В суровом походе
5 января 2017 г., 05:33
В штате Колорадо, относительно не далеко от подземного комплекса NORAD была построена военная база, которая выполняла функции центра подготовки. На этой базе уже обучилось не одно подразделение. Впоследствии эти подразделения разбросали по всей галактике, а некоторые вошли в команды ЗВ.
Несмотря на это, база мало чем отличалась от других военных баз. Тут были казармы, столовая в отдельном строении, арсенал, тир, штаб и, конечно же, плац — куда ж без него. Ещё был учебный центр — двухэтажное здание с множеством классов, которые были оборудованы по последнему слову техники. В небольшом отдалении от основных построек базы находился полигон.
Местность для тренировок была плодотворная. Сама база располагалась на равнине, плотно окруженная лесным массивом и горами. Очень красивая и живописная природа. Которая, впрочем, могла стать и смертельно опасной… Именно на этой красивой природе проводили тренинги по выживанию и ориентированию на местности.
Сейчас к основной базе пристроился палаточный городок, который располагался несколько на отшибе. Какие будут условия на Китеже, никто не знал, поэтому решили постепенно отказываться от комфорта. В палатках по три — четыре двуспальных кровати, все удобства на улице. Душ и тот «садовый» — маленькая кабинка с бочкой на верху. Кухня полевая. Арсенал тоже был свой, в отдельной палатке, которую круглосуточно охраняли наряды. Русские солдаты привезли с собой новейшие образцы экипировки и оружия. За пропажу хотя бы одного элемента можно было отхватить нехилый срок!
Некоторые из палаток уже были заселены русскими и китайскими солдатами. И уже почти неделю как проходили подготовку по американской системе. Остальные палатки дожидались учёных и техников.
Прибывшим в тренировочный лагерь русским от КЗВ выдали по два комплекта стандартной спортивной одежды и обуви, только с логотипами SGC, которые, собственно, и отличали здешних военных от гражданских. Дрилл-сержантов подбирали очень тщательно — из тех, что не орут, как психопаты, на подопечных, а умеют общаться вполне цивилизованно. Ведь не стояло цели из учёных сделать боевые машины, а просто немного жирок согнать и дать базовые знания для выживания, которые им могут пригодиться в экспедиции.
Прочие обитатели лагеря знали, что это какая-то международная группа специалистов, которых готовит для секретного задания одно из самых секретных подразделений ВВС. То есть некое уважение к прибывшим было, хотя солдаты и их командиры втихаря посмеивались, заключая пари на то, сколько дней тут выдержит эта хилая команда. Ну и на девчонок приезжих засматривались. Впрочем, не вся команда выглядела хилой. Люди военные сразу выделялись в ней особой осанкой и выправкой, которую не спрячешь даже под спортивными костюмами.
Игорь Андреевич Соловьёв прибыл на базу в составе колонны машин, перевозящих гражданских специалистов, которые должны были войти в экспедицию Китежа. Когда он вылез из машины, его взору открылась живописная картина местной природы. Возвращение на свежий воздух после 4 дней под землёй действовало благотворно. Только вот холодной солёной воды Игорь тут пока не видел. Остальное, о чём говорил Громов, при внимательном обзоре можно было увидеть.
Игорю Андреевичу предложили одну из палаток, которые ждали своих обитателей. Соловьёв, конечно, понял, что надо привыкнуть к менее комфортным условиям, но был весьма озадачен тем, что там все кровати 2-спальные. Сразу возникал вопрос: а с кем же ему придётся делить кровать? Точнее, какого пола будет его ближайший сосед? Если уж одна кровать на двух человек, то было бы лучше, чтобы это была какая-нибудь красивая девушка. Либо оставить его на кровати одного.
И можно ли оставлять в палатке свои вещи? Игорь Андреевич пока не так хорошо знал тех, с кем ему придётся делить палатку, и не привык оставлять своё имущество под носом у тех, кого почти не знает. Поэтому он считал, что свой рюкзак лучше оставить в каком-нибудь более надёжном месте, где его можно хотя бы запереть.
Интересно было, что готовят в полевой кухне, но, наверно, работа должна была начаться не с этого, и Игорь Андреевич решил дождаться более подробных инструкций. Сначала ему сообщили о необходимости получить специальную полевую форму, что он и сделал. Когда он вернулся в свою палатку, чтобы переодеться, там оказалась молодая красивая девушка с длинными светлыми волосами и большими глазками. Она чем-то напоминала актрису Татьяну Арнтгольц и показалась Игорю очень красивой. Кажется, она тоже собиралась переодеваться и, судя по всему, выбрала ту же кровать, на которой собирался расположиться Соловьёв. Увидев друг друга, оба смутились.
— Простите, я, наверно, ошибся, — замямлил Соловьёв, — наверно, моя палатка другая…
— А я не думаю, — улыбнулась девушка, — меня предупредили, что здесь будут и мужчины. Мне сказали, что здесь необязательно спать раздетыми, наверно, поэтому военные не считают необходимым расселять мужчин и женщин по разным палаткам.
— Да, они юмористы, — рассмеялся Игорь Андреевич, — а… с кем имею честь?
— Ах, да, простите, Анастасия Сотникова, из группы доктора Трошкина, — представилась девушка, — а вас как зовут?
— Игорь Соловьёв, — представился археолог, — что-то я вас не припоминаю.
— Я приехала после вашего собрания, — пояснила Анастасия, — но раз вы Игорь Соловьёв, значит, вы и есть тот, кто открыл этот город Древних?
— Именно, — улыбнулся Игорь.
— Вот это мне повезло! — чуть не подпрыгнула от радости девушка, — у вас такая шикарная причёска!
— Спасибо, вы первая, кто оценил её здесь, — продолжал улыбаться Игорь Андреевич, — вы выбрали эту кровать?
— Да, — смутилась Настя, — это ваша?
— Вообще-то да, но я не хочу прогонять вас, я могу выбрать другую…
— А какие проблемы? — воскликнула Настя и тут же поняла, что ведёт себя слишком вольно и приняла серьёзный вид.
— Эээ… никаких, — дипломатично ответил Соловьёв, — пусть она будет нашей.
Игорь и Настя рассмеялись, но в это время Игорь увидел неподалёку лейтенанта Эттвуда и вспомнил, что хотел выяснить насчёт своих вещей, поэтому предложил Насте пока переодеться и направился к Айвену, к которому вскоре подошла и Диана Кромверк. Она в свою очередь нашла это место отличным для длительного пешего похода. Правда, вряд ли на него найдется время, если только их специально туда не заведут и оставят выбираться самих. Этого ей не хотелось, хотя кто знает этих военных, и что они придумали. Она привыкла рассчитывать на худшее, поэтому этот вариант не был ещё самым ужасным из тех, что она продумала. Но ветерок, приносящий аромат свежести и леса, заставил её немного отвлечься от груза предстоящих испытаний.
Её группе, как и всем остальным, предложили разместиться в палатках. Она и ещё две девушки заняли трехместную палатку. Ожидая по-настоящему полевых условий, без каких-либо удобств, она засмеялась, увидев в платках двуспальные кровати. Где же драйв похода, и сон в спальниках на жесткой земле, смягчаемой лишь одним карематом? Вспоминая детство, когда мать еще брала её на раскопки, она припоминала, какие условия были там. Никакой речи о кроватях в палатках не было. Если был туалет, это уже было счастьем для всей группы. Полевая кухня бралась исключительно для больших экспедиций, зачастую обходились кострами и газовыми горелками походного типа. Но зато был вкуснейший кулеш на костре и вечерние посиделки с гитарой. Диана с теплом вспоминала то время. Ей нравились раскопки, тогда она могла общаться с матерью и наслаждаться природой. Жаль, что здесь вряд ли будет такая тёплая обстановка, все слишком озадачены грядущей экспедицией.
Разгрузив немного рюкзак, оставив в палатке лишнюю одежду и косметичку, Диана направилась на изучение лагеря, надеясь встретить кого-нибудь знакомого. И им, разумеется, снова стал лейтенант Эттвуд. Сам он приехал в лагерь часа в три пополудни в день заселения гражданских, чуть раньше их самих. Посмотрел, где их расселяют, и подумал, что вряд ли участникам экспедиции нужно будет жить в палатках в другой галактике. Скорее всего, работа экспедиционных групп будет строиться по стандартной схеме: вышли, быстро сделали дело, быстро вернулись на базу. Хотя, если в Китеже вдруг не найдется жилых комнат, то палатка даст хоть какую-то иллюзию уединения, которое людям порой крайне необходимо. Ведь ее можно поставить и в помещении.
Погодка была отличная, тренировки начинались только завтра, и Айвен собрался после собрания тренеров прогуляться по окрестностям. Но сперва решил переодеться в полевую форму и совершить обход по временным жилищам подопечных. Сменив рубашку, галстук и строгий синий китель на удобную BDU «Скорпион», он направился к сегменту палаточного лагеря, в котором устраивались учёные. Прошёлся и осмотрел условия, остался вполне доволен, и подумал, что все эти тренировки по красивым лесам и горам станут своего рода отпуском для участников экспедиции.
Поприветствовав Соловьёва и Диану, лейтенант справился у них, выдали ли им одежду. Игорь доложил, что форма получена, и он скоро переоденется, бросив небрежный взгляд в сторону своей палатки. Диана подошла как раз вовремя, чтобы услышать первичный инструктаж касательно начала тренировок, и, многозначительно хмыкнув на вопросе о форме, продемонстрировала объемный пакет. Эттвуд сообщил им, что их поставили на довольствие, указав, где столовая, центр для собраний, офис командования и медсанчасть.
— Обращайтесь ко мне со всеми вопросами и нуждами, — сказал он, — остальные тренеры не говорят по-русски, поэтому с ними общайтесь по-английски, если хотите, чтобы вас поняли. График на завтра такой: 08:00 — подъем, до 09:00 — гигиена, сбор, завтрак. Затем общие занятия. В 11:00 — ланч. После него познакомитесь с полосой препятствий и пробежите небольшой кросс — всего 2 мили без снаряжения. Затем — недолгий отдых. В 15:00 — теоретические занятия по технике выживания в условиях дикой природы. В 17:00 — обед, потом пеший поход в горную лесистую зону с обучением уже практическим навыкам ориентирования и выживания. К 20:00 вернемся в лагерь, будет ужин и отдых. В 22:00 отбой. Во время перерывов между занятиями вы можете в любой момент зайти в столовую перекусить. Если есть какие-то вопросы или просьбы, говорите.
Диана решила поддержать разговор, так как у нее остались вопросы:
— А где вас искать-то? Я уже три раза заблудилась в этих палатках, номера бы на них проставили, что ли…
— Меня искать не нужно, — рассмеялся Айвен, — я сам к вам буду приходить ежедневно. Ещё надоем. А если экстренно буду нужен, то палатки тренеров вон там, рядом с вашей зоной. Моя ближняя. Если что-то будет срочно нужно, обращайтесь. Во время занятий я буду с вами. А палатки нумеровать никто не будет. Учитесь визуально ориентироваться.
