Необычное признание

— Я тебя уничтожу! Слезь с меня! — Зим кричал в привычной для него громкости, эхо которой больно отдавалось по моим перепонкам. Он попытался плюнуть в меня, и его слюна попала ровно на стекло очков. Я попытался издать какой-то смех или подобие победного крика, но дыхание и без этого давалось мне с трудом — поймать пришельца было не легкой задачей. Еще сложнее не упустить его. — Это земной знак внимания, Зим, — в этот момент он попытался ударить меня по лицу, но мне удалось перехватить его руку за запястье и прижать к полу — считай, что я очень рад видеть тебя. — Я вспорю твой живот и выну все органы из него! — я почувствовал удар коленом по спине. Черт, совсем забыл о его ногах. — Где же твои наручники, Диб? Неужели забыл? — он с такой ядовитой ненавистью выплюнул мое имя. — Да, спасибо, что напомнил о них. — Мне пришлось выпустить одну руку иркена, чтоб достать их из кармана. Какой же ошибкой это было. Уже через пару секунд его пальцы обвились вокруг моей шеи, постоянно увеличивая давление и перекрывая мне доступ к кислороду. В глазах потемнело. Каким-то образом ему удалось толкнуть меня, и я ударился головой об пол. Уже через мгновение Зим победно сидел на мне, издавая смех, от которого все органы закручивались в узел. Впервые я почувствовал страх, находясь рядом с ним. Возможно до этого момента я и не осознавал до конца, что Зим и правда пришелец, но его пальцы, который сейчас и не собирались отпускать мою шею, точно убедили меня в этом. — Зим, — я пытался что-то сказать прежде, чем совсем терять сознание, хотя понимал, что толку от этого не будет, — хватит, пожалуйста. Трахея больше не сдавлена. Я могу сделать вдох. Не понимаю, почему он вдруг так легко отпустил меня по первой же просьбе. Впрочем, сейчас это мало волнует меня. Я просто лежу на полу, запрокинув голову, ослепляя себя светом лабораторных ламп. Зим все еще сидит на мне. Он ждет чего-то. Благодарности за то, что не убил меня? Хотя вполне мог сделать это. — Почему ты... — Почему я не убил тебя? — иркен прерывал меня, ведь вопрос был настолько очевиден. Он наклонился ближе ко мне, я чувствовал его дыхание, обжигающее шею. Голос Зима перешел на шепот. — Ты мудак, мне тебя жалко убивать. — Что? — я не понимал, о чем он говорит. — Ну, знаешь, на вашей планете это называется, эм, — пришелец раздраженно закатил глаза пытаясь, подобрать нужное слово, — любовь, наверное.