Мемориал

Кухня в доме Чешири Гост была просторной и красивой. Множество шкафчиков и выдвижных ящиков, большой стол у стены. Сохранившиеся в рамках и теперь висящие на стенах фотографии свидетельствовали о прошлой и настоящей жизни Чешири. Странно. Чешири не очень-то любила вспоминать о прошлом. О родителях, временах разлуки с Элей, Максимилиане, который когда-то учил её магии, всячески мучая, а теперь оберегает Настю, будто от неё зависит его собственная жизнь. Алакара наверняка заметила все эти фотографии, но делала вид, что увлечена набором ножей. -Как думаешь, – начала Стрин, рассматривая один из больших ножей, – его удобно использовать как оружие? -Думаю, тебе не стоит проверять, – Настю передёрнуло от мыслей подруги. – Да и вообще, куда ты катишься, Алакара? -Если хочешь знать, дорогая, я просто шутила, – весело подмигнула сестре Алакара. -Это было жестоко, – покачала головой Настя. -Я… жестоко шутила, – согласилась с ней Стрин. – Иногда меня заносит на поворотах, Настя. Такова моя сущность, да и твоя тоже. Я беспокоюсь за тебя. Дай только повод – и ты можешь наделать массу глупостей. Но ты не должна… Ты должна видеть разницу между нами и понимать, что ты лучше меня. Ты можешь сопротивляться темноте и ты гораздо больше похожа на него, ты просто его копия… -Он не хотел, Алакара, – вздохнула Настя. – Не хотел, чтобы его дочери жили так. Не хотел, чтобы мы рисковали своими жизнями. Я не могу рассказать маме, поделиться с ней, потому что она не поймёт. Примет меры, усугубит ситуацию… Всё, что угодно, что, по её мнению, будет наилучшим выходом из ситуации. А папа доверяет нам, Алакара, и позволяет самим принимать сложные решения. -Надо же, ты понимаешь его, – усмехнулась Стрин. – Мне казалось, что это не так. Оказывается, ты тоже умеешь скрывать под маской своё истинное «я», но даже не представляешь, как легко иногда разгадать, что именно ты чувствуешь. -Тебе только кажется, Алакара. Если я захочу что-то скрыть, это не разгадает никто. И во мне не так много хорошего, как думаешь ты или Пятёрка… -Не время ныть, Настя, – прервала сестру Алакара. – Лучше взгляни на этот милый нож. Как думаешь, зачем Чешири столько больших острых ножей, ведь достаточно иметь всего один – для сыра, колбасы и прочего, а тут словно коллекция из них… -Что ты хочешь сказать этим? -Тебе ничего не кажется странным? Всё это. Отсутствие Чешири дома, ножи, наша ссора с ней, открытая дверь… Тебя это не наталкивает на размышления? -Не знаю, Алакара… – пожала плечами Гусакова. – Я не хочу строить никаких предположений, потому что если ошибусь в Чешири, никогда себе этого не прощу. -Не принимай всё так близко к сердцу. Если Чешири против нас, ты всё равно ничего не сделаешь. Мы понятия не имеем, что происходит в этом доме, поэтому у меня с собой пистолет – на случай, если врагов будет больше, чем мы думаем. Кстати, посмотри в том ящике. Настя выдвинула ящик, на который указывала Алакара, но он оказался пустым. -Ты что-то ищешь здесь? – спросила Гусакова, заметив, как расстроилась сестра. -Ответ на вопрос, где сейчас Чешири, – Алакара подняла голову и посмотрела Насте в глаза, потом повернулась к стойке с ножами. – Тут не хватает одного. -Что ты пытаешься доказать? Что она сидит в засаде и ждёт подходящего момента, чтобы нас убить? Отсутствие ножа, Алакара, не значит наличие проблемы. Он мог потеряться или сломаться, и тогда Чешири, скорее всего, его выбросила. -У тебя часто ломались ножи дома? -Нет, но это возможно. Ты ищешь не там, проблема совсем в другом. Не в ножах. Но если тебя это успокоит, можешь пересмотреть набор вилок. Говорят, что ими очень хорошо бить в глаз. Алакара закатила глаза и принялась обследовать все полки и ящики, но недостающий нож из набора так и не был найден. Девушка даже заглянула в холодильник, чем очень рассмешила Настю, и не нашла внутри ничего, кроме куска сыра, заплесневелой булки и несвежей колбасы. -Кажется, Чешири