***
Она тренировалась. До изнеможения, до потери сознания. Вики отдавала себя изнурительным тренировкам настолько, что возвращаясь в свою комнату, падала без чувств. Терзаемая бессонницей, ангел лежала, наблюдая за звёздным небосводом. Она чувствовала, как от напряжения вздрагивает каждая мышца в измученном теле. Только под утро веки наполнялись свинцовой тяжестью и Уокер засыпала, обретая желаемый покой. Она не видела снов. Вики утратила эту способность, будучи ещё непризнанной. Но каждое утро Уокер просыпалась с неизъяснимой, щемящей грустью, и горячая слеза срывалась с дрогнувших ресниц. Её сердце наполнялось горькой болью. Такой же горькой, как древесная ваниль. Первые попытки не увенчались успехом. Вики злилась на себя. За то, что слабая. Ничтожная. Жалкая. Когда злость утихала, Вики обнимала колени и тихо плакала, позволяя боли и бессилию выйти наружу. Вскоре она смогла обрести контроль над своими маленькими ангельскими крыльями. Стремительные потоки ветра были всё ещё неподвластны ей, но теперь ангел легко могла совладать со встречными волнами, легко балансируя между ними. Вики снова обрела способность летать. Это был маленький шаг к победе. Её победе. Но после каждого такого полёта Вики чувствовала невыносимую боль, вошедшую острой иголкой и застывшую у основания крыльев. Иногда настолько сильную, что каждое из перьев непроизвольно вздрагивало. Тогда ангел ложилась и, закрыв глаза, дышала, превозмогая адские мучения. В такие моменты Вики думала, что её крылья не выдержат. Но наступал новый день, и Уокер снова принималась за тренировки, вкладывая в них всю энергию и жизненные силы. Порывистый ветер вырвал её из воспоминаний. Вики откинула прядь пшеничных волос, упавшую ей на лицо. Ангел посмотрела вниз, игнорируя учащённое сердцебиение. Внизу мелькали едва уловимые взглядом ученики. Всё изменилось, сжалось до крошечных размеров. Уокер подавила волну тревоги, сопровождаемую приступом тошноты. Она закрыла глаза, позволяя себе познать ветер. Её ноздрей коснулся лёгкий аромат весенних цветов. Внутренний голос вторил лишь одно: Не смотри вниз. Не смотри. Уокер расправила крылья, чувствуя, как прохладный ветер играет с её перьями, и посмотрела вдаль, на линию горизонта. Она уловила лёгкие, плавные колебания тёплого воздуха. Вики сделала шаг к манящей бездне, сосредоточившись на одном лишь стремлении. Стремлении победить.***
Он закрыл дверь громче, чем обычно. На скулах заиграли желваки, и Геральд стиснул зубы в попытке удержать пульсирующее в висках раздражение. Очередная стычка с Люцифером вывела его из себя. В памяти всё ещё проносились обрывки недавнего разговора. — Наглости тебе не занимать. Смеешь являться, когда пожелаешь? — Важные дела не требуют отлагательств. — И чем же, позволь поинтересоваться, ты был занят? — Разве не очевидно? С Уокер развлекался. А девочка-то, оказывается, горяча. Его горящие глаза и самодовольная ухмылка раздражали Геральда. О, как же ему хотелось стереть её с лица этого дьявольского отребья. Геральд почувствовал едва уловимое дуновение изменчивого ветра. В коридорах башни кто-то снова открыл окно. Тёплые волны принесли знакомый аромат сладкой карамельной ванили. Он узнал этот запах и почувствовал слабый отблеск энергии. Демон сделал шаг и увидел её. Она стояла на самом краю, сосредоточившись на мыслях и ощущениях. Внезапно Вики расправила белоснежные хрупкие крылья, и в мысли Геральда закралась запоздалая догадка. — Дьявол бы тебя побрал, Уокер, что ты?.. Он не успел. Она не услышала. Ветер заглушил его голос. Вики прыгнула, сложив крылья. Геральд резко подался ей навстречу в попытке удержать, но его рука схватила лишь воздух. — Чёрт! — выругался демон, одним мощным движением распахнув исполинские чёрные крылья. Мгновение, и он прыгнул вниз за Уокер. Навстречу неизвестности.