— А что нам тут можно делать, а что нет? Покидать лагерь, как я понимаю, запрещено без сопровождения… — вопрос о том, что ещё тут можно делать в оставшиеся часы до сна, Диана не решилась задавать, так как это явно не входило в область задач, которые должен был решать лейтенант, — судя по вашим словам, у нас тут одно развлечение: много есть, тем самым заедая скуку.
— Лагерь покидать запрещено, вы правы. Это будет квалифицироваться как самоволка и нарушение режима тренировок. Понятно, что вы не в армии, но порядки здесь армейские. Так что будьте добры, соблюдайте их. Это ведь ненадолго. И немного дисциплины вам всем не помешает, чтобы в Китеже действовать чётко и слаженно.
На самом деле Айвен был уверен, что за одну-две недели из гражданских никак не сделаешь команду. Для того нужны годы. К тому же, научная братия — это обычно индивидуалисты, которым сложно привить чувство локтя, и осознание приоритетов коллектива превыше личных. Не говоря уже о безоговорочном подчинении приказам командиров. Но перед ним и не стояло таких крутых задач, сейчас речь шла только о небольшой подготовке «кабинетных» людей к испытаниям, которые могут оказаться опасней бытия в лабораториях.
— Что можно делать, — продолжил он, — тренироваться днём и спать ночью. Свободного времени у вас будет всего пара часов перед отбоем. Думаю, у вас просто не будет сил по вечерам искать каких-то развлечений. Их тут и нет. Впрочем, можно поиграть в баскетбол на спортивной площадке за палаточным лагерем. Собственно, всё.
— Стало быть, сегодня нас уже ничего не ожидает, — заметил Соловьёв, — пожалуй, правильно, день уже близится к вечеру.
— Сегодня ожидает только ужин, отдых и подготовка к началу занятий, — подтвердил его слова лейтенант.
— Лейтенант, я думаю, большинство вещей в моём рюкзаке мне сейчас не понадобятся, здесь есть, где запереть его или оставить под присмотром, чтобы я мог оставить себе только самое необходимое? — задал следующий вопрос Игорь.
— Вещи, которые не будут нужны, брать не стоило. Но вы можете сдать их в хранилище, расположенное в подвале командного офиса. Только сделайте опись, чтобы её там распечатать и сдать на хранение, как положено. Ещё вопросы?
— Нет вопросов, лейтенант, — сухо ответил Соловьёв, — спасибо, я так и поступлю.
Игорь, переглянувшись с Дианой, направился туда, куда указал Эттвуд. У Дианы вопросов тоже не было.
Подполковник Константин Николаевич Громов прибыл в лагерь со всеми гражданскими специалистами в составе машинной колоны. Он наконец-то мог снять с себя форму с «цацками» и одеть обычную полевую форму, в которой было намного удобней. Даже удобней, чем в тренировочном костюме, что предлагали американцы. По крайней мере для самого Громова. В это время все прибывшие солдаты были на учениях, и палаточный лагерь казался полупустым. Правда, свои оставили наряд, да и американцев тут было достаточно.
Как только Громов вошёл в городок, ему тут же дневальный доложил, что начальник экспедиции Китежа прибыл на базу и вызывает его к себе. Подполковник тут же направился в штаб, где тот находился. Начальником был полковник ГРУ Андрей Юрьевич Тихонов.
Андрей Юрьевич всю свою службу посвятил Главному Разведывательному Управлению Российской Федерации. Он был умным и очень опытным офицером. За время своей службы он многое успел сделать и был достаточно знаменит в армейских кругах. Несмотря на то, что ГРУ и ФСБ издавна были соперниками, и им часто приходилось хранить разные секреты друг от друга, иногда всё же эти два управления работали вместе, сообща. И сам Громов уже работал несколько раз с Тихоновым. Константин был очень рад, что именно Тихонову дали это задание. Сразу видно, что Россия поставила много на этот проект.
— Здравствуй, Константин, здравствуй, дорогой! — воскликнул Тихонов, высокий, подтянутый офицер средних лет, с проседью в волосах и почти седыми усами. Он и еще несколько офицеров из разных стран склонились над картой с изображением местности, но, как только Громов вошел в помещение, Тихонов поднял голову и улыбнулся, приветствуя своего старого товарища.
— Рад видеть тебя, Андрей Юрьевич! — улыбнулся в ответ Громов. Улыбнулся совершенно искренне, без ехидства или натянутости, что для самого Громова было не часто. Офицеры пожали друг другу руки.
— Давай я тебя со всеми познакомлю, — говорил Тихонов на русском, очевидно, что и все остальные офицеры в штабе, по крайней мере, те, которые должны были лететь на Китеж, говорили и понимали русский язык.
— Это у нас майор Краснов Вадим Олегович, — начал полковник с представления офицеров-соотечественников, — он у нас командир роты охранения. Город будут охранять, пока вы через врата будете ходить. Рота будет сводной, с нашей стороны два взвода ВДВ.
Рукопожатие у Краснова было сильным, как и он сам. Ростом под два метра, настоящий мордоворот! Но с открытым и добрым славянским лицом. Постоянно улыбался и шутил, сдвинув голубой берет на затылок.
— Очаровательная Чжан Фэй. Капитан командует второй половиной сводной роты, — Фэй действительно была очаровательной и даже красивой. Но Громов понимал, что за красотой могло скрываться нечто более опасное. Громов обменялся с Фэй вежливым рукопожатием. Её рука не была такой сильной, как у Краснова, но Константин увидел, как заиграли жилы и мышцы на худенькой руке.
— Майор Люн Чу Вай, — продолжал представлять офицеров Андрей Юрьевич, — командир спецподразделения, из которого мы будем собирать наши собственные команды ЗВ. И майор уже хочет командовать группой ЗВ-1 на Китеже.
— Прошу вас, просто Люн, — китаец весело рассмеялся, пожимая руку Громова, — полковник несколько преувеличивает, я не собирался отнимать у вас этой чести… Мне и ЗВ-2 сойдет.
— С нашей стороны из спецов десяток спецназовцев из ГРУ будут, и еще десяток из ваших, ФСБ-шников. Надо будет из них команды слепить. Вот вам с Люном задание.
— Сделаем Андрей Юрьевич, — отвечал Громов. Наконец-то и ему работа нормальная пришла. Надоело ему с учёными возиться.
Константин улыбнулся Люну в ответ: ему нравился этот китаец, который чем-то походил на Джета Ли. Он был одет в черную форму без опознавательных знаков, в отличии от его коллеги, которая была одета в обычный полевой камуфляж.
— А это Джон Китс. Капитан командует европейско-американским контингентом. Так сказать, наше усиление, — Константин пожал руку капитана.
— Должен быть ещё полковник Нортон, но его ещё нет. Заблудился, наверное.
Офицеры, включая Китса, заулыбались шутке Тихонова. Андрей Юрьевич умел располагать к себе подчинённых, на этом месте у Громова разыгралась зависть.
— Наши коллеги нам тут ребусы подкинули, вот мы и решаем, — весело начал вводить в курс дела Громова Тихонов, — они нам сначала свои унылые беги с препятствиями подсовывали, но как-то быстро поняли, что не простые ребята приехали. Давай, знаешь, как поступим? Ты сейчас доведи до наших гражданских, чтобы после ужина сразу на боковую не укладывались, я хочу с ними познакомится. Пообщаемся в неформальной обстановке, так сказать, в актовом зале. А мы тут закончим дела наши насущные. А после мы с тобой отдельно переговорим.
— Да, не вопрос, Андрей Юрьевич!
— Ну, добро, — ответил полковник. Громов вышел из штаба в хорошем расположении духа. Если до этого разговора Константин был готов к самым худшим вариантам, то теперь был уверен на все сто.
Попетляв между палаток в поисках Соловьёва, он увидел, как тот общается с Эттвудом и Кромверк, и Игорь наткнулся на Громова уже через 5 шагов на пути к месту сдачи вещей.
— Вечер добрый. Как проходит расселение? — обратился к Игорю подполковник.
— О, подполковник! Эээ… расселение… превосходно! — воскликнул Игорь Андреевич, — я тут собираюсь сдать лишнее на хранение, чтобы не держать ненужные вещи в палатке.
— Начальник экспедиции собирает всех в актовом зале сразу после ужина… — сразу перешёл к делу Громов. Упоминание начальника экспедиции стало сюрпризом для Соловьёва, и Игорь осведомился:
— А кто начальник и для чего собирает?
— Полковник Тихонов, — в свою очередь отвечал Громов, — Андрей Юрьевич. Отличный командир. Для чего собирает? Как для чего? Познакомится хочет, наладить отношение. Не хочет он, понимаешь, ситуации как на «Судьбе», что бы военный контингент собачился с гражданскими. Полковник Тихонов не обычный солдафон, из разведки он. Я бы сказал, знаток человеческой души.
Упомянутого человека Игорь Андреевич не знал, поэтому имя, увы, ни о чём ему не сказало, значит, единственный способ узнать — явиться на собрание. В самом деле было бы интересно заранее узнать, под чьим командованием придётся работать. Раньше Игорь Андреевич работал в основном с Громовым, пока особых открытий не было, а теперь придётся более тесно сотрудничать с военными.
— Знаток? — повторил Соловьёв, — ну что ж, посмотрим на него, послушаем, что он нам скажет. Пойду предупрежу остальных.
Игорь Андреевич вместе с Кромверк, которая всё слышала, обошёл лагерь и всех предупредил, куда надо идти после ужина, после чего вернулся в свою палатку. Настя уже переоделась и любезно предоставила сделать то же самое Игорю. Наговориться с ней он пока не успел, так как был уже озабочен предстоящим знакомством с полковником Тихоновым, поэтому оставил разговоры на ночь, не забыв напомнить, что она тоже должна быть на собрании.
После ужина, который не особенно впечатлил Соловьёва, Игорь Андреевич, как и все остальные, направился в актовый зал, где занял место в первом ряду, поближе к тем, с кем придётся знакомиться, и уселся в ожидании представления. Но узнал на собрании мало что нового для себя, кроме разве что того, что миссии, судя по всему, будут проходить при активном участии китайцев. Подробного разговора, кто к кому будет определён, не было, но Игорь Андреевич надеялся, что ему не придётся подчиняться китайцам. Он, конечно, уважал их, как более партнёров, чем американцев, но предпочитал подчиняться своим силовикам. И готов был просить об этом Громова, если такой вопрос встанет.