перешла на тухлятину, – поморщилась Стрин, захлопывая дверцу холодильника. И до Насти вдруг кое-что дошло. -Алакара, Чешири давно не появлялась дома! Поэтому в её холодильнике несвежая еда. Другого объяснения у меня нет. Может, они с Элей съехали в новый дом? -Глупости, – покачала головой Алакара, – куда ей съезжать? Она обожает этот дом, а таких в городе больше нет. Он дорог ей ещё и как память о родителях, которые жили тут до своей смерти, так что она ни за что не променяет его на квартиру. Если бы она боялась нас, она бы сбежала. Но она не боится – может, в этом и есть её проблема. -Проблема в нас. Не было бы этой идиотской ссоры, если бы Анджелина не идиотничала, а поступала более по-человечески. Нам нужно было поговорить с ней ещё в начале конфликта, заставить её рассказать о причине прекращения общения с нами, но из-за своей гордости мы ничего не видели, нам было легче обвинить её. Алакара молчала, опустив голову. Потом задвинула открытый ящик и, взяв сумку, пошла к двери. -Приступим к осмотру следующей комнаты, – повернувшись к Насте, сказала она. – Тут всё равно больше не найдём. Заодно и узнаем, что удалось найти остальным. Настя направилась вслед за сестрой, и мысли о Чешири никак не выходили из её головы. На лестнице они нос к носу столкнулись с Элеоной, держащей в руках открытую коробку, на которой сверху лежала какая-то толстая книга. -Англо-русский словарь, – объяснила подругам Элеона, поймав их взгляды, – но внутри полно всяких дурацких пометок и надписей на полях, сделанных ручкой. Что-то вроде: «никогда не сажай огурцы в полнолуние» или «красная рыба вкуснее». -Вряд ли эти труды принадлежат Чешири, – хмыкнула Алакара. – Максимум, что она выращивала – фасоль на подоконнике, но до урожая дело так и не дошло. Элеона направилась с коробкой куда-то вниз, и Алакара тоже решила осмотреть сначала нижний этаж, а потом уже приняться за комнаты наверху, поэтому они вместе с Настей отправились в гостиную, где Ариана и Анджелина, не глядя друг на друга, перебирали какие-то бумаги и вещи в ящиках Чешири, надеясь найти что-то интересное, что, возможно, позволило бы им установить местоположение подруги. -Нашли что-то? – спросила подруг Алакара. -Увы, – покачала головой Ариана, – здесь только документы Чешири – например, на дом, счета за воду или свет – в общем, ничего особенного. Кроме документов Чешири они пока что не нашли ничего интересного. Правда, судя по тому, что все вещи и документы оставались на своих местах, можно было сделать вывод, что Чешири не собиралась переезжать из дома, но тогда где она обитала? -Ты должна посмотреть на это! – в комнату влетела Элеона, останавливая свой взгляд на Насте. В руках она держала какой-то прямоугольный листок, и, присмотревшись, Гусакова поняла, что это открытка с изображением букета роз на обложке. Элеона сделала несколько шагов и протянула подруге свою добычу. «С Днём Рождения, дорогая! Напиши мне на почту, обо всём договоримся. Предчувствие чьей-то смерти раскрывает так много новых возможностей, верно? –А. Г.» Настя прочитала эти слова ещё раз, уже вслух, потом подняла глаза на подруг. -Ты помнишь e-mail Гусакова? – раньше всех опомнилась Элеона. – Нужно попробовать взломать его почту. Судя по записке, он переписывался с Мариэттой. -Я попытаюсь вспомнить, – кивнула Настя, не совсем уверенная, что сможет. -Надеюсь, что удастся, – кивнула Элеона. – Если мы взломаем её, то сможем прочитать, что он писал Мариэтте. Лично я не верю в вариант с любовницей, это слишком просто и скучно. К тому же, она всегда была на нашей стороне, особенно когда Наоми по каким-то своим причинам или потому что ей кто-то там шепнул, какие-то загадочные голоса или что-то ещё, решила бросить нас на произвол судьбы, а сама развлекалась как могла, проводя собственное расследование. -Мариэтта могла что-то знать, – согласилась с подругой Алакара. – Мне кажется, что именно поэтому её убрали. Её