Этот странный любовный треугольник

— Чёрт, заебал он своими причудами! В конце-то концов, он — омега! — Джон не просто вошел в комнату, он влетел в неё. Для Йена оставалось загадкой то, как бедная дверь от такого удара не слетела с петель, и как штукатурка не отвалилась с потолка. — Сука, ведёт, словно это он — альфа, а я его ручная омега. Бета тихонько подошел сзади к своему любовнику и стал нежно, успокаивающе поглаживать его спину и плечи. Затем, аккуратно прикоснулся своими губами к шее альфы, от чего тот издал тихий, еле слышный, стон удовольствия. Руки Йена плавно и тщательно изучали тело Джона: такой же подтянутый, такой же сильный, как и уходил вчера вечером. Бета поистине восхищался этим телом: сильные, но в меру подкаченные руки, пресс, спина, ноги. Всё сводило его с ума, в этом создании.

***

По сути, Йен — самая обыкновенная бета, отличающаяся от себе подобных только редким оттенком волос, которые были рыжего цвета и отдавали золотистым блеском на солнце. А в остальном — ничего необычного. Так же, как и другая нормальная бета, Йен прекрасно мог обходиться без ежедневного секса и ласк. Чего нельзя было сказать о привычных альфах и омегах, вторые, особенно в период течки. По другую же сторону баррикад от общепринятых моральных норм и обычаев: омега есть омега, а альфа — альфа, но никак не наоборот, находилась семейная пара Джон и Билл. Джон — альфа — подкаблучник. Он позволяет делать своей омеге всё, что та пожелает: как в семье, так и в половой жизни. Джону чуть больше за тридцать, Биллу — двадцать восемь. Детей у них нет. В общем, они, по крайней мере, Билл, а это значило что и Джон, на данный момент и не особо хотели заводить их. Тогда бы, омеге пришлось начать вести себя, как подобает себе подобным, а ему, ой, как нравилось чувствовать себя главным. Как говорят: чем бы дитя не тешилось — лишь бы не плакало. Поэтому, долго и гадать не нужно, почему Джон завел себе любовника, в лице тихой и спокойной беты. Надо сказать, что Йен был самым младшим участником этого любовного треугольника: ему недавно только исполнился двадцать один год. Альфа сразу понял, что ему досталась какая — то неправильная омега, особенно, когда дело дошло до их первой ночи в одной постели. Билл сразу заявил, что он — ведущий, но это, конечно же, не значило, что Джон окажется снизу, просто ему придётся во всём слушаться омегу: где, когда и в какой позе. А фантазия у Билла оказалась великолепная. Буквально за первый месяц совместной жизни, они использовали, наверное, все возможные позы, на каждой поверхности в доме и саду на участке. Но на этом Билл не остановился, через несколько месяцев, ему надоела однообразная половая жизнь, хотя её однообразной и назвать то нельзя было, но если омега так сказал — значит, так оно и есть, и это не обсуждается! Он заставил Джона переделать их старый подвал в доме, в комнату игр. Пожалуй, даже самый пафосный и крутой бордель позавидует тому обилию игрушек, которые теперь обрели приют в этой странной комнате. Здесь было всё: самые возможные фаллоимитаторы, пробки, вибраторы, анальные шарики, плётки, различные принадлежности для бондажа, даже пару секс — машин, секс — качели и крюк, прикреплённый к потолку. Отдельного описания заслуживает огромная кровать. Нет, это даже не кровать, это — самый настоящий траходром. Спинка кровати напоминала хитрые переплетения сотни веток, к слову говоря, отлично подходила для того, что приковывать наручниками к кровати альфу. Да, да, именно альфу, ибо омега категорически запрещала использовать на себе наручники, так как из-за этого он переставал чувствовать себя главным. В целом, вся комната была выполнена в тёмно-красных, алых и чёрном оттенках. Семейные дела, такие как бюджет, походы в магазины, гости в доме, также были заботой Билла, а Джону оставалось только молчаливо соглашаться со своей «нормальной» омегой. Честно говоря, для всех, кто знал эту парочку достаточно хорошо, оставалось загадкой, как альфа может терпеть выходки такого строптивого и странного омеги — Билла. Хотя Джон тоже порою удивлялся, почему он до сих пор не развелся со своим супругом. Бета же для альфы был чем-то, вроде антидепрессантов: всегда спокойный, тихий, нежный. Правда практически ежедневный секс довольно-таки сильно уматывал бедняжку, но Джон поставил перед собою цель, что развратит и откроет истинный облик замкнутого Йена. Как он любил зарываться носом в эти рыжие волосы, целовать эти вечно мягкие губы, обнимать, ласкать. Альфе казалось, что это Йен — омега, а не Билл. Бета был таким покорным, что порою хотелось сорвать эту маску с его лица, души, показать ему самому, какой он на самом деле. Его глаза никогда не смотрели с осуждением и вызовом, а из его уст ни разу не звучали приказные мотивы, кроме его «Хватит. Я больше не могу». Но они приносили только крышесносные наслаждение и возбуждение. Хочется добавить, что Билл совершенно не был против отношений Джона с Йеном. Бета был частым гостем в их доме. С омегой он имел хорошие дружеские отношения. В семье Билла и Джона не было ни ссор, ни ругани, ни криков, что у тебя есть любовник. Складывалось впечатление, что всё так, как и должно быть, и ничего лишнего и неправильного в этом нет.