Конечно, Соловьёв по-прежнему был в центре внимания, как первооткрыватель, но каких-то важных организационных шагов на собрании предпринято всё равно не было, поэтому Игорь Андреевич был рад, что оно относительно быстро закончилось. Его заместитель — Диана Кромверк, судя по её виду, вполне разделяла чувства Игоря, и он лукаво подмигнул ей, когда они встретились взглядом. Нет, смысл речи она уловила, но всё это было настолько шаблонным и предсказуемым, что слушать не было смысла. Главное, что интересовало большинство из присутствующих, она уже услышала и увидела. К её большому облегчению, полковник не собирался долго разглагольствовать, другие участники вообще предпочли сохранить молчание, поэтому через полчаса их уже распустили спать.
После собрания Соловьёв и Кромверк не стали утомлять друг друга разговорами ни о чём и разошлись по своим палаткам. Ориентироваться среди них действительно было непросто, но на помощь пришла Анастасия Сотникова — соседка Соловьёва по палатке. Заниматься особо было нечем, поэтому, как только стемнело, все легли спать. Насте, видимо, компания Игоря Андреевича очень понравилась, потому что она тихонько придвинулась к нему и положила руку ему на грудь. Они какое-то время тихо беседовали об открытии Китежа, о том, что их ожидает, о своей жизни, и сами не заметили, как перешли на «ты». Наговорившись около часа, Настя положила голову на грудь Игоря, ласково приобняв его левой ручкой и крепко уснула под бой его сердца. Точно так же в сладкий сон погрузился и сам Соловьёв.
Наутро началась активная подготовка. С психологическими тренингами Соловьёв справился относительно легко. По результатам нельзя было сказать, что он совсем не боится возможных врагов, жить всё-таки хотелось, но чтение отчётов о миссиях базы Звёздных врат и Атлантиды дали о себе знать, и Игорь Андреевич показал способность сохранять самообладание в сложных ситуациях, поэтому вполне был способен выбираться из них.
Навыки пользования стрелковым оружием Игорь тоже пока не растерял и с удовольствием поработал с пистолетом «Макаров» и пистолетом «Грач» конструкции Ярыгина. Опробовал неизвестный ему ранее пистолет-пулемёт ПП-2000, а также вспомнил автомат Калашникова и СР-3 «Вихрь». Пострелял даже из перспективного автомата А-545. Этого спектра ему было вполне достаточно, учитывая, что он всего лишь историк-археолог.
Лекции по безопасности Игорь Андреевич старался слушать, хотя и не всё понимал, но надеялся, что на практике поймёт. Зато на силовой подготовке его загрузили по полной, и в первые дни он валился с ног от усталости. Но особенно непривычными для него стали беговые упражнения. Бег, бег и ещё раз бег, словно он был профессиональным спортсменом типа футболиста, который проходит предсезонную подготовку и закладывает функциональный фундамент на целый сезон. Полоса препятствий тоже давалась ему непросто, и он чувствовал себя немного неловко. Впрочем, ближе к концу недели на базе появился доктор Джексон, который здорово подбадривал его, со смехом показывая свою мускулатуру, которую набрал после возвращения из вознёсшихся.
Игорь Андреевич не очень понимал, к чему археологу такая отменная физподготовка, но Даниель справедливо заметил, что никто пока не знает, как быстро придётся побегать в Андромеде. Лейтенант Эттвуд даже подивился простоте звезды программы ЗВ, что тот решил побегать и попрыгать вместе с новичками. Он сослужил хорошую службу в деле подъёма духа команды. «С нами бог», — как пошутил один из тренеров, увидев Джексона на тренировках. Да, для многих в КЗВ доктор был богом, благодаря работе которого вообще появилась программа ЗВ.
Зато каждую ночь настоящей отдушиной для Соловьёва была Настя Сотникова, поэтому Игорь Андреевич не унывал, полагая, что дальше будет чуть легче, и функциональной подготовке уже не будут уделять столько времени. Прыть Соловьёва по части покорения девичьих сердец позабавила Эттвуда, и это стало поводом для множества шуток в кругу тренеров: ботан — звезда проекта, и девчонку себе оторвал по высшему классу. Айвен не влипал в чужие отношения, и не запрещал ничего, пусть гражданские сами разбираются в своих гражданских отношениях.
Для Кромверк всё происходило достаточно одинаково и размерено. Утро было лёгким, после завтрака отправка в классы, где начитывали общую теорию касательно устройств древних и демонстрировали уже известные артефакты для упрощения работы с ними. Так же проводили практические занятия на симуляторах по работе с интерфейсами наиболее распространённых устройств. Параллельно шёл усиленный языковой курс, чтобы в случае обнаружения чего-то нового, люди не стали сразу жать кнопки в ожидании, что это нечто заработает, а попытались вникнуть в надписи: может, это вообще лучше не трогать.
После ланча была физическая подготовка, которая к большому облегчению гражданских, оказалась весьма разнообразной. Доминировало, конечно, общее физическое воспитание, но также были занятия в тире и в борьбе. Это было не зря, потому что некоторые из участников никогда в жизни не держали в руках оружие. И лучше пусть они тренируются, и им это не понадобиться, чем в случае опасности будут палить без разбору. Диане это было просто. Она прошла базовую подготовку при вступлении в программу, но освежить навыки никогда не мешало. Стреляла она и тогда так себе, но тут было много таких. Потом было самое скучное: теория выживания, которую угрюмый военный им тщательно пытался вбить. Кто-то откровенно скучал на этих лекциях, кто-то судорожно записывал, ловя каждое слово инструктора. Диана же нашла для себя золотую середину. Слушала достаточно внимательно, чтобы запомнить основное и использовать при надобности. Иногда это казалось пустой тратой времени, костёр она и так умела развести, ориентироваться по сторонам света тоже могла, но понимала, что на другой планете всё может быть иначе.
Впрочем, теория сменилась практикой, которая была более интересная. Правда, время для неё выбрали не самое подходящее, для новичков-то. Впрочем, всем всё равно понравилось куда больше, чем монотонная теория. За ужином все с аппетитом уплетали, что давали, и увлечённо болтали о прошедшем дне. Кто-то откровенно хвастался успехами, кто-то жаловался, что ушиб плечо на полосе препятствий, кто-то стонал что вообще не понимает, зачем им это. Но последних было меньшинство, что радовало Диану.
Вечерами часто собирались группой, как и многие другие учёные, обсуждали возможности и предстоящие задачи. Шутили, рассказывали истории. Пытались максимально понять друг друга и создать комфортную атмосферу для будущей работы. Хотя поладить удавалось и не со всеми, некоторые не стремились влиться в коллектив и держались отстранённо. Поначалу Диана пыталась как-то наладить с ними контакт, но те старательно игнорировали её попытки. В результате она просто перестала обращать на них внимания, сделав себе пометку, что если её спросят, то этих людей лучше не брать с собой.
Так и пролетела почти целая неделя подготовки. Всё было достаточно одинаково, но думать на этот счет не было времени. Громов всю эту неделю провёл в компании военных, что, собственно, не удивительно. Военные жили по своему распорядку, который незначительно отличался от распорядка дня гражданских.
Вставали солдаты ровно в шесть утра, после чего целый час посвящали зарядке и пробежке. Бегали не только по территории базы, но и по лесу, маршрут уже успели согласовать, и после разогрева на плацу строй солдат убегал в лес. Лесной маршрут нужно было преодолеть в целом за полчаса, после чего бойцы возвращались в лагерь и приводили себя в порядок — брились, умывались, заправляли кровати.
Завтракали в семь утра. Полевая кухня к этому времени уже успевала приготовить всем завтрак. Еда была простой, но сытной. А после завтрака, примерно в половине восьмого, когда гражданские только-только просыпались, они уходили на построение, где Тихонов ставил задачу на день, назначались наряды на полевую кухню и караул на палатку-арсенал. Основные тренинги по технологиям и устройствам древних бойцы прошли уже на прошлой неделе. А Громов и так имел высокий доступ к материалам ЗВ, вдобавок за три для вынужденного безделья в Шайенне он экстерном прошёл эти тренинги, полистав материалы. Поэтому эту неделю Тихонов решил посвятить слаженности взаимодействиях среди военных. И китайцам, и русским выдали новую форму, как когда-то выдали экспедиции на Атлантиду, со своими шевронами и прочим, чтобы убрать различия между бойцами двух разных армий. Форму, оружие и экипировку предоставила российская сторона, выделив самое лучшее и новейшее из своих разработок. Которую берегли от лишнего внимания своих американских «партнёров».
До обеда отрабатывали взаимодействие и понимание друг друга в разных ситуациях. Пробовали разные формации. Конечно, первый блин вышел комом, но Тихонов всегда умел найти нужный подход к людям.
После обеда начинались отработки сценариев, и с полигона можно было услышать стрельбу из автоматического оружия и взрывы. Солдаты охранения отрабатывали свои сценарии, а спецназ свои. Всё это веселое мероприятие обычно длилось до ужина, после которого солдаты занимались чисткой оружия и экипировки после насыщенного дня.
Эттвуд старался быть всё время рядом с русскими военными во время боевой и физической подготовки. Присматривался, кто послабее, кто посильнее. Китайцы в команде вообще поражали своей подготовкой, стойкостью и целеустремлённостью. Действовали молча и с завидными успехами. Айвен подумал, что не хотел бы стать противником этих ребят в бою. Впрочем, и противником русских он не пожелал бы быть.
Вторник и субботу полностью посвятили физической подготовке. В первой половине дня оккупировали тренажёрные залы, а после обеда устраивали спарринги и работу в парах на свежем воздухе. Тут не было эффектных маханий ногами, зато были болевые и удушающие приемы с сильными и эффективными ударами.
Имея возможность иногда видеть тренировки военных РФ и Китая, Эттвуд напрягался. Американский боевой отряд, который отправится в экспедицию, конечно, тоже парни не хилые, но приезжие были им явно достойными соперниками. А уж сам лейтенант каждому из бойцов уступал по всем параметрам. Он знал, что солдаты считали его и прочих офицеров «штабными крысами», но и знал то, что их прикроют в любой ситуации. А вот насчет русских и китайцев был не уверен. Получалось, что американцев в Китеже будет гораздо меньше по численности, нежели этих «союзников». Это тревожило. Впервые лейтенанту предстояло работать в условно враждебном окружении. И презрительное словечко «пиндосы» он слышал уже не раз на полигоне. Так что понимал, что он сам является для русских и китайцев условным противником. А уж как сложатся отношения в будущем между разными сторонами, кто его знает…
В воскресенье готовились к большому походу. Палатки, альпинистское снаряжение, консервы и прочее. Первые несколько дней военные и гражданские должны были пройти вместе, а потом разделиться. Солдатам подготовили более сложный и опасный маршрут. Гражданские же остаются на попечении своих тренеров и нянек. Им, гражданским, предстояла прогулка по лесу, потом подъём в гору, после которого нужно было сплавиться по реке и вернуться обратно на базу. На всё это давалась неделя.