смерть не была случайной, но кто же был таким неосторожным, чтобы прийти в школу и убрать её прямо там? Килли, Эльвира? Сам Гусаков? Мы в любом случае должны выяснить правду, хотя бы в память о ней. При жизни она была верной подругой нам всем. Мы должны узнать, что с ней случилось. -Как и Настя, – грустно сказала Гусакова, отвернувшись. -Что? -Настя Кузнецова. -Да, она тоже была хорошей подругой, особенно тебе, – кивнула Алакара, пытаясь поймать взгляд сестры. – Не думай сейчас об этом, хорошо? Мы всё равно не сможем вернуть её, поэтому сейчас сосредоточься на том, чтобы вспомнить e-mail Гусакова. -Здесь вообще есть хоть какой-нибудь компьютер? – спросила Настя, оглядываясь по сторонам. Она знала, что у Чешири Гост, как минимум, был ноутбук. -Пойдём со мной, я видела как минимум два компьютера здесь, – позвала Настю Элеона. – Есть ещё несколько, но они, к сожалению, разбиты вдребезги. -Разбиты? – Алакара застыла на месте как вкопанная. -Да, – ответила Элеона, – единственное, что он них осталось – гора проводов, металла и так далее. Если хочешь, я могу показать. Лучше, если вы все это увидите. -Хорошо, пойдём, – кивнула Алакара. – Но мне кажется, что Чешири не стала бы разбивать компьютеры, тут что-то другое. Она никогда не любила устраивать погром, особенно в собственном доме, а пыталась украсить каждый его уголок. -У неё довольно странное представление об украшениях, – хмыкнула Элеона. -В кино, когда в жизни человека происходит что-то плохое, он пытается крушить всё вокруг. Не всегда, но я помню такие сцены. Может, с Чешири происходит то же самое? – предположила Ариана, поднимаясь с дивана и убирая документы в ящик. Элеона привела Пятёрку в комнатку, где стояли компьютеры. Два из них и правда находились в очень печальном состоянии, и вряд ли к этому приложила руку Чешири, никогда не имевшая склонности к погромам такого уровня. Остальные два компьютера находились в исправном состоянии, и Элеона, опустившись в кресло, включила один из них. А Настя тем временем, пока на экране светилась заставка «Windows», усиленно пыталась вспомнить адрес электронной почты Александра. Она раньше сама часто отправляла ему письма со своей, но в данный момент никак не получалось извлечь нужную информацию из памяти. Внезапно Алакара насторожилась и, перестав ходить по комнате, остановилась, вглядываясь в тёмный коридор. Настя почувствовала, как сестра напряглась. -Что-то случилось? – спросила она у Стрин, и Алакара медленно кивнула. -Да, на крыльце кто-то ходит. И я не уверена, что это вернувшаяся домой Чешири. -А кто же тогда? – вместе с Настей резко напряглись и остальные. -Не знаю, – недовольно дёрнула головой Стрин. – К сожалению, я не могу видеть через стены. Ариана, сходи на кухню и принеси столько ножей, сколько сумеешь донести. -Как это понимать, Алакара? -Империя наносит ответный удар, вот как. Мы должны защитить себя любыми способами, потому что я сомневаюсь, что по ту сторону двери стоит Чешири. -А почему бы и нет? – хмыкнула Элеона. – Может, она нагулялась и вернулась домой. -Считай, что я не слышала этой глупости, – отрезала Алакара. – Ариана, иди за ножами! – повернулась она к подруге, которая сразу же вышла, недовольная такими приказами. Элеона же вертелась на стуле, что-то тихо бормоча себе под нос. -Тот, кто за дверью, скоро окажется внутри, – предупредила подруг Алакара и вышла из комнаты. Никто не знал, куда она отправилась – прятаться или встречать таинственного гостя, поэтому Настя, Анджелина и Элеона выбежали вслед за ней, предполагая, что подруге может понадобиться их помощь. В холле они столкнулись с Арианой, которая несла сразу шесть ножей, как и велела ей Алакара. -Дай мне нож, – Алакара выбрала себе самый длинный. – И, пожалуйста, раздай остальным тоже, только не забудь оставить и себе. Нам не помешает лишняя защита. Ариана послушно раздала ножи подругам, ничего не говоря вслух, но решение Алакары казалось ей