Часть 3
4 января 2017 г., 21:55
Зайц не замечает времени. В их комнате шторы всегда плотно задернуты, потому что в темноте хуже видно разруху и пузыри на обоях, днем полумрак, ночью абсолютная, почти осязаемая чернота.
Майор сегодня не дежурит, но возвращается все равно слишком поздно для нормального человека.
Неделю назад он повесил в машине сраный ароматизатор, поэтому от одежды пахнет смесью бензина и удушающей, приторной мерзостью. Щебет раздевается и складывает вещи на стул в углу.
В другой комнате есть шкаф с покосившейся дверцей, но комната полупустая, заваленная бумагами и хламом, который никак нет времени выбросить, поэтому он давно обосновался в той, что чуть больше и батарея тут работает лучше.
Костя сидит на разложенном диване, смотрит телевизор на громкости с отметкой в единицу.
Щебет переодевается в мятые домашние шмотки, Зайц ухмыляется. Он успел походить в этой футболке весь день, поэтому она так или иначе уже чуть меньше пахнет дешевым порошком, а больше его кожей.
Дима идет к двери, Костя подрывается резко, как пружина, ловит его за запястье и больно тянет на себя, слегка выкручивая руку. Щебет оказывается на мягком диванном подлокотнике. Костя ровно за его головой, он наклоняется, проводит ногтями по шее, сжимает плечо и горячо дышит в губы.
У Щебета хватает сил только на усталый рваный выдох и это полное, абсолютное согласие.
— Неугомонный подросток, — шипит Щебет, когда Костя тянет его ноги, разворачивает, чтобы они оба лежали ровно и близко.
— Ты же мент, — скалится Зайц, — ты должен оказывать сопротивление.
— Я оказываю.
— Бам, — говорит Костя, загибая пальцы, чтобы получился пистолет, он облизывает другие два и приставляет к виску Щебета, размазывая слюну, — Бам, ты мертв.
Дима поднимает руки — никакого сопротивления. Должно быть, миссия провалена, это абсолютная капитуляция, хотите начать с контрольной точки?