Итак, спустя неделю после приезда будущие исследователи Китежа перешли ко второй части плана: походу. Игорь Андреевич понимал, что перед ним нужно хорошо выспаться, поэтому накануне лёг пораньше. Тренеры снабдили всех снаряжением: рюкзаки, спальники, запас провианта на неделю, включающий кое-какие крупы, консервы и большое количество протеиновых батончиков. Кое-кому было поручено нести двух-трёхместные палатки, для построения лагеря. Так же был полевой набор посуды, фляги с водой и, к большому удивлению Дианы, оружие. Она не представляла, зачем им в этой местности могло оно понадобиться, но отказываться не решилась. Мало ли с чем придется столкнуться. Наличие диких зверей в этой округе она не исключала, правда вблизи лагеря их наличие считала маловероятным: слишком уж много шума от военного и гражданского персонала.
Перед отправлением Диана зашла в свою палатку и достала кое-какие вещи из рюкзака, которые могли ей пригодиться в пути. На всякий случай прихватила с собой планшет, зажигалку и спички, отправив их в карманы куртки. Несмотря на то, что в снаряжение входили фонарик и нож, она решила прихватить свои, так же засунув их в карманы. Также она взяла с собой толстовку и перчатки с шапкой, ведь ночами в лесу могло быть куда холоднее, чем в лагере. Собрав это все, Диана направилась к месту сбора, где уже собирались другие участники.
Первым делом нужно было пройти лес. Соловьёв старался не отбиваться от остальных групп. Увидев Диану Кромверк, он сказал:
— Ну вот, Диана, теперь мы можем почувствовать себя настоящими членами ЗВ-отрядов. Доктор Джексон говорил, что они часто через такое проходили. Правда, им часто попадались враги… Джаффа или ещё кто-то неожиданно из-за кустов…
— Да, прямо повеяло приключениями, Игорь Андреевич, — Диана улыбнулась Соловьёву и продолжила, — может пока мы не сталкивались с врагом. Не думаю, правда, что нам попадутся Джаффа, но кто знает, что военные нам приготовили.
Здесь, к счастью, никаких Джаффа пока не было. Пока… до поры до времени Игорь беззаботно следовал по лесу в компании Дианы, Анастасии Сотниковой и ещё нескольких гражданских, как вдруг услышал какое-то шевеление в находящихся впереди кустах. Послышалось что-то вроде лёгкого, но зловещего треска. Игорь почему-то сразу подумал о посохах Джаффа и поспешил увлечь идущих рядом с ним девушек на землю: из кустов посыпался шквал плазменных зарядов. Тут только Соловьёв и понял, зачем ему дали с собой оружие, схватил ПП и открыл огонь по кустам. Атака сразу прекратилась.
— Девчата, вы не ранены? — осведомился Игорь у девушек. Вроде, с ними всё было в порядке. Выждав несколько секунд, Диана поднялась с земли, потирая ушибленную руку, на которую пришелся весь удар при падении. Помогая подняться Анастасии, которая прибывала в чуть большем шоке, чем она сама, Диана не могла не отметить, насколько быстро действовал Игорь Андреевич, и что его поступок был достоин средневекового рыцаря, готового защищать прекрасных дев.
— Да, все нормально… Спасибо, — обратилась девушка к Соловьёву, немного пораженная благородным поступком доктора. Вскоре прибежали тренеры-инструкторы.
— Что это было? — испуганно спросил Соловьёв.
— Всё в порядке, Игорь Андреевич, мы захотели немного проверить вас. Оружие противника было ненастоящим. В кустах были наши люди.
— Ваши люди??? — пробормотал Соловьёв, посмотрев на своё оружие. В кустах действительно лежали двое солдат, на которых, впрочем, не было следов ранений, и они спокойно поднялись.
— Когда-то давно ЗВ-1 нашли в нашей галактике испытательный полигон Апофиза. Там тренировались молодые воины, которые использовали для учений вот эту технологию, — инструктор вытащил из оружия Игоря Андреевича маленький красный кристалл вместо боеприпасов, — она называется Интар и может имитировать боеприпасы известных видов оружия. Вам кажется, что вы стреляете настоящим, и вас поражают как будто бы настоящим, но на самом деле это имитация.
— Понимаю, — молвил Игорь.
— Извините, но предупредить вас мы не могли, — усмехнулся тренер, — вы прошли испытание, доктор Соловьёв. Диана, усмехнувшись, обратилась к Соловьёву и Сотниковой:
— Ну, я же говорила, что всё не будет так просто. Но так даже веселей.
После этого путь был продолжен, Игорь говорил Диане, что здесь, судя по всему, надо быть готовыми к любой ситуации. Он не знал, какие ещё ситуации будут им смоделированы, поэтому время от времени вспоминал прочитанные им отчёты. На преодоление леса ушло два дня, и он закончился просторной поляной, от которой нужно было начинать подъём в гору. Было разрешено передохнуть перед этим этапом. Во время становления лагеря Диана проявила инициативу, выставляя импровизированный караул по два человека с интервалом в три часа. Так все могли бы отдохнуть, и в случае опасности караульные оповестили бы всех. Правда, это не понадобилось, но, после встречи с импровизированным врагом, все поддержали эту идею.
Следующим этапом похода было восхождение на гору. Диана командовала установкой лагеря на большой поляне у подножья горы, когда заметила в отдалении от всех Соловьёва и Сотникову, изучающих что-то. Настя нашла на поляне неизвестный артефакт и показала его Игорю Андреевичу. Похоже, его можно было надеть на руку. На нём находился какой-то синий кристалл, и Соловьёв прикоснулся к нему. По началу, Диана решила оставить их наедине и продолжить следить за установкой лагеря. Но тут из-под земли вылетели транспортные кольца телепорта, в периметре которых оказался незадачливый археолог, и мигом унесли его. Диана быстро побежала к Сотниковой, которая была крайне напугана.
— Настя, успокойся, что случилось? Где Соловьёв? — обратилась Диана к девушке.
— Он… только что стоял здесь! Я нашла какое-то устройство и решила показать ему… Кажется, оно активировалось…. И появились кольца, и Игорь исчез! — на лице Сотниковой было нескрываемое беспокойство и испуг.
— Спокойно, мы поможем ему, — сказала Диана, припоминая что-то из технологии, которую она уже изучала, — то, что ты описываешь, похоже на транспортные кольца кораблей гоаулдов. Но, чёрт подери, что они тут делают…
Соловьёв оказался в неизвестном помещении, похожем то ли на борт корабля, то ли какую-то базу. Как бы то ни было, встречавшие его там сказали:
— Вы попались, доктор Соловьёв! Надо быть осторожным с неизвестными вам устройствами. Там была спрятана платформа колец, и они могли унести вас в нежелательное место. Впредь будьте осмотрительны, иначе сойдёте с дистанции.
Не слушая разговоров Игоря Андреевича, встречавшие воспользовались панелью управления, и кольца вернули Соловьёва обратно.
— Ну, Айван! Ну, погоди! — с притворной досадой проворчал Игорь Андреевич, когда кольца опустились обратно, и перед его глазами вновь явилась горная поляна и две девушки, которые, по всей видимости, были несколько встревожены его исчезновением, по меньшей мере Настя, — а… я надеюсь, я не сильно вас напугал, дорогие мои?
В полном недоумении, обе девушки смотрели на доктора, но тот был совершенно спокоен.
— Вот и спасательная операция не понадобилась, — Диана улыбнулась Соловьёву и девушке и решила оставить их наедине, вернувшись к установке лагеря.
Было решено заночевать прямо здесь, а уже с утра начать подъём в гору. Большинство поддерживали эту мысль, подъем мог быть длительным и утомительным. На закате Диана распалила костер и приступила к приготовлению ужина в виде походного кулеша с мясными консервами. Горячая пища была весьма кстати, так как у подножья горы оказалось холоднее, чем в лесу и многие зябко кутались в куртки и выстраивались в очередь за горячим чаем. Через полчаса готовки вкусный и питательный кулеш был готов, и все стали собираться на ужин. Диана взяла свою миску с едой и устроилась на одном из брёвен, принесенных из лесу в качестве сиденья. Вечер заканчивался весьма мирно, и люди потихоньку расходились спать. Диана не забыла раздать всем график караулов и себя поставила в первую и последнюю группу.
Утром инструкторы встали с рассветом, провесили по горе страховочную трассу, по которой решено было поднять снаряжение, когда гражданские соберут лагерь, чтобы люди поднимались уже налегке. Подопечных тренеры разбили на группы, каждый страховал свою. Эттвуд стал инструктором у Соловьёва, Кромверк и ещё четверых русских. Сам тщательно проверил альпинистское снаряжение, провел краткий инструктаж о том, как пользоваться жумарами, карабинами, тросами и костылями. Указал на страховочную трассу, к которой будет прикреплен каждый поднимающийся. Рисковать ничьим здоровьем тут не собирались.
— Никто не сорвётся, — уверил Эттвуд свою команду, — я буду говорить, что делать. Просто выполняйте указания и запоминайте их. Тренировочную трассу перед вами тоже буду провешивать я. С собой только личные вещи, все остальное сложите вон там, у страховочной трассы, его поднимут наверх. Через 50 метров — привал. Там есть широкий карниз, на котором можно будет передохнуть. Но до семи вечера мы должны завершить восхождение. И наверху разобьем лагерь.
Гражданские, которые изрядно посуровели за время тренировок, без разговоров собрали лагерь и начали подъём. Эттвуд проложил кусок трассы сам, и потом на менее опасном участке позволил это сделать остальным по очереди, внимательно следя за их действиями и подсказывая. Один из русских — рыхловатый мужичок — сдался уже на 30 метрах, чуть не свалившись. Айвену пришлось понервничать, пока ловил его и ругался, заставляя отставить панику и действовать так, как ему говорят. Остальные дошли до карниза без проблем, и позволили себе краткий отдых.
Паниковать, как некоторые другие члены экспедиции, Игорь Андреевич, конечно, не собирался, и поддерживал настрой поднимающихся вместе с ним девушек, но не сказать, что операция была лёгкой. Это всё-таки не автоматический подъёмник, здесь немало приходилось поработать ручками. А для Дианы восхождение стало испытанием. Она побаивалась высоты даже в обычных условиях, а тут условия были весьма экстремальные. К счастью, Эттвуд оказался весьма хорошим инструктором, поэтому действовали они весьма слажено. Соловьёв, в свою очередь, испытывал явное удовольствие от подъема и даже пытался их подбадривать.
— Экстрим, девчата, — говорил Игорь, крепко держа жумар, — почувствуй себя альпинистом. Вот и физподготовка пригодится. Работаем!
— Да уж, к такому меня не готовили! Не смотри вниз, не смотри вниз, не смотри вниз… Черт! Посмотрела! Мамочки… — Диана издала полустон, полуписк, выражая этим весь ужас этой затеи, но продолжала двигаться наверх.
Добрались до карниза без особых происшествий. Правда Диана все равно ступала на выступ с заметной дрожью в коленках. Наверное, другие это заметили и, почти каждый из группы спросил, все ли нормально. Она утвердительно кивала, хотя со стороны это могло быть похоже на нервный тик. Дальше восхождение пошло еще медленней, причём у всех групп, двигавшихся вдоль страховочной трассы. Было ещё несколько опасных инцидентов, но обошлось без жертв и серьезных травм.