смешным. Пару раз она даже, не сдержавшись, улыбнулась за спиной Стрин, но сказать ничего не решилась. С той стороны двери кто-то взялся за ручку, и девушки прижались к друг другу, готовясь увидеть гостя. Алакара кивком головы приказала держать ножи наготове, мало ли что может случиться. Ручка повернулась, дверь стала открываться… Ещё немного, и они могли бы убить Вику Кузнецову. Сердце Алакары и остальных бешено билось от страха и осознания того, что они чуть было не натворили. -Что ты тут делаешь? – спросила Стрин. Её нож полетел на пол, но она даже не обратила внимания на то, что разжала пальцы. – Ты сейчас должна быть дома! Я позаботилась о твоей безопасности, Вика, и ты не понимаешь, с каким огнём играешь, придя сюда. Ты должна уйти, но прежде объясни мне, что это значит. -Мы вместе, Алакара, – Вика нахмурилась, будто ей не понравилось недовольство Стрин, – и я с вами, несмотря на то, что я не в Пятёрке. В этой переделке мы вместе, как одна семья. Невозможно, чтобы один пошёл направо, а все остальные – налево. -Ты, чёрт возьми, не понимаешь, во что ввязываешься! – сверкнула глазами Алакара. -Насколько я знаю, вы пришли сюда, чтобы поговорить с Чешири? – Вика улыбнулась в предвкушении победы. Спорить с Алакарой Стрин всегда было тяжело, особенно когда она твёрдо решила стоять на своём. – Чешири ваша подруга, я её знаю. Она не сделает ничего плохого. Тогда во что, по-твоему, я тут ввязываюсь? -Это неважно, – покачала головой Алакара. – Мы сами до конца не знаем, дорогая. Ты можешь остаться тут, не высовываясь, но если в этом прекрасном доме тебе вдруг снесут голову, не обижайся и не обвиняй во всём меня. Ведь именно я тебя сейчас отговариваю от ошибки, но ты, судя по всему, жаждешь её совершить. -Что за ножи у вас в руках? – поспешила поинтересоваться Вика, следуя за Алакарой в комнатку с компьютерами. – Что случилось? – она взглядом нашла первую попавшуюся, и ей оказалась Настя, которой пришлось рассказывать про отсутствие Чешири дома, открытую дверь, сломанные компьютеры. Кузнецова не удивилась. -Услышав шаги, вы подумали, что это враги? – спросила она. Настя кивнула. – Что ж, вас можно понять, происходящее и впрямь странно… Ты что-то говорила про почту Гусакова. Всё, что тебе нужно, чтобы взломать его почтовый ящик – знать его электронный адрес, дальше уже нечего делать. Я могу помочь тебе с этим. Сидя тут и часами подбирая возможные пароли, вы вряд ли чего-то добьётесь, а я знаю хороший способ ускорить процесс, так что вам не придётся долго мучиться. В этот момент буквы так легко сложились в Настиной голове в адрес, что она удивилась, как не вспомнила раньше. Теперь за компьютер села Кузнецова, обладающая хорошими навыками хакера. Алакара с интересом наблюдала за ней – наверняка мечтала освоить новую профессию «интернетного взломщика». -Как думаете, кому понадобилось уничтожать компы и зачем? – пока Вика химичила с почтой Гусакова, Алакара бросила взгляд на кучу проводов. – Может, в них было что-то важное, что всеми силами хотят скрыть? Или нас снова хотят убить… -Кто? – как будто удивилась Ариана. -Тебе перечислить? – Алакарой руководило безумие триумфа. – Загибай пальцы, Эджгли. Клеймон, Эмалей, Лузина, Принцесса. Надеюсь, этого списка хватит, чтобы беспокоиться. И когда будешь говорить, что я не права, не забудь сама поверить. -Ох, зачем ты так всё усложняешь? – закатила глаза Ариана. – Чего ты вообще ждёшь, какая у тебя версия? Зачем нашим врагам пробираться сюда и уничтожать компы? -А по-твоему, это что, друзья сделали? – усмехнулась Стрин, махнув рукой на груду металла на столе. С этими аргументами было сложно поспорить. -Конечно же нет. Но у нас нет доказательств, что это сделал кто-то из четверых… -Я слушаю твои остальные версии. Знаю, что у тебя их много. -Не так, как тебе хотелось бы, Алакара. Ты всё равно будешь отрицать каждую из них, даже если я приведу тебе миллион разных версий. Проще держать