"Беги"

      Из тени в тень. Из отзвука в отблеск. Боясь оглянуться и остановиться. Мальчик не задавал вопросов. Он услышал: «Беги» и, как только смог сделать первый шаг, побежал, не раздумывая и не глядя под ноги. Так отчаянно, как никогда раньше не бегал. Перепрыгивая через людей, закрыв глаза и имея только одну мысль в голове. «Беги». Он не знал, куда ему бежать и как долго. Знал только, что нельзя было упасть. Бежать, пока есть силы. Бежать Оттуда, но не Туда.       Очень нескоро мальчик остановился и оторвал взгляд от кончиков грязных ботинок, оставлявших маленькие следы на земле. Где все? Мальчик так старался убежать, что рядом не осталось никого и ничего. Только высохшие черные деревья и старый ворон, изредка каркающий на сырую луну. Никакого шума, никакого огня, никакого жара. Мальчик стоял и смотрел на черное небо сквозь тени веток, не зная, стоит ли бежать дальше или вернуться. Под ногами растекалась все та же мокрая огромная луна, заслонившая звезды. Но она была будто плодом его воображения. Слишком большая и слишком бледная, чтобы быть просто луной.       Все, что было до того, как он сделал первый шаг, покрылось туманом. Белесым, вязким туманом, забирающим лица и голоса. Сердце бешено колотилось в груди, разбрасывая мысли по сторонам, как маленьких котят. Почему он куда-то побежал? «Беги» все еще звучало у него в голове. Но теперь оно кричало уже не так уверенно, а, скорее, бессильно, опасливо. Чей же голос повторял снова и снова?       Мальчик упал на колени и сгреб мокрую землю в кулак. Она пахла пеплом. Что могло породить пожар в этом мокром и пустом лесу? Он не хотел идти дальше. И было страшно оглянуться назад. Он сидел на земле, сжимая грязный комок, и смотрел в переплетение паутин угля. Он пытался вспомнить, зачем побежал. От кого? И чем больше он думал, тем страшнее ему становилось в темном лесу. Тем громче каркал ворон, тем больше становилась луна на небе. Ноги болели. Он не сможет больше сделать и шагу. Обернуться.       Мальчик долго сидел в грязи. Старый ворон умер, а луна рассыпалась в звездную пыль. Становилось все холоднее и темнее. А мальчик сидел, обхватив колени. И смотрел, как медленно крошатся ветки и течет черная вода. Он уже начал забывать, как оказался здесь. И только голос где-то на краю сознания продолжал звучать, разрывая тишину леса. «Беги». Он уже не помнил значения этого слова. Только знал, что оно и лес – это одно целое. Мальчик уже не боялся обернуться. Он забыл, что это возможно. Его взгляд, как у фарфоровой куклы, застыл, связав мальчика и темноту.       Но вот что-то упало рядом с ним. Звук оглушил мальчика, но тот не шелохнулся. Наверное, он хотел отпрыгнуть, но не смог. Его тело забыло, что такое движение. Но всплеск разбудил спящее сознание. Он вспомнил долгую дорогу. Обрывки отчаянного яркого пламени, в котором светилась темнота. Вспомнил, как спотыкался, вспомнил вкус крови на искусанных губах, вспомнил, как пот застилал глаза, как в ушах стучала жизнь.       Постепенно память вернулась к мальчику. Он вспомнил многое из того, что заставило его убежать. Снова ощутил болезненный жар огня. Он уже стоял, глядя туда, откуда пришел. Отблески огня все еще плясали где-то далеко за стволами. Казалось, что как далеко мальчик ни убежал бы, он бы продолжал видеть этот свет. Временами в огне вырисовывались чьи-то руки и мысли. Но мальчика пугали эти картины. Огонь стал ему ненавистен. Мальчик отступил в тень. И внезапно воцарилась тишина.       «Беги» стихло. Не было больше голоса в его голове. Только отдаленный, еле различимый треск огня. А может, это было всего лишь игрой воображения мальчика. Лес перестал казаться страшным, он все это время всего лишь защищал мальчика от обжигающего огня.

Мальчик поднял черную руку и замазал пеплом свет.

Поднял взгляд, зажигая новую холодную луну, и ушел в холод теней, больше никогда не оборачиваясь.