Когда, наконец, добрались до вершины, Соловьёв с трудом стоял на ногах, зато Диана и Настя буквально падали ему на плечи. При других обстоятельствах он извлёк бы всю выгоду из такого положения, как настоящий мужчина, но сейчас он и сам порядком вымотался, поэтому, поддерживая обоих девочек, проговорил Айвану:
— Спасибо, лейтенант, это было весьма познавательно и полезно. Разрешите, мы немного передохнём, а потом разобьём лагерь.
Наверно, от этого подъёма Эттвуд устал больше психологически, чем физически. Ему ещё не приходилось в таких ситуациях отвечать за жизни людей. Так что и для него это было новым опытом. К семи дойти до вершины не удалось, проваландались дольше почти на час. И только в восемь уставшие люди принялись за разворачивание лагеря на вершине. У Айвена самого мышцы гудели, но он не позволил себе присесть, пока не убедился, что гражданские обеспечены местами для отдыха и пищей. Зато в палатке вырубился сразу.
Диана, придя в себя, направилась помогать остальным в постановке лагеря. В эту ночь, она решила не организовывать караулы, все были слишком утомлены подъемом. Сама же посидела у костра чуть дольше, чтобы убедиться, что всё в порядке. Спала в эту ночь она плохо, видимо от восхождения поднялся уровень адреналина, и сон совершенно не шёл. Заснула она лишь ближе к утру, и то не крепко, поэтому спокойно встала и вместе со всеми продолжила путь. Зато Игорь Андреевич, утомлённый трудным переходом, заснул уже после ужина.
Наутро инструкторы повели команду к реке, по которой предстояло сплавляться. Переход по скалам был довольно долгим — почти 40 километров. Возле реки был объявлен день стоянки и подготовки к сплаву. Игорь Андреевич подумал, что это и есть холодная солёная вода, которой решили испытывать американцы. Вода в реке в самом деле была холодной, а вот соль… Игорь не был геологом, но никогда не думал, что река, пусть и горная, вообще может быть солёной. Диана любила воду, поэтому близость реки её радовала. К тому же помыться большинству из членов экспедиции явно не помешало бы. Судя по её познаниям в географии, это могла быть или река Рок-крик или Литл-Фонтейн-крик, а значит, можно было снарядиться на рыбалку. Диана когда-то давно в детстве любила посидеть с удочкой на берегу озера или речушки, а потом полакомиться пойманной добычей. Но прежде следовало поинтересоваться у инструкторов, что да как: кто знает этих американцев, ещё припишут браконьерство.
Тут же тренеры подготовили людям ещё одну проверку. На этот раз не связанную с инопланетными угрозами. Перед подъемом в лагере выпустили целый клубок крупных ужей-меланистов, которых внешне очень трудно отличить от гадюк. Да ещё вечером предостерегли людей, что тут полно ядовитых змей, чтобы все были осторожными. На самом деле эта гора давно была учебным полигоном, и живность там особо не селилась. Ужи были в довольно агрессивном состоянии после длительного заточения в контейнере, поэтому сплющили свои головы, став ещё больше похожими на гадюк, и это озадачило Соловьёва, поскольку он увидел в этом прямой риск жизни и здоровью людей и сомневался, что такие опасные условия действительно необходимы. Инструкторы рассредоточились по территории, чтобы ловить паникёров и следить за действиями подопечных. Визг, конечно, был, но на удивление скоро кто-то из оказавшихся в команде биологов опознал ужей. Собственно, эта проверка провалилась, так как инструкторы не учли наличие в группе специалистов. Зато Диана спокойно относилась к пресмыкающимся, да и общеизвестный факт, что змеи типа гадюк редко нападают по собственной инициативе, да ещё и целой кучей, как бы намекал, что это неудачный розыгрыш или очередное испытание. У неё даже появилось мимолётное желание поймать несчастную зверушку и засунуть в штаны тому, кто это придумал, но решила не мучить бедное животное.
После маленького нападения Диана без лишней скромности решила искупнуться. Стянув верхнюю одежду, оставив её кучкой на берегу и, попросив свою соседку Киао присмотреть за ними, она в одном только нижнем белье окунулась в холодную воду. Это отлично бодрило, успокаивало ноющие от длительного похода мышцы и просто доставляло удовольствие. Выйдя из воды, она заметила на себе парочку любопытных взглядов и про себя хмыкнула. Как будто никогда не видели девушек в нижнем белье, как маленькие, честное слово! К тому же на ней было простое белье без всяких кружев, которое не просвечивалось от воды. Некоторые смельчаки последовали её примеру, и так же искупнулись, но таких было немного.
После купания она пошла переодеться в палатку в сухое белье и надела форму. Волосы так быстро не высохли, поэтому она их подсушила полотенцем и оставила распущенными. Одевшись, она подошла к одному из инструкторов, которого особо не знала, так как Эттвуда не было видно, и поинтересовалась на счёт рыбалки. Тот ответил, дескать, можно, но при этом посмотрел на неё как на идиотку. Её это не смутило, поэтому, найдя недалеко от лагеря достаточно длинную палку, в аптечке взяв кетгут с иглой которые вполне сошли на леску с крючком. Правда, иглу пришлось немного согнуть, что бы был более выраженный крюк, и рыба не соскочила. Не ожидая особого улова, а просто желая получить удовольствие от самого процесса, Диана отошла немного подальше от лагеря, и, присев на берегу, принялась рыбачить. В качестве наживки она использовала манку, разведенную водой с небольшим добавлением какой-то консервы, которая была в рюкзаке. Через несколько часов рыбалки, у неё на руках было четыре достаточно больших рыбины похожих на радужную форель. Вес общего улова составлял где-то килограмм шесть, чего было вполне достаточно для хорошего ужина.
Забрав улов, Диана вернулась в лагерь, где показала рыбу биологу, который подтвердил, что это радужная форель. Довольная уловом она принялась потрошить рыбу, предусмотрительно делая это в стороне, чтобы не вызывать недовольство остальных из-за рыбного запаха. Закончив чистку, она отложила рыбу и пошла слушать инструктаж касательно дальнейшего спуска по реке.
После инструктажа Диана приступила к готовке вкусной рыбной похлёбки. Сначала отделила от рыбы головы и хвосты и, завернув в марлю, аккуратно опустила в кипящую в большом котелке воду. Овощей осталось немного, но на похлебку должно было хватить. Почистив и нарезав овощи как раз к тому моменту, как хвосты и головы дали хороший бульон, отправила их в котелок. Чтобы было сытнее, она так же добавила вместе с овощами немного риса, извлекла марлю с уже не нужными кусками рыбы из будущей похлёбки и отправила их в отходы. Пока овощи и рис варились, она быстро разделила оставшиеся тушки рыбы на порционные небольшие кусочки и отправила следом за овощами. Посолив и поперчив, она посчитала готовку законченной, но похлёбке стоило ещё постоять. Похлёбка вышла хорошей, наваристой и густой. Конечно, могло быть и лучше, будь лимон, лавровый лист, различные специи и водка, которая бы немного убавила сильный рыбный запах. Но и так вышло вкусно.
Эттвуд, которому армейский сухпаёк уже поперёк горла встал, не утерпел. Он потихоньку подошёл к девушке и шепнул:
— Если вы не сильно обижены за наш утренний розыгрыш со змеями, то меняю миску вашей еды на два настоящих сникерса. Ченч? — Диана засмеялась и таким же заговорщицким шёпотом ответила ему:
— Можно и без сникерсов, тут на всех должно хватить, — с этими словами она взяла одну из вакантных мисок и черпаком положила туда похлебки с хорошими кусками рыбы и передала её Эттвуду, — угощайтесь, лейтенант.
Диана так же взяла себе миску с похлёбкой и, поглощая еду, погрузилась в мысли о том, что завтрашний день будет весьма сложным, ведь она никогда раньше не занималась спуском по реке. Усевшись на бревне вместе с гражданскими, Эттвуд с жадностью принялся за еду, хотя поначалу похлёбка показалась ему странной и непривычной на вкус. Но уже через минуту он её наворачивал за обе щеки, а через пять уже прикончил, едва удержавшись, чтобы не вылизать миску. От похлёбки в ней осталась только горстка рыбьих костей.
— Спасибо, я ваш должник, — сказал он Диане с улыбкой, — завидую вашему будущему мужу. Никогда не ел ничего подобного. Если потребуется в будущем дегустатор для вашей стряпни, зовите. Всегда готов.
Потом взял руку Дианы, повернул ее ладонью вверх, и вложил два сникерса.
— Просто так, — сказал он, улыбнувшись, — я слышал, что девушкам полезен шоколад.
Диана взяла шоколадки и, улыбнувшись, ответила Эттвуду:
— Спасибо, это очень мило с вашей стороны, лейтенант.
Про себя она, правда, подумала: «Ну да, натуральный горький шоколад и правда полезен. А вот эта наполовину химическая штука не очень. Но вкусно-то как. Ещё и с орешками».
Позже, уже в палатке инструкторов, довольный и сытый Айвен получил устный выговор от старшего в группе за то, что нарушил инструкцию и разделил трапезу с подопечными. Эттвуд только лениво сказал: «Есть, сэр», и тут же засопел в своем спальнике. Диана пошла в свою палатку, где уже вовсю шептались её соседки. Одна из них, Светлана Карпова, молодой врач-генетик, многозначно посмотрела на Диану и спросила:
— А этот инструктор, Эттвуд кажется, он весьма хорош собой… — в голосе девушки звучал интерес, а Киао на этом моменте тихо захихикала.
— Да, ничего так. Хороший парень, как для американского военного, — Диана улыбнулась Свете и спросила, — что, понравился?
— Нет! Что ты! Ну, а даже если да, — соседка весьма заметно замялась и покраснела, — или ты его уже себе прихватила?
Диана слегка вскинула брови в недоумении. Нет, Эттвуд ей, конечно, был симпатичен, но прям что бы так, у неё и в мыслях не было. К тому же они относились к разным государствам, и такого рода отношения не одобрило бы их начальство.
— Нет! Конечно, нет! — возмутилась было Диана, но Света её перебила.
— Да ладно тебе! Мы все сегодня видели, как вы мило шептались, — хихикая, заметила Света, а Киао утвердительно кивнула, подтверждая слова подруги.
— Да ну вас, девочки! — Диана закуталась в спальник и отвернулась от подруг, — и вообще, мы просто знакомые! Ничего больше.
Девушки продолжали хихикать, а она бурчала себе под нос по поводу надуманных девичьих сплетнях. На следующий всех ждал сплав по реке.