всё у себя в голове, чтобы слишком часто не разочаровываться, – она осторожно улыбнулась. Их спор остановила Вика, наконец открывшая почту Александра. -Тут есть письмо, – сказала она, привлекая внимание Пятёрки и прекращая напрасный спор между Алакарой и Арианой, который вряд ли привёл бы к чему-то хорошему. – Отправитель Мариэтта Лавейджер. Ребят, вам это не понравится. Пятёрка кинулась к экрану. Фотография пользователя, отправившего письмо, подтверждала, что его написала Мариэтта. Вика щёлкнула мышкой, открывая письмо, и Настя увидела то, что было написано Мариэттой Александру. На экране значилось: «Я всё знаю. Ты заплатишь за это». И больше ничего. Ни слова. Алакара, прочитав, обхватила голову руками. -Зачем она его шантажировала?! – воскликнула девушка. – И так понятно, что она что-то знала, но зачем она стала заниматься шантажом, зная, что он за человек? Если бы она рассказала нам, то была бы жива, а мы нашли бы способ с этим разобраться. -Видимо, она хотела самостоятельно добиться раскрытия личности Александра, – упавшим голосом предположила Настя. – Но что такого она могла знать о нём? -Понятия не имею, – пожала плечами Алакара. – Она не оставила письмо с разъяснением. Это был безумно глупый поступок. Знаешь, чего она добивалась? Она хотела раскрыть его тайны и тем самым утереть нам носы, хвастаясь тем, какая она молодец на нашем фоне. Сумела раскрыть то, о чём мы даже не догадывались, – по напряжённому тону Алакары легко можно было понять, что она немного злится. -Ты злишься, Алакара, – тихо сказала ей Настя, дотрагиваясь до руки сестры и пытаясь тем самым её успокоить. – Не надо злиться. Мариэтты больше нет с нами, и это не повод вспоминать всё плохое, лучше вспомнить что-то приятное. -Да, наверное, – смягчилась Алакара. Настя не решилась продолжать эту не очень приятную тему, никогда ведь не знаешь, что в следующий момент скажет мисс Стрин. -Ребят, смотрите… – позвала их Вика, всё ещё сидевшая за компом. – Тут есть ещё одно сообщение, но уже никак не связанное с Мариэттой Лавейджер. В две тысячи седьмом году Александр отправил письмо некой Кире Хартман, и написано там всего лишь: «Сообщи Ирине». -Кто такая эта Хартман? – нахмурилась Алакара. -Не знаю, – пожала плечами Вика. – Здесь не написана её биография, извините. -Если она с Александром, то наверняка она на злой стороне, – что-то прикидывая, размышляла вслух Стрин. – А сколько ей лет? – обратилась она к Вике. -Ей пятнадцать, – ответила Кузнецова почти мгновенно. – Ну, было на момент получения письма. Алакара хмыкнула. Мысли в её голове активно бегали то туда, то сюда, и она пыталась собрать из них какую-то более-менее логическую цепочку. -Думаешь, это опять Лузина? – Вика поймала настороженный взгляд Алакары. Пятёрка рассказала им о всех своих приключениях, полных опасности. -Притвориться какой-то Хартман, о которой мы ни разу не слышали? Возможно, конечно, но думаю, что даже Лузина понимает, насколько это глупо. -А тогда кто? – Настя умоляюще смотрела на сестру, надеясь, что у неё есть догадка. -Может, новый враг? Вика, скажи мне год рождения Хартман. -Тысяча восемьсот шестьдесят первый, – мгновенно отозвалась Кузнецова. – Она была непростым человеком, но если ты находил к ней подход, то мог многого добиться и легко договориться с ней. -Откуда ты всё это знаешь? – тихо спросила Настя. -У Гусакова в отправленных есть досье на эту Хартман. Я просто читаю то, что он собрал и, возможно, чем так гордился. Но даже если и не гордился, всё равно мы можем сказать ему спасибо за проделанную работу, – Вика подмигнула подруге. -Хартман уже больше века мертва, – Алакара приняла скучающий вид. – Это значит… Подожди-ка… – внезапно остановилась она, запустив пальцы в волосы. Все с интересом наблюдали за ней, пытаясь понять, что за догадка посетила её голову. – Но раз её давно нет в живых, то как Гусаков мог вообще переписываться с ней? Тут какая-то ошибка. Вика