Hydrargyrum

      Я подсела на новый наркотик. Это еще хуже, чем нафталин. Я буду называть тебя ртуть. Потому что один вдох тобой отравляет, а я дышу только тобой. Я уже давно разучилась превращать кислород в углекислый газ.       Глубоко запавшие глаза, без синяков, которые кстати больше чем сами глаза, их увидеть уже не возможно. Кожа скоро должна стать алебастровой, а в вену попасть уже не составляет труда, они почти светятся.       Каждый вдох настолько мучителен, что хочется орать. Правда, уже не получается. Связки издают лишь хрип, а после кашля я харкаюсь кровью. Нет, это, наверное, хуже чем туберкулез. Потому что я знаю, как от этого избавиться, но не могу. Или не хочу.       Ртуть, ты ведь знаешь, я не люблю тебя. Слишком глупо бы это было. Лишь привязанность, странная и болезненная, когда невозможно ни рядом, ни без. От твоих прикосновений всю прошибает током. Почему именно ты дал почувствовать то, чего я так не хотела и избегала? Боль, которая разрядом пробегает по пальцам, шее и отдает в сердечную мышцу двустами вольтами. Нет, я не жалуюсь и не обвиняю. Просто семь попыток суицида за месяц много даже для меня. Эдакое состояние, когда не можешь посмотреть на любой острый предмет, потому что в тебе просыпается дикое желание исполосовать руку. Чтобы зайти в ванну, тоже нужно напрячь все остатки самообладания.       Родные шокируются мясом, оставшимся вместо запястий. Это же некрасиво и противно. Я должна думать о том, как это будет выглядеть через тридцать лет. А я не уверена, что доживу до двадцати пяти. Знаешь, суицид — ужасно утомительное дело. От него так устаешь. Мои пальцы не в силах даже удержать лезвие. Поэтому, сделай это, пожалуйста за меня. Будь милосерднее, добей меня, чёрт возьми. Трупы ходить по земле не должны.