Part Twenty One
16 марта 2013 г., 07:23
Firefly Note: Окей, мои проблемы в реале доконали меня не до конца, так что, я снова с вами, золотые^__^ Перво-наперво приношу извинения за такой длительный простой. Это было выше моих сил, но я всё ещё борюсь, можете мной гордиться:) И, во-вторых, повинюсь, что эта часть получилась несколько невнятной и излишне сентиментальной (хотя мне лично понравились два момента)), однако, Светлячок уверен, что без неё картинка течения событий была бы неполной. Да и куда Светлячок без лишних замутов, правильно?.. Энивэй, читайте. Надеюсь, хоть что-то да понравится^_^
~~* * *~~
Первым пунктом их плана, на который решается Курт, является насущнейшая необходимость: поставить второго участника в известность о существовании этого самого плана. И реализовать это отнюдь не так просто, как можно предположить. Курт ни словом не упоминает о «наболевшем» тем вечером, хотя они оба ложатся спать очень поздно из-за увлечённой занятости Блейна, и шансов обрисовать ситуацию у Курта предостаточно. Он просто не решается. На другое утро, в воскресенье, за завтраком родители объявляют о своих планах на следующий уик-энд. Финн радуется поездке, как трёхлетка, потому что пребывание у бабушки Клариссы означает наивкуснейшую домашнюю выпечку – ешь до отвала – и неустанное внимание к его персоне. Ведь из пятерых внуков старой женщины, Финн самый «удачный» – красавец, спортсмен, любимец школьного общества, счастливчик. И, живя в другом штате, мозолит ей глаза реже остальных. Бабушка обожает его. - А что насчёт нас? – спрашивает Блейн за двоих и, почти затаив дыхание, ожидает решения взрослых, которое известно его парню, но тот помалкивает. - Мы подумали, что вы с Куртом вполне можете остаться за хозяев. – Оповещает Кэрол. - Дома? Одни? В самом деле? – уточняет юноша с почти нечитаемым выражением на лице. Но наблюдательным Куртом, который наловчился в этом, оно распознаётся одновременно как воодушевление, облегчение и смущение. Впрочем, ничего из трёх он объяснить не может, и это уже само по себе странно. - Вы оба взрослые люди, за два дня без присмотра с вами ничего не случится. – Разумно заключает его мачеха, мило улыбаясь. Берт кивает в такт её словам. Кажется, родители искренне верят, что на них можно смело положиться, и Курту почти становится стыдно за свои не совсем чистые помыслы касательно предстоящих выходных. Но "почти" – ключевое слово тут. Между тем, разговор за столом идёт по другому направлению, и мальчики не участвуют в нём, хотя Курт раз за разом ловит на себе всё те же необъяснимые взгляды Блейна, которые словно бы должен понимать, но – нет, и он лишь зачем-то краснеет. Когда с трапезой покончено, Курт собирает посуду за собой и семейством, а Блейн остаётся, чтобы помочь. Он находится предельно близко – как это только позволительно, будучи на кухне густонаселённого дома. Курт с особенной даже для него педантичностью яростно намывает посуду до нереальной чистоты, а Блейн услужливо вытирает её полотенцем. Мальчики не разговаривают.~~* * *~~
Они не разговаривают практически весь остаток дня, что для них совсем не типично. Здесь можно бы предположить неладное, но Курт слишком занят крутящимся в его голове, настойчивым и трудным: спроси его, спроси его, спроси…~~* * *~~
Впрочем, отсутствие вербальных диалогов всё-таки не отменяет поразительно отлаженного взаимодействия между ними. К тому же, Блейн (кажется, почти безотрывно) смотрит. На Курта. Непонятно так. Молча. Смотрит и смотрит. Это чем-то напоминает Курту первое время, когда Блейн только-только появился. Он ещё не решался, после отповеди за «приветственный» поцелуй, каким-то физическим образом проявлять свою тёплую привязанность, опасаясь оказаться повторно отвергнутым. Поэтому, Блейн всегда держался поблизости и смотрел. Он наблюдал за Куртом, беззастенчиво разглядывал его. И это выбивало Курта из колеи, потому как не поддавалось контролю; это стесняло, радовало, напрягало, сносило крышу. А теперь вот – снова.~~* * *~~