крутанулась на кресле так, чтобы сидеть лицом к Алакаре. -Ошибки нет. Гусаков и правда общался с Хартман, её фотография есть двух видов: одна в настоящем времени, другая тысяча восемьсот шестьдесят первого года. -Это бред, – дёрнула головой Алакара. – Может, у этой Хартман был двойник? -Это вряд ли. Её биография, собранная Гусаковым, доказывает, что это один и тот же человек. Жаль, что он не написал пояснений к результатам своих расследований. -Я не знаю, что и думать, – Алакара выглядела растерянной. – Кто же такая эта Хартман? Вика, скинь этот документ мне на почту, дома я посмотрю его более внимательно. Будет очень смешно и глупо, если в итоге она окажется вампиром. -Вампиром? – непонимающе уставилась на неё Настя. -Всё просто. В две тысячи седьмом ей пятнадцать, и в тысяча восемьсот шестьдесят первом тоже. Сколько бы лет ни прошло, ты не стареешь – вот один из основных признаков вампира. Но если Хартман на самом деле вампир… -Заканчивай с «Дневниками вампира», – усмехнулась Элеона, – ты даже не представляешь, как это глупо. В реальном мире нет вампиров, Алакара. -Разуй глаза, Элеона! Хартман существовала более века назад и существует сейчас. Ей всё ещё пятнадцать. Так не бывает, столько не живут… люди. -Тебе надо взять паузу, Алакара. Настя, ты ведь не считаешь, что Хартман – вампир? -Конечно нет. Это ведь глупо. -Хорошо же! – Алакара метнула в сестру сердитый взгляд, потом повернулась к Элеоне. – Выдвини свою версию, докажи, что это реально – не быть вампиром и жить почти два века, не старея, – она скрестила руки на груди. – Давай, я слушаю тебя! -Допустим, что та Хартман – её бабушка в молодости, а внучке дали её же имя, фамилию. Бывает и такое, что внуки до жути похожи на своих бабушек и дедушек. -Что ты несёшь, Элеона? – схватилась за голову Алакара. – Это одна и та же Хартман, Кира Хартман. -Может, предпримем какие-то дальнейшие действия? – Ариана зевнула, прикрыв рот ладонью. – Есть хочется до безумия. -А я хочу напиться, – Алакара обвела взглядом всех и остановилась на Насте. – Настя, принеси мне что-нибудь покрепче. -Я тебе не официант, Алакара, обслуживай себя сама, – бросила в ответ Гусакова. -Не вредничай, Настя, тебе это не идёт. Сходи на кухню, там наверняка найдётся что-то хорошее для меня, – она обвела взглядом удивлённых друзей. – Всё как заказывали. Я пьянствую при свете дня, при вас, и вы об этом знаете. Настя нехотя поднялась и отправилась на кухню, не желая выполнять приказы своей сестры, но для игры с огнём сейчас было неподходящее время. В холодильнике и в шкафчиках не нашлось ни одной бутылки, и Настя вернулась назад, чтобы сообщить эту новость Алакаре. -В холодильнике нет и намёка на спиртное, – отчиталась она перед сестрой. – Что прикажете делать, мисс Стрин? -Что, вообще ничего? – удивлённо подняла брови Алакара. -По-видимому, алкоголичка у нас одна, и это ты, – подколола сестру Настя, вспомнив недавнюю довольно скандальную историю с алкоголем. -Хочешь обзываться, сделай милость – в другой раз, ладно? – прищурилась Алакара. Назревала новая ссора, и Элеона вовремя вскочила со своего места, встав между сёстрами, бросавшими друг в друга пылающие взгляды. -Прекратите эту ерунду! – крикнула Элеона. – Настя, Алакара, успокойтесь и сядьте, пока не поубивали друг друга! Вы что, забыли, что мы все тут не враги? -Ты и правда считаешь, Элеона, что таким способом можно достичь согласия? – Алакара закатила глаза. – Будет немного сложновато. -Вам есть, над чем поработать. Обеим, – осторожно улыбнулась Элеона. – Настя, сходи, пожалуйста, в подвал, и принеси мартини. Я бы тоже не отказалась выпить. Вглянув в умоляющие глазки подруги, Настя просто не смогла ей отказать. -Хорошо, – кивнула Гусакова, поднимаясь со стула и стараясь не встречаться взглядом с Алакарой, на лице которой бродила хитрая, едва заметная улыбка. От былой злости не осталось и следа, хотя ещё недавно она готова была драться. С одной