***

— Что, опять поругался с Биллом? — Под такими тёплыми и нежными прикосновениями беты, альфа стал понемногу успокаиваться. — Если всё так плохо, почему же вы тогда не разведётесь? — Честно, я сам себе не могу ответить на этот вопрос. — Джон повернул Йена к себе лицом и нежно, с каким — то особенным трепетом, доступным только им, коснулся губ своего любовника, проникая с каждым мгновением языком всё больше в рот беты, очерчивая языком кромку зубов, проводя им по нёбу, за что получил слабый стон в ответ. Почувствовав, что Йену перестаёт хватать воздуха, Джон отстранился. — Мне иногда кажется, что я привык к такому образу жизни, что уже не смогу обойтись без всех его причуд. Альфа посмотрел в глаза бете, в них было столько эмоций, что невозможно было разобрать их все: сначала там читалась страсть, в следующее мгновение, там уже читались нотки какого — то запретного безумия, которые, в свою очередь сменялись нежностью и любовью. Но такой Йен был не всегда. Частенько, он мог принять секс с альфой как желание, но случалось, что бету нужно было уговаривать или, даже, заставлять. Поначалу, Джон без принуждения мог получить секс от Йена только около раза в неделю. Сейчас, они перешли на новый уровень: два раза в неделю и то, только по одному заходу.

***

Джон был директором одной из строительных фирм в Чикаго. Конечно же, что его омега — ёбаный террорист, знали только самые близкие люди. А в этот список входили родители Билла, родителей Джон не имел, Йен и пару очень близких и надежных друзей с обеих сторон. Билл не работал. Он сидел практически весь день дома, и в целом, вёл привычную для омеги жизнь, но это была лишь игра на публику. За высоким забором, в большом и роскошном доме, кипела иная жизнь: по другим правилам и законам. Место, где жила наша семейная пара, было уединенным. Земельные участки здесь стоили бешеных денег и были большими по своей площади. Поэтому, соседей редко можно было встретить, а особенно, если ты выезжаешь куда — то, только на чёрном с тёмной тонировкой автомобиле. Говоря об этой странной парочке, нельзя не сказать, что в доме жили только Джон и Билл, прислуги не было. Только горничная приходила к ним убираться и то, только когда омега был дома один, так как Джон вечно пропадал на работе, а Билла это ужасно злило. Йен работал адвокатом. Его зарплата была вполне отличной. Не такая как у Джона, но ему хватало денег, чтобы позволить себе хорошую машину, квартиру в одном из самых шикарных кварталах Чикаго, добротную одежду и два раза в год двухнедельные поездки заграницу.

***

— Хей, малыш, давай снова займемся тем, на чем вчера остановились, — Джон аккуратно коснулся еще немного растянутой после вчерашнего дырочки и легонько толкнулся внутрь, входя на одну фалангу, от чего Йен жалобно заскулил. — И двадцати четырёх часов не прошло с последнего нашего секса. Я не хочу. — Ммм, солнце, — Джон нежно коснулся губами шеи беты. — Йен… — Уже достаточно поздно, мне завтра рано вставать и у меня важное дело, поэтому я не могу себе позволить проспать или выглядеть неподобающе. — Всего один разочек. — Я же сказал, что нет. — Бета выпутался из объятий альфы и направился в кровать. — Если ты хочешь, то можешь остаться сегодня на ночь. — С этими словами, Йен залез под одеяло и укутавшись заснул. Джон подошёл и прилёг рядом: — Я же знаю, какой ты на самом деле, малыш.