маргиналия

Я смотрю на себя и понимаю, что всё повернулось совсем не так, как должно было быть. Всё так типично, что становится даже немного стыдно за свой образ жизни. Страшно признаваться, но я уже два месяца не общалась ни с кем, кроме родных. Это даже стало нормально для меня. А почему? Не знаю, я просто никогда в жизни не была общительна. Раньше я хотела завести друзей, но редко я встречала хороших людей. Можно сказать, один раз. Однажды я повстречала потрясающего парня. Такого же, как я. Когда мы познакомились, я абсолютно ничего не знала о социальных качествах людей. Мне они казались чем-то недосягаемым. Я даже не подозревала, что общение может быть настолько приятным, ведь тогда, я влюбилась, как маленькая девочка. Его звали Танака. Это произошло осенью, когда я была во втором классе старшей школы. Я в тот день, как всегда шла по улице, вдоль огромного парка, вокруг меня было много людей. Небо было противного цвета мокрого асфальта, а вороны кричали так, что моя голова разрывалась. Когда я вошла в здание школы и увидела его, у меня возникло ощущение, будто я смотрю в зеркало. У этого парня были мои повадки, привычки и движения. И вокруг него, не было никого: никто с ним не здоровался, не подходил, чтобы поговорить и даже не просили списать. Позже, когда прозвенел звонок, и он поспешил покинуть коридор, я осознала, что потерялась во времени. Пройдя к кабинету, я постучала, но ответа, как всегда не последовало. Учитель никогда не ругал опоздавших, ведь обычно их больше половины учеников. Всех не накажешь. – Д-доброе утро, – тихо произнесла я. И снова у меня дрожал голос. – Садись уже, – сказал Шинра-сенсей. Первый урок – история. Длинный и нудный, как и всегда. Большая часть уроков до обеда проходит быстро, перемены короткие, а вот обеденное время – самое тяжелое. Есть в одиночестве меня не удручало, но когда на тебя пялятся, будто у тебя на лице надпись «шлюха» – немного неудобно. Но сегодня, обед принял неожиданный оборот. Ко мне подошел Танака и заговорил со мной. – П-привет, ты утром в коридоре смотрела на меня очень долго... Тебе что-нибудь нужно? – он говорил также тихо и размеренно, как и я. Его голос также слегка дрожал. – Давай после уроков поговорим? Пожалуйста. Мой напор объяснялся лишь интересом к парню, который был моей копией. Тогда я даже не задумывалась, чем всё это закончится. – Ладно, если ты настаиваешь... Меня зовут Танака, если что. Ты тоже ешь одна? Можно я присяду? – Рея, приятно познакомиться. К-конечно, садись, – единственное, что я смогла вымолвить. Он всего лишь сел рядом, а я уже не чувствовала себя так одиноко. Для меня это было в новинку, вот так просто обедать с незнакомым человеком. Во время еды, мы и словечком не обмолвились, тишина успокаивала. После трапезы, мы попрощались и договорились встретиться через два часа, когда уроки завершатся. Время шло очень медленно, и я с нетерпением ждала момента, когда смогу расспросить этого человека обо всём. Всё же меня не на шутку заинтересовал этот парень. Когда прозвенел звонок с последнего урока, я схватила свои вещи и со всех ног помчалась в коридор, но пока что, его там не было. Полчаса ожидания, сорок минут, когда помещение покинул последний человек, и воцарилась тишина, в глазах медленно стали набираться слёзы. "Почему? Как он мог так поступить?", – эта фраза крутилась у меня в голове, пока ноги, содрогаясь, немели и опускали меня на пол. Глупая, глупая Рея. Мне нужно было уже тогда разочароваться и уйти. Я уж было думала, что стоит возвращаться домой, когда из-за угла гардеробной показался Танака. – Прости, Рея, я сильно задержался, были дела в клубе. Извини, что заставил ждать. – Н-ничего. Я сама недавно подошла, тоже запоздала, - ответила я, проглатывая слёзы. – О чём ты хотела поговорить? – У тебя есть друзья? – Нет. Ни одного. Со мной даже никто не общается. – А... Можно я буду твоим другом? Мне очень хочется. – Н-наверное, – парень опешил от такого предложения. – Что нужно говорить в таких случаях? – Ничего. Не говори ничего. Просто, давай идти вместе и молчать. Так мы и гуляли, пока не пришла пора прощаться. Наши дома находились поразительно близко друг от друга. Мы буквально жили на одной улице, было странным, что мы не были знакомы с детства. – А можно я завтра за тобой зайду? - неуверенно задал вопрос Танака. – Конечно. Я предупрежу родителей, чтобы они впустили тебя. До завтра. – До