Утром сплав пришлось отложить, так как одна из приготовленных лодок оказалась дефектной и спустила воздух, что не укрылось от Соловьёва, и он был рад, что она досталась не его группе, хотя спасать девушек было бы пикантным занятием. Пришлось потратить больше часа на поиск пробоины и ремонт. За это время гражданские убрали лагерь и приготовились к отбытию. На проблемной лодке со своей группой поплыл старший, остальные потянулись в бурное плавание следом. Эттвуд проверил, чтобы все, за кем он присматривал, были пристегнуты к лодке тросами, и правильно надели спасательные жилеты и шлемы. Сейчас ему дали другую группу, и выбрать ту, где была Диана не смог. Но шел как раз перед группой Соловьёва и Кромверк. В детстве отец учил Игоря Андреевича работать вёслами, поэтому работа была не в новинку, и Соловьёв сам вызвался заняться место у вёсел. Накануне вечером, во время очередного ужина от Дианы, Игорь Андреевич предвкушал скорое возвращение обратно. Правда, после этого, по плану, предстоял ещё один этап.
Плыли по течению реки, которое было вполне достаточным, чтобы сильно не налегать на вёсла, но без управления плыть было опасно, поэтому Игорь держал в воде то правое весло, то левое, чтобы лодку не занесло. Дефектная лодка снова дала «течь», посрамив хвалёное качество американского снаряжения, и её пассажиры оказались в воде. Искупаться в ледяной реке пришлось трём инструкторам, включая Эттвуда, когда они вылавливали учёных и распределяли их по оставшимся надувным судёнышкам. Стало теснее, но не критично. Игорь Андреевич, глядя на это действо, не удержался и громко рассмеялся. Конечно, это могло привести к тому, что потом его лодка попадёт в какую-нибудь смешную ситуацию, но всё же это было весело. Глядя на лейтенанта Эттвуда, который полез в воду вытаскивать пассажиров хилой лодки, Игорь Андреевич делился с Дианой своим весельем:
— Помнится, когда я ещё занимался кабинетной работой в России, я встречал доктора Светлану Маркову. Она работала на нашей базе Звёздных врат с самых пор, когда мы достали их со дна Тихого океана, и сопровождала ЗВ-1 на базу, когда произошёл непонятный мне инцидент с какой-то живой водой, из-за которой мы не могли закрыть врата и таким образом заблокировали американские. Кажется, неизвестные формы жизни просто хотели, чтобы мы их отпустили, а тогда мы могли бы справиться с этим и сами, но суть не в этом. Доктор Джексон, когда отправился со Светланой и Картер на минисубмарине на ту водную планету, кинул, как говорится, камень в наш огород по поводу нашей техники. А оказалось, что её сломала эта «живая вода». Однако, нам навязали после этого невыгодное нам соглашение по Звёздным вратам. А теперь, как мы можем увидеть, не только наше оборудование ломается!
— Да, я слышала эту историю, когда попала в программу. Ох и недовольным было начальство из-за необходимости просить помощи у американцев. Удивительно, что сейчас они идут на уступки и сотрудничество, — отметила Диана.
Затем все покатались на «русских горках» на протяженном участке с уступами. И тут уже искупались все. Вопреки опасениям тренеров, публика не испытывала страха, а наоборот пришла в восторг от аттракциона, хотя Игорь Андреевич предпочитал, чтобы спокойно доплыть до пункта назначения в лодке, а не вплавь. Но раз остальные были в восторге, то Соловьёв не стал особо бурчать.
Ближе к вечеру караван остановился на отдых в глубоком озерце, образованном рекой перед большим водопадом. Тут предстояло перенести лодки и снаряжение на руках вниз по сравнительно пологой стороне горы, чтобы дальше снова продолжить путь по воде. Здесь уже вода прогревалась солнцем, и все смогли искупаться и поплавать. Не боясь простудиться. Водопад понравился Соловьёву, за исключением необходимости нести лодку. И накупался археолог вволю, при этом понаблюдав за раздетыми девушками, включая Кромверк и Сотникову. Один раз он даже скрылся под водой, доплыл до Насти и схватил за ножки, немного напугав её, но, когда он выскочил из воды, словно кит, девушка оценила его находчивость и даже прыгнула ему на плечи.
— Как здесь здорово, правда? — воскликнул Игорь Андреевич.
— Может, останемся здесь? — пропела Настя, обнимая Соловьёва.
Увы, надо было отправляться дальше после очередной ночёвки. Почти день ушёл на спуск лодок и людей. Вот где сказалось отсутствие слаженности действий. А инструкторы намеренно устранились от организации, предоставив все делать самим гражданским. Но помогали тащить значительную часть общего груза, так как мужики были крепкие. Помучились ученые с тяжёлыми большими лодками, пока спускали и несли, случилась и травма, когда тренеры не уследили за одним из людей, покатившимся по склону и набившему себе внушительную шишку, не считая кучи царапин. Игорь, продолжая тащить лодку, заметил появление надоедливых насекомых, что сразу напомнило ему дом: для низовьев Волги в районе Волгограда такое было в порядке вещей, особенно когда проходил спуск прибывшей с верховьев воды через шлюзы ГЭС. Наличие большого количества тёплой воды в жаркие летние дни резко усиливало популяцию мошкары, что доставляло людям определённые проблемы. Поэтому Соловьёв немало поругался, что никто не предупредил, что здесь будет так много насекомых.
Добравшись до нижней стоянки, люди изрядно вымотались, но тренеры неожиданно заявили, что отдыха не будет. Лодки надули сразу и продолжили сплав по бурной реке, которая стала чуть шире. До самой темноты продолжалось плавание, и только тогда инструкторы дали команду пристать к берегу. Поэтому до конца плавания Игорь Андреевич добрался совсем выбившимся из сил. Команда ведущего «Суши вёсла!» стала для него облегчением. Игорь вытащил вёсла из воды, и сошёл на берег вместе со своей группой. Лагерь развернули и поужинали кое-как, но тренеры не придирались. Сами с ног валились. И в эту ночь дежурство несли сами инструкторы, дав всем гражданским отдохнуть. Диана, в свою очередь, пошла помогать медперсоналу и взялась раздать всем антигистаминные препараты для уменьшения вероятности аллергических реакций. После этого она завалилась в свою палатку, где уже спали соседки, и провалилась в сон.
Предстоял последний день водного путешествия и краткий завершающий поход до лагеря посуху — километров 20. Правда, с препятствиями. Чтобы выжать из людей все силы полностью и заставив их на упрямстве и пределе возможностей дойти до финала. Но, прежде чем завершить страдания гражданских, посмотрим, чем в это время занимались военные.
Поначалу военные считали, что этот поход будет простой прогулкой, чтобы вспомнить свои навыки выживания и ориентирования. Правда, путь им предстоял более сложный, чем у гражданских, по дикой местности, глухому лесу, да через высокие скалы. Без дорог, тропинок и нянек. С полной выкладкой, к которой добавлялся ещё вес взятых с собой палаток, еды и прочего снаряжения.
Однако, как только военные и гражданские разделились, и отряд солдат пошёл своей дорогой, американский наблюдатель, хитро улыбаясь, передал пакет с заданием Тихонову.
— Вот те раз, — сказал полковник, когда основной офицерский состав собрался около него, — судя по всему, приятная прогулка отменяется, девочки и мальчики. Поход будет считаться успешным только тогда, когда мы выполним по пути несколько заданий.
Все внимательно слушали, не перебивая своего командира.
— Значит так: по данным разведки, проход через горы заняли «джаффа», они закрепились там основательно, выслав несколько крупных групп в лес, где они разбили лагеря — опорные пункты. Ну, а наша задача: взять штурмом главную базу в горах.
— Взять штурмом? — спросил Краснов, как всегда весело улыбаясь, — они, что, думают, что мы в лобовую попрём?
— Похоже на то, — кивнул Тихонов, — разведка считает, если мы обойдём опорные лагери и ударим всем что есть, у нас будет больше шансов захватить главную базу.
— Чтобы потом эти группы ударили нам с тыла и флангов? — фыркнула Чжан Фэй.
— Сначала уничтожить группы, а потом напасть на базу? — предложил Люн.
— Тогда с основной базы могут выслать подкрепление или укрепиться получше, пока мы расправляемся с группами, — покачал головой Краснов.
— Ну, а ты чего скажешь, Константин Николаевич? — хитро улыбаясь, спросил Тихонов. Похоже у него уже был какой-то план, и он ждал, что кто-то из подчинённых озвучит его.
— Они хотят поиграть с нами, мы тоже можем поиграть с ними, — пожал плечами Громов, доселе молчавший, — разыграем «Суворова» и «Давыдова»?
Тихонов удовлетворённо кивнул.
— Тогда действуем так…
Несколько дней команда Громова бежала через лес на пределе своих возможностей. Им пришлось сделать внушительный крюк, чтобы не нарваться на засаду или один из лагерей джаффа. Двигались почти налегке, взяв с собой только самое необходимое. Основу отряда составляли спецназовцы ФСБ с китайским аналогом такого спецподразделения, а также те ВДВ-шники и китайские военные, которые отлично владели альпинистским снаряжением. Всего около сорока человек.
Спецназ ФСБ считался антитеррористическим подразделением. Который, как считалось, задействовали в силовых операциях по предотвращению террористических актов или в освобождении заложников. Однако подобные подразделения нередко отправляли в горячие точки, в том числе в Чечню, Дагестан или Ингушетию, где бойцы вдоволь наползались, налазились по горам. Многие из этих бойцов были достойны, чтобы попасть в легендарную «Альфу», но правительство решило по-другому. Оно решило, что своих Рононов и Тилков в Андромеде могло и не быть, так что лучше не мелочиться, а сразу отправить лучших спецназовцев из ФСБ и ГРУ.
Кстати, о спецназе ГРУ. «Груши», как их иногда в шутку называли ФСБ-шники, отлично ориентировались на местности и могли практически бесшумно передвигаться по лесу. Двое из этого подразделения шли в нескольких километрах впереди и разведывали путь. Благодаря им, группе Громова удалось избежать нескольких засад. Ещё четверо из аналогической организации китайской армии шли по флангам.
Бежали, пока не становилось совсем темно, а выходили уже с первыми лучами солнца. Спали прямо на земле в спальных мешках, предварительно маскируясь и выставляя охрану. Ели сухие пайки, запивая водой, которую жёстко экономили.
Когда достигли горы, отряд разделился. От «лесных братьев» в горах толку было мало, зато отряд из шести спецназовцев мог устроить диверсию в одном из лагерей джаффа. Остальные же приступили к подъему.
Ещё на карте местности было видно, что, в принципе, можно было пройти вдоль горного хребта и упасть, как снег на голову, тем, кто охранял горную базу джаффа. Отсюда и название операции — «Суворов». Правда, этот горный массив был не таким высоким и сложным, как Альпы, поэтому команде Громова было полегче, чем армии Суворова. В это время остальные должны были разыграть операцию «Давыдов». Как известно, Денис Давыдов был идеологом и одним из командиров партизанского движения во время Отечественной войны. И в своё время даже написал книгу «Опыт теории партизанского действия». Итак, пока отряд Громова шёл к горам, отряд Тихонова разбили на несколько отрядов поменьше. Они должны были двигаться к горам по прямой, на некотором удалении друг от друга. Засады и схроны по возможности обходили, но если такой возможности не было, то тихо устранялись. Главной целью были опорные пункты в лесу, которые нужно было уничтожить одним решительным ударом, и, желательно, все разом.