Курт из-за всего этого как на иголках. Терпение его заканчивается к вечеру. Перехватив Блейна на выходе из ванной, он ведёт его в спальню, усаживает на стул перед собой и чуть ли не приказывает: - Говори. - Ам-м-м…что? – Блейн теряется. Или делает вид. Но Курта так просто с курса не сбить. Он прищуривается и подсказывает, прижимая указательный палец ко лбу Блейна: - То, что ты там себе весь день сегодня думаешь. Скажи это мне. Может, подумаем вместе. - Тебе не понравится, – уклоняется парень, крепко вцепляясь в края сидения. Откуда тебе знать? – задаётся вопросом Курт про себя, и, вероятно, это отражается в его глазах, так как Блейн поясняет: – Ты ненавидишь говорить на эту тему, поверь. Я буду чувствовать себя виноватым, если подниму её. - Рискни? – Курт ненавидит себя за неотчётливо умоляющие нотки в голосе. Блейн глядит на него некоторое время, почти не моргая, словно пытаясь разобраться в происходящем. Затем, смирившись, он пожимает плечами и осторожно выговаривает: - Мы с тобой. Я хочу нас с тобой – полностью. Хочу тебя. Совсем. Всего. И когда я узнал сегодня про отъезд родных так надолго, я просто не мог не подумать, что мы могли бы… Но это только в том случае, если предположить, что ты тоже хотел бы этого, но я же знаю преотлично, как ты на всё это смотришь, и я не хотел об этом даже заикаться, честное слово, я не собирался, но ведь и из головы я не могу это на раз взять и выбросить, я слишком... Такое искушение! Стоит мне взглянуть на тебя, подумать о тебе, и это… Ох, я ужасен, прости, Курт. Тот шокировано созерцает всю эту борьбу и искреннее раскаяние в образе Блейна, и ему самому вдруг жутко хочется извиниться.~~* * *~~
Блейн интерпретирует его молчание по-своему и торопится продолжить: - Не переживай, это только мои проблемы, я даю слово, что тебя это не коснётся. В конце концов, я же разумный человек, столько времени справлялся, и в этот раз всё получится. – Курт снова только хлопает ресницами, не в силах найти слов для возражения. – Всё будет хорошо, мы прекрасно проведём время вместе, как всегда. Даже и наедине. Будь спокоен, я обещаю, что не стану ничего предпринимать. И вот в этот момент Курт понимает, что молчать дальше – погибельно: план стремительно расползается по швам. Поэтому он, наконец, бестолково вмешивается, прерывая смятённый монолог бой-френда. – …Станешь! - Ч-что? – снова глаза Блейна наполняются полнейшей растерянностью. Курт тут же прячет лицо в ладонях и из-за этого прикрытия, дающего ему иллюзорное чувство защищённости, оповещает скороговоркой: - Ты станешь, иначе – и это уже Я обещаю – я тебя, ей-богу, заставлю ‘что-то предпринять’. Правда, ещё не знаю, как, но заставлю. - Курт? – он не отзывается. – Радость моя, посмотри на меня, пожалуйста. Мне нужно, чтобы ты сейчас на меня посмотрел и сказал, что я верно всё понял. Чувствуя себя в высшей степени уязвимым, Курт лишь качает головой в согласии, не отнимая рук. Так что, Блейну приходится сделать это самому, поднявшись и аккуратно отведя ладони мальчика от лица. - Всё нормально? – шепчет Блейн, ловя неуверенный взгляд своего парня, и тот отзывается – тоже очень тихо, и как-то даже несвязно, однако, нисколько не кривя душой: - Всё нормально. Я, ох, я тоже этого хочу. Быть твоим. Я лишь…не знал, как мне…и потом, к счастью, сложился план, и я… пусть это всё будет, у нас двоих, …ладно?.. Люблю тебя. - И я тебя люблю, так сильно, – Блейн решительно прижимает Курта к себе, утыкаясь носом в его шею. И крепкое объятие, и порывисто озвученные слова размывают волнение мальчика; только едва ощутимый осадок остаётся, покалывая где-то в кончиках пальцев. – Всё у нас будет, родной, конечно же, будет – и идеально! - Ага, – Курт коротко целует ещё чуть-чуть влажноватые после душа, забавно вьющиеся волосы Блейна, ощущая себя тем раскованнее, чем глубже осознаёт, что он не один. – Ещё бы не идеально. Благодаря нашему плану. - М, и точно. Наш план. В чём он заключается, кстати? - Ах, он прост, как всё гениальное. – Сразу же откликается Курт деловито, чуть отстраняясь, хотя Блейн и отказывается отпускать его окончательно. – В нашем распоряжении, общим числом, всего шесть дней на предварительную подготовку, вот я и взял на себя смелость продумать действия, которые необходимо предпринять. - Ва-а-ау. – Выслушав обстоятельное ёмкое вступление, произносит Блейн впечатлёно, а затем подмечает не без преувеличенной – и уважительной – опаски: – Знаешь, всё-таки хорошо, что ты направляешь всю свою энергию исключительно на организацию таких безобидных мероприятий, вроде свадеб и, э, ну, вот этого. Потому что, захоти ты, скажем, миром править, с твоей скрупулёзностью и энтузиазмом к будущей субботе у планеты Земля появился бы единый лидер. – Курт на это заявление характерно приподнимает одну бровь, и его бой-френд улыбчиво поправляется. – Бесконечно мудрый и запредельно привлекательный единый лидер. Блейн легко смеётся, хотя внутри что-то понятно замирает в предвкушении, а Курт качает головой с улыбкой, после чего всё-таки излагает соучастнику некоторые конкретные детали упомянутого плана.
