Сложности языка — Фоновые знания

      Давайте начнём издалека. Что из себя представляет текст? По большому счёту текст — это коммуникация автора с читателем через текст (это не точное академическое определение, отнюдь). Иными словами, это система «автор — текст — читатель». А любая коммуникация нужна для того, чтобы узнать информацию, дать информацию, уточнить уже имеющуюся, поменять существующую (изменить мнение) и т. д. Казалось бы от этого ничего не меняется, однако с этой точки зрения, любое общение направленно на читателя, то есть имеет целью донести некую информацию. В рамках этой системы автор подаёт свои идеи и мысли, сеттинг и т.д. не только средствами сюжета, но и языка (взаимодействие языка и сюжета — тонкий вопрос, но они связаны гораздо глубже, чем кажется на первый взгляд, я дам пару намёток). А это значит, что автор имеет какую-то целеустановку и работает в определённых коммуникативных условиях.       В самую пору прокричать что-то типа: «А-а-а! Какие-то непонятные и ненужные ограничения! Они мешают моему творческому самовыражению! А это меня ограничивает, в пень все эти глупости!» Что же, я отвечу метафорой: без берегов река превращается в болото, а куда течь — выбирать вам. А если конкретно, то если вы хотите кому-то что-то объяснить и что-то донести, то ваша цель — сделать это в доступной форме для собеседника или читателя.       Что именно вы хотите донести — это ваш выбор. Ведь когда вы что-то объясняете, вы пользуетесь знакомым человеку языком, вы ведь не будете объяснять англичанину, как пройти на Красную площадь на русском? Тут тоже самое, но в более тонкой форме, с оттенками и, казалось бы, мелкими и незначительными деталями, ведь картина состоит из мазков, и только когда художник положит последний штрих, картина приобретёт свой полный смысл.       Последний момент, который я бы хотел, чтобы вы приняли, это мысль о том, что автору стоит ясно отдавать себе отчёт о том, что же он пишет. Как картина состоит из мазков, так текст состоит из знаковых единиц и если художник будет мешать краски как попало, то и выйдет не картина, а Тирек знает что. Вы же желаете, чтобы читатель понял именно то, что вы имели ввиду, а не что-то случайное, что кстати, отнюдь не исключает многогранность понимания текста. Поэтому настоящий автор хорошо контролирует свой текст.              Система «автор — текст — читатель» предполагает, что читатель является интерпретатором авторского текста. А тут важен смысловой компонент текста (текст, несущий информацию, согласованную с некоторой целеустановкой автора), иначе что читателю интерпретировать? Если принять, что смысловой компонент текста является решающим, то необходимо признать верной мысль о том, что текст не состоит из предложений, а реализуется в них. Что я имею ввиду: представьте, что вы написали сплошной текст, несущий определённые мысли и идеи, но без единого знака препинания. Теперь вам необходимо его разделить на смысловые части и дать определённые акценты согласно вашему замыслу. Начните расставлять знаки препинания так, чтобы они соответствовали тому смыслу, который вы хотите донести: запятые, восклицания, дефисы и тире, двоеточия, точки и т. д. И у вас получился единый связный текст в котором знаки препинания обладают смысловым компонентом. Поздравляю, вы восхитительны! Кстати, это и есть авторская пунктуация, так-то! Но пользуясь пунктуацией, как смысловым приёмом не забывайте о правилах пунктуации. Простейший пример уточнения смысла, известный всем со школы, пусть он грубоват, но сразу ясен: «Казнить, нельзя помиловать» или «Казнить нельзя, помиловать».       