What happens in Vegas

Любовь не оставляет шрамы. Лишь рваные раны, кровоточащие, не заживающие. По всей коже, сердцу, на печени, почках, селезёнке. Слова любви наказуемы язвами во рту и на языке, преданность оборачивается инсультом, а воспоминания отравляют кровь токсичным ядом. Но больше всего отражается в глазах. Глаза тех, чья любовь мертва, окрашиваются в голубо-серый, они навечно запечатлевают грусть, слёзы. Гук такое просекает сразу. Благо, его глаза чистого карего цвета, без единого намёка на скорбь. Он не растрачивается на любовь, ни к родителям, ни к брату, ни к людям в целом, только деньги. В этом они с Чимином не сходятся - тому и на купюры похуй. Хотя раньше он отчаянно цеплялся за старшего брата, пытался найти в нём мать, которая то и дело, что спускала бабки да водила домой толпы мужиков, отца, уставшего от всего, мечтающего побыстрей вырастить наследника и отойти от дел. Мин всегда был бунтарём, сколько раз убегал из дома, вечно вляпывался в неприятности, а в последствии отрёкся от семьи, тем самым потеряв все отцовские деньги и с головой нырнул в отвязную жизнь. Странно, но Мин, не смотря на то, что зарабатывает блядством, всегда вызывал чувство глубокого уважения у Чона. Наверное, потому что у них похожие глаза и это отнюдь не гены. У них взгляды людей, на которых не отразилось чувство любви. И смотря на Хосока и Юнги, чьи глаза затуманены голубым цветом, братьев чуть ли не выворачивает. Сначала Юнги был потрясающим бойфрендом: мужественный, любящий, романтичный. И трахать умел как надо. Но Чимин не рассчитал, что в последствии Шуга потребует беспрекословного подчинения. Никакого общения, никаких вписок, никакого алкоголя. Он запретил видеться с братом, запретил выходить из дома без разрешения. Его пристрастия становились всё извращённее и извращённее, начав от невинных тройничков, Чимин закончил в окружении полу сотни мужиков, которые целые сутки без устали его ебали, а Юнги на это смотрел с бокалом вина в руках, пока Мин не отключился на 3 дня. Очнувшись, он увидел перед собой Гука, тот нежно обнял и пообещал, что больше не позволит Шуге и пальцем его тронуть. После этого Чим своего "парня" больше не видел. Отрывался как мог, наслаждался свободой. До сегодняшнего вечера. Сможет ли сдержать обещание Чонгук? Планировка казино мало чем отличается от всех других. Небольшое помещение, черные стены украшены золотыми узорами, бордовая приглушенная подсветка настраивает на нужный лад, имеется бар с неплохой винной картой. Но то, что привлекает внимание больше всего - количество игральных столов. Всего три: для баккары, покера и блэкджека. И ни одного разменного пункта с фишками. – Чимин, - воодушевлённо произносит Хосок. Краем глаза видит реакцию Юнги, о, этот взгляд не спутать ни с чем. Так и хочется подковырнуть эту ранку. – Выглядишь неотразимо. И в этом их желания сходятся. – Взаимно, Хосок, - Мин, встав с барного стула, подходит к парню, нежно касается запястья, приподнимается на носочках, шепчет на ухо. – Он смотрит? – Глаз оторвать не может, - Хоби тыльной стороной руки проводит по шелковистым серебренным волосам друга, вдыхает сладкий аромат и сталкивается взглядами с Юнги. – Боюсь, стакан в его руках сейчас лопнет. Мин отстраняется, лёгкими движениями поправляет бордового цвета бабочку парня, которая, к слову, тоже очень даже ничего сочетается с костюмом самого Чима. – А я на это очень надеюсь, - хитро улыбается, чем вызывает не менее лукавую улыбку друга в ответ. Разворачивается на носочках, вновь подходит к бару, допивает коктейль. Чувствует на себе прожигающий взгляд. Умело игнорирует. – Повторить? – Нет, я..., - не успевает договорить Чим, как Хоби его перебивает. – Два Мартини для нас. – Сделайте им «Веспер Мартини», раз ребятам так не терпится поиграть в «Бондиану», - сладко произносит парень, обращается уже к Хосоку, протягивает тому руку. – Мин Юнги, друг Чимина и Чонгука. – Чон Хо Сок, - не менее ярко улыбается в ответ. Крепкое рукопожатие мало похоже на дружеский жест. – Лучший друг Чимина и Чонгука. Слышит усмешки парней, самому становиться смешно. – Добро пожаловать, - заключает Юнги. – Я надеялся, что это