Закрывая глаза

— Монтенегро, хуль так долго-то? Мне уже можно подорвать это блядское здание или вы с Броди решили там гнездышко свить? Хоть Бена выпусти, он еще слишком молод и натурален для этого дерьма, — из рации, прерываясь привычным шипением, доносился недовольный голос капитана Рабаля. Хмыкнувший Ваас покосился на идущего впереди Хаббарда, который уже едва не на себе тащил поплывшего Оливера. Оказывается, парочка долбоебов из конвоя Карсвелла посочувствовала юному нарику с ломкой и скормила ему какую-то психоделическую дрянь, не особо заморачиваясь с дозой. Эффект оказался довольно интересным: блондин апатичным мешком висел на шее бесившегося Бена, изредка вздрагивая и прижимаясь к пирату теснее. Тот злобно шипел и грубо отпихивал пацана, вызывая у Вааса приступы подозрительно напоминающего смех кашля. — Мы уже на первом этаже, истеричка. Скажи уебкам, чтобы заводили джипы, я хочу свалить отсюда как можно скорее. — Как скажешь, босс, как скажешь. Во-о-оу, погоди-ка… — в трубке послышались отдаленные крики и приглушенный звук мотора. — Бля, мудилы, живо сюда, к нам гости! «Вот же блять». Переглянувшиеся мужчины рванули вперед, уже представляя на площадке перед домом хуев апокалипсис с участием воинов Ракьят, наемников Хойта и доблестной армии США, например. Но все было вполне себе мирно, не считая двух десятков пиратов, окруживших подъехавший минуту назад тонированный внедорожник. Выходить из машины пока никто не спешил, а вот люди Вааса уже перегруппировывались, стараясь дать больше места криво ухмыляющемуся бугаю с РПГ. — Ебучий случай… — пробившийся через толпу утырков главарь пиратов удивленно приподнял брови, узнавая внедорожник. — А этого-то пидора каким ветром занесло? — Ты знаешь, кто это? — появившийся рядом Мигель вопросительно посмотрел на Вааса и на поморщившегося, как от зубной боли, Хаббарда. Монтенегро молча кивнул, продолжая гадать, что еще могло понадобиться этому упырю, ведь долг уже был погашен. Дверь машины закрылась с тихим хлопком, и навстречу пиратам двинулся странный мужчина с пошлой татуировкой оленя на груди, выглядывающей из расстегнутой гавайской рубашки.

***

— Знатный костерок, Ваас. Кого жаришь? — Одного заносчивого мудилу и его телочку. Давай ближе к делу, Бак, — Ваас оперся спиной о ствол дерева, чувствуя, как ноют синяки, которые он никогда не получал. Да, не особо помогают таблеточки. Чертов Эрнхардт. — Можно и к делу. Как ты знаешь, я ценитель искусства, особенно если его стоимость измеряется в миллионах, — Бамби тонко улыбнулся. — Оказалось, что на этом богом забытом острове тоже есть сокровища, представляешь? Китайская древность, захваченная твоими предками и спрятанная где-то в пещерах. Точное местонахождение знал лишь экипаж небольшого судна, капитана которого я подкупил, надеясь обокрасть, когда корабль подплывет слишком близко. Но ты, тигренок, опять все испортил… Главарь пиратов поморщился, но не от слащавого обращения старого гомосека, а от жжения на предплечьях. Странно, почему это Джес начинает поджариваться именно с рук?.. — Мне нужна информация, Ваас. Пусть ты и захватил чертово судно, но я привел его в эти воды! Просто отдай мне капитана и карту, которую он вез, и на этом закончим, — Хьюз выжидающе уставился на прикрывшего глаза пирата, не сомневаясь, что тот не пойдет на конфронтацию. — Ты прав, Бак. Прав. Я захватил судно, оно теперь мое. И все, что находится на нем, — тоже мое. Хочешь карту? Купи или предложи равноценный обмен. Капитана не предлагаю, его я уже продал, извини, — поднявший голову Монтенегро успел заметить искорки злобы в серых глазах Бака, но тот быстро взял себя в руки и вернул на лицо полуулыбку. — Равноценный обмен? И что же хочет всемогущий босс Северного острова? — Твоих людей. Выщипанные брови Бамби удивленно приподнялись. У него, в отличие от того же Вааса или Волкера, был лишь небольшой отряд профессиональных наемников-киллеров, используемый Хойтом для самых щекотливых дел. Бак уже и не помнил, скольких конкурентов «большого папочки» они уложили в богато оформленные могилы за время работы вместе. — Не выйдет, они нужны мне самому. — Значит, залупа тебе на воротник, а не карта, — пожав плечами, Монтенегро отлип от дерева и двинулся в сторону стоянки джипов. — А если деньгами? — У тебя столько нет. — Блять, Монтенегро, этот корабль с самого начала был моим! Какого хера я должен платить?! Отошедший главарь пиратов вновь пожал плечами, окончательно скрываясь из виду среди стоящих машин. Зарычавший Хьюз пнул дерево, о которое недавно опирался Ваас, и вытащил телефон из кармана потертых джинсов. — Алло, Амир? Слушай… Как ты относишься к смене работодателя?

***

— Ваас! Монтенгро, который только-только угнездился на задних сидениях джипа и собирался прикорнуть на ближайшие полчаса, обреченно застонал. И здесь достали, бляди. — Что еще? — Калифорнийский выродок и его подружка сбежали! В принципе, вполне ожидаемо. Кроме синяков на спине (стул разъебал, похоже) и ожогов на руках ничего не болело, хотя прошло уже довольно много времени. Мудила все-таки выбрался, да еще и пизду свою прихватил, Ромео ебучий. Что странно, пират особо и не злился. Честно говоря, сейчас Ваас хотел просто отрубиться на несколько часов, ведь он не спал уже почти двое суток, а колеса Дока не только хуево глушили боль, так еще и в сон клонили. «Пошел в пизду, Броди. Нет, серьезно, пошел в пизду. Потом тебя убью». Пират-докладчик недоуменно и немного смущенно уставился на закемарившего Монтенегро, не зная, что ему делать: будить его или лучше не трогать.

***

Пламя факелов рассеивалось по покрытым мхом камням, выхватывая из темноты части древней мозаики — подарок далеких предков, переживший века. Смуглые длинные пальцы медленно скользили по выцветшим линиям, обрисовывая контуры, повторяя забытые узоры. — Любовь моя. Пальцы застывают, самыми подушечками касаясь маски Великана. Девушка изящно встает с колен, оборачиваясь к позвавшему ее мужчине. — Ты нашел его… — Цитра! — мужчина бережно хватает тонкие запястья, вглядывается в сверкающие в свете факела глаза в поисках ответного чувства. Неужели она не скучала, неужели не думала о нем? Цитра… — Ты обещал прийти, только когда найдешь его. Так скажи мне, Деннис, — небольшой шаг вперед, и вот они уже стоят лицом к лицу. Дыхание перехватывает от ощущения ее близости, мысли рассыпаются крошечными жемчужинами по пыльным плитам храма. — Ты нашел Воина? — Я… Я не уверен, что… — капризные персиковые губы недовольно поджимаются, и девушка отступает в холодную тьму зала. Жрица разочарована, и, если он хочет находиться в ее обществе дальше, стоит немедленно исправить ситуацию. — Воину недостает опыта и сил. — Я дам ему силы! Приведи его ко мне как можно скорее, — серо-зеленые глаза требовательно глядят на вздохнувшего Роджерса, будто их обладательница ожидает, что он прямо сейчас побежит за Джейсоном. — Ты скучала? Мы давно не виделись. — Мне некогда скучать. У нас война, если ты не заметил. — Да нет, это ты не заметила. Неужели ты больше не чувствуешь? — рывком притянув Талугмай к себе, Деннис касается ладонью бедра девушки в том месте, где должна отзываться болью его собственная рана, скрытая под тканью джинс. — Моя боль — твоя боль, мы едины, Цитра. Прими меня. — Отпусти. Выпустив жрицу из рук, Роджерс едва не воет от отчаянья. Сколько бы времени ни прошло, Цитра остается по-прежнему холодна к своему соулмейту, и мужчина совершенно не понимает, почему. Скомкано попрощавшись, он быстро выходит из зала, оставляя девушку в окружении тусклых факелов и фресок, молчаливо наблюдающих со стен. Воздух снаружи горяч и влажен, райские птицы щебечут о чем-то своем с веток тропических деревьев, и Деннис на минуту замирает, позволяя джунглям проникнуть в себя, стереть тоску и боль из души. Дышать становится легче, и к воротам храма он спускается уже с привычной улыбкой. Выудив из широкого кармана рацию, мужчина вызывает обещанного «воина». — Джейсон. Я не мог до тебя дозвониться. Ты как? — Я попался Ваасу. Мы с Лизой сбежали, но остальные все еще у него. Я не могу их спасти, — голос парня странно надтреснутый, видимо, не только у Роджерса сегодня был «приятный» разговор. — Нужна сила, чтобы победить Вааса. Я не могу тебе ее дать, но есть та, кто может, — Деннис вздыхает, запрокидывая голову к бирюзовому небу без единого облачка. — Цитра. Ты готов. Иди к ней. — Кто она? «Моя жизнь». — Лидер нашего народа. Она проведет тебя к центру. Она раскроет твою силу. Ее храм в джунглях, я буду ждать тебя у ворот. — Хорошо. «Да нихуя не хорошо, Джейсон. Вот нихуяшеньки».