Хрустальное сердце короля

              Вот уже минуло семь лет с той поры, как Эверин, а следом и Леголас покинули лесное королевство. За это время многое изменилось в оборонительной крепости Дэдвуш. Ее прежний господин — Дерус, обрел вечный покой, сгинув от болезни, которая оказалась столь запущенной, что даже эльфийский целитель не смог его спасти. Напротив, его удивляло то, что князь протянул так долго. Но умер он с улыбкой на лице, отправляясь в тот мир, где ждали его жена и любимый сын. Он уже не страшился того, что ждет в будущем его город, ибо теперь тот находился под покровительством лесного короля, сын которого занял место правителя крепости. Да и за дочку сердце уже не болело. Он отдал ее замуж незадолго до собственной кончины, во избежание иных претендентов на руку наследницы. И завершил свой путь, благодаря небо за то, что все так удачно разрешилось. Горон, оплакивающий Деруса, как отца, с готовностью присягнул новому господину. И очень скоро они снова стали друзьями и уже обоюдно строили планы и обсуждали проблемы. Захватчики, что грозились явиться с моря, не спешили с появлением. И город жил полной жизнью, надеясь на то, что воевать не придется вовсе. Надеялся на это и некогда бесстрашный эльф — Леголас, ибо теперь ему было за кого бояться. Ведь уже через полтора года после заключения брачного союза его горячо любимая супруга родила сына и наследника, в коем тот души не чаял и берег остроухого мальчонку, как зеницу ока. А беречь сорванца, который так и норовил себе найти приключения, было трудно. Но теперь, наблюдая за собственным ребенком, он наконец услышал то, что сказал ему когда-то Дерус и то, что так и не сказал Трандуил. Эверин сидела на залитой солнечным светом поляне, в окружении душистых полевых цветов. А венок, сплетенный для нее маленьким сыном с помощью его отца, венчал непокрытую голову. Травинки и цветы разной длинны забавно торчали во все стороны, но она не обращала внимание на видимые недочеты. Это было самое прекрасное изделие, что когда-то покрывало ее голову. Она щурилась от ласкового солнышка, прислушиваясь к заливному смеху маленького эльфа. Тот вместе с Леголасом гонял по лугу цветных бабочек и ловил неугомонных кузнечиков. И, откинувшись в траву, Эверин закрыла глаза. Голос Горона отвлек молодого отца от созерцания мохнатой гусеницы на конце травинки, которую ласково поглаживал сынишка. Мужчины перекинулись парой фраз и правитель понял, что его участие придется кстати в подготовительных маневрах, что отрабатывали городские вояки совместно с эльфами, присутствие которых теперь в городе никого не смущало. Леголас склонился над женой, одарив ее легким поцелуем. Та улыбнулась, даже не открыв глаз. К его бесшумному передвижению она все еще до конца не привыкла. — Проследи за тем, чтобы он шмелей не начал ловить, — пошутил муж, и нехотя поднялся. Эта женщина никогда не переставала манить его. А он никогда не переставал благодарить Эру за подаренную ему любовь. Ведь она дала ему все, о чем он только мог мечтать. Столько тепла и нежности… столько желания жить. — Мама, мама, посмотри кого я поймал, — разнеслось по поляне уже через пару минут. Приближающийся тонкий голосок, заставил Эверин снова сесть, оставляя в траве смятый венок: — неужели все-таки шмель? Но в руках маленький эльф держал послушно сидящего белого голубя. — Он меня не боится, — констатировал тот. — Какая смелая птичка. Посмотри! И женщина смотрела. Смотрела, с трудом скрывая волнение и сдерживая слезы, переводя взгляд от улыбающегося мальчика к голубю, и обратно. Кем была эта птица — неважно, но ее не удивляло собственное предположение. Потому увидеть голубя снова было приятно и больно одновременно. Она протянула руку, дабы погладить его, но так и не решилась коснуться. Лесной король теперь был перевернутой страницей в короткой книге простого человека, но самой чувственной и яркой.