Как кот

      Я опять в твоей комнате. Ее уже можно назвать нашей. Я тут почти живу. Твои родители не задают лишних вопросов и, просто приняли меня в вашу странную семейку.       Твои волосы взъерошены, ты лениво жуешь попкорн и смотришь фильм, развалившись на кровати. - То-о-о-ом. – Протянул ты, отрывая взгляд от телевизора. - Ма-а-а-а-арко. – В тон тебе ответил я. Ты похлопал по кровати, приглашая присесть. И как только я оказываюсь на твоей удобной кровати, ты тут же начинаешь ластиться ко мне. Я глажу тебя по голове, по твоим приятно мягким волосам. Я глажу тебя по упругой спине, что прогибается в пояснице. Глажу тебя по лицу, целуя родинку под правым глазом. Ты абсолютно забыл о фильме, мурча от удовольствия, что доставляют тебе мои руки.       Улыбаешься мне так тепло и открыто, будто я вовсе не демон с тремя глазами, рогами и фиолетовой кожей, а простой человек. До сих пор не могу привыкнуть к этому твоему взгляду. Ты залезаешь на мои колени, ставя свои по бокам от меня, и прижимаешься ближе, сильнее, плотнее. Ты так любишь нежности. - Прямо как кот. – Улыбаюсь я, проводя указательным пальцем по шее к подбородку. Ты прикрываешь глаза, слегка открываешь рот. Пушистые ресницы дрожат. - Иди к черту, Том. – В ответ улыбаешься ты, касаясь своим носом моего.       Прекрати, парень, это слишком мило. Мое холодное сердечко не выдерживает.       Твои поцелуи всегда такие нежные, беззаботные. Джеки многое потеряла, отвергнув тебя.       Я щелкнул пальцами, и, в это же мгновение на твоей взъерошенной голове появилось два огненных кошачьих ушка, усики и миниатюрный влажный носик. Огненный хвостик будто жил своей жизнью, дергаясь из стороны в сторону. - Что ты сделал? – Немного удивленно у тебя вышло, хрипло. - Твоя истинная сущность. Это твоя душа вылезла за пределы тела. – Спокойно ответил я, оглаживая твои бока, спину, спускаясь к ягодицам. Это одна из способностей моего глаза – видеть души людей.       От его души исходило тепло. Будто мягкий свет, в глубоком и темном лесу. Спасительный. - Ты как кот. – Повторил я, заваливая Диаза на кровать, начиная целовать шею, снимая его белую футболку, спускаясь ниже к ключицам. Мой спасительный свет.