казино, но почему никто не играет? – задаёт вопрос, уже глядя на Чонгука. – Мы ждём, когда все приглашенные соберутся. Это не казино, Хосок, это клуб по интересам и я тебя уверяю, будет весело. – И что за интересы вы здесь представляете? – Мы…, - не договаривает Гук. – Очень занятные, - отвечает за него Юнги. – На раздевание что ли играете? – издаёт нервный смешок Хоби. – Не совсем, - улыбается Чимин. – Сыграем во что-нибудь, пока не началось? – Не началось что? – Представление, - прожигая взглядом рыжеволосого, произносит Юнги. – Во что играешь? – Покер и блэкджек, - неуверенно произносит Хоби. – Тогда в двадцать одно, посмотрим, насколько ты удачлив, - скалится Юнги, глядя на Хосока. – Но у меня нет фишек. – Они тебе не понадобятся. Захватив коктейли с барной стойки, парни занимают место за игральным столом. Вокруг вмиг собираются зрители. Все гости этого заведения выглядят, будто с красной дорожки только сошли, а на таких дам не жаль спустить джек-пот. Крупье - стройная блондинка с тату-маркой у указательного пальца. – Господа, ваши ставки, - довольно грубым для своей внешности голосом, произносит девушка. – Играем «по-нашему», - отвечает Юнги, окидывая взглядом девушку, закусывает губу. – Принято, - игнорирует жест внимания дилер. – Кто первый? - спрашивает Гук. – Первый? - недоуменно повторяет Хоби. – Минмин, будь добр, поведай своему другу особенности ставок в этом месте, - сверля взглядом бывшего любовника, произносит Мин. – Конечно, - прочистив горло, соглашается Чимин, кладёт руку на колено Хосока, краем глаза замечая реакцию Юнги. О, бесценно. – В этой игре мы ставим на кон самих себя. Иногда даже собственные жизни. Но такое здесь редко происходит, в основном в этом месте мы… – По делу, - напоминает Юнги. – Конечно, - язвительно отвечает Чим. – В этом и заключается весь смысл «нашего» блэкджека – поставить то, что захотят другие. Поставить то, за что другие будут готовы жертвовать собой. И главное – поставить нечто равноценное ставке оппонента. Но в случае выигрыша ты можешь выбрать лишь что-то одно. – Вы бы еще на желания играли, - усмехаясь произносит Хоби. – На желания мы играем в покер, - сыпля искрами из глаз, отвечает Юнги. – Не покажешь мне пример, сонбэ? – нарочито выделяя обращение, говорит Хосок. – С радостью, - отвечает парень, окидывает взглядом сидящих. Останавливает на Чимине. Ухмыляется. – Что же мне поставить? Анальную девственность? – Ставка должна быть реальной, милый, - усмехается Чимин. – А срок годности этой истёк годы назад. – Хах, боюсь, просто ничего равноценного этому лоту у тебя не найдётся, Минни, - стебётся Юнги. – В таком случае, моя ставка – я первым же рейсом улетаю обратно в Корею. – Принято, - оглашает девушка. – Фьюю, - присвистывает Мин. – Тогда мне стоит поставить на кон свою жизнь? – Следующая ставка. – Ладно, теперь моя очередь,- томно улыбается Чим. – Я ставлю себя. – Неравноценно, - отвечает дилер. – Ох, кто бы сомневался?! Хорошо, я буду выполнять приказы победителя неделю. – Принято. – Хах, какие вы, ребятки, забавные. Я ставлю свой дом на Гавайях, - стучит ногтями по деревянной оборке игрального стола Чонгук, выглядит слегка нервно. Он тоже не рад внезапному появлению Юнги, но открытый протест повлечёт войну. А воевать с «Сахарным королём» себе дороже. – Очень просторный, к слову. – А что ставишь ты, Хосок? – обращается Чим. – Эм, не знаю, - нервничает парень. – Я ставлю себя на неделю, как Чимин. – Ставки не могут повторяться. – Тогда я ставлю свою карточку с несколькими миллионами. – Деньги запрещено. – А, чёрт с вами. Я ставлю свою бисексуальность. Я больше никогда не прикоснусь к мужику, - на выдохе произносит Хосок, чем пробивает всех за столом на дикий ржач. Он даже замечает намёк на усмешку у девушки-дилера. С ног до головы покрывается румянцем, пытается перевести тему. – А когда уже «представление» начнётся? – Что ж тебе так не терпится? – отдышавшись, спрашивает Юнги. – Ну, просто…, – отводит взгляд Хоби, встречается глазами с Чонгуком. В них отчего-то проскакивает сочувствие. Похоже, Юнги тут никто особо не рад. – Отличная ставка, Чон Хо Сок, - улыбается парень. – Но я надеялся, что