Время истекло

Бьякуя Кучики смотрел на часы. За окном цвела сакура, а в небе светило яркое солнце. День был просто потрясающим по своей красоте, он был чудесным, иначе не скажешь. Но для капитана шестого отряда он был чудесен вдвойне. Ведь именно сегодня через три минуты…. А нет уже через две, то есть через минуту… Время истекло. Мужчина встал из-за стола, стряхнул с хаори невидимые глазу пылинки и глубоко вздохнул. Воздух показался невероятно вкусным, а тяжелый спор больше не висел непомерной ношей за плечами. Бьякуя подошел к зеркалу и нахмурился. Медленно вытащил из волос кенсейканы и довольно вздохнул, растрепав волосы. — Красавчик, — брюнет подмигнул себе довольно. Немного повертелся и завязал волосы в хвост, как раньше. — Так-то лучше… Затем он повязал свой шарф вокруг головы на манер Ренджи. — А у него есть вкус, — признал капитан с легкой неохотой. Мыслей в голове вертелось море. Сколько раз он представлял, как время истечет, и он сможет жить без глупого обещания. Однако, сейчас он растерялся. Сначала надо бы стребовать с Киораку выигрыш. Но так хотелось сделать сотню других дел. Например, найти Абарая и отправиться кутить в Руконгай. Еще очень хотелось изучить мир живых. При помощи временного шинигами, ясное дело. Не меньше было желание взять пару уроков рисования у сестры, ее рисунки такие потрясающие. И научить Рукию печь его фирменное печенье чудесной формы, она просила. Еще неплохо было бы повторить подвиг Сенбонзакуры и Забимару и разнести бараки двенадцатого отряда и всю исследовательскую лабораторию… Еще Бьякуя мечтал выпить с Рангику и навести шухер во втором отряде. Сой Фон, конечно, не Йоруичи, но тоже неплохо. И обязательно обогнать эту кошку облезлую! Безумно капитан Кучики хотел сыграть в театре. Что-нибудь из классики… И была еще одна вещь, при мысли о которой брюнет краснел как волосы Ренджи. Все дело было в том, что глава благородного клана очень любил собак… Прячьтесь, капитан Комамура, малыш Бьякуя идет чесать вам за ушком. Напевая под нос пошлую песенку, капитан шестого отряда неспешно шел по дорожке в своем саду. Тут перед ним возник Ренджи. Лейтенант был чем-то озабочен, но не успел он и слова сказать, как Кучики радостно завопил: — Ренджи! — на лице появилась счастливая улыбка психа. — Тебя то мне и надо. Абарай побледнел и попятился от излишне активного тайчо. — Что это с вами? — подозрительно уточнил красноволосый шинигами. — Ничего. Все просто замечательно, — капитан подхватил лейтенанта под локоть и потащил куда-то, продолжая напевать пошлую песенку про одного удалого капитана, решившего помочь женской ассоциации шинигами. — Куда?! — В Руконгай на экскурсию, ты должен мне все обязательно там показать! — серые глаза блестели любопытством, таким детским и непривычным, что Ренджи все сильнее впадал в ступор. — Да, что с вами?! — чуть не плача спросил парень. — Может, меносы покусали? — предположил Шунсуй, обнаружившийся под сакурой. Что он делал во дворе у Кучики-тайчо, было совершенно не ясно, но самого главу благородного клана похоже это совершенно не волновало. — У меня прививка! — возмутился Бьякуя, топнув ногой. — Ладно-ладно, просто меносы разные бывают, — Киораку поднял руки в примиряющем жесте. — Не кипятись. Капитан шестого отряда гордо вскинул голову. — Поражение засчитано! А теперь придется целовать капитана Укетаке, — злорадно произнес Кучики. Глаза Ренджи стали круглыми как блюдца, из которых пил свое любимое саке Шунсуй. — Дай хоть смириться с этим, — попросил мужчина, размышляя, как друг будет его убивать. Бьякуя тяжело вздохнул, но согласился. Киораку исчез в сюнпо. — Идем, — в глазах брюнета продолжали гореть