К базе команда Громова вышла к вечеру следующего дня после того, как достигли горы. Переход через лес был изматывающим, поэтому бойцы спецподразделения теперь уже Китеж-града не спешили, давая себе немного передохнуть. Чжан Фэй тоже была в отряде Громова и, как оказалось, очень хорошо владела своим телом. Она, как человек-паук, взбиралась на возвышенности без всякой страховки, а иногда замирала на месте на некоторое время, держась только на пальцах рук и ног. Поэтому именно Фэй первой обнаружила базу Джаффа.
В свете уходящего за горизонт солнца можно было разглядеть палатки, установленные на пологой части горного хребта. Между палаток ходили джаффа, вооруженные боевыми посохами. Одни несли караул, другие сидели на ящиках и… резались в карты. Чем дольше Громов и Чжан наблюдали за лагерем, тем больше осознавали, насколько хреновые из этих солдат американской армии получились джаффа. Однако при этом они заняли достаточно удобное место, можно сказать, стратегическое. Если бы солдаты Китежа, так их будем называть, хотели бы пересечь горы, то в других местах они столкнулись бы с множеством сложностей. А в этом месте пересечь горы было проще и удобней. И если бы они собрались штурмовать эту базу в «лоб», то даже при очень хорошем раскладе «погибло» бы много людей.
Солдаты, изображавшие джаффа, выглядели расслабленными. Ещё бы: русские и китайцы ещё даже не дошли до опорных пунктов. Так, развлекаются, уничтожая засады. Они даже и не подозревали, что в тенях, в нескольких метрах от их удобной позиции, двигались люди, занимая удобные позиции для атаки.
Закатное солнце подарило свои последние лучи, джаффа зажгли лампы. Многие отправились на боковую, оставив только охрану. ФСБ-шники вооружились бесшумными пистолетами Стечкина с длинной трубой глушителя. Громов занял позицию вместе с одним из ФСБ-шников на возвышенности. Четверо постовых всё ещё играли в карты, в опасной близости от стойки с оружием.
Константин почувствовал движение справа от себя — это Люн и Чжан, словно тени, ползли к двум охранникам, что стояли у края карниза, наблюдая за лесом, откуда, по-видимому, вот-вот должны были полезть бородатые русские.
Первый выстрел Громов произвел по охраннику, сидящему к нему спиной, как только он увидел краем глаза, что китайцы набросились на своих охранников, захватывая их в удушающем приеме. После произвёл ещё два выстрела в следующего охранника, целясь ему в грудь и лицо. В темноте были слышны только негромкие звуки ударов друг о друга деталей автоматики. Партнёр Громова снимал свои цели. Где-то в темноте лагеря тоже раздались характерные звуки выстрелов из пистолета Стечкина. А затем наступила тишина. Никто так и не успел поднять тревогу, и основной отряд начал спуск на плато, занимая позиции у палаток, где всё еще безмятежно посапывали джаффа.
— Itʼs not fair, — тихо простонал изображающий мертвеца джаффа, — I had a Full House.
— Shut up, — так же тихо отвечал ему Громов, стреляя в него еще раз, — youʼre dead…
— Itʼs not fair, — повторил «труп», но все же замолчал.
Когда солдаты заняли свои позиции, Константин выпустил зелёную ракету, и через несколько минут где-то в лесу началась стрельба. Перепуганные птицы взметнулись в небо, а из палаток начали появляться заспанные удивлённые рожи.
— Good morning, how about a cup of tea? — миленько голосом стюардессы произнесла Чжан Фэй, передёргивая затвор своего автомата…
Дальше всё пошло как по маслу. После расстрелянных в упор в этом горном лагере больше никаких псевдоджаффа. К утру подтянулись остальные солдаты во главе с Тихоновым, очень технично разобравшиеся с опорными пунктами в лесу, и отряды объединились. Быстро пересекли горы и вышли к реке. Лодки уже были подготовлены, осталось только сплавиться по реке.
Проблем с этим у военных не возникло, и даже спуск лодок у водопада прошёл достаточно быстро и организованно. Вот только мошкара изрядно попортила нервы.
Ночёвку устроили прямо у водопада. Люди изрядно вымотались за эти дни. Спуск лодок добил остаток их сил. Поэтому остаток дня и ночи люди просто отдыхали. Мылись, приводили себя в порядок. А затем, как и положено, с первыми лучами солнца отправились дальше.
Через пару часов плавания с передовых лодок, на которых шли разведчики, поступил сигнал причалить к берегу.
— Что там? — спросил Тихонов.
— Лодки. Лагерь. Охрана не большая. Судя по всему, американцы, — рапортовал разведчик из спецназа ГРУ.
— Гражданских догнали? Или ещё одно испытание? — озадачился Краснов.
— В пакете с заданием этого не было, но кто его знает, какие еще сюрпризы уготовили нам «союзнички». Может, лагерь аборигенов имитируют?
— Можно сходить берегом и проверить? — предложил разведчик.
— Добро, — кивнул Тихонов, — только сильно не шумите.
Лагерь ещё спал. Охраняли лагерь самые обычные люди в камуфляже… Ну, то есть не джаффа явно. До лагеря двигались по старинке: впереди пять «груш» плюс Люн с ещё одним из китайцев, позади, в составе основного отряда, пять ФСБ-шников, плюс Фэй с ещё двумя китайцами.
Солдаты вели себя беспечно. То есть ещё более беспечно, чем те «джаффа» на плато. Они сидели у костров и о чём-то тихо переговаривались. Решили посмотреть на них по ближе.
Бойцы крались между палаток, окружая основную группу охраняющих лагерь солдат. Тогда они ещё не знали, что эти солдаты всего лишь инструкторы, и они действительно не чувствовали никакой опасности в этой местности. И даже наоборот, они себя считали настоящей опасностью для рыхлых и слабых гражданских, которые ещё спали в этот ранний час.
ФСБ-шники опять вооружились пистолетами Стечкина с глушителями, а ГРУ-шники прикрывали их на некотором отдалении, вооружившись винтовками ВСС. Китайцы, естественно, были вооружены так же.
Соблазн взять субчиков тёпленькими был очень велик. Ибо никого из них подполковник не узнал. И Громов уже готов был отдать приказ, но тут он заметил выходящего из палатки Эттвуда, который отчаянно зевал. У Айвена чуть челюсть не отвалилась, когда он увидел невысокого вооружённого бойца в полной экипировке. Женщина, азиатка. И взгляд такой, что сейчас точно пристрелит. Эттвуд замер, посмотрев на группу тренеров у костра, откуда несся приятный запах кофе. Ещё всего минуту назад старший инструктор сунулся к нему в палатку и хлопком по спальнику разбудил:
— Подъём, сбор у костра. Скоро банду поднимать, и надо приготовиться к последнему марш-броску.
— Да, сэр, — отозвался Эттвуд, тут же проснувшись, но продолжая в этот момент досматривать приятный сон, который он забыл, пока вставал. А теперь вдруг увидел такой неожиданный сюрприз. Он точно знал, что, кроме них, никаких военных тут быть не должно. На американской базе отменили все тренинги в этой части учебного полигона, а команды русских и китайцев должны были пройти за ними спустя только сутки. Громов посмотрел в сторону Чжан, она посмотрела на него, подполковник подал ей знак, мол, всё нормально, это свои. И вышел к инструкторам, убирая пистолет в кобуру.
— Good morning, how about a cup of coffee? — неожиданно даже для самого себя сказал Громов, пытаясь повторить интонацию Чжан, увидев опешившие лица американцев, которые совсем не ожидали увидеть обвешенного оружием человека. Инструкторы встали, в недоумении осматриваясь. Почему кофе, а не чай, спросите вы? Потому что аромат этого бодрящего напитка ударил в ноздри, когда Громов подошёл поближе к костру. Остальные ФСБ-шники заржали, как кони. Смеялась и Чжан Фей, согнувшись пополам от смеха. Американцам только и оставалось, что раскрывать рты от изумления. А через некоторое время к лагерю гражданских подплыла остальная часть отряда Тихонова.
— Вы кто такие? — с угрозой в голосе обратился к Громову старший инструктор, — это закрытый учебный полигон ВВС США.
— Это свои, — сказал ему Эттвуд, — из военного контингента экспедиции. Подполковник Громов, — представил он своему командиру русского. А сам осмотрелся, и очень неуютно себя чувствовал безоружным в окружении вооружённых солдат, пусть и смеющихся. Кто его знает, что этим русским в голову взбредёт? Отсмеявшись, спецы начали убирать оружие. Когда стресс накапливается, иногда случаются вот такие срывы. После такого смеха некая эйфория и весёлое настроение сохранились, и Громов, как, впрочем, и все остальные, пребывал в хорошем расположении духа.
— Как вы здесь оказались, господин Громов? — спросил Айвен подполковника по-английски, — ваша программа подготовки подразумевала, что вы пройдёте здесь только через сутки.
— Насколько я слышал, вы должны были провести учебный бой в пути, — продолжил старший инструктор, — или вы от него уклонились?
Несколько скрытых улыбочек пробежались по лицам американцев, подумавших, что русские и китайцы опередили график, потому что убежали от костюмированных джаффа на своём пути.
— Ну, а вы, естественно, должны быть на сутки впереди нас. Но, как видите, мы уже тут! — отвечал Громов, снимая шлем и взъерошивая волосы, — что касается учебного боя…
— Лучший бой тот, который не состоялся! — перебила Громова Фэй, поучительно подняв при этом указательный палец в верх. Похоже у неё тоже было прекрасное настроение, что неудивительно, и она решила поломать немного комедию. Держась при этом за живот, который, наверное, болел от смеха.
— А еще мы очень спортивные ребята, и природа у вас такая красивая, ну просто грех не пробежаться, — поддержал китаянку ФСБ-шник с позывным «Македонец». Позывной он свой получил за то, что любил и умел стрелять с двух рук по-македонски. Он-то и был партнером Громова и в операции на горе, и тут, в гражданском лагере. Он говорил с заметным акцентом, как обычно говорят русские гангстеры в американских фильмах.
— О! Эта природа просто удивительна! — томно произнесла китаянка, будто барышня благородного происхождения, которую кроме романов и балов ничего больше не интересовало. Актёрскому мастерству Чжан могли бы позавидовать лучшие актрисы Голливуда, а ведь парой минут раньше она чуть не продырявила Эттвуда!
— И от кофе мы, конечно же, не откажемся, — едва сдерживая смех, напомнил Громов.