завтра, – немного охрипшим, видимо, от волнения, голосом произнёс он. Шли дни, недели, месяцы. Много чего менялось, но неизменным было лишь одно – мы с Танакой всё ещё были вместе. Ни на минуту не расставались в школе, на улице, но приходилось угрюмо прощаться перед калиткой моего дома. С каждым разом, расходиться по разным углам было всё тяжелее, я испытывала к нему нечто отличное от дружеских чувств. Всё случилось зимним вечером, в канун Нового года. Танака позвонил мне и попросил встретиться. – С праздником! – Здравствуй. Пойдём, прогуляемся? – Конечно, куда? – Я тут одно местечко знаю. Пошли, покажу. Мы стали всё дальше и дальше уходить от центра города и заходить в маленькие дворики и узкие улочки, а затем и вовсе продолжили путь по небольшой тропинке среди деревьев. Сначала, я совсем не понимала, где нахожусь и куда Танака меня привёл, но потом, спустя некоторое время, предо мной озарилась лунным светом непонятная поляна одного из малоизвестных парков. Она, в буквальном смысле, светилась серебром. Ветки деревьев переплетались между собой, образуя идеальный круг, пеньки были покрыты льдом и инеем, отражая от себя тусклое освещение парковых фонарей, а обледеневшие кусты, обрамлявшие поляну, завершали эту чудесную картину. Я никогда бы не подумала, что парк может быть таким прекрасным и в то же время безлюдным. – Ого... - восхищённо промолвила я. – Рея, я не случайно выбрал это место. Ты первая, кого я сюда привёл. Я давно хотел тебе сказать кое-что важное. – Что? – Я... люблю тебя, Рея, – сказал он и достал из кармана маленькую голубую коробочку. – Это тебе. – Т-танака, – я открыла подарок, – Спасибо, он очень красивый. Из коробочки на меня золотыми глазами глядел чёрный кот. Брелок был сделан очень реалистично. Глаза кота блестели, словно топазы, а его изящность ни с чем нельзя было сравнить. – Мне, правда, приятно, спасибо... Но я не приготовила тебе подарок, прости. – Ничего, Рея, у меня есть ты, верно? – Верно, – уверенно произнесла я, а Танака ответил мне поцелуем. Моим первым. Потом мы ещё долго сидели в парке на лавочке и ждали салюта в честь зимнего фестиваля, когда он начался – я расплакалась. Это был мой самый счастливый день в жизни. Я ещё никогда не встречала таких людей, как он. Он подарил мне жизнь в тот рождественский вечер... Он же её и забрал. Несколько месяцев спустя всё в корне поменялось. Танака охладел ко мне, у него появились друзья, виделись мы только в школе. Стремительно набиралось количество девушек, претендующих на моё место. Однажды, после школы, он позвал меня в тот самый парк. Мы долго шли, и я постоянно пыталась завести беседу, но ничего не выходило. Всё рушилось от его равнодушия, и с каждым словом, произнесённым Танакой, мне становилось всё больнее и больнее. Они больше не были наполнены теплом и пониманием. Когда мы, наконец, дошли до пункта назначения, я не могла поверить, что это место так изменилось. С приходом весны здесь начали расцветать подснежники, почки на деревьях стремительно распускались, а трава пробивалась, сквозь влажную землю. Парк не терял своего очарования, а лишь приобретал восхитительную форму. – Как завораживает... – умилялась я каждой, даже самой мелкой, детали. – Здесь всё идеально, – я уже и забыла о равнодушии собеседника, словно это место возродило прежние чувства. – Рея, я тут хотел тебе сообщить об одном очень важном событии. – О каком именно? – Это сюрприз, – сказал он. – Мия, сладкая моя, подойди сюда! Из-за угла показалась высокая девушка с длинными пепельными волосами. Она шла так грациозно, что мне рядом с ней стало неуютно. – Это Мия, – она приобняла и поцеловала Танаку со всей страстью не присущей обычной школьнице. – Но почему? – произнесла я, не в силах больше ничего сказать. Мне хотелось испариться, не существовать, никогда не появляться на свет. – Ты надоела. Эй, Сеичи, Такаши, можете вылезать, представление начинается! – крикнул Танака, злобно улыбаясь. Из-за куста вышли и направились ко мне два парня, с улыбкой потирая руки. На вид им было столько же лет, сколько и нам, значит, школьники? Нет, у одного из них форма знакомого мне Университета. Черт. У меня пробежал мороз по коже. Я была не в силах даже пошевелиться. – Не волнуйся, Рея. Они просто хотят развлечься, а ты – их развлечение. Ну, мы с Мией и сами развлекаться умеем, поэтому, позвольте с вами попрощаться, мы уходим, – сказал Танака и развернулся в