Во имя чести

Джим, все еще погруженный в свои тяжелые мысли, вернулся лазарет. Ноги сами принесли его сюда. Перед тем, как навестить Спока, он решил зайти к Абигель Уитни, которая уже давно пришла в себя, но он все никак не мог найти в себе силы поговорить с ней о погибшем энсине. — Аби, все хорошо? Как ты себя чувствуешь? — Да, капитан, спасибо, мне уже лучше. — Скажи, Аби, я правильно понял — Том Кейн, он отец твоего ребенка? — Да, — Аби заплакала, — и я хочу его оставить… — Успокойся, тебе нельзя сейчас волноваться. Я хотел извиниться, за свой поступок. Я не мог подумать, что это произведет на тебя такое сильное впечатление. Я слишком вспылил, прости. — Все в порядке, капитан. Тома уже не вернешь. Мне нужно смириться с этим. Вы напишите рапорт о нашей связи с ним? Я знаю, это запрещено на Энтерпрайз и готова понести наказание. — Нет, я не буду этого делать. Ты сможешь вернуться на Землю и уйти в декрет без претензий к тебе со стороны Звездного Флота. Еще я выбил для тебя пособие — вы с мальчиком ни в чем не будете нуждаться. Ну, а после окончания академии и рождения ребенка я жду тебя обратно на Энтерпрайз. Я надеюсь, ты еще не разочаровалась в службе на Звездном Флоте? — Нет, конечно, нет. Я с радостью вернусь. Спасибо огромное Вам, капитан. — Все отдыхай. Спокойной ночи, — Джим пожал ей руку, и улыбнулся. — Капитан… — Абигель взволновано позвала обратно капитана. — Да? — Я хочу, чтобы Вы знали. Это очень важно. Я уже говорила сегодня мистеру Скотту, что Том, он никогда бы просто так не полез в узел связи с не выключенной энергией. Я очень хорошо его знаю. Он был очень осторожен во всем, что делает. Том был лучшим студентом на нашем курсе. Здесь что-то не так. Он много работал с техникой, он просто жил этим и во всем всегда хорошо разбирался, поэтому я прошу Вас, найдите, почему это произошло. Я знаю, что он не виноват. Джим задумчиво посмотрел на нее. Сам он тоже не мог поверить в такую нелепую смерть. Он отбирал на свой корабль самых лучших энсинов. Они точно знали все эти элементарные вещи безопасности. — Мы сделаем все возможное, мисс Уитни. Я обещаю Вам. Напоследок, Джим грустно посмотрел на девушку и вышел. Ему еще предстояло объяснять этот трагический случай в Штабе. И он знал, что виноват в случившемся был только он один.