Уточняю ещё раз, поскольку момент непривычный по сравнению с устоявшимся пониманием текста. Текст един: все компоненты текста связывает смысл, а не грамматика. Вот очень хороший пример такого текста: Мама, сказка, каша, кошка, книжка, яркая обложка, Буратино, Карабас, ранец, школа, первый класс, грязь в тетради, тройка, двойка, папа, крик, головомойка, лето, труд, река, солома, осень, сбор металлолома, Пушкин, Дарвин, Кромвель, Ом, Гоголь и Наполеон, Менделеев, Герострат, бал прощальный, аттестат, институт, экзамен, нервы, конкурс, лекция, курс первый, тренировки, семинары, песни, танцы, тары-бары, точность знаний, чет-нечет, радость, сессия, зачет, стройотряд, жара, работа, культпоход, газета, фото, общежитье, взятка-мизер, кинотеатр, телевизор, карандаш, лопата, лом, пятый курс, проект, диплом, отпуск, море, пароход, по Кавказу турпоход, кульман, шеф, конец квартала, цех, участок, план по валу, ЖСК, гараж, квартира, теща, юмор и сатира, детский сад, велосипед, карты, шахматы, сосед, сердце, печень, лишний вес, возраст, пенсия, собес, юбилей, часы-награда, речи, памятник, ограда.       На самом деле точного определения, что же такое текст нет, всё зависит от подхода. (Если кому интересно, то я пользуюсь функционально-прагматическим подходом, ссылкоту на источник информации дам в конце статьи.) Я не буду приводить никаких отвлечённых рассуждений, сейчас это не важно. Слово «текст» с латинского означает ткань, сплетение, соединение. Поэтому нам важно установить и то, что соединяется, и то, как и зачем соединяется. В любом случае, текст представляет собой объединенную по смыслу последовательность знаковых единиц, основными свойствами которой являются связанность и цельность. То есть текст обладает смысловым единством и завершённостью на уровне цельного произведения — законченное информационное и структурное целое, как картина становится картиной тогда, когда нанесён последний штрих. Причем целое – это нечто другое, нежели сумма частей, целое всегда имеет функциональную структуру, а части целого выполняют свои роли в этой структуре, как каждый штрих на картине — свою роль.       Я разделяю связность и целостность для удобства понимания, хотя оба эти качества в рамках реального текста существуют в единстве и предполагают друг друга: единое содержание, смысл текста выражается именно языковыми средствами.       И, ура, мы наконец-то подошли к первой важной на практике теме. Итак, правильность восприятия текста обусловлена не только языком и выразительными средствами, но и обширным фоном знания читателя, т. е. коммуникативным фоном, на котором построено не только текстообразование, но и текстовосприятие, т.е. интерпретация текста. Например, если я подойду сейчас на улице к кому-нибудь и спрошу о Селестии, то астроном скажет, что это виртуальный планетарий, брони скажет, что это принцесса, а другие, скорее всего, меня вообще не поймут. Отсюда мы приходим к выводу, что правильность восприятия текста обеспечивается не только языковыми и графическими единицами и средствами, но и общим фондом знаний, по-другому «коммуникативным фоном», на котором осуществляется текстообразование и его интерпретация, поэтому восприятие связано с пресуппозицией. Как это использовать? Например, если человек прочитал over 9000 постапокалипсиса, то его сложно удивить сто первый раз повторённым штампом, а если это для человека новый жанр, то он его будет воспринимать в полную силу. Да, шаблоны, методы разрыва шаблонов тоже лежат на фоновых знаниях в том числе. Когда человек видит начало штампа он, как бы, уже знает, чем он закончится, а если шаблон неожиданно заканчивается по другому, то это будет ВНЕЗАПНО неожиданный поворот.       Пресуппозиция или фоновые знания – это компонент смысла текста, который не выражен словесно, это предварительное знание, дающее возможность адекватно воспринять текст. Такие предварительные знания принято называть фоновыми знаниями.Фоновые знания – это знания реалий и культуры, которыми обладают пишущий (говорящий) и читающий (слушающий). Поэтому важно иметь ввиду, что знает ваш читатель.       Пресуппозиция может возникнуть при чтении предшествующего текста или оказаться вовсе за пределами текста как результат знания и опыта составителя и интерпретатора текста. Это важно! Поскольку текст постоянно подаёт новую информацию буквально в каждом предложении. Это можно сравнить со строящимся домом, ведь невозможно построить второй этаж не построив первый, иначе на чём стоять второму? Текст и сюжет работают так же, подавая сюжет, действие и т.