Две стороны одной медали.

Я открываю глаза и оказываюсь в какой-то комнате, прикованная к батарее. Что за на хер? Это сон? Пожалуй. Потому как мне часто снится что-то подобное. Но то что произошло тогда на улице вовсе не было похоже на сон. Так про маму это все правда? Она…умерла? Если да, тогда понятно почему Вильям всегда умалчивал насчет нее, но я все же надеюсь, что тот урод говорил все же не о ней. Потому что тема с наркотиками, она вовсе не походит на мою маму. Неожиданно цепочку моих мыслей прерывают копания в замке. Кто-то с другой стороны пытается отворить дверь. Но судя по всему выходит у него это так себе. Но наконец дверь открывается, и за ней я вижу своего друга. Стоп, а он что тут делает? — Исаак? Ты как тут оказался? — Долгая история. У нас нет времени малышка, я должен тебя спасти. — Но как ты меня нашёл? И что.? Откуда кровь на твоих руках? Исаак! Чья это кровь? — Вильяма. Он наказал спасти тебя. — Нет, боже. Он жив? — Все потом. У нас нет времени, они с минуты на минуту появятся здесь. Идем! Он вывел меня максимально быстро из этого помещения, а потом и вовсе из здания. На улице была уже глубокая ночь. Звезды освещали нам дорогу и переливались целыми ореолами. Но мне было вовсе не до этой красоты. Мои мысли занимал сейчас только один человек и это Магнуссон. Что это еще за кровь? Откуда она взялась? Что вообще произошло там? — Исаак, просто ответь мне. Он жив? — Я не..не знаю. Эва сейчас с Крисом находятся с ним. — Как такое могло произойти? — жалобным голосом пропищала я. — Позже Нура. Сейчас я должен выполнить свое обещание. — Какое? — Спасти тебя конечно же. Далее мы убирались из этого места молча. *** — Пожалуйста доктор, скажите что с ним все будет нормально, — я уже битый час старалась что-то адекватное получить от него. — Я понятия не имею дорогуша. Кома — дело серьёзное. — Я не верю вам! Вы что-то точно знаете просто не хотите говорить мне, — орала я чуть ли не на всю больницу. — Да девушка, успокойтесь вы уже! Идите лучше домой. Отдохнете и вернетесь завтра. — Вы что-то скрываете, я точно знаю! — О, Господи! Да все нормально будет с вашим парнем. — Он мне не парень. — Ну значит с другом. — Он мне не д… — Не важно. Все равно езжайте домой. Навестите его завтра. До свидания. — До свидания! Когда я покинула его кабинет, на меня уставились 3 пары глаз. Исаак, Эва и её муж Крис. — Ну что? Что он сказал тебе Нура? — спрашивает меня подруга. — Ничего хорошего. Как вы вообще могли отправить его туда одного? А если бы его вообще там убили? Друзья еще называются! — корила я сейчас их, за то что Вильям был без сознания. — Нура, мы понимаем, тебе сейчас непросто, но мы не виноваты в том что произошло. Мы рванули сразу же как только узнали, где он и что собирается делать. — Исаак, на пару минут, — отозвала я парня в сторону. Когда уже не видела смысла спорить с ними. — Если ты и меня сейчас начнешь обвинять, я… — Где она похоронена Исаак? Ты же ведь знаешь обо всем, не так ли? — Я отвезу тебя Нура к ней. Отвезу тебя к маме. И прямо сейчас, если хочешь. *** Когда мы прибыли на кладбище. Моросил дождь. Погода вообще была мрачной в этот день. Я шла вслед за парнем, глядя себе под ноги. Боже, сейчас я увижу могилу собственной матери. Могилу той, которую я любила несмотря ни на что. Даже не смотря на что оказалось когда-то в той самой психушке. Внезапно Исаак останавливается у большого дуба, а я останавливаюсь вслед за ним. — Думаю сначала тебе следует рассказать обо всем. — Пожалуй. Ибо кроме как тебя, мне некого больше слушать, — говорила ему я, явно намекая на челкастого. — Хорошо. Это случилось, когда ты попала туда. Твоя мама, у нее случился нервный срыв. Она ушла с работы, стала много пить. В общем, ушла в себя. А потом она решила что с нее хватит, и она сразу привела себя в порядок и поехала в клуб. — Что, куда она поехала? — удивилась я. Это не было вовсе похоже на мою маму. — Не перебивай, прошу тебя. Мне и так нелегко сейчас. — Извини. — Так вот. В этом клубе она встретила не того кого надо. В этом клубе все и началось. В тот вечер твоя мама зашла в такое дерьмо, к сожалению, из которого не смогла потом вылезти и поэтому отдала свою жизнь. — Исаак, что ты несешь? — Нурс, она связалась вовсе не с теми людьми. Твоя мама связалась к тому же еще и с наркотиками. И мне правда жаль. Если бы я тогда все знал, непременно бы помог Вильяму. — Стоп, причём он здесь вообще? — Он помогал ей справиться с расстройством. Вильям пытался убрать ее из того дерьма. Даже заплатил как-то раз тем ублюдкам, чтобы те оставили ее в покое. Но они как выяснилось дальше не сделали этого, а только стали напористее себя вести и стали действовать: слать угрозы, запугивать ее. Ну она и не смогла это перенести, поэтому и… — Убила себя. Бог ты мой. Какая же я дура. — Так! Вот сейчас прекрати Нура Амалия Сатре. Не смей себя даже винить в случившемся! — А кого мне еще винить в этом, Исаак? Может быть тебя? Нет, это все из-за меня. Если бы я тогда не была помешана на смерти, ничего такого бы не произошло. Видимо у нас это семейное. Как проблемы так сразу за нож, — отшутилась я. Видимо на нервном срыве. — Нура, никто не виноват. Это просто такое стечение обстоятельств. Тем более что те уроды уже наказаны. Магнуссон разобрался со всеми ними, жаль с последним возникли проблемы и из-за этого он пострадал. Мы в тот момент только подъезжали и никак не могли успеть. — Не кори себя за это Исаак. Вы не причём. Это все Вильгельм. Идиот! Даже не думает о своей безопасности! — Так, это слово. Ты снова зовешь его Вильгельмом, и давно? Ты что, что-то испытываешь к нему? И даже не смей увиливать от этого вопроса. — Я не знаю. Не могу понять. Я ведь не должна ничего чувствовать. — Видимо уже все изменилось. — Так ты знал все? Ну, про чувства? — С самого начала. Ладно Нурс, я пойду. Вам следует побыть наедине. — Спасибо. Завтра в 12, у него? — Да, конечно. И мой друг ушел. И как только его силуэт скрылся за кронами деревьев, я тут же зарыдала. Я прямо захлебывалась в своих слезах. Впервые за долгое время я что-то почувствовала. Что-то очень сильное. И это была боль. А если быть точнее боль от утраты близкого мне и родного человека. Теперь я сирота. О, Господи. — Мамочка, — на выдохе выкрикиваю я ее имя и уже затем погружаюсь в наши с ней воспоминания. Моя мама умерла. Спустя все же время доходит до меня. Но я все также не могу в это поверить.