***

Нийота Ухура провела в лазарете уже несколько часов после своей смены на мостике. Споку не становилось лучше, и доктор Маккой тоже не говорил ей ничего обнадеживающего. Сейчас ей было неловко спрашивать у него еще раз о его состоянии, ведь она сама видела, что он сам сильно переживал, из-за того, что ничем не может ему помочь. Ухура настолько глубоко погрузилась в свои мысли, что не заметила, как капитан зашел в палату. — Нийота, тебе нужно отдохнуть — иди к себе, я посижу с ним. Нийота обернулась на вошедшего Джима и, поднявшись, быстро вытерла слезы. — Эй, что случилось? Почему ты плачешь? — капитан быстро подошел к ней. — Нет, не переживай, все без изменений, он все так же без сознания. Просто я … не могу больше так, — Ухура заплакала и Джим сжал ее в объятьях, нежно гладя по спине и целуя в волосы, успокаивая, как маленькую девочку. — Все будет хорошо, не плачь. Вот увидишь, Спок скоро придет в себя, и я еще погуляю на вашей свадьбе. Джим зарылся носом в ее волосы и вдохнул приятный аромат ее духов. Вот почему Споку, а не ему, досталась такая чудесная и понимающая девушка? А у него с этим все так плохо? Джим, заговорив об их свадьбе, вспомнил про свой недавний разговор с Сареком, и замолчал. Они же оба еще ничего не знают про отклонение запроса на Новом Вулкане. Бедная Нийота, через что им еще придется пройти? — Да какая свадьба, Джим? Ты шутишь? Сейчас главное, чтобы он поправился, — голос ее опять дрогнул. — Конечно, он поправится. Не переживай так. Знаешь, со мной тоже случилось нечто подобное на Новом Вулкане. Я провалялся без сознания несколько часов, но сейчас же все хорошо. Я жив, со мной все в порядке — видишь. И Спока мы поставим на ноги. — Когда это было? Я не помню такого. Джим вдруг понял, что опять ляпнул что-то не то. Сейчас ему не хотелось рассказывать все подробности свадьбы Спока Нийоте. — Да, я просто не говорил тебе. Не придавал этому значения. Мне стало плохо от жары, там ужасный климат. А Спок, он намного выносливей меня, поэтому он обязательно выкарабкается. — Кто помог тебе тогда? Доктор Маккой? — Да нет, посол Спок. Он тогда привел меня в чувство, — Джим загрустил, вспомнив, что больше не увидит его никогда. — Джим! Ты гений! Посол, он не откажет Споку. Позвони ему, пожалуйста. Попроси его прилететь. Капитан растерялся. Он поднял на Ухуру свои печальные глаза. — Это не возможно, Ухура. Извини. Тут, кое-что случилось. Посол Спок скончался несколько дней назад. Коммандер не успел тебе рассказать. Я тоже узнал об этом только сегодня. — О, господи… — Ухура закрыла лицо руками и сильнее заплакала. — Это конец. Все пропало. — Нийота…подожди, ничего не пропало  — я вызову Споку вулканского врача. Из любой ситуации есть выход. — Ты не понимаешь, Джим, наши отношения обречены. Мы так надеялись на Посла. Он обещал поговорить с Сареком. Спок недавно послал запрос Совету. А теперь нам откажут, Сарек никогда не разрешит этот брак. Нийота уже заходилась в рыданиях и Кирк не на шутку испугался. — Так, перестань плакать, еще же ничего не случилось. Возможно, он успел переговорить с ним. Ну даже если и нет, это ничего не меняет — Спок сам будет решать такие вещи, что ему Совет? — Джим вытирал ей слезы на лице. — Прости, Джим. Я, наверное, не должна так говорить. Я сейчас вообще плохо соображаю. Мне очень жаль Посла Спока. Прими мои соболезнования, — она обняла Джима. — Спасибо, Нийота, я в порядке. Все, иди. Не думай сейчас об этом. Отдохни. Если он очнется, я позову тебя. Джим на прощание поцеловал ее в висок. Нийота кивнула ему и вышла. — Прелестно, — доктор стоял в дверях и пил кофе, — вижу, пока Спок отдыхает, ты уже обхаживаешь его девушку. — Боунз, подслушивать не хорошо. Ты как-то по-другому умеешь успокаивать? — Я, да. Гиперспреем я, слава богу, умею пользоваться, в отличие от некоторых. А вас и не нужно даже подслушивать, ваши охи-вздохи слышно за версту. Извини, что помешал, вам обниматься. — Прекрати… Скажешь тоже, Ухура, она мне как сестра… — Да-да, я заметил… — доктор продолжал подкалывать его. — А, твой будущий «тесть» успокоился уже? — Да, вероятно, сидит у себя в каюте и строчит на меня жалобы. Мне сейчас вообще не до него. Скажи лучше, как Спок? — Все так же. Без изменений. Я ничем не могу помочь ему сейчас. Я тоже подумал про посла Спока. Мне очень жаль, Джим. Как ты узнал? — Сарек сказал мне. Вероятно, в моих завалах на столе есть и нераспечатанный пакет с Нового Вулкана. Я не успел еще его посмотреть. — Ты, как? — Я просто в шоке. Не могу поверить в это… — А Сарек, он не сможет нам помочь? — Не сможет. Он как всегда очень занят и на сына ему наплевать. Не хочу вообще про него говорить. Я отошлю запрос в Штаб. Но ты, же знаешь, у нас сейчас нет связи. Это все не быстро будет. — Хороший он был мужик, посол Спок. — Да… К сожалению, все неминуемо, — Джим завис на этой фразе, и смотрел куда-то отстранено в сторону. Боунз подошел к нему и просканировал его трикодером. — Ого… как у кого-то сердечко-то расшалилось. Тебе уже самому нужен врач. — Давай не сейчас, — Джим отмахнулся от него. — Как знаешь… А ты не думал, что известие о смерти Посла могло повлиять на состояние Спока? Ну, они же связаны как-то ментально, если я ничего не путаю. — Боунз, это вполне возможно. Их связь оборвалась, ему стало плохо. Все логично. Ты не знаешь случайно, сколько это может продолжаться? — Ну … мне сложно сказать. Если его вулканские предохранители вылетели, он может проваляться в отключке неделю или больше. Они же сами как-то восстанавливаются. — Боунз, я переживаю, а ты издеваешься. — Джим, по медицинским показателям он абсолютно здоров. Его состояние сейчас действительно похоже на твое, когда ты подвергся гипнозу на Новом Вулкане. Ты это правильно подметил. Но в целом он просто спит. И тебе бы тоже это не помешало бы. Ты пойдешь к себе? — Нет, я тут посижу, иди. Я обещал Ухуре. Спокойной ночи и спасибо. — Не за что, пока. Оставил тебе успокоительное, вдруг ты передумаешь. — Не передумаю, иди.