— Кофе найдётся, — поспешил сгладить насмешливую ситуацию Эттвуд, — вы только гражданских нам не пугайте. Им и так досталось, и впереди еще трудный день.
После короткого радиообмена, Тихонов получил доклад разведчиков, большая часть которых сейчас пила кофе у костра. И уже через несколько минут с лодок на берег выгружались остальные солдаты. Которые, впрочем, не расслаблялись, в любой момент мог поступить приказ выдвигаться дальше. Тихонов сошёл на берег и направился к костру, где сидел Громов и остальные офицеры…
Вскоре начали подниматься и гражданские. Диана вылезла из палатки одна из первых. Было достаточно рано, но уже светло, поэтому остальные тоже потихоньку просыпались и выползали из своих палаток. Спала она крайне плохо, ночью стали жутко чесаться укусы мошкары, и первое время она их мазала мазью от укусов, которая была в аптечке, но это оказалось неэффективным, поэтому она стала их просто чесать. Что не прошло без последствий, руки и шея покрылись заметными царапинками.
Игорю Андреевичу этой ночью снились сны, в которых он видел Звёздные врата Китежа, как будто мозг подсказывал ему, что пора уже отправляться в Затерянный город. Когда Соловьёв проснулся, сквозь стенки палатки светило солнце. Игорь Андреевич постепенно пришёл в себя и осмотрелся. Настя мирно спала на его руке, остальные тоже ещё спали. Игорь осторожно вытащил руку из-под головки Насти, ласково провёл рукой по её прекрасным волосам, тихонько встал и вышел из палатки.
Картина, открывшаяся Соловьёву, была удивительной. Диана, отправляясь умываться к реке, тоже заметила, что к караульным добавились военные. Соловьёв не знал, входило ли это в план, и как они тут оказались, и первым делом решил выяснить, что происходит. Диану же происходящее поначалу не волновало: мало ли какие дополнительные ресурсы привлекли к их тренировкам. Закончив водные процедуры, она взяла свою чашку и, налив туда кипятка из котелка, который предусмотрительно поставили на огонь другие проснувшиеся, сделала себе кофе. Сонно размешивая сахар в чашке, Диана мимолетно заметила, как промелькнул перед взглядом Соловьёв, судя по всему направляющийся к военным. Не придав этому никакого значения, она продолжила сосредоточенно мешать кофе. Допив свой кофе, она сполоснула чашку и пошла будить соседок, чтобы приступить к сворачиванию лагеря и выступлению в дальнейший путь.
По пути к палатке, её остановил кто-то из ученых, из группы астрофизиков, как ей показалось. Он, как и многие другие, заметил прибытие новых военных, но в отличие от Дианы был осведомлён, что среди прибывших был Громов и глава экспедиции Тихонов. Поэтому ему не терпелось узнать, а что же происходит. Не найдя Соловьёва, он решил адресовать свои вопросы ей.
— Вы знаете, что прибыло командование во главе с Тихоновым и Громовым? И еще какие-то китайцы. Что это значит? Нас что, теперь они будут тренировать? — запинаясь от волнения, пробормотал ученый.
— Я не в курсе, — сдержанно ответила Диана, — но думаю, что нет, у военных, если я не ошибаюсь, тоже сейчас тренировки. Поэтому не исключаю возможности, что наши пути просто случайным образом пересеклись. Не стоит волноваться.
По правде сказать, тренировки уже начали надоедать Диане, она уже хотела поскорей оказаться в Китеже. С её точки зрения, день начался паршиво, и, скорей всего, дальше будет только хуже.
Разбудив соседок и упаковав свой спальник и прочие мелочи в рюкзак, она направилась на поиски Соловьёва или Эттвуда, чтобы разузнать о дальнейшем плане действий и, конечно же, причине прибытия начальства. Долго искать не пришлось: все они вместе с Громовым, Тихоновым и другими военными, к её большой досаде, были рядом с палатками инструкторов.
Увидев Константина Николаевича и лейтенанта Эттвуда, Игорь Андреевич, почёсывая свою изрядно помятую шевелюру, заговорил с ними:
— Доброе утро, господа офицеры! Что тут происходит? Я что-то пропустил?
Диана сначала хотела повернуть назад, но судя по тому, что на неё смотрели, её уже заметили, и назад хода не было. Поборов нежелание здороваться с начальством, Диана подошла поближе к собравшимся и дружелюбно заговорила:
— Здравствуйте! Какая неожиданная встреча. Не знала, что у нас планируются совместные действия с военными. Это так… внезапно.
— Совместных действий не будет, так как у нас разные программы, которые требуют разной подготовки, — ответил Эттвуд, — мы просто пересеклись здесь с боевым отрядом из-за накладки в графике подготовки. Группа Громова выйдет на час раньше, мы за ними. Учитывая, что мобильность их группы выше нашей, то уже к полудню мы разойдемся на значительное расстояние, и продолжим выполнение своих задач.
«Накладки в графике подготовки… непонятно…» — подумал Игорь Андреевич. В конце концов он махнул рукой и пошёл готовиться к продолжению путешествия. Настя обратила внимание, что он какой-то не свой, да и сам Игорь чувствовал, что как будто встал не с той ноги и, значит, день предстоит кошмарный. Бывает так, что с утра чувствуешь неладное, и в общем-то Соловьёв в этих предчувствиях не ошибся.
После доклада о произошедшем в штаб базы, военная команда выдвинулась по своему дальнейшему маршруту, попрощавшись с гражданскими и инструкторами-американцами. А спустя час был собран лагерь, и в путь по реке отправились и учёные под присмотром тренеров. В условленном месте они причалили через несколько часов, сдали лодки солдатам, что ждали их там, и совершили скоростной марш-бросок по пересечённой местности, усложнённой еще и кучей тренировочных зон с тросами, рвами, препятствиями, веревочными трассами, провешенными по деревьям. За ними был долгожданный отдых в лагере учебной базы КЗВ. Вымотались все, в том числе и инструкторы, которые старались успевать быть в самых опасных местах, чтобы страховать подопечных. В родной лагерь буквально приползли, позабавив своим грязным измотанным видом военных. Команда Громова, разумеется, вернулась гораздо раньше, но их занятия тут же продолжились на стрелковом полигоне, тогда как гражданским дали возможность отдохнуть.
Окончание заплыва по реке прошло без эксцессов, зато поход по пересечённой местности изрядно потрепал Игоря Андреевича. Руки и ноги уже переставали слушаться, и Соловьёв не раз спотыкался, проваливался, падал. Всё это немного начинало раздражать, и он становился нервным. Хорошо, что Настя, которая была членом медицинской бригады, всё время была рядом и не дала ему сойти с ума.
По возвращении в лагерь Игорь подумал, что теперь перейдут к последнему этапу, но состав будущей экспедиции до кучи перебросили в Неваду, где пару недель гоняли по песку и пыли, обучая прятаться на открытой местности, выживать в пустыне без воды, еды и снаряжения, ориентироваться, хотя на других планетах это могло не пригодиться, защищаться от опасных насекомых и змей. Это стало тяжёлым испытанием для Соловьёва. Хорошо, что доктор Джексон, который в это время уже был в Шайенне, заранее одолжил ему свою походную шляпу, и пышные волосы Игоря Андреевича особо не пострадали. Тем не менее, Соловьёву начинало казаться, что он не пройдёт испытание, и в Китеж его не возьмут, даже несмотря на то, что он первооткрыватель города.
Диана тоже поняла, что всё, что было до того, это еще цветочки. С первого дня пребывания в бескрайних песках её всё тут раздражало и нервировало. Песок был просто везде, в одежде, волосах, еде и чаще всего ботинках. Даже в нижнем белье его можно было найти. Чёртово солнце днем нещадно жарило, и светлокожая Диан, почти сразу обгорела, что не прибавило ей позитива. Ночью было холодно, как в морге, даже спальник не спасал. К концу этой части тренировок Диана могла поклясться, что у неё уже нервно дёргается глаз, и вся еда почти полностью состоит из песка.
Загорели, похудели и подтянулись все гражданские и их инструкторы, назвав в шутку учебный лагерь «Курортами Невады». На этом этапе Эттвуд также входил в состав группы инструкторов, обеспечивающих «приключениями» научную команду.
Далее членов экспедиции ждала атлантическая учебная база военных пловцов, расположенная на островах Си-Айлендс неподалеку от Джексонвилля. Там были уже свои инструкторы, и Айвен Эттвуд стал рядовым членом одной из боевых групп. С гражданскими в этот период он пересекался нечасто, хотя все команды жили в одном лагере. Столько морской воды он не хлебал никогда в своей жизни. Но зато наплавался вволю, прошёл вместе со всеми ускоренный курс тактического дайвинга, и немного поднял себе самооценку, показывая не самые последние результаты, а где-то и совсем неплохие. До профессиональных боевых дайверов ему было далеко, но чему-то научился.
Соловьёва отстранять вроде бы никто не думал, поэтому и испытание океаном он проходил в общей группе. Здесь у него уже имелся небольшой опыт подводного плавания в куда более холодной воде, правда, тогда он был в громоздком водолазном костюме. С горем пополам он выполнил задания инструкторов, после чего вся эта тягомотина, изрядно утомившая Игоря Андреевича, закончилась. Диана же ругалась про себя, что это «Аватар» какой-то. Испытание землёй, водой, солнцем… Что еще их ждёт? Выкинут из самолета, чтобы было испытание ветром ещё? Или по тонкому тросу над вулканом пустят, как испытание огнем. В общем, холодная океанская вода не прибавила ей позитива, хотя нырять с аквалангом ей понравилось, без него — не очень.
Отработка сценариев прибытия прошла в более комфортной обстановке. Здесь в задачу Игоря Андреевича вряд ли входила установка периметра и проведение разведки, ведь он был всего лишь историком-археологом, а установление контроля над системами города было в большей степени задачей других специалистов. Поэтому Игорь предложил стать вместе с доктором Джексоном замыкающими прибытие, то есть последними членами экспедиции, которые уйдут через Звёздные врата. Возражающих не нашлось, поскольку вряд ли их помощь с переводом понадобится немедленно, да и вообще пока сложно было сказать, для чего Соловьёв понадобится там. Остальные уже знали, что первым делом надо оценить окружающую обстановку, проверить МНТ и найти координаты Земли. Всё остальное не представляло для Соловьёва особого интереса. Кромверк вообще посчитала всё это пустой тратой времени. Поэтому завершению этого этапа она радовалась больше остальных. К тому же всем было поручено вернуться в свои комнаты на базе, а это означало, наконец-то, нормальную еду и горячий душ.
Соловьёву не торопились рассказывать, прошёл он испытания, или нет. В любом случае ему разрешили отправиться домой, где он будет ждать дальнейших указаний, поэтому он забрал свои вещи и вскоре улетел восвояси. А пока Игорь Андреевич проводит последние дни дома, посмотрим, что происходило в Шайенне в период изнурительной подготовки.