ты поставишь кое-что другое. – Другое? – Да, например…, - Юнги театрально подносит указательный палец к губам, делает вид, что вспоминает, но видно, что этой показухой он лишь нагнетает обстановку. – О, например имя твоего босса. – Прошу прощения? – полным непонимания голосом, произносит рыжеволосый. – Или, может расскажешь присутствующим свою настоящую цель приезда в Лас-Вегас? Я думаю, всем будет интересно послушать, как ты незаметно пробрался в кабинет управления Ardor’а? Как подкупил менеджера Чонгука? Как втёрся в доверие братиков, чтобы попасть сюда? – Что ты имеешь в виду? – встревает Гук. – Хах, и ты повёлся, Чонгук-и? Перед тобой сидит мошенник, а ты слюни пускаешь. Сначала я подумал, что ты с ним играешься, но ты реально поверил ему? У твоего новобранца диктофон в кармане. Все в унисон разворачивают голову, впиваются взглядами в Хосока, а им в ответ – усмешка. – Не объяснишься? – грозно произносит Чон, ударяет кулаком по столу. – Не думаю, - всё так же с улыбкой произносит Хоби. И внезапно бросает бокал с недопитым Мартини в сторону, заставляя с шумом разбиться о стену, чем отвлекает оппонентов и людей, наблюдавших за игрой, затем рывком перепрыгивает игральный стол, устремляясь к двери. Слышит возгласы зрителей, особенно отчётливое негодование Чонгука. Но он не учёл одну маленькую деталь, а именно Мин Юнги. Парень, не дав тому и на метр сбежать, хватает за руку, валит на пол. Вынимает из внутреннего кармана своего пиджака пистолет. Грёбанную, мать его, пушку. И приставляет к виску Хосока, задевая волосы цвета пылающего огня, другой рукой сжимает тонкую шею парня. – А жаль, ставки были хороши, – наклоняется Юнги к уху Хоби, не отводя дуло, хрипло шепчет. – Игра стоила бы свеч. – Еще не поздно доиграть, - хрипит парень, рука на горле не очень-то способствует внятной речи. – Боюсь, ты свою партию уже сыграл, сладкий. – Тогда я требую приз за участие, - улыбается Хосок. – Поцелуй победителя. – Что…, - не успевает договорить парень, как Хоби рывком нагибает его к себе, не оставляя выбора, кроме как наткнуться на губы и утонуть в сладости поцелуя. Хосок грубо прижимает к себе парня, чувствует пушку у виска – так еще круче, азарт кипит в крови. Он уже соскучился по этому. Просто чертовски. Ощущает, как Юнги сопротивляется, а значит – самое время для десерта. Нежно проводит языком по нижней губе, слегка кусает и со всей силы ударяет парня в пах коленом. Главная ошибка в играх с картами – терять бдительность. Главная ошибка в играх с Хосоком – терять бдительность. Юнги не может сдержаться, рычит, а тем временем, Хоби ловко высвобождается из хватки, выбивает пистолет у парня из рук. – Ты что творишь? – изумлённо произносит Чимин, когда друг хватает его за руку, уводя прямо из-под носа Юнги. О, двойной удар по его гордости. И они не откажут себе в капризе напоследок взглянуть, повернуться на взрыв. Прямо у двери, у выхода из казино, они обернутся. И это того стоит точно. В глазах парня ярость. В глазах парня боль. И в его глазах больше ни намёка на голубую дымку. Теперь у него в зрачках азарт, огонь рыжих волос Хосока, огонь азарта. О, он точно знает, что кто бы не выиграл битву, в Лас-Вегасе победа в войне априори за ним. Но давненько он не был на передовой. И уже соскучился по этому чувству. По чувству крови на губах – поцелуй с Хоби получился с перчинкой. – Ну и что теперь? – отдышавшись от бега, спрашивает Чимин, оказавшись с Хосоком на парковке. – Прихвостни Юнги нас сейчас догонят. – Не догонят, если мы на новеньком Порше, - ярко улыбается Хосок, звеня ключами от машины. И Мин сразу их узнаёт, точнее брелок на них – дерьмового качества пингвин с аквапарка. С ним в паре шёл ещё один, только в другой позе – он достался Чиму. Память о первом свидании. Какая нелепость - свой брелок Чимин потерял в первый же день. – Когда ты успел? – вот, что действительно удивляет Мина. – Когда мы с ним зажимались на полу. У нас был тройничок – я, он и Beretta M9, - подмигивает Хоби, запрыгивая в тачку, с откидным верхом это делать куда удобнее. – Бля, парень, ты просто обязан мне рассказать всё, - смеётся Чимин. – А теперь ты отвезёшь меня напиться.