стороны, с Алакарой было всё ясно, а с другой она была полной загадкой. Её резкие смены настроения были довольно странными. Скорее всего, она нервничала, зная, что отвечает не только за свою жизнь, но и за жизни своих близких подруг. А ещё Вика, так неожиданно свалившаяся на голову, только подлила бензина в огонь. Почему в жизни всё так несправедливо? Один сбой в системе – и уже ничего не исправить. А ей хотелось бы всё изменить, обнять Настю, попросить у неё прощения, ведь в смерти Каталиной она винила себя. Даже не подруг, которые не поставили её в известность о предстоящей битве с Принцессой, и не Соньку, которая подала Каталиной идею присоединиться к Пятёрке ради спасения жизни их подруги. Никто не был виноват в этом, кроме неё, ведь она – причина этой трагедии. Каталина погибла из-за неё, и ей нет прощения. Пока Настя спускалась в подвал вниз по лестнице, в кармане завибрировал телефон. Быстро достав его, девушка увидела на экране фотографию Егора Кузнецова. Зачем он ей звонит, когда между ними давно всё ясно? -Да, Егор? – девушка всё же решилась ответить на звонок, чтобы он больше не беспокоил её. Она знала, что пока не возьмёт трубку, он будет продолжать звонить – это было проверено. Так что ей пришлось принять вызов. – Что тебе нужно от меня? -Что мне нужно? – в голосе Егора звучало удивление. – Твоя резкая смена настроения меня немного пугает. Знаю, что сейчас ты вряд ли хочешь со мной говорить, но я прошу – удели мне хотя бы несколько минут, мы должны обсудить произошедшее. Ты сама говорила – чтобы понять друг друга, надо разговаривать. -Извини, но смены моего настроения тебя никак не касаются, – хмыкнула Настя. -Я говорю о том, что было час назад около твоего дома. Не притворяйся. Это какое-то безумие, подумала Настя. Что могло у неё быть с ним около её дома, особенно час назад? Девушка знала, что была тут, вместе с подругами. Конечно, она догадывалась, что Кузнецов пытается вернуть её, но для неё это был уже перебор. -Ты очень хороший актёр, Егор, но всё, что ты говоришь – полный бред, и не более. -А ты, видимо, просто лгунья! – не остался в долгу Кузнецов. – То, что ты врёшь мне, я как-нибудь переживу, но то, что ты врёшь себе… ничего хорошего этим не добьёшься, поверь мне. Сегодня я пошёл в магазин и встретил там тебя, предложил проводить. Ты согласилась. Около подъезда мы поддались чувствам, я поцеловал тебя, и ты ответила! – Егор кричал в трубку, поэтому Насте пришлось прикрыть её ладонью, чтобы не оглохнуть от его возмущённых криков. Она была в шоке. Настолько, что не сразу поняла, что тоже орёт в ответ. -Ты что, совсем обкурился, что ли?! Всё это время я была с Пятёркой, чтобы ты знал! С того самого момента, как закончились уроки, я не отходила от них ни на шаг! Мы работаем над одной очень важной проблемой, и я пока что не научилась находиться в двух местах одновременно. Тем более, что между нами давно всё кончено! -Скажи мне, что ты врёшь или шутишь, – прошептал в трубку Егор. Его спокойствие после сильного возмущения звучало ещё более странно, чем вся эта ситуация. -Я не вру, Егор, – ответила девушка. – Оставим всё как есть, зря ты придумываешь красивые истории. Всё уже давно в прошлом, – с этими словами она повесила трубку, оставив его растерянно слушать гудки. Она не ожидала, что он опустится до того, чтобы врать ей в глаза о её же поступках, ведь она знает, что не была с ним около подъезда. Всё это казалось каким-то безумием, и девушка не могла найти объяснений произошедшему. А может, их и не было, может он специально придумал эту историю, чтобы было легче её вернуть? Как же низко могут опуститься люди… Не переставая думать о звонке Кузнецова и наглости с его стороны, Настя спускалась по ступенькам, ведущим в подвал. Зловещий особняк Чешири, в который подруга внесла некоторые поправки, немного пугал девушку, и она с радостью вернулась бы к Алакаре и остальным, но другого выхода у неё не было.