***

Было раннее утро, когда Спок проснулся. Он открыл глаза и огляделся. Коммандер никак не мог понять, почему он находится в лазарете. Рядом на диване он заметил уснувшего капитана, и это вообще поставило его в тупик. С ним что-то случилось? Он попытался вспомнить. Похоже, он отключился из-за сильнейшей головной боли, которую не смог контролировать. Но что послужило причиной? Он был в каюте у Джима один, хотя нет, там был еще Харпер. Эта собака, она возможно телепат или ему показалось, что она хотела ему что-то сказать, передать какую-то информацию. Спок попытался вспомнить, что это могло быть, но все было как в тумане. Доктор увидел пришедшего в себя Спока, и быстро подошел к нему. — Спок? Ну, наконец-то. Ты напугал нас всех. Что случилось, тебе уже лучше? — Маккой всматривался в показания приборов, и не верил своим глазам. — Я в порядке, доктор. Не стоит беспокоиться. Почему Джим здесь? — Он не спал всю прошлую ночь. Только рано утром заснул. Давай потише, не будем его будить. Мы все тут переволновались из-за тебя. Связывались с твоим отцом, и не знали, что делать. Что с тобой было? — Я почувствовал сильную головную боль, а потом, вероятно, отключился. Доктор с сомнением посмотрел на него. — А сейчас у тебя что-нибудь болит? — Нет, мне уже лучше, и я хочу вернуться к работе. — Спок, хотя твои показатели нормальны, я не рекомендую тебе вставать, пока мы не узнаем, что с тобой произошло. Отчего это могло случиться? Ты переволновался из-за Посла Спока? Спок вспомнил про это грустное известие, о котором он так и не успел сообщить капитану. Он решил уцепиться за это, чтобы не говорить доктору о настоящей причине. — Да, скорее всего. Но сейчас все под контролем. А Джим уже знает? — Сарек, вчера сказал ему. Он был так расстроен после разговора с ним. Джим просил его приехать и помочь. Но ты же знаешь своего отца. Похоже, они опять поругались. Мне жаль Спок, он хотел как лучше. Спок перевел взгляд на спящего Джима. Из-за своей глупости он опять доставил капитану столько неприятностей. — Доктор, я все-таки настаиваю на выписке. Я вас уверяю, моей жизни ничего не угрожает, не беспокойтесь. Приступ больше не повторится. Боунз еще раз бросил взгляд на приборы и, не найдя там ничего подозрительного, уступил: — Хорошо, но если почувствуешь себя хуже — немедленно возвращайся в медотсек. И не перетруждайся хотя бы несколько дней. — Спасибо, доктор. Я буду на мостике, если Джим проснется, передайте ему, пожалуйста.