Ненавижу тебя!

Размотав бинты с шеи и кистей рук Дазая, после, было лишь неистовое желание дотронуться до этих закрытых участков кожи, до которых никто даже и не смел касаться.« Как же сейчас приятно шелковые, каштановые волосы рассыпаются между пальцами, а эти глаза меня просто пленяют. » Чуя медленно дотронулся до выпирающих ключиц возлюбленного и нежно поцеловал. Руки уже начинали расстегивать пуговицы на рубашке партнера, но Дазай смотрел словно безэмоциональная кукла. Сняв наконец с него рубашку, Чуя ласкал желанное тело, тёплый, влажный язык водил по выпирающим соскам. «Я хочу, чтобы ты овладел мной. Только ты, больше мне никто не нужен! Ответь же на мои чувства!» — проносилось лишь в голове у Накахары. — Самоубийство, — спокойным голосом произнёс Дазай. — Что? — Двойное самоубийство! Чего не понял? — также спокойно повторил он. — Да иди ты! Какое к черту самоубийство? — Послушай Чуя… — Не хочу ничего слушать! — Чуя. — Ты просто бездушный идиот! — Чу… — Чуя! Да проснись ты! Ты уснул в машине, — лицо напарника скорчилось в недоумении, — и ещё, ты во сне разговариваешь. «Аж пот прошиб… Что же именно я говорил? Это же надо было так лохонуться… Главное все отрицать. Именно. Это лучший вариант.» — И что же я говорил? — Кричал на кого-то, кричал «идиот». А кто снился-то? — Не важно… — произнес Чуя, и с лёгкостью выдохнул напряженный в лёгких воздух, — все это не важно… «Как же я его ненавижу!» — крутилась лишь единственная мысль, пока в окне машины всё менялись пейзажи. Но даже от этой мысли сердце начинало биться сильнее, а уголки губ поднимались в лёгкой ухмылке. «Ненавижу тебя…»