытается остановить поток слез. — «Зачем. Зачем ему надо было сбегать? Какой дурак! Я же не переживу если его больше нет! Он же первый предложил подружиться со мной, а теперь вот так бросает. Идиот. Какой же я идиот, не остановил его. Это я виноват…»

***

Аэропорт Пулково. Огромное скопление народа, куча машин скорой помощи, и полицейских. Юрий наспех закрывает машину и бежит, в надежде найти в этой толпе людей живого, невредимого Отабека, но это просто невозможно, и приравнивается к нахождению иголки в стоге сена. Проталкивая людей, он добирается до полицейских.  — Простите, но дальше нельзя, — строго говорит один из служителей порядка.  — Но я должен! На самолете был м-мой друг! — все еще дрожащим голосом, вытирая рукавом выступившие слезы, фигурист ненавистно смотрит на стоящего перед ним человека.  — Мне очень жаль, но никто не уцелел, — мужчина сочувствующе кладет руку на плечо Плисецкого, но тот отдергивает его и уходит прочь. До машины он доходит с непроницаемым лицом, но когда он садится за руль, начинает болезненно всхлипывать, и это перерастает в нескрываемые рыдания, с встречающимися местами криками боли.

***

«Это ведь я виноват. Отабек — мой единственный друг умер из-за меня.» — подобные мысли терзают парня всю дорогу домой. Приехав, он выходит из машины, и в очередной раз утирает рукавом куртки заплаканные глаза. А потом он видит его. Промокший до нитки рослый брюнет, стоит у двери подъезда и, дрожащими руками, одетытыми в перчатки без пальцев, пытается нажать на кнопку домофона.  — Не может этого быть… — блондин медленно идет в сторону подъезда, и смотрит на трясущегося парня. — Б-бек? Отабек? И парень поворачивается, встречаясь с правым хуком Плисецкого.  — Какого… — Алтын удивленно смотрит на «русскую фею» и трогает ушибленную щеку.  — Ты что, мать твою, тут делаешь? Да какого хрена ты, вообще, живой?! — фигурист отходит от гнева, и из его глаз опять текут слезы. — П-по новостям сказали про с-самолет. И я… Я д-думал… Что ты умер… — дрожащим голосом, с заплаканными глазами, Юра притягивает друга за воротник, дабы быть к его лицу как можно ближе.  — Юра, ты так сильно волновался за меня? Но почему? — казах удивленно смотрит в покрасневшие глаза.  — Почему?! Ты такой дурак! — разозлившись, Плисецкий притягивает Отабека еще ближе, и впивается в его губы, вызывая удивленную реакцию со стороны казаха. Он целует настойчиво, но потом резко прекращает.  — Потому что я люблю тебя! — кричит на весь двор парень и заливается румянцем. — И до этого момента, я думал что больше не увижу тебя… Алтын видит переживания друга и крепко обнимает его. Они стояли так, казалось бы, вечность. И Юра еще долго всхлипывал в теплых объятиях «героя Казахстана». Они бы простояли так всю ночь, если бы не шипение, донесшееся из-под куртки Отабека.  — Что это? — блондин отстранился и удивленно посмотрел на источник звука.  — Это котенок, — парень расстегнул верх куртки, и из нее высунулась голова полосатого, зеленоглазого котенка. — Я встретил его по дороге в аэропорт и решил пойти обратно.  — Значит, этот малыш спас тебе жизнь? — фигурист улыбнулся и поднес руку к котенку, а тот стал обнюхивать ее.  — Получается, так.  — Но чей он будет? — блондин погладил котенка, поднял на руки и притянул к груди.  — Наш. Он будет наш. Мы снимем квартиру в центре Петербурга и будем жить вместе с Тигром. — за долгое время, улыбнулся Алтын.  — Тигром? Стой, квартира? Мы вместе? Чт… — недовольный Юра собирался что-то возразить, но был заткнут поцелуем.  — А ты имеешь что-то против? — брюнет прекратил поцелуй и посмотрел на зеленоглазого.  — Н-нет, — буркнул покрывшийся румянцем Плисецкий и возобновил поцелуй. И в эту ночь, первый раз за весь месяц, пошел белый, чистый снег. Юра решил устроить экскурсию, и всю оставшуюся ночь они гуляли по одинокому городу. Не было никого, кроме их двоих и маленького котенка.  — Я покажу тебе белые ночи, обещаю, — эхом звучали слова "русской феи" до самого утра.