д. кирпичик за кирпичиком, вы выстраиваете своё произведение, а читатель кирпичик за кирпичиком его воспринимает. Даже отдельное высказывание в тексте способно содержать в себе предварительное знание, например, констатация в предложении «Пушкин обладал выдающимся даром портретиста, способностью одним штрихом схватить характерные черты портретируемого» содержит предварительное знание о портретных рисунках поэта. А в обычной, бытового содержания фразе типа «Он бросил курить», содержатся сведения о том, что человек прежде курил. Следовательно, текст состоит не только из «последовательности предложений», но еще из некоего «знания», вербально не выраженного (то есть словами в тексте) знания, которое участвует в формировании общего смысла текста.       Автор обычно не пишет в тексте то, что читатель наверняка знает, то есть предполагаемые фоновые знания, но пишет те вещи, которые читателю-интепретатору неизвестны. Читатель же, в свою очередь, накладывает знания, представленные в тексте, на свои фоновые. Таким образом сообщение автора оказывается полным, хотя в тексте оно представлено фрагментарно. Иными словами, насколько подробно или кратко расписывать ту или иную часть текста зависит от того, насколько это знание представлено у читателя в голове. Для адекватного восприятия текста необходимо наличие фоновых знаний, которые рассматриваются как информационный фонд, единый для говорящего и слушающего, в нашем случае порождающего текст (автора) и интерпретирующего текст (читателя).       Итак, есть три типа фоновых знаний: 1) социальные, т.е. те, что известны всем участникам речевого акта еще до начала сообщения; 2) индивидуальные, т.е. те, что известны только двум участникам диалога до начала их общения; 3) коллективные, т.е. известные членам определенного коллектива, связанного профессией, социальными отношениями и др. (например, специальные медицинские знания, политические и др.).       Надо сказать, что фоновые знания могут перемещаться из одного типа в другой. Например, гибель конкретной женщины – это факт индивидуального знания, а гибель принцессы Дианы явилась национальным, даже мировым событием, и, таким образом, этот частный факт вошел в знание социальное. Или: бытовой факт появления мышей в доме, на кухне – это индивидуальное знание, касающееся жизни отдельной семьи (или одного человека).       Фоновые знания можно квалифицировать и с другой стороны, со стороны их содержания: житейские, донаучные, научные, литературно-художественные. Кроме того, фоновые знания могут подразделяться на тривиальные и нетривиальные. Как правило, тривиальные знания в тексте не вербализуются (вода мокрая, подушка мягкая, Твайлайт умная, а фик про васю-попаданца — фиговый).       Самые важные фоновые знания — индивидуальные, поскольку часто служат средством создания подтекста. Понятие подтекста прежде всего связано с художественной литературой, оно полностью сориентировано на предварительное знание. В ряде случаев автор, используя те или другие высказывания, упоминая какие-либо факты, прямо рассчитывает на понимание посвященных, т.е. на индивидуальное знание. Например, в романе А. Пушкина «Евгений Онегин», есть строка «Зизи, кристалл души моей...», которая могла быть понятна лишь тем, кто знал, что «Зизи — детское и домашнее имя Евпраксии Николаевны Вульф» соседки и близкого друга Пушкина. Конечно, это рассчитано на очень узкую аудиторию, тем не менее в наших работах такое тоже не редкость. Индивидуальные фоновые знания можно использовать для сюжетостроения, например, индивидуальные знания героев — конфликты построенные на “недопонимании” друг друга.       Подводя итог, скажу, что фоновые знания — неотъемлемая часть любого произведения. Их понимание и умение ими пользоваться - один из ключей вашей ключницы, отпирающих двери к успеху. Я постарался описать эту, довольно сложную тему, максимально легко и понятно, но если у вас остались какие-то вопросы, то задавайте, я отвечу на них в силу своих знаний. Источник: Валгина — теория текста.