сторону тропинки к выходу. – Удачного досуга, парни. Не перестарайтесь, – напоследок бросил он. Двое парней приближались ко мне, а я и слова произнести не могла, не то, что пошевелиться. Они лишь улыбались и, не спеша, окружали меня с двух сторон. Когда сзади меня схватили за плечи, я взвизгнула от страха. Холодок пробежал по спине, и я взвизгнула от отчаянья. После первой попытки, Сеичи грубо ударил меня по лицу и заткнул рот охапкой грязных листьев. – Будешь дёргаться – я не стану выполнять обещание, данное Танаке. Он просил быть с тобой не очень грубым, но это поправимо, правда? – сказал он и снова отвесил мне пощёчину. Щека горела, но я всё ещё не могла сопротивляться. Сзади стоявший Такаши достал верёвку и затянул несколько крепких узлов. Затем Сеичи рывком сорвал с меня джинсы, а Такаши стянул тонкую курточку, вместе со свитером. Они в изумлении оглядывали меня с головы до ног, пока их взор не остановился на груди. – Ого, огромная грудь, стройная такая... Какого хрена Танака её бросил? Он точно кретин. – Нет, Сеичи, он не кретин. Ты Мию видел? Она не хуже этой! – ответил Такаши. Затем щелкнула застёжка моего кружевного бюстгальтера. Щелчок отдавался у меня в голове ещё несколько секунд, когда я осознала, что все мои прежние страдания были пылью. Сеичи стянул с меня бельё и расстёгивал ширинку, пока рука Такаши грубо сжимала мою грудь. Я ощутила прикосновение к моему лобку и снова взвизгнула от страха. На этот раз никто не обратил внимания, парни увлечённо продолжали процесс. Рука Сеичи опустилась ниже и пальцы уже настойчивее поглаживали клитор, медленно спускаясь к губам. Почувствовав горячую плоть, где пару секунд назад находились пальцы, я затаила дыхание. Вспышка боли. Обещание, данное Танаке, никто сдерживать и не собирался. Сеичи вошел со всей грубостью. – Эй, друг, ничего не перепутал? А я? - возмущённо заявил Такаши. – Не перепутал, тут две двери, стучись в соседнюю, – ответил он. Ничего не сказав, парень развёл мои бёдра. Сначала в мой зад вошел один палец, потом два. Решив больше не церемониться со мной, Такаши также резко вошел в меня. Снова вспышка боли, но на этот раз из глаз хлынули слёзы. Боль была не совместима с моим пониманием. Они двигались резко и не синхронно, как будто старались принести мне ещё больше страданий. Замедляясь и ускоряясь, каждый из них разрывал меня изнутри. Через пару минут, я почувствовала тепло, разливающееся во мне. "Нет, нет! Боже, как же это больно! Помогите мне, кто-нибудь! За что?.." - мысли во мне кричали, словно их мог кто-то услышать. Надеяться на помощь было глупо. В этот парк редко заходили люди. Казалось, это продолжается вечность. – У-ух, хороша девка! - с наслаждением произнёс Такаши. – Да, согласен. Давно у нас такой не было, - поддержал друга Сеичи. – Что будем делать с ней? Она домашняя, точно настучит. – Да я там реку недалеко видел, может туда? – Ну, давай. Сейчас весна, ещё остался снег и льдины. Если всплывёт – прикроют. – Точно! – с хохотом произнёс Сеичи. Я, обмякнув, лежала на холодной весенней земле. Я уже давно не слушала разговора этих двух придурков, но когда услышала о реке – испугалась. "Они хотят меня убить? Разве мне этого недостаточно?". Мозг у меня работал медленно и я даже не совсем поняла, в какой момент оказалась возле воды. Я не говорила, не шевелилась. Наверное, с самого начала, я сдалась. Это не было для меня новостью. Я всегда сдаюсь. Даже в борьбе за собственную жизнь. – Ну что, дорогая, теперь отправишься в незабываемое приключение к рыбкам? – А может, сначала прирежем, чтоб наверняка? – Нет, крови много будет. Всё равно сдохнет от переохлаждения через пару часов. – Ладно, - сказал Сеичи. Они сгребли меня в охапку и швырнули в реку. Ледяная вода обжигала моё обнаженное тело и заливала лёгкие. Я не сопротивлялась, даже не в силах пошевелиться. У меня была возможность думать. Не знаю, о чём думают люди перед смертью: о сожалениях, о причинах, об ошибках, о смысле или просто прощаются с жизнью... Я думала лишь об одном: насколько могут быть жестоки люди. Не знаю, сколько я так барахталась, пока не отключилась, но последнее, что я помню - что-то тяжелое ударилось о мою голову. Меня зовут Момидзи Рея. Мне было семнадцать лет, и я мертва. И я чётко помню дату своей смерти: 21 марта 2012 года. 2012/03/21, 11:41 pm. Сейчас я стою возле кровати Танаки и Мии. Они мирно спят и не подозревают о моей смерти. Пока.