счастливые огоньки. — Капитан, я это, — Абарай лихорадочно искал путь отступления. — Отчеты писать должен! Лишней минутки нет! — Кто тебя так напряг? — искренне огорчился мужчина. — Вы, — Ренджи чувствовал себя так, словно у ребенка конфету отбирает. — Я? Я не хотел… — Ну, что вы, тайчо.. Я пойду? — Иди, — Кучики печально вздохнул. Экскурсия по Руконгаю отменяется. Значит надо посетить мир живых. *** Для Куросаки Ичиго это был обычный день. Сначала напала парочка пустых, затем Урахара заставил помогать в магазине, а после Иноэ предложила сходить в театр. Особой радости по этому поводу шинигами не испытал, но и возражать не стал. Да и бесполезно это. Театр был из Вены, они показывали балет «Лебединое озеро». Особого интереса «танцульки» у Куросаки не вызвали, но когда на сцене появился Бьякуя Кучики в балетной пачке и начал что-то вытанцовывать, парень решил, что у него глюки. Похоже, капитан играл главную героиню (принадлежность к мужскому полу его похоже не смущала) и играл из рук вон плохо. — Брат?! — изумленно вскрикнула Рукия. — О, брат, — в глазах девушки заплясали сердечки. — Как он прекрасно танцует. Ичиго закрыл глаза рукой. Исида и Чад повторили этот жест Куросаки. Иноэ хихикнула. После выступления Бьякуя подловил их у выхода из театра. Его глаза блестели восторгом. — Брат! — Рукия кинулась к нему навстречу. — Ты был великолепен, но почему? Что с тобой? — Все в порядке, — широко улыбнулся мужчина. — Правда, я хорошо танцевал? — Кучики выпятил грудь колесом, очень собой довольный. — Это было ужасно, — гробовым голосом произнесли одновременно Чад, Исида и Ичиго. Иноэ хихикнула. — Что?! — в серых глазах тут же зажглось бешенство. — Что ты сказал, Куросаки Ичиго?! Парень хмыкнул и повторил: — Ты ужасно танцуешь, Бьякуя. — Сенбонзакура Кагаеши. — Упс… *** Йоруичи была в глубоком шоке, наблюдая, как Ичиго и малыш Бьякуя мутузят друг друга без занпакто, катаясь по земле и испуская огромное количество реацу. — Что это такое? — только и смогла выдохнуть Шихоин. — Не знаю, — Орихиме как самая адекватная очень адекватно хихикнула в который раз. — Но он такой лапочка. Надо будет испечь ему мой фирменный клубничный пирог с селедкой. Кошка свалилась со столба. Рукию передернуло. *** Уже четвертый день все Сообщество Душ стояло на ушах. Бьякуя Кучики играл с капитаном Комамурой в «палочку». Рядовые уже который день в страхе наблюдали, как огромный собакоподобный капитан, предается животным инстинктам и бегает с палкой в зубах, а самый холодный человек, которого только можно было себе вообразить, носится за ним с диким гиканьем. Хуже стало тогда, когда Рукия научила его рисовать. Теперь весь Сейрейтей был изрисован граффити «а-ля Рукия Кучики». Самый большой кролик украшал стену башни раскаяния. Четвертый отряд так и не смог ничего с ним сделать. Ренджи старательно избегал тайчо, который очень хотел с его помощью разрушить исследовательскую лабораторию. Двенадцатый отряд перешел на осадное положение. Когда мимо проходил Бьякуя, капитан Куротсучи обнимал главный компьютер и протяжно выл, провоцируя только отошедшего Комамуру. За всеми этими развлечениями Бьякуя забыл о поцелуе, который должен был давным-давно случиться. За этим Кучики и отправился в восьмой отряд. По дороге он напугал до смерти Сой Фон, которая вчера вечером наблюдала, как сам глава благородного клана, прикрепив к потолку лиану, летает в одной набедренной повязке. Беднягу откачивала Унохана. Киораку и Укетаке сидели и о чем-то мирно беседовали. — Ну что, попались, — довольно воскликнул Бьякуя. — Сейчас то я вас и … Капитаны горестно переглянулись. А что было дальше не будет описано, ибо